Первое апреля

      Гермиона проснулась с тревожащим чувством в животе. Первое апреля. Беллатрикс обещала сделать что-то жуткое, какую-то страшную шутку. Она славилась своим изощрённым чувством юмора и полной безнаказанностью со стороны учителей и директора. Всё благодаря влиятельной семье Блэков. Будь прокляты эти чистокровные со своей властью.              В прошлом году Гермиона весь день была подвергнута различным шуткам со стороны Блэк. Слизеринка то и дело подсовывала различные пакости. Заклинание на плохую укладку и без того непослушных, диких волос Гермионы; постоянно саморазвязывающиеся шнурки, из-за чего Гермиона далеко ни один раз спотыкалась, благо не падала благодаря своей хорошей координации и так удачно расположившейся рядом стене; невидимые чернила, Гермиона весь день с ними боролась, стоило ей расколдовать их и написать лишь один пергамент, как они снова становились невидимыми и приходилось начинать заново для следующего пергамента.       И это лишь малая часть того, что творилось с Гермионой в тот злополучный день. Была ли зла Гермиона? О да, она была в бешенстве. Потому что знала чьих это рук дело, но Беллатрикс специально ходила с самым невинным видом на свете и вместе со всеми удивлялась тому, что происходило с бедной гриффиндоркой, мастерски включая актрису, словно не она всё это делала.              Затем, уже вечером, когда парад шуток и идиотизма подошёл к концу, была их еженедельная встреча на астрономической башне. Беллатрикс тогда пообещала на следующий год выдумать что-то настолько изощрённое, настолько страшное, что у Гермионы не останется никаких отговорок, чтобы наконец принять то, что так хотела Беллатрикс.       Её чувства.       Беллатрикс давно влюблена в Гермиону и они вечно спорили на эту тему. Гермиона говорила, что ей далеко не до отношений, ведь на первом месте учёба, а Беллатрикс на это закатывала глаза. Она видела, что Гермиона тоже неровно к ней дышит, к тому же Белла однажды тайком прочитала дневник Гермионы и нашла полное подтверждение ответной влюблённости. Плохо ли она поступила? Да. Жалела ли она? Нет.       Таким образом Беллатрикс негласно создала ультиматум, дословно цитируя: раз в год на первое апреля буду портить тебе жизнь, пока ты не ответишь взаимностью на те же чувства, которые испытываешь сама, но не желаешь их принять потому что какая-то там учёба, книжки и прочая чушь.       Гермиона лишь улыбнулась и приняла вызов, говоря, что всё выдержит. Это была её ошибка. Большая ошибка. И с тех пор на каждое первое апреля Беллатрикс прикалывалась над ней. Иногда безобидно, иногда мощно, но никогда не больно и тем более не смертельно. Гермиону это злило, но она терпела.       Стоит отметить, что со стороны Беллатрикс все приколы и шутки не были издевательством, они никогда не переходила границы дозволенного. Всё, что она делала было лишь желанием привлечь внимание Гермионы и наконец заставить её сдаться. Дело не в том, что Гермиона не хотела отношений, она считала их не таким уж и важным аспектом, ведь есть учёба!       Она видела, как парочки обжимаются в коридорах, как ходят на свидания и дарят подарки, но учёба! Нужно учиться! Беллатрикс на это почти пробивала лицо ладонью, считая причину учёбы одной из самых бредовых. Гермиона была ученицей до мозга костей. Это раздражало.       Сегодняшнее утро нового первого апреля стало… странно спокойным.       Ни взрывающихся хлопушек, служивших своеобразным будильником; ни трёх вёдер ледяной воды; ни бритый налысо Живоглот, потом выяснилось, что это была искусная иллюзия, но перепугалась Гермиона знатно; ни перекроенная задом наперёд одежда. Ничего. Полная тишина.       Это сильно напрягло Гермиону. Она осторожно брала каждую вещь и перепроверяла её несколько раз на предмет какой-либо шутки со стороны Беллатрикс. Сумка в которой однажды она обнаружила мёртвых пауков, которых Гермиона боялась до усрачки, была чиста. Сложив все нужные вещи, пергаменты и учебники, Гермиона открыла шкаф. Вещи в порядке, ничего не перекроено. Одевшись, она решила нанести лёгкий макияж.       И снова, всё хорошо. Два года назад помада взорвалась в неё в руке, а сейчас губы накрашены, тени на глаза нанесены. Всё в порядке. Что происходит? Где очередной прикол, Белла? Что ты задумала?       Тем не менее Гермиона провела первый урок вполне себе спокойно. Но всё равно пребывала в большом напряжении, задаваясь одним простым вопросом: когда? Когда Беллатрикс нанесёт свой удар? Когда ей ждать? Сейчас или через минуту? Может на завтраке или обеде?       Что ж, Гермиона продолжила свой день, как обычно, но оглядываясь по сторонам намного чаще, чем когда-либо. На завтраке Беллатрикс вовсе не было, это напугало Гермиону. Неужели та планировала что-то настолько масштабное, что не пришла на завтрак и пропустила его?       