Доступ к телу Петра Гуменника

      Когда Илья просыпается утром, он не сразу понимает, что что-то не так.       Его будит Мисти. Или Миу-Миу, сквозь сон не разберешь, чтобы понять, нужно открыть глаза, а Илье так лень. Он чувствует у себя в носу мягкий кошачий мех, отчего хочется чихать.       Глаза все-таки приходится открыть, потому что «Мисти или Миу-Миу» начинает тыкаться мордочкой Илье в лоб, бодая. И вот тут приходит осознание.       Перед Ильей совсем другая кошка.       — Ты не Мисти. И не Миу-Миу, — от неожиданности Илья выпаливает это вслух и тут же рефлекторно хватается за горло. Что, блять?       Это не его голос.              Это голос…       — Fuck.       Этим голосом мат, даже безобидное американское «фак» с придыханием, звучит совершенно неправильно.       Потому что это голос блядского Петра Гуменника.       Илью начинает мутить. Как такое возможно? Ему мерещится. Точно. Но он не в Вирджинии, он абсолютно точно даже не в США, потому что интерьер вокруг совсем не похож на американские дома, он… что, правда в России?       Блять.       «Добро, нахуй, пожаловать на историческую родину!»       Взгляд Ильи мечется по комнате. Он правда в спальне Пети? В его, блять, кровати? Почему он оказался в кровати Гуменнника именно таким образом?       Мысли уплывают в ненужном направлении, плакаты хард-рок групп смотрят со стен на Илью, как ему кажется, с укоризной. Черт.       — Ладно. Нет, я просто сплю. Просто сплю, да?       Илья больно щиплет себя за руку, аж до шипения, так, что кошка рядом подпрыгивает и сигает с постели вниз.       Илья не просыпается.       — Shit. Fuck, fuck, fuck.       Он нашаривает на прикроватной тумбочке чужой телефон, еле разбирается с тем, как его включить, удивляется тому, что тот не запаролен. Петр Гуменник вообще не боится, что его личные переписки кто-то прочитает?       Илье похуй на переписки. Он включает фронтальную камеру и подтверждает свою страшную догадку. На него смотрят Петины темно-зеленые глаза.       Илья трогает чужое-свое лицо пальцами, касается кончиком указательного родинок, останавливаясь на той, что на подбородке. Господи. Эти длинные пальцы тоже Петины, вся рука Петина, ладонь широкая, кожа на ней немного огрубевшая и…       Илье становится дурно. Он не должен этого чувствовать, потому что… потому что надо думать о том, как вернуться назад! В свое тело. Господи.       Ну вот, он уже взывает к богу. Влияние чужого тела как оно есть.       Илья пытается зайти в инстаграм. Пытается раз, два, три, десять попыток спустя матерится уже на русском, но это не помогает, потому что ничего не грузится. И тут его озаряет.       — ВПН. Точно.       Илья чувствует себя тупым, пока ищет нужное приложение в незнакомом интерфейсе. И только сейчас, разглядев экран получше, понимает, что стоит у Пети на обоях.

petr_og

did you really set THAT photo of us as wallpaper?

ilia_quadg0d_malinin Это все, что тебя волнует сейчас?       Петя с аккаунта Ильи отвечает Илье слишком быстро. У Ильи спирает дыхание, и он, не позволяя себе передумать, подписывается на свой же аккаунт с Петиного. Теперь у Гуменника не ноль подписок, а целая одна. Пакость греет душу и немного успокаивает расшатанные происходящим нервы.

petr_og

actually this is the last thing i care about rn

no we’ll talk about it later

as soon as we’re back into our bodies

btw THAT’S THE BIGGEST PROBLEM

what the actual fuck is going on

and how did you know my passcode

ilia_quadg0d_malinin Я не знаю. Мышечная память твоего тела, наверное Оно само ввелось

petr_og

how did THIS happen

i mean

not the passcode thing

our bodies

i’m in russia

in your bed

ilia_quadg0d_malinin Илья…       Илья печатает быстро, не анализируя, что вообще несет, но после сообщения Пети перечитывает и усмехается. Бархатистым Петиным смешком. Сука. По спине бежит холодок. Илья не думает о последствиях, просто пишет то, что можно было бы легко свести в шутку:

petr_og

you perv

do you really want me in your bed this bad?

ilia_quadg0d_malinin Чья бы корова мычала

petr_og

what

ilia_quadg0d_malinin Look who’s talking Короче, поговорим об этом позже Когда вернемся в свои тела Как это сделать, кстати?       Илья откидывается на подушку и стонет от безысходности. Этот звук Петиным голосом снова посылает целый выводок мурашек вниз по позвоночнику, становится жарко и тут же бросает в озноб. Да сука.

