How to say "Love you" in ASL?

Мы познакомились случайно. Если бы не я, которому нужно было узнать у Билдермена подробности своего задания, и Теламон, который пытался последнему что-то доказать в ту же самую минуту, то ничего этого бы не случилось. Хорошо это было бы или плохо? Я, как ни странно, не могу сказать. Но будь у меня возможность отмотать время назад, чтобы не идти в офис босса в тот момент... то я бы всё равно пошёл. Потому что эти два месяца были самыми счастливыми в моей жизни. И не важно, что из-за них же она сейчас и закончится.

•••

Таф постучался в офис Билдермена, как и всегда. — Подожди за дверью, — послышалось оттуда. Через секунду Таф услышал раздражённый голос Теламона, говорящего про неправильный код какого-то меча. Понятно. Видимо, это надолго. Таф присел на один из диванчиков и задумался о том, стоит ли сейчас налить себе кофе из автомата рядом, как вдруг ощутил на себе пристальный взгляд. На другом диване, возле панорамного окна, сидела какая-то сущность. По крайней мере, Таф был уверен, что это ─ не человек. За время своей работы он успел повстречать много разных роблоксианцев, но этот был одним из самых необычных: его полностью покрывала странная зелёная аура, а один из глаз светился ярким красным светом. Таф быстро достал блокнот, который он всегда носил с собой. Далеко не все знают язык жестов, а по работе ему приходилось часто общаться с разными админами и иногда — простыми жителями Роблоксии. "Здравствуйте! Простите, я не сразу заметил Вас". Незнакомец посмотрел на блокнот и вновь поднял взгляд на Тафа. — Ты общаешься через блокнот? — голос был... странный. Очень глубокий, низкий и, к тому же, слегка глючащий (наверное, Тафу показалось: не бывает у обычных роблоксианцев глючащего голоса). Таф быстро написал на той же странице: "Я немой и не могу говорить. Но слышать Вас могу, если что". — Понятно, ─ пауза. ─ Зачем ты обращаешься ко мне на "Вы"? Таф удивился. Это определённо был не тот вопрос, который он ожидал услышать. "Так ведь принято... Вы работаете здесь?" — Нет, — резко и довольно злобно ответил тот. Незнакомец повернул голову в сторону двери и пристально посмотрел на неё. — Но... появляюсь тут часто. Ты? "Я работаю подрывником здесь! У меня есть свой кабинет двумя этажами ниже." — Таф любил говорить про свою работу. Конечно, ведь он гордился ей. — Подрывником? "Мы уничтожаем старые дома, чтобы использовать материалы для строительства новых. Если Вы хотите, то я могу показать наш офис!" Незнакомец вновь посмотрел на дверь кабинета Билдермена. — Не хочу. Но как-нибудь потом... возможно. Двумя этажами ниже, да? "Верно!" — Хорошо. Тебя как звать? "Таф. Могу я тоже узнать Ваше имя?" Тут дверь открылась. Из-за неё показался Теламон, который тут же взмахнул своими крыльями, расправляя их на открытом пространстве. Подрывник прочувствовал приятный поток воздуха, который заставил слегка затрепетать страницы его блокнота. — 1х1х1х1, пошли. И незнакомец, который до этого так злобно зыркал на дверь, безропотно встал и направился вслед за богом, опустив голову.

•••

Сожалею ли я о чём-то? Так странно думать об этом сейчас. Я даже записку не написал никакую. Правда, и завещать мне в принципе почти нечего — и некому. Моим единственным делом жизни в последние годы была моя работа.

•••

Таф был уверен, что он больше никогда не увидит того незнакомца из холла перед кабинетом Билдермена. Но у судьбы были другие планы. Где-то через неделю, направляясь утром к кулеру в конце коридора, подрывник заметил, что в дверном проёме на входе в офисный блок стоит он. Таф тут же сменил цель своего выхода из кабинета и подошёл ближе, достав блокнот и ручку. "Здравствуйте! Что привело Вас к нам в офис?" — между прочим, ему было искренне интересно. — Мне нечего делать. А ты сам обещал показать свою работу. Таф удивился. Он не думал, что тот действительно придёт. "Конечно! Давайте тогда зайдём ко мне в кабинет". По дороге Таф всё же быстро набрал стакан горячей воды, чтобы заварить себе чай.

