За счёт заведения

Весна - это, наверное, самое красивое время года. Всё вокруг снова оживает, цветёт, лёд трескается от тепла, словно давно окаменевшее сердце от малейшей искорки внутри. Просыпается природа, возвращаются домой перелётные птицы, подобно старой любви, вернувшейся с потеплением. Начинается расцвет улиц и душ людей; приятные, изысканные ароматы льются по улицам и каменным дорожкам. И именно весной из пепла возрождается она. Романтика. Всю зиму жизнь была скукой смертной. Но вот приходит тепло, пролетает мельком март с апрелем, как будто за один день, и наступает май, которого ждут все, как и скучающий в прохладном кафетерии Чепик. Май радует теплом, близким летом, своей детской радостью. Но Чепик пока с тоскующим лицом и расслабленными плечами перетирал стаканы начисто, поглядывая на улицу через окно. За стеклом от ветра колышется высокая, пышная сирень, растущая неподалёку от окна под лучами солнца. Крупные, изящные фиолетовые соцветия веяли чем-то тёплым даже на расстоянии. Лучи, рассеивающиеся через огранённый стакан, падали на поверхность "солнечными зайчиками". Уютная, хоть и повседневная атмосфера царила в только что открывшемся кафетерии. Чепик время от времени поглядывал на дверь, ибо никогда не любил одиночество и ждал, чтобы хоть кто-то зашёл. Тихая и ненавязчивая музыка играла фоном. Она нравилась Чепику, но хотелось, чтобы тишину заполнил чем-нибудь голос. Живой и звонкий. Желание исполнилось: через несколько минут колокольчик над дверью зазвенел, прервав молчание пустых столов, и раздались глухие шаги в сторону стойки, заставив Чепика отвлечься от кустов сирени за окном. - Доброе утро. - Титор сел на стул за стойкой. - Можно чай и... Плитку шоколада с черникой? - Да, конечно!! - Заметно ободрившийся Чепик кивнул и отошёл за заказом. - Чай какой? - А... Давай голубой что-ли. Заказ был готов довольно быстро, и спустя несколько минут Титор уже спокойно наслаждался чаем с шоколадом, изредка поглядывая на Чепика. Тот взял небольшой блокнот и, перелистнув лист, начал ручкой что-то чиркать. Вырисовывались грубые черты лица с ехидным, саркастичным взглядом, короткие, всегда собранные в небрежный хвост сзади тёмные волосы, широкие плечи. Чепик занимался зарисовками посетителей очень часто, и, порой, без их ведома. Но Титор не мог не заметить. Он чуть склонил голову, рассматривая рисунок на последнем листочке. - А что ты рисуешь? Покажешь? - Да так, мелочи на пару секунд... Чепик подошёл и положил блокнот на стол, специально перелистнув рисунок на предпоследний. Хаотичный набросок куста сирени предстал перед ними обоими. - Как круто!! - Титор удивлённо усмехнулся, рассматривая рисунок. - Ты когда успеваешь? - Люди приходят в основном в полдень и вечером, а в остальное время я почти что свободен. Вот и рисую, чтобы скучно не было. А эта сирень мне нравится. Она красивая такая! Чепик улыбнулся, кивнув в сторону окна. Взглянув туда, Титор действительно увидел тот же самый куст сирени, что и был на бумаге. И в голову ему закралась очень интересная идея. - И цветы её любишь? - Да, очень! - Чепик улыбнулся. - Хорошо, отлично. Разговор немного затянулся, и в итоге Титор задержался чуть больше, чем планировал. Зато, по крайней мере, есть идея, чем заняться в обеденный перерыв. Чай понемногу стал остывать, пока Титор говорил. А говорил он много, как и Чепик. Чуть ли не перебивая друг друга, они оживлённо разговаривали о любимой погоде, о занятиях и хобби, о прогулках - да о чём угодно. Им обо всём говорить нравится, главное друг с другом. Со временем начали подтягиваться люди. Вдруг посреди своего рассказа Титор резко запнулся. - Подожди-ка... Сколько времени?