Пляска драконов: змеи и драконы.

На Драконьем камне царствовала напряженная тишина. Мало того, что все тосковали за бывшим управляющим Абэраку, так ещё и утром пришла весть, что Красный замок Нибелунг присвоил себе вместе с железным троном, ведь теперь является королем. В одной из комнат собралась четверо сестёр Аешмы и глава клана Стронг с пепельного города. Набериус, не привыкшая даже к долгой езде на лошади, лежала на кровати и пила маковое молочко, которое должно было ослабить её боль в ногах. Рэйндоттир сидела на краю кровати, Асмодей стояла спиной к окну, Астарот в кресле у камина, Ронова же оперлась плечом на закрытую дверь, будто кто-то должен был помешать их разговору: – У Набериус выступило несколько язв на ногах даже после срезания зараженной кожи. - устало ответила Рэйндоттир, убедившись, что носительница имени уснула, а стакан, где раньше было молоко, стоит на столике возле кровати. - Опухоль появилась по бокам груди. У меня больше нет идей, что это за болезнь, если не проклятие. – А боль? Она чувствует как заживо разлагается? - неловко спросила Астарот, сминая вспотевшими ладонями белое платье с начинающемся у колен разрезом; плечи, укрытые такой-же белой тканью с синими и золотыми узорами, слегка дрожали от беспокойства. – Маковое молочко приглушает боль. Возможно Набериус даже ног уже не чувствует, поэтому говорит, что все хорошо. Бывает и редкая горячка, тогда ей совсем плохо. – Возможно, нам стоит найти красную жрицу Р'Глора, чтобы попросить объяснить такой феномен… - резко вступила в разговор Ронова. – Зачем же? - перебила её недовольная леди Стронг. - Разве Ведрфёльнир уже не считается за тех фанатиков из-за того, что отдал тёмному богу свои глаза? – Когда ты молишься в септе семи богам, то ты сразу становишься септой? - на это Рэйндоттир закатила недовольно глаза. Она, конечно-же, не ходила по септам. Неожиданно из открытого окна донесся рык зверя, который принадлежал золотому дракону, спускающемуся по горным вершинам к мосту, на котором стояло достаточно много рыцарей белых плащей. Асмодей, развидевшая верхом на Солнечном огне его всадника Фанета, сразу выбежала за дверь, а Ронова ошарашенно смотрела ей вслед. Ярко-желтая чешуя скользила по скалам и спускалась вниз, ухватываясь когтями и царапая поверхность Драконьего Камня. Ящер открыл пасть и издал предупреждающий протяжный звук всем рыцарям, которые пришли сюда по неизвестным причинам: – Sunfire, lykirī. - кажется, до сих пор разгневанный, дракон не унимался; однако в конце концов пасть из тысячи клыков закрылась. Фанет медленно сполз со своего “скакуна” и сделал несколько шагов вперёд к людям, а подоспевшая Асмодей вытащила меч из ножен. - Зачем вы здесь? – Я не желаю зла, леди командующая. - один из них выступил вперед и поднял шлем… за ним показался Элинас, который совсем недавно был первым проигравшем в турнире рыцарей. - Позвольте подойти ближе. – Позволяю. - ответил напряженно Фанет. – Благодарю. - мужчина подходит ближе, но, все так же остерегаясь крылатую тварь, сзади останавливается, опускаясь на одно колено. Его руки тянутся к надетой на плечо сумке и из неё появляется корона Джехейриса І, украшенная гербами домов. Пальцы его тянут украшение прямиком к Таргариену. - Я клянусь хранить короля всеми силами, отдать за него свою кровь. Я не возьму ни жены, ни земель, ни буду отцом детям. Я буду хранить его тайны, выполнять его приказы, сопровождать его и защищать его имя и честь. Асмодей удивлённо смотрит на все ещё юного рыцаря и целую кучу других за его спиной: среди них были не только белые плащи, но и слуги, фрейлины, мелкие советники красного замка. Не успевает женщина выступить вперед, чтобы взять из чужих пальцев корону, как возле неё проходит неоткуда взявшийся Ведрфёльнир; а его сокол, размахивая крыльями, садится на плечо командующей. Видимо, слепой уже скормил ему чужие глаза, дабы вновь прозреть на часик-другой. Слепой берет корону и синхронно с птицей поворачивается к принцу Драконьего Камня, делая пару шагов в его сторону. Фанет чувствует, как на голову ложится валирийская сталь, выкованная его прадедом, и внутри смешиваются миллион чувств сразу: – Мой король. - блондин садится