•••

Ханахаки передаётся по наследству, это уже доказано научно. Но проявляется она далеко не у всех в роду, что делает её похожей на генетические заболевания. К тому же, для старта цветочного таймера смерти необходимо сильно полюбить и не получить знака взаимности. Учёные так и не смогли выяснить, что именно в организме отвечает за развитие болезни, и подобрать лекарство. Смертность от ханахаки сравнительно невысокая лишь потому, что больных не так уж и много. Все потенциальные носители регистрируются в системе на всякий случай. Правда, уже заболев ханахаки, почти никто не идёт к врачу: какой смысл?

•••

Таф не заметил, как 1х1х1х1 занял важное место в его жизни. Он мало что знал об этом существе, так как тот о своей жизни не распространялся. Просто периодически появлялся в Roblox HQ вместе с Теламоном и приходил в подрывнику в офис, пока бог занимался своими делами. Что он точно мог сказать — так это то, что в компании 1х было весело. Несмотря на его постоянную грубость ответов и катастрофически низкий уровень социализации. 1х1х1х1 часто помогал Тафу с бомбами, если тот просил, и, кажется, искренне интересовался жизнью подрывника. Так вышло, что оба оказались друг для друга единственными близкими людьми, с которыми можно было поделиться своими проблемами. Наверное, поэтому они и сдружились. Таф не мог придумать другую причину. И вот однажды 1х1х1х1, придя к Тафу в офис с утра, вытащил того на запасную парковку за зданием HQ, ничего подрывнику не объяснив. Когда Таф отдышался после беготни за существом по лестнице (лифтом тот не пользовался) и хотел уже лезть за блокнотом, 1х впихнул ему в руки длинную деревянную палку. — Я передумал. Раз ты так сильно хочешь подержать мои клинки, то дам тебе их. Но только тогда, когда научишься владеть мечом хотя бы на уровне любителя... ты его так и собираешься как посох хватать?! Так стартовало обучение Тафа искусству боя на мечах, о котором подрывник даже не просил. Точнее, он действительно пару раз спрашивал у 1х1х1х1 разрешения подержать Демоншанк, но тот отказывал. Вот, видимо, и допросился в итоге. — Вот так держи. Всё. Крепко, а не как ложку, дурак. И встань правильно. Ты деревянный меч впервые видишь, что ли? — Таф закивал. Он в принципе в этой теме не разбирается. — Чёрт. Я, конечно, думал, что всё плохо, но чтобы настолько... А стоило. Таф попытался встать более устойчиво, но 1х1х1х1 взмахнул палкой, которую держал, и слегка ударил подрывника по ногам, так что тот моментально растянулся на асфальте. — Ладно, ты всё же лучше некоторых неудачников, мечтающих покорить SFOTH. Хотя бы падать не как клоун умеешь. Таф засмеялся, а 1х через мгновение тихо подхватил. На душе было тепло.

•••

Болезнь у разных людей прогрессирует по-разному. Кому-то хватает недели, а кто-то страдает месяцами. Максимально долгое зафиксированное время жизни с ханахаки — два года, пять месяцев и восемнадцать дней.

•••

Вернувшись в свой офис, Таф сел за стол, потирая синяк на плече. Давно ему не было так весело. Подрывник решил заняться изучением планировки следующего здания вместо обеда — свободный график позволял ему работать тогда, когда он хочет, лишь бы вся работа была выполнена. Таф развернул бумажную версию чертежа на столе (ему всегда больше нравилось работать именно с бумагой, хотя остальные предпочитали цифровые 3D-модели) и стал рассматривать планировку дома какого-то хакера. В принципе, неплохое здание, даже без подвала и второго этажа. С такими заморачиваться не надо... Неожиданно подрывник зашёлся кашлем. Что-то в горле мешало нормально вдохнуть, словно он поперхнулся едой. Кое-как выплюнув это что-то в руку, Таф облегчённо выдохнул. А затем посмотрел на предмет и его накрыла паника. В руке лежал красный лепесток.

•••

Цветы "выбирались" не случайно. Обычно это был цветок любимого растения того человека, в которого не повезло "втрескаться" больному. Если любимого растения не было, то выбиралось то, которое могло с ним ассоциироваться.