- Смущённым голосом спросил он. - Уже одиннадцатый час. А что? - Оу... Извини, я побежал! Ещё зайду к тебе!! Чепик даже не успел ответить: Титор уже скрылся за дверью. Он лишь молча вздохнул, помотав головой, и отправился принимать заказы пришедших, коих опять было немного. Ближе к обеду люди начали притягиваться. Всё чаще звенел колокольчик над дверью, всё больше работы появлялось у Чепика. Наконец былох хоть какая-то работа помимо уборки и ленивых зарисовок. Гости разговаривали о своём: кто-то о скуке смертной за рабочим местом, кто-то о планах, кто-то о собравшихся сплетнях. Чепик их не слушал: ему незачем. Интереса особого это всё равно не вызывало. Однако Этэри, сидевшего за стойкой, привлекло окно, а точнее то, что за ним происходит. Он заглянул за спину Чепика, работающего над заказом, с интересом и долей скептицизма наблюдая за происходящим там и иногда посмеиваясь. - Вот идиот в самом ярком его проявлении... - Хмыкнул тихо Этэри и забрал заказ. - Спасибо. Я лучше пойду, гляну, что там творится. Чепик смутился. Где творится? Что творится? Никто ничего не объяснил, как обычно в общем. Подойдя к стеклу, Чепик увидел картину маслом. Титор пытался дотянуться до высокой сирени, стоящую рядом, чтобы сорвать желаемую веточку. Природа его наградила не настолько высоким ростом, так что он мучился и едва ли не забирался на большой куст, чтобы добраться. Во второй руке его уже были сжаты три красивейших фиолетовых соцветий той же самой сирени. К отчаянно старающемуся Титору некто подошёл, вероятно, сам Этэри. Они о чём-то говорили, но, видимо, первому это не понравилось: он стал ругаться. В результате Этэри ушёл, а раздражённый Титор стал уже агрессивнее ходить кругами вокруг сирени, думая, что делать. Один раз попытался даже допрыгнуть, но чуть не подвернул ногу. Действительно забавное явление. Чепик лишь тихо посмеялся, закрыв рот рукой, и ушёл от окна заниматься своими делами дальше. Что ж, удачи Титору с его проблемой. Прошло ещё два часа. Народ разошёлся, в кафетерии стало уже гораздо тише. Чепик ходил по залу и, пока никого не было, протирал столы, едва слышно подпевая песне на фоне. В глаза чуть лезла серовато-зелёная чёлка, но это не мешало. Иногда Чепик вспоминал, как по-детски смотрелся Титор, крутясь вокруг куста сирени, из-за чего от блестящих столов отражалось тихое хихиканье, заглушённое рукой. Как только Чепик закончил и, зайдя за свою стойку, убрал тряпку, дверь отворилась с привычным звоном. Слегка потрёпанный Титор с большим букетом из веточек белой и фиолетовой сирени за спиной подошёл к стойке. По нему видно: настрадался знатно. И, судя по всему, ногу всё-таки подвернул: по пути Титор чуть хромал. - Привет, ещё раз. Как у тебя тут? - В привычной своей манере поинтересовался он, облокотившись на стул. - Неплохо в принципе. Ты как? - Тоже... Почти. У меня тут есть кое-что... - Титор вывел из-за спины букет из нескольких веточек и протянул его Чепику. - Вот, это тебе. Чепик удивлённо опустил взгляд на цветы, лицо его озарилось искренней, доброй улыбкой. Он тут же взял их, вдохнув их запах. Чепик видел, как Титор мучился с этой сиренью, и это всё: эти цветы, это упорство и желание - так было Чепику дорого... - Вот так вот в общем. Ты прикинь, я пока рвал их... Чепик молча слушал, параллельно начав что-то готовить. Сейчас работа делалась не автоматически, а с какой-то любовью и душой. Сделав всё необходимое, Чепик придвинул чай и маффин к Титору, эмоционально рассказывая о диалоге с Этэри. При этом Чепик внимательно слушал собеседника, оставляя комментарии. Слушать Титора было безумно приятно несмотря на громкость и выразительность голоса. В конце концов, закончив бурный монолог, Титор мельком заметил поднос рядом с собой. На подносе рядом с чаем лежал небольшой цветок из бумаги и сложенный рядом утренний рисунок Титора, с подписью:

"За счёт заведения"