Следующие уроки снова прошли как по маслу. Но из-за напряжения и постоянного ожидания, Гермиона нехарактерно для себя ошибалась в простых вещах и получила оценку ниже превосходного.       На обеде Беллатрикс соизволила появиться. Она просто проспала, поняла Гермиона. Слизеринка часто зевала и волосы у неё были растрёпаны, не уложены, как обычно. Хотя дикие кудри Беллатрикс всегда были дикими кудрями Беллатрикс, но именно в этот день они были слишком уж дикими.       Встреча их взглядов заставила Гермиону похолодеть. Беллатрикс подмигнула. Она подмигнула ей! Значит Гермиона была права, слизеринка что-то запланировала! Но что? Гермиона сжала вилку крепче обычного. Становилось невыносимо от постоянного ожидания и незнания «когда» и «что».       Пергаменты были чисты, чернила писали исправно, не меняли цвета и были видимыми. Волосы не превращались в чёрте что. В сумке не оказывались пауки. Шнурки не развязывались сами по себе. Мантия не слетала потоком внезапного ветра. Всё было нормально, как в любой обычный день.       Но Беллатрикс сказала, что будет нечто жуткое. Страшная шутка. И Гермиона не могла отделаться от ощущения, что что-то грядёт. Вот-вот. Сейчас. Может за поворотом? Нет, ничего. Или при входе в класс на неё обольётся вода? Тоже нет, сухая. Возгорится учебник? И снова мимо.       Весь день Гермиона ходила как на иголках, напряжённая и от этого дико уставшая. Она ждала подвоха буквально отовсюду и от каждого. Ничего не происходило, каждое ожидание ни к чему не приводило. И это сводило гриффиндорку с ума!       На ужине Беллатрикс снова не было и Гермиона не выдержала. Быстро доев она убежала в гостиную своего факультета, быстро сбросила сумку на свою кровать и в таком же быстром темпе убежала на астрономическую башню. Беллатрикс уже стояла там, опираясь на перила с скучающим видом.       Стоило Гермионе появиться, как девушка тут же расцвела. Глаза приобрели озорной огонёк, а на губах растянулась яркая улыбка. — Ты пришла, — сказала Беллатрикс.       От бега Гермиона тяжело дышала и пыталась прийти в себя. Её голос срывался на частые вдохи и выдохи. Она руками опёрлась на свои колени, пытаясь отдышаться. — Весь день… Весь чёртов день… Тишина… Что ты… Что ты задумала?       Выпрямившись, Гермиона не сводила взгляда с на мгновение недоумённой Беллатрикс. Затем Беллатрикс рассмеялась, не громко, не издевательски, а скорее ласково. — Я ничего не делала. — В смысле ничего?       Гермиона не могла поверить. Нет, этого не могло быть. Беллатрикс бы не стала. Это было слишком жестоко. — Правда. Я следила за тобой большую часть дня и видела, как ты шугаешься каждого шороха. Хотела жуткую шутку? Пожалуйста. Ты всё сделала сама.       Весь день она ходила, как чёртов параноик, а Беллатрикс просто сидела и наблюдала?! Гермиона накинулась на девушку с кулаками, правда удары были совсем слабыми. Либо из-за усталости после бега, либо Гермиона злилась не так сильно. Она стукала по груди и плечам Беллы, что-то прикрикивая.       Беллатрикс не вслушивалась, она схватила руки Гермионы и притянула девушку к себе в объятия. Та тут же расслабилась и успокоилась. — Ну прости, — сказала Беллатрикс, целуя Гермиону куда-то в макушку. — Я не думала, что ты будешь так на взводе. — Ты могла бы мне сказать, — Гермиона уткнулась в грудь Беллатрикс, у той было преимущество в росте и, к зависти гриффиндорки, в формах. — Я весь день мучалась.       Снова извинившись, Беллатрикс замолчала. А Гермиона вслушивалась в равномерное биение сердца слизеринки. — Ты не передумала? — нарушила тишину Блэк. — Не знаю, — разумеется Гермиона поняла о чём была речь. — Учёба… — Как любящая девушка я должна бы отступить и дать тебе желаемое, но я дикая собственница и эгоистка, так что нет, — Гермиона на это усмехнулась, что правда то правда. — Мерлин, никуда твоя учёба не денется. Ну серьёзно, это самый глупый повод не встречаться, не находишь? Мы три года потратили в пустую, а могли бы между прочим быть вместе. Ты же знаешь, что я люблю тебя, верно?       Гермиона ответила незамедлительно: — Верно. — А ты любишь меня, верно?       И снова быстрый ответ: — Верно. — Ну вот и всё. А теперь, — она мягко отстранила Гермиону от себя, оставляя руки на её плечах и щеке. — Я хочу сделать то, что хотела очень давно. Сейчас я тебя поцелую, закрой глаза.       Гермиона так и сделала, ожидая поцелуй. Всё-таки Беллатрикс была права, зря потратили столько времени.       Поцелуя не последовало. Лишь дуновение на готовые губы Гермионы. Она недоумённо открыла глаза и нахмурилась на улыбающуюся Беллатрикс. — Что ты… — С первым апреля, Грейнджер. — Да ты изде…       Беллатрикс наклонилась и быстро поцеловала её.