•••

Таф никогда не думал, что он заболеет. Да, у его родителей была болезнь, но она находилась в "спящем" состоянии и не прогрессировала. Он верил, что и с ним будет то же самое — или что, возможно, ему не вообще не передастся ничего по наследству. И теперь он совсем не знал, как поступить. Объект его чувств в принципе был очевиден. Пусть подрывник, по факту, никогда сознательно не думал о том, что любит 1х. Видимо, всё равно засчиталось. Но как признаться-то? В том, что идти признаваться надо, Таф как-то даже и не засомневался. Только потом, после получаса раздумий, ему неожиданно пришла в голову светлая мысль, что его далеко не факт, что вообще любят в ответ. А становиться клумбой было страшно. Нужно поставить вопрос другим боком — как понять, есть ли шансы на взаимность? Умирать ему пока что не хотелось. Но в таком состоянии он в любом случае ничего сделать не мог, так что Таф просто сел обратно за чертёж, выкинув лепесток в мусорку. Потом подумает об этом.

•••

Первая стадия болезни, что логично, самая лёгкая в плане переносимости. Физически. Далеко не все сразу готовы это принять. Согласно опросу среди больных/переболевших ханахаки, проведённому два с половиной года назад, большинство на этой стадии не было морально готово что либо делать и предпочитало отрицать действительность. Я грустно улыбаюсь. Лично мне для полного принятия факта заболевания понадобилось два часа. А для осознания факта собственной скорой смерти — и того меньше. У меня не было шансов с самого начала, так ведь?

•••

Таф встретился с 1х1х1х1 тем же вечером, хотя сам этого даже не планировал. Видимо, случайные встречи у них являются обычным делом. Подрывник просто решил перекусить после двух успешно выполненных заданий за день, и пришёл в "Пиццерию братьев Билдер" в центре города после работы, за час до закрытия. Сделав заказ, Таф стал осматриваться по сторонам — и, к своему удивлению, заметил угрюмого 1х за столиком в углу. Тот сидел, сложив руки на груди, и пялился в меню, пока Теламон что-то изучал в папке с документами. Таф помахал ему рукой, когда 1х поднял голову. Тот заметил жест и, оглянувшись на Теламона, пересел к подрывнику на диванчик напротив. — Он это надолго, — раздражённо пробубнило существо, — а мне тут сидеть с ним всё это время. Ненавижу людей. "Тогда почему ты постоянно рядом с Теламоном?" — быстро и довольно неаккуратно написал Таф. Его мысли сейчас были сосредоточены на другом. Как спросить, чтобы никто ничего не понял? — Потому что он меня создал. Выбора нет, приходится таскаться за этим... богом. "В смысле?" — подрывник резко вернулся в реальность, прекратив витать в облаках. 1х сейчас рассказывает ему о себе? Правда? — В прямом. Я являюсь живым сосудом его негативных эмоций. Роль самостоятельной личности не выдали. Знаешь, я никогда не пойму, откуда у тебя появилось столько мазохизма общаться с олицетворением ненависти. Таф поражённо уставился на 1х1х1х1. Он, конечно, знал и много раз видел, что 1х грубее обычных людей и что общаться с ним тяжелее, но подрывнику это никогда не мешало. "Но ты далеко не плохой... Ты, конечно, злишься часто, но-" Он не успел дописать. 1х прочитал начало текста вверх ногами и отрезал: — И соплей этих тоже не надо. Таф всё же продолжил: "Ты же всё равно можешь чувствовать хорошее..." — С чего ты взял? Мой максимум — это ублюдочное спокойное состояние, — 1х1х1х1 рассмеялся, — выглядишь сейчас так, как будто пытаешься обелить меня в своих глазах. Я не могу радоваться, не могу гордиться чем-то... что вы там ещё, люди, испытываете? Любить не могу. Ха. Любовь — это вообще тупая и бесполезная эмоция... 1х замолчал и повернул голову в сторону своего столика, где Теламон захлопнул папку и оглядывался в поисках своего... создания. "Любовь — это вообще тупая и бесполезная эмоция..." Таф физически ощутил, как его сердце разбивается на миллионы маленьких осколков. Теперь — точно всё. Он окончательно и бесповоротно умирает. Смысла признаваться нет. — Пойду. Ты хочешь завтра ещё поучиться пою на мечах? Если бы Таф не был сейчас слишком сильно занят собственным мыслями, то заметил бы неуверенность и надежду, которые проскользнули в голосе 1х1х1х1. Но он не заметил. И просто закивал, радуясь, что снова сможет встретиться на следующий день.

•••

Мнение других роблоксианцев об 1х действительно было не таким, как моё. В лучшем случае они говорили, что тот странный. Некоторые — боялись. Я ведь и правда всегда обелял Икса в своих глазах. Подсознательно. Это тоже называют любовью, наверное... Глупый я.