на одно колено. Все, кто стояли за Элинасом, и его собственный показавшийся двор так-же преклонили колено. *** Долина Арренов. Она защищена и окружена Лунными горами, изолирована от остального Вестероса и доступна только в теплое время года. Предгорья населяют горные племена, которые отвергают правление дома Арренов. Сама семья дома живёт в местности под названием “Орлиное гнездо” – именно туда Ведрфёльнир и послал своего сокола, чтобы хотя-бы его семья поддержала правление старшего сына бывшего короля. Вернувшись после “коронации” своего любимого, блондин вновь уселся за стол, но писать письма для разных домов прекратил. Его птица улетела, значит, хоть какой-то источник зрения исчез, поэтому остается только снова напиться дешёвого вина, оставшегося после поминок Абэраку. Неожиданно глаза пронзила ужасная боль, точно на них попало что-то горячее. Среди темноты вспыхнуло пламя, а в нем белая трясогузка, излучающая лунный свет, пыталась взлететь. Трепет крыльев с каждой секундой нарастал, будто давая понять неизбежную судьбу маленькой птички – но так же резко, как и началось, все закончилось. Вернулась прежняя темнота, и на голову Ведрфёльнира уселся его сокол: – Брысь отсюда! - недовольно крикнул Аррен, после чего сокол спрыгнул на стол. Блондин просидел пару минут на стуле, стараясь запомнить показавшееся видение. Кто может быть этой трясогузкой? Фанет? Оробаси? Нибелунг? Может, кто-то из драконов? Он узнает это потом, главное теперь держаться подальше от огня. Вспомнив про письмо, мужчина вновь обратил внимание на предположительное место, где сидело его домашняя птица, и, осторожно нащупав перья, он забрал письмо. Придется потом прочитать: сейчас нужно рассказать о своей чудной фантазии Фанету. *** Замок Риверран славился своим непостоянством и сварливым речным лордом, который плохо относился даже к собственному единственному сыну - Ремусу. Вот только парнишку это не заботило, ибо каждый второй слуга ожидал кончины старого мужчины и то, когда молодой Талли станет новой главой. Оробаси оказался в спальне, в которой уже застоялся запах старины, и где присутствовали двое представителей дома. Гровер смотрел на гостя так, будто прямо сейчас ринется в бой, а затем вырвет ему глотку голыми руками; его сыночка казался более лояльным к Таргариену: – Вы предлагаете мне отдать честь пьянице потому-что он старший принц? Тьфу, не дайте боги эта падла когда-то займет железный престол: мы все окажемся в могиле! - недовольно ревел рыжеволосый на красноглазого. – Я слышу хрип в вашем голосе, милорд, поэтому скажу прямо: вам осталось недолго. Лучше пускай ваш сын принимает решение, а не больная от старости голова. - пытался спокойно ответить Баси, хотя в его голосе так-же чувствовалась вражда. – Да как ты смеешь! Ты...! Поганый бастард.. – Отец, хватит. - вмешался на этот раз Рем. – Замолчи, мелкий гаденыш! Твоя мать тоже думала, что способна управлять делами моей семьи, только вот к чему это привело?! К её смерти от отравления! - видимо, он намеренно умалчивал, что папу так же пытались убить. – Может, моему дракону тоже стоит показать вам, почему управлять делами вашей семьи должен молодой сын, а не престарелый дед? - сталь в голосе посланника принца теперь была явной. – А ты не суй сюда своего дракона! - Гровер злостно дышал, уже и не зная, что добавить. Поэтому в конце концов он махнул рукой, улегшись под одеяло. - Ну давай, Рем! Покажи, какой из тебя будущий лорд, чтобы точно обречь дом Талли на проигрыш! – Итак, принц Оробаси, я согласен отдать вам половину наших солдат… - сбоку послышался настойчивый кашель - если обещаете дать нужное количество золота и разрешение на постройку порта недалеко от замка. – Если мы одержим победу, то клянусь домом Таргариенов, что данная клятва будет не похоронена во лжи. Пусть союз Талли и Змей будет закреплен кровью. - Веларион вытянул фамильный меч и сделал лёгкую царапину на своей ладони, тоже самое сделал и Ремус (с помощью своего клинка), после чего парни пожали друг другу руки. *** Тем временем в красном замке царила своя атмосфера, несколько схожая с домом Змей. В одной из роскошных женских спальней сидели хозяйка комнаты и её отец с клана