Взглянуть в глаза

Уже целую неделю Фест безуспешно пытался уговорить Кхаотана на совместное караоке у него дома. Да что уж говорить: он даже купил для этого все, что нужно, зная любовь Кхао к этому времяпровождению. Но тот упорно отказывался, вместо этого таща его в общественный караоке или на ужины в маленькие ресторанчики. Фест, конечно, соглашался, но и от своего не отступал.   И вот сегодня, наконец-то, после совместного мероприятия Кхао согласился прийти к нему. Купив по пути закуски, они довольно быстро доехали до дома.   Со вчерашнего вечера у Феста еще осталось мясо с картошкой, которые он на пробу готовил впервые на кухне нового дома. Разогрев еду и высыпав закуски по глубоким мискам, они уютно устроились в комнате с аппаратурой.   Комната была уютной, хоть пока и почти пустой: большой телевизор с караоке, компактный диван со светлой обивкой и такой же светлый ковер, на котором парни и решили устроиться. Чуть сбоку стоял кофейный столик – на него водрузили все миски и тарелки.   Начать реши с веселого: спели песню Полкасан и еще пару незамысловатых песенок. От смеха удержаться было невозможно, когда Фест пытался тянуть высокие ноты, но с треском проигрывал в этой борьбе. Кхао смеялся заразительно, ярко, и Фест так же ярко смеялся в ответ.   Потом лирику решил спеть Кхаотан. Пока он сосредоточенно пел, полностью погружаясь в музыку, Фест не мог налюбоваться им. В такие моменты для него было трудно оторвать взгляд от Кхао: как тот улыбался, пропев очередную мелодию, и как блестели его глаза, когда он пел о чем-то грустном.   Сердце Феста билось размеренно, в такт размеренной мелодии песни. Но все внутри него сжималось от вереницы чувств к человеку рядом с ним. Хотелось вот так сидеть с ним вечно: слушать, как он поет, смеяться и горевать вместе с ним. Хотелось провести с ним жизнь.   До знакомства с Кхао Фест даже и не предполагал, что можно так сильно влюбиться в лучшего друга. И в такой ситуации даже не знаешь, что делать: признаться – значит поставить на кон вашу дружбу, а не признаться – значит тихо любить человека рядом с тобой, довольствуясь тем, что есть. И Фест так сильно боялся потерять то, что у них есть сейчас, что смиренно молчал.   Но иногда ему казалось, что и Кхаотан чувствует то же самое. Что он тоже задерживает на нем взгляд дольше положенного, что он порой бросает свои дела, лишь бы побольше времени провести с Фестом вне работы и камер. Но и сомнений у Феста было много.   Время текло своим чередом. Закуски кончались, а голоса уже почти сели. Но парням было так тепло и комфортно, что прекращать этот вечер не хотелось.   — Давай последнюю, и я домой, — сказал Кхао, устало вздохнув и откинувшись на диван. — Хорошо, — кивнул Фест. — Тогда ты выбираешь песню. На секунду Кхао задумался. — Хочу спеть "Я и ты". Фест кивнул, начиная поиск нужной песни.   Теплый свет падал на лицо и шею Кхаотана, словно создавая вокруг него необъяснимое свечение. Когда он запел первые ноты, его голос дрогнул. Фест подхватил, и продолжили петь они уже вместе.   Глаза Кхао заискрились слезами, когда он посмотрел на Феста, который в ответ также смотрел на него. Голоса дрожали и срывались, но они с улыбкой продолжали петь, полушутя-полусерьезно горюя.   Кхаотан взял друга за руку, переплетая их пальцы. Время для Феста будто замедлилось. Сейчас, смотря на Кхао, такого близкого и родного, вглядываясь в его глаза, Фест наконец-то понял. Именно в этот момент он понял, что его чувства взаимны – надо лишь сделать последний шаг.   Фест потянулся, и крепко сжал Кхао в своих объятиях. Теперь он знал, что будет делать дальше. И знал, что все будет хорошо.