•••

Таф включил компьютер и откинулся на спинку кресла, дожидаясь окончания загрузки. Перед глазами мелькали чёрные точки ─ от нервов, наверное. Теламона не было вот уже пять дней. 1х не было уже пять дней. То есть прошло уже семь суток с того момента, как началась его болезнь. Подрывник вздохнул и отрыл браузер. Набрал в поисковой строке "ханахаки калькулятор онлайн" и открыл первый же сайт. Ввёл данные в таблицу. Первый день — один лепесток. Второй — один. Третий — два. Четвёртый — пять. Пятый — семь. Шестой — девять. Седьмой — двенадцать. "Закончить". "Получить результат". [58 дней. Возможная погрешность: 25 дней. Пожалуйста, введите больше данных.] Таф закрыл вкладку и уронил голову на стол, накрыв её руками. Потом закашлялся и бросился к мусорной корзине. В этот раз ощущение забитых дыхательных путей было ещё хуже. Он кое-как выплюнул два красных лепестка, поморщившись от горьковатого вяжущего привкуса. Получается, уже четырнадцать за сегодня... наверное, эти почти два месяца оставшейся жизни от калькулятора из интернета — слишком оптимистичный прогноз. Подрывник сполз по стене и сел, обхватив колени руками. Почему-то именно сейчас захотелось заплакать. Поздновато у него эмоциональные реакции начинаются... Нужно вставать. У него не доделан проект взрыва двух соседних домов, который подрывники должны сделать до конца этой недели. Нужно просто встать и заняться работой. А потом, возможно, придёт 1х и снова отправятся веселиться. Таф обещал угостить того фисташковым мороженым. Но нужно успеть всё закончить сегодня. Подрывник попытался подняться, но голова вдруг закружилась, и он упал обратно. И именно в этот момент к нему в кабинет приспичило зайти Дусеккару.

•••

Одна из самых больших проблем при ханахаки — то, что далеко не все цветы сами по себе безобидны. Конечно, мне всё ещё довольно сильно повезло, но...

•••

— Тише, тише... Таф обнимал Дусеккара и плакал, пока тот стоял и пытался понять, как поддержать подрывника. Вообще-то, он просто собирался передать документы по пути, раз ему всё равно на тот же этаж. Но теперь, видимо, дела подождут. — Как давно это началось? Кашель, кровь и лепестки мне говорят, что влюбиться тебе довелось. Что случилось, друг мой, расскажи. Таф вытер глаза рукавом. ~ (Я очень скоро умру. Она прогрессирует слишком быстро.) — Но есть ведь и другой вариант... почему ты не можешь признаться? В невзаимности чувств столь уверен, или не можешь пока догадаться? ~ (Это сложно. Я просто...) — руки дрожали. Таф всхлипнул. ~ (Я просто хочу, чтобы у меня перестала кружиться голова. Уже несколько дней не проходит.) — Что за цветок тебя уничтожает? Он вполне может быть причиной. Возможно, ты не знал, но далеко не все растенья безобидны. ~ (Я не подумал посмотреть...) — Таф залез в карман куртки и подрагивающими пальцами выудил оттуда лепесток. Один из тех сегодняшних, которые он получил, когда закашлялся на улице во время подрыва здания и спрятал в карман от греха подальше. Дусеккар осторожно протянул руку и медленно взял лепесток, другой при этом легонько похлопывая Тафа по спине. — Олеандр, красный. Да, цветок ядовит. Но всё не так ужасно! Пусть осторожность и не повредит... ─ Что-то подсказывало подрывнику, что админ сейчас максимально преуменьшал масштаб проблем, но он решил не акцентировать на этом внимание. Дусеккар усадил Тафа на кресло и потыкал на кнопки клавиатуре, чтобы "разбудить" устройство. — Я сам не помню точно список весь, но тебе стоит посмотреть его, конечно. Когда проблему ты узнаешь, станет легче — к здоровью не относятся небрежно, — админ вздохнул и погладил подрывника по голове. — Даже сейчас... ~ (Мне ведь стоит сказать боссу? Так будет правильнее, чем если я просто... пропаду в один момент. Пусть ему и есть, кем меня заменить в любой момент.) — Выбор твой. Но, знаешь — я советую причине рассказать. Можешь не признаваться, чтоб судьбу не пытать, но держать в неведеньи будет жестоко. ~ (Спасибо за совет, Тыковка. Я попробую. Наверное.) Дусеккар наклонил голову вбок и мягко засмеялся. — А теперь мне пора — работа не ждёт. Но я верю в удачу, что надежду, возможно, вернёт.