Селтигар, которые не особо скрывали свой разговор, ведь все предполагаемые предатели либо ушли, либо были казнены в темных подземных камерах, которые ранее Мейгор І использовал для пыток. Выцвевший блонд, принадлежащий старшему мужчине, склонился над сказками о трех завоевателях, которые якобы писались мейстрами, в то время как его дочь сидела напротив зеркала, перебирая полученные украшения после коронации Нибелунга: – Самый высокий получил название холм Эйгона, а вскоре меньшие стали называть холмами Висеньи и, соответственно, Рейнис. - проговорил грубый голос, после чего нечто шевельнулось в стороне – видимо, книга была отложена на потом. - Поговаривают, Висенья занималась черной магией, чтобы обворожить своего брата после смерти младшей сестры. – Эйгон любил обеих сестер, зачем ему выбирать кого-то из них? - еле слышно ответила Эдуалла. – Поэтому сослал жену вместе со своим сыном на остров? - Севань глянул в сторону леди. – Он был разбит смертью Рейнис! Она игрива и страстна, поэтому девушка своей гибелью оставила глубокую дыру в сердце обоих партнеров. В конце концов Висенья же тоже любила её! – Любила, поэтому позволила своему сыну “изгнать” её единственного ребенка Эйниса с престола? – Оробаси зовут перерождением Висеньи… – И он набросился с ножом на твою дочь! - блондин повернул её стул к себе и положил ладони на щеки, заставляя женщину смотреть ему в лицо. - Эдуалла, помнишь?! Канон и Эилиэн подрались, после чего его доченька сама напоролась на нож, а Оробаси, даже не выслушав, кинулся, готовый вспороть тебе живот! Королева молча смотрит на своего отца, даже не зная, что ему ответить – но её спасает завывающий гул трубы, который извещает о прибытии принца Дорна. Дешрет Мартелл - единоутробный брат Апеп, что, хоть и пришли к власти вместе, имеют не особо теплые отношения. Возможно, дополнительной причиной, почему военноеначальница уехала вместе со своей невесткой назад в земли, покоренные Таргариенами, стало то, что её любимая и собственный брат стали слишком близки к друг другу. К сожалению для воинственной девы, её старший брат приехал, и та уже стояла возле его кареты, держа скованное лучшими кузнецами своей родины копье. Из транспорта выходит высокий, мускулистый мужчина с белыми волосами. доставшиеся от его матери Сейры Таргариен (двоюродная бабушка Фанета и остальных детей Мейниса; именно она когда-то основала бордель, сбежав от царской жизни). Янтарные глаза сразу встретились с зелёными, выглядевшими слишком инородно на фоне Дорнийских принцев или принцесс. Именно внешность подчеркивала полную чуждость Апеп, отчего её называли “леди бастард” или же “пустынный дракон” – родство с беловолосыми сыграло свою роль. Дешрет положил руки на бока, а затем хитро улыбнулся: – Сестрица, неужели дела идут настолько хорошо, что ты решила отобрать у меня Дорн целиком? - скорее всего его сильно напрягло копьё, покоящееся в руках девы. – Ещё не наступил день, когда мне посчастливится смотреть на твои муки, вызванные моими же руками. – Сочту это за милость. Как продвигаются сотрудничество с новым коронованным принцем? – Отлично. Я как раз собралась обговорить с Шиукоатлем план наступления, но, как обычно, ты мешаешь всем моим действиям. – Я вовремя связываю руки. Кто знает, сколько солдат ты собираешься безмозгло убить? – Говорит тот, у которого не хватило духу убить отца, отчего заказал у меня убийство за должность. – У меня хватило бы духу, не сомневайся. Но ты сделала это настолько изящно, что дыхание перехватывает, стоит вспомнить картину того, как ты заваливаешься с отрубленной головой ко мне в комнату! – Эй, - к ним на коричневом коне с черными полосами подъезжает новый лорд-командующий, рыцарь Шиукоатль - когда вы перестанете орать на всю улицу? У меня есть брат и где-то тринадцать детей, но при этом в моем доме всегда царит спокойствие и подарок. – Твои бастарды за твоей же спиной пытаются убить друг друга, ведь не каждый сможет стать новым лордом Болтоном. - Апеп криво усмехается. - А за твоим сбежавшим племянничком уже давно ухаживал будущий лорд Амберы! Имя с тобой чем-то похоже.. Шило… Шиуко… Шбол… – Шбаланке?! – Да, именно он. *** Железные острова. Ужасное и