•••

Дусеккар — мой лучший друг. Не помню, как мы познакомились, это слишком давно... будто с тех пор прошла целая жизнь. Но общаемся мы редко, так как у Тыковки своих проблем навалом. Хотя до того, как я познакомился с 1х, я был уверен, что этих нескольких часов общения раз в три недели мне достаточно для счастливой жизни. А по 1х1х1х1 я начинаю скучать уже на следующий день. Правду говорят, сердцу не прикажешь. Кстати, проблемы с выражением чувств тут не только у создания Теламона. Да, я пробовал признаться. Ну, не совсем "признаться"... здесь всё сложно.

•••

— Уже лучше. Возможно, даже научишься, — 1х кончиком меча поправил положение руки Тафа, — когда-нибудь. Подрывник хмыкнул и постарался запомнить правильную стойку, после чего опустил меч и достал блокнот. В последнее время он всё чаще ощущал слабость и уставал быстрее, но пока что это не мешало их совместным занятиям. Ну или Таф просто слишком сильно хотел не прекращать их. "Мне нужно закончить с домом того хакера сегодня, поэтому пора отправляться туда. Хочешь со мной?" Прочитав, 1х1х1х1 ненадолго задумался. — Думаю, время у меня есть. Теламон сегодня надолго застрянет в HQ из-за какого-то бага в своей любимой SFOTH. Пойдём. Таф улыбнулся и собрал вещи, сообщил, что сходит в офис за всем необходимым и убежал в здание. 1х решил за ним не идти и просто постоять, прислонившись к стене у выхода на парковку. В какой-то момент двери открылись, и из них вышел насвистывающий скучную мелодию сотрудник, заметил 1х1х1х1 и резко отскочил на два метра, а потом круто повернул в другую сторону. Захотелось его ударить, но создание обещало Теламону сдерживаться. И в принципе бедное олицетворение ненависти было отпущено на свободное перемещение только потому, что согласно их договору в случае любой жалобы от других роблоксианцев оно будет тут в воспитательных целях депортировано к Думбрингеру. Интересно, что бы Таф сказал, если бы узнал, что в действительности 1х сам создал тот "баг" для того, чтобы подольше побыть в HQ? Он давно уже втихаря игрался с кодом SFOTH. Конечно, если кто-то узнает, то ему не поздоровится... но 1х понравилось взламывать. Он никогда не признается себе, что единственной причиной, по которой создание ненависти до сих пор не отрывается на всю катушку, являются эти тихие часы, которые он проводит вместе с каким-то подрывником. Которого он встретил, к тому же, абсолютно случайно. "Что-то он долго, кстати". А в это время Таф сидел на холодном полу в пустом туалете в конце коридора HQ, пытаясь вдохнуть и не захлебнуться при этом. А потом выплюнуть то, что застряло в его горле, мешая свободному доступу воздуха. Когда его у это всё-таки удалось, лёгкие уже горели настолько сильно, что подрывник успел испугаться, что сейчас тут и умрёт. Словно внутрь без спроса залили бочку кислоты. Посмотрев на предмет у себя в руках, тот ожидаемо увидел полное соцветие... в принципе, умереть прямо сейчас — хорошая мысль. Но нужно встать. На парковке его ждёт 1х. Они вместе сходят и разберутся с заданием Тафа, пока создание будет рассказывать интересные истории. У него их очень много. А потом Таф обязательно всё-таки угостит того мороженым. Если уж и придётся умирать, то он сделает это немного позже.

•••

В тот момент всё и покатилось по наклонной. Я не знаю, почему она развивалась так быстро. Почему мне так сильно не повезло. Но я уже тогда прекрасно понимал, что мне осталось недолго. Но самое главное из того дня...

•••

Таф был счастлив, потому что 1х1х1х1 не назвал мороженое дерьмом. — Но мне всё равно нравится другое. "Что именно?" — тут же на весу неаккуратно написал в блокноте подрывник, пока они шли в сторону HQ. Его слегка подташнивало, но он старался делать вид, что всё в порядке. Подумаешь, не может нормально поесть. — Лаймы. Сушёные. В магазинах не найдёшь в большинстве своём. Подрывник сделал себе заметку в памяти. Нужно будет обязательно найти сушёные лаймы и сделать у себя в кабинете их стратегический запас. В последнее время его мало что радовало. Даже любимая работа приносила в разы меньше удовольствия и хотелось просто лечь в уголок и лежать там в ожидании, пока 1х не придёт в HQ вновь. Существо было, пожалуй, единственным, на что его депрессивное состояние не работало ─ он всё так же каждый день ждал встречи, чтобы заняться чем-то вместе. Как сейчас. Они медленно шли в сторону уже видневшегося впереди высокого здания HQ. Таф витал в облаках, а 1х1х1х1 смотрел по сторонам, периодически хватаясь поудобнее за два не пригодившихся корпуса мин, которые подрывник взял с собой на всякий случай, а 1х забрал на обратной дороге: "Мне глаза мозолит то, как ты их держишь, словно у тебя половины пальцев и одной руки не хватает. Хотя, скорее всего, просто нет мозгов". Возле входа в здание подрывника кто-то окликнул. — Эй! Таф! Подрывник обернулся, смотря на своего коллегу. ~ (Что-то случилось?) — Ха, нет. Хотел просто спросить, что ты думаешь насчёт того проекта, который представили на совещании. Ну, с плейсом. Который даже наш отдел обсуждает. ~ (Я согласен с Тыковкой. Это слишком опасная затея, чтобы её реализовывать.) — А, понятно. В чём-то оно так и есть, наверное. Ну ладно, бывай! У тебя, как вижу, рабочий день ещё не закончен. И добавил уже жестами: ~ (У тебя за спиной зелёный ужас стоит. Осторожнее. Его половина HQ боится.) Таф помахал вслед уходящему подрывнику и обернулся к 1х, который всё ещё стоял рядом. — Что это за штуки вы делали руками? Таф достал блокнот обратно и написал ответ. — Язык жестов? То есть вот это вот, — он произвольно помахал рукой, — что-то значит? Не знал. Подрывник задумался. "Ближайшая интерпретация того, что ты только что сказал, будет означать «Иди сюда, маленький червяк»". —...ладно, я больше не буду это делать. Научишь паре жестов потом? "Ты правда хочешь? Конечно, я с радостью!" — Желательно, чтобы это был способ кого-то послать. А то при Теламоне особо не поругаешься. Таф рассмеялся. "Хорошо! Тебе пора идти уже?" — Ага. 1х1х1х1 отдал мины обратно и пошёл в другую сторону, но через десять шагов развернулся и помахал рукой. Редкий жест для него. И тогда Таф сделал это. Вместо привычного взмаха рукой он поднял её и сложил в жест, который... — И при чём тут рокерская "коза"? ...что логично, 1х не знал.

•••

Вот так я и признался впервые. Это было чем-то похоже на последний, отчаянный шаг. По-нормальному, естественно, написать ему на бумажке я струсил. А так, можно сказал, положился на волю судьбы — если 1х знает, или узнает, что этот жест означает, то так тому и быть. К тому же, это меня успокаивает. Мол, сделал всё, что мог. Даже хорошо, что до этого самого момента он так и не посмотрел и не спросил ни у кого значение.

•••

Следующая неделя ознаменовалась первыми растущими из-под кожи цветами. А ещё тем, что на всех лепестках, вылетающих с кашлем, теперь были капли мутной жидкости. Сок олеандра. Ядовитый. Олеандрин. Таф сжал зубы и срезал ножом вырастающий из запястья стебель. Потом аккуратно проделал то же самое на бедре. Вперемешку с соком растения из мест среза закапала кровь. Подрывник быстро замотал раны бинтами и снял перчатки. При работе с олеандрами всегда нужно защищать руки, чтобы ядовитый сок не дай Теламон не попал на кожу. Правда, в его случае это — полный идиотизм. У него лёгкие все зааполенны олеандра и изнутри, а он осторожничает.

•••

Единственная причина, по которой я прожил настолько долго со смертельной для любого роблоксианца дозой яда в организме заключается в том, что ханахаки призвана убивать носителя медленно. Если в лёгких вырастет опасный цветок, то организм старается всеми силами отсрочить смерть, экстренно начиная вырабатывать нужные вещества. В моём случае печень просто стала работать активнее, чтобы расщеплять яд. Конечно, этого не хватило надолго, и его концентрация быстро превысила возможности организма. Но это подарило мне немного времени для того, чтобы провести его с 1х. Честно, не завидую тем, у кого цветком стал кактус. Одна из самых ужасных смертей.

•••

Переломным моментом в жизни Тафа стал день, когда Билдермена на стол легла увольнительная. Эти круглые глаза человека, который от удивления даже перестал клевать носом (админ уже несколько дней как не спал, разбираясь с последствиями хакерской атаки), стоили того, чтобы передать документ лично. Изначально он хотел трусливо переслать скан по почте. — Ты? И увольняешься? Таф закивал. — Есть какая-то причина? Просто... не пойми неправильно, это твой выбор, но от тебя получить заявление на увольнение я ожидал, наверное, меньше всего. Ты можешь не говорить, если личное... Давай Таф, выдохни. Ты сможешь сделать это. ~ (У меня ханахаки. Третья стадия.) —...что?