гиблое место, в котором рождаются пиратами, ими же умирают. Но при лорде Декарабиане набеги в море уменьшились, ведь лорд хоть и был суров, но прекрасно понимал ошибку предыдшественника. Прямо сейчас он читал письмо, которое прислала ему нынешняя королева-регент Рейорос с просьбой помочь в борьбе против Змей, но Вхагар прилетела вовремя, вместе с этим принеся на своих крыльях Морского дракона. В общем, Веларион вновь оказался в чужой спальне, поскольку в последнее время Сын Морского Ветра чувствовал себя плохо: – И что же вы мне предложите в обмен на жалких партизанов? - с усмешкой сказал Лорд Железных островов. – Они лучшие пираты в морях, значит, даже в войне пригодятся. - Баси тяжело вздохнул и спрятал руки за спину. - Предлагаю вам мастеров, которые смогут усовершенствовать ваши корабли и… полную свободу действий на островах, если они не вредят другим домам Вестероса. – Заманчивое предложение. Регентша предлагала мне всего-лишь жалкое звание лорда-командующего. Правда, оно мне ни к чему, когда предлагают свободу действий. Что-ж, Морской принц, идемте за мной, покажу вам своих боевых рыб. *** Впервые после полетов на любимом драконе у Оробаси ужасно болела голова. Хотя, оно и не мудрено: спорить и доказывать что-то таким лордам домов, как отец Рема, было довольно сложно и мучительно. Такая же уставшая, Вхагар с грохотом приземлилась у замка на Драконьем Камне, ведь далее собиралась полететь к вулкану, где ошивались все остальные драконы. Огромные размеры твари не давали принцу спокойно спрыгнуть с её широкой шеи, поэтому Королева улеглась на землю полностью, разрешая всаднику просто скатиться вниз: – Sōvegon, Vhagar. - Веларион погладил её шкуру, и тогда вторая, вновь поднявшись, одним сильным хлопком взмыла в небо. – Да уж, всегда была интересно, как такой хрупкий принц может контролировать самого большого дракона во всем мире? - по голосу Баси сразу узнал Ведрфёльнира. – Благодаря грязному инцесту и сохранению крови. - грустно ответил юноша, после чего с облегчением упал на грудь блондина, чувствуя, что ноги совершенно не держат. – Змейка, я, конечно, тоже люблю объятия, но от тебя несёт драконом так, что мне даже не нужен дар видеть, чтобы узнать, где ты был. - при этом Вед все равно приобнял нижнего. – Зато Аррены, Талли, Грейджои и Фреи поддержали Фанета.. конечно же, за некоторые услуги, но все-таки. – Я та-а-ак рад это слышать. О, и ещё, Эилиэн улетела на Север покорять внимание Старков! – Одна?! - кажется, в Оробаси за минуту проснулась вся скрываемая сила. – Она сама попросилась у Фанета. – Но она одноглазый ребёнок! – Сёйтер и лорд Севера никогда ей не навредят. – Я вас обоих убью. *** Осиал склонился над семью статуями в септе, зажигая только что поставленную свечу. Его руки сложились в молитвенном жесте, а губы тихо шептали песни, обращенные к богам. Никто не знал, за кого или для чего он молился, ведь на наследника Дрифтмарка был натянут белый капюшон, прикрывающий от некоторых любопытных взглядов. Однако, все-таки одного человека он привлек: Баратеона. Муженёк Велариона, увидев любимого, сразу же встал рядом, будто тоже уважительно внимал вере, богам. Изначально голубоглазый даже не замечал, но через некоторое время подозрительно глянул на будущего собеседника, который чуть ли не прижимался к нему всем телом: – Что ты здесь делаешь, Аждаха? - тихо прошипел Осиал. – Помолиться пришёл за будущего короля. - таким-же шепотом ответил Баратеон. – О, правда? Короля-узурпатора, ради которого ты предал весь наш брак? Лучше бы я остался под каблуком Бешт, чем пережил такой позор ещё раз. Мне стыдно было смотреть в глаза собственному брату! – А чем Фанет лучше? Тем, что пропивает всю казну и дает полную свободу действий? – Он не только этим занимается! - голос перешел на высокий тон. – Не повышай на меня голос. – Захочу - прямо здесь избавлюсь от тебя. - выпалил мужчина с нескрываемой обидой на партнёра. - Ты предатель, тебе вообще нет места в святом месте! – Чего это вы тут разорались?! Марш отсюда! - прикрикнул на них септон, показывая пальцем на двери. Осиал не ожидая, что шатен скажет ему ещё что-то напоследок, злостно зашагал прочь из здания к своему дракону.