•••

Итак. До моей смерти оставалось примерно полторы недели. Чем я занимался? Во-первых, я уволился с работы. Во-вторых, рассказал всё Билдермену и дал себя пожалеть. А потом босс разрешил мне работать всё оставшееся время внештатным сотрудником! В-третьих, я очень много гулял с 1х... не рассказывая ему обо всём этом, конечно. Ему не нужно это знать. В-четвёртых, поговорил с Дусеккаром наконец. Тот был рад меня видеть. Вот и всё. Остальные полторы недели можно назвать скучными и рассказать там нечего. Я упал в обморок три раза. Один раз в коридоре, перепугав всех. Цветов на теле стало всё больше, и теперь не получалось обрезать все. Дышать становилось всё тяжелее, а когда я стал выкашивать по пять соцветий в день, то этот сад в лёгких уже буквально через кожу и рёбра в зеркале видно было. Меня всё больше мутило, а сердце начало пропускать удары как следствие отравления. Мне пришлось попросить 1х "временно" прекратить наши тренировки. Он выглядел разочарованным, и из-за этого мне стало даже больнее. И я показывал ему этот жест. Много раз, когда мы заканчивали тренировку и 1х пора было идти. Своеобразное маленькое признание. К тому же, это избавляло меня от чувства вины, что однажды, вот так попрощавшись, я больше не смогу прийти, а в итоге так ничего ему и не скажу.

•••

Это случилось в коридоре HQ да день до выходных. Из кабинета вышли Билдермен с Теламоном, прощаясь друг с другом до следующей недели — бог не собирался приходить в ближайшее время. У обоих, видимо, было довольно хорошее настроение, потому что даже Теламон слегка улыбался. Другая двоица в тот момент как раз подходила туда же — Таф предложил проводить 1х1х1х1, так как у подрывника не было никаких заданий в тот день. 1х и раньше замечал, что-то Таф стал часто кашлять. Когда он один раз попытался заставить подрывника сходить к врачу (сказав, что его это уже стало слишком сильно раздражать, и нужно обязательно сделать что-то), тот лишь извинился и стал делать это тише. Вот и в этот раз Таф неожиданно закашлялся. Но вместо того, чтобы просто аккуратно приспустить маску и прикрыть рукой рот, как он делал всегда, подрывник попытался схватиться за стену, покачнулся, кашлянул ещё раз и упал на колени. Билдермен, заметивший это, резко повернулся и подбежал к Тафу, пока 1х1х1х1 и Теламон просто непонимающе стояли и смотрели на это. — Ты как? Дышать можешь? — в голосе босса отчётливо была слышна нотка тревоги. Подрывник слабо тряхнул головой, начав медленно заваливаться на пол. — Чёрт, Тела, звони в скорую, это срочно!

•••

Теперь сад в моих лёгких перекрывает любой доступ к воздуху. Цветов слишком много, и я не могу дышать. Я совсем не могу дышать. Я падаю на пол, и чувствую, как кто-то трясёт меня за плечи. — Что делать? — твой голос совсем рядом. Мне, надо бы извиниться за то, что это происходит прямо здесь — я не хотел, чтобы ты это видел, — но моих сил не хватит не то, что написать что-то в блокноте, даже руку поднять. Ещё и голова кружится. Так больно... я пытаюсь вдохнуть спасительный воздух вновь, и какая-то его небольшая порция даже умудряется прорваться через заслон цветов, но это отнимает мои последние силы. Мне жаль. Спасать меня уже бесполезно, потому что я так или иначе умру от отравления теперь, когда цветы уже разрослись так сильно. Но вы не понимаете этого. — 1х? Ох... спасибо. Приподними его голову повыше как-нибудь, можешь себе на колени положить, не знаю... нет смысла делать искусственное дыхание, пока мы не сможем достать то, что мешает ему дышать. — Что с ним? — Ханахаки. Чёрт... Голоса заглушаются. Я слышу вещи так, словно нахожусь под водой. Мысли путаются, а звон в ушах перерастает в невыносимый гул. Больно. Я знаю, что это скоро пройдёт, но... — Сюда... —...ремени прошло с тог... —...нет, недолго, около... —...срочно!... Потом боль медленно уходит куда-то. Я чувствую, как моя голова вновь касается пола, а потом ритмичное давление на своей груди. Потом и эти ощущения пропадают. Становится очень легко... странная, неприятная лёгкость во всём. А потом — темнота.

•••

Кладбище погибших от ханахаки располагается по соседству с обычным. Незнающий человек может подумать, что это — очень красивый парк с клумбами, полными различных цветов, а также переодически встречающимися кустарниками или прекрасными тенистыми деревьями, которые цветут круглый год. Идеальное место для отдыха. Только вот сюда не приходят почти никогда. Это место избегают даже животных, несмотря на то, что ханахаки, от которой погибли все эти роблоксианцы, не является заразной. 1х1х1х1 думает, что-то это слишком странная болезнь. Словно вырезанная откуда-то из фильма или книги в жанре фантастики, она никак не сочетается с этим миром, почти во всём зависящем от написанного кода. Создание ненависти проходит вдоль могил вглубь кладбища. Все они подписаны одинаково: на первой строчке — имя, на второй — годы жизни, на третьей, переодически пустующей — имя того, в кого был влюблён погибший. Никаких эпитафий или чего-то подобного. В тишине слышно, как под ногами хрустит гравий, которым усыпана дорожка. В этот прекрасный солнечный день здесь не слышно никаких птиц или насекомых. 1х1х1х1 усаживается в тени какого-то дерева — кажется, яблони, — напротив одной из могил. На ней ещё видна свежая земля, которую цветы пока не успели полностью покрыть. Маленькие красные олеандры. Такие цветы, как правильно, растут поодиночке, но здесь они уже захватывали "клумбу", игнорируя личное пространство друг друга. Он тихо вздыхает. — Вот ты скажи мне, а? Кто и какого хрена? Но, конечно же, ответа нет. Третья строчка на надгробии остаётся пустой, а цветы даже не покачиваются, потому что ветра сегодня нет. 1х1х1х1 встаёт и пинает гравий на дорожке, разворачивается и хочет уйти обратно, но вспоминает, что Теламон говорил что-то про традицию. В то время, как на нормальное кладбище приносят цветы, тут делают ровно наоборот. В знак уважения срывают ровно один цветок и забирают с собой. Поколебавшись, он всё же делает это. Теперь точно пора возвращаться, пока один самовлюблённый бог не заметил его пропажу. Наврядли взлом системы защиты надолго отвлечёт его (хотя, в большинстве своём, 1х1х1х1 сделал его просто потому, что это было интересно; сейчас ему ничто не мешало экспериментировать так, как он хочет). Он замечает на дорожке, ведущей к обычному кладбищу, какую-то парочку. Девушка странно размахивает руками, пока парень стоит и внимательно смотрит. Когда та заканчивает, он показывает в ответ подозрительно знакомый жест, и девушка, грустно улыбаясь, направляется в сторону могил. Её собеседник же вздыхает и усаживается на скамейку. 1х подходит к нему ближе. — Это язык жестов? Сидящий поднимает голову и чуть ли не подскакивает на месте, инстинктивно отодвигаясь подальше. — Это?... Здравствуйте, верно, а вам... — Что он значил? — Ну, она попросила меня подождать здесь... — парень недоумённо смотрит на 1х1х1х1. — Нет, тот жест, который ты показал. Он что-то значит? — Ах, вот вы о чём! Вы уже видели его где-то? — он расслабленно улыбается и сжимает руку в кулак. — Смотрите. Мизинец — буква "I", указательный и большой пальцы формируют букву "L", а вот так вот большой и мизинец своими продолжениями формируют букву "Y". Получается аббревиатура "я тебя люблю". Но её легко перепутать с похожим жестом в рокерской субкультуре, так что, если человек, который это показывал, не является глухонемым и не знает язык жестов, то, возможно...

•••

— Погоди, Билдс, где, ещё раз, ты видел 1х1х1х1? — Заходил в бывший кабинет Тафа, который сейчас пустует... это двумя этажами ниже. Я не знаю, зачем. — Ладно, спасибо. Бог спускается вниз и проходит по коридору, пробегая взглядом по табличкам на дверях. Находит нужную и открывает её. Не заходя, он оглядывает кабинет и никого не видит, но, уже собираясь уходить, замечает своё создание сидящим на полу в углу кабинета. Его плечи очень странно тряслись. Если бы 1х1х1х1 умел плакать, то Теламон решил бы, что сейчас он делает именно это.