petr_og

idk obviously

you’re smarter so think about it

i’m actually about to die cuz idk what to do

      Илья не врет. Ему правда страшно настолько, что чужое сердце в груди колотится бешено. Но еще Илье любопытно. И горячо. И это тоже выводит из душевного равновесия. ilia_quadg0d_malinin Никаких умираний Мы что-нибудь придумаем       Мы. Придумаем.       Сердце перестает биться на секунду и срывается куда-то вниз. Илья проводит по лицу — чужому, но пока что его собственному — рукой.       Да, они застряли в этой хуйне вдвоем, и им вдвоем из этого выбираться.

petr_og

do you have any ideas?

maybe we should idk

call up and talk it out

wait

in fact we will see each other

in california in a month

      Конечно, как Илья мог забыть. Они оба хотели приехать к Рафаэлю в межсезонье. Потренироваться, возможно, пообщаться лично наедине в более спокойной обстановке, чем на Олимпиаде.       Кто же знал, что все обернется так? ilia_quadg0d_malinin Да Если до этого времени ничего не решится, будем думать уже там, у Рафаэля Владимировича Пока что нам надо попытаться притвориться друг другом На месяц

petr_og

so what will we do

when we will be together

i mean

how to make this work

maybe it’s forever now

      Илья прикрывает глаза, пытаясь успокоить дыхание, которое снова сбивается. Он представляет, как он останется в России, незнакомой и неродной, и неизвестно сколько времени будет выгрызать зубами дорогу на международные соревнования, пока Петя будет завоевывать новые и новые титулы под его, Ильи, именем. На удивление, Илье не так уж страшно это вообразить, но до сжимающей внутренности тоски невыносимо от осознания, что они с Петей существуют в этом спорте ни разу не на равных условиях.       И это несправедливо. Как Петя справляется с этим?       И как же остро Илья чувствует эту несправедливость именно сейчас.       А Петя, кажется, вообще об этом всем не думает. На экране всплывает сообщение: ilia_quadg0d_malinin Я не знаю, может это проклятие какое-то Если так, то, возможно, в лучших традициях сказок оно снимается поцелуем Правда, я не знаю, как целовать кого-то со своим лицом… Как будто зеркало       Илья забывает о плохом моментально и хохочет. Петя — это что-то с чем-то. Пальцы сами пускаются вскачь по клавиатуре:

petr_og

this is the worst pick-up line EVER

so you want to kiss me

ilia_quadg0d_malinin Как будто ты меня не хочешь       Сука. Петя идет ва-банк и буквами на экране бьет под дых. Самое ужасное — в том, что он прав. Илья кусает губу, как делает всегда, когда хочет отрезвить одурманенное сознание привычным легким уколом боли, но это не помогает, только делает хуже, потому что никак не получается отогнать от себя мысль, что губы вообще-то Петины. Тонкая кожа лопается, вниз к подбородку катится капелька крови. Илья автоматически слизывает ее и судорожно выдыхает.

petr_og

you’re the one with our photo together as wallpaper

ilia_quadg0d_malinin А ты лайкаешь видео про нас в тиктоке Мне Аделя показывала. И Софа Самоделкина       Вот же блядский блин. Девчонки. Ну конечно.       Илья не придумывает ничего лучше, чем написать:

petr_og

shut up for god’s sake

and btw what’s your cat’s name

***

      У Пети длинные руки на полкатка, длинные ноги тоже на полкатка, узкая талия, широкие плечи, крупные изящные кисти с музыкальными пальцами. Он сам как музыка, как натянутая на гриф скрипки струна. Петино тело очень красивое.       Но Петино тело Илью плохо слушается.       Илья, вопреки неподдельному интересу, старается меньше думать о Петином теле, потому что это непослушание его бесит. Он даже не рассматривает себя, точнее, Петю, в душе (хотя мог бы), просто выполняет все действия интимного характера механически. Илья скучает по своему телу, привычному, доставшемуся ему по природе.       В голове бьется, как загнанная в клетку птица, мысль: он бы предпочел видеть Петю рядом с собой всегда, но не так. Совсем не так.       Быть с ним или быть им, хах.       Очень скоро попытки притвориться Петей отходят на второй план. Все равно это бесполезно — он никогда не сможет стать им по-настоящему, да и не захочет, а от вранья всем вокруг и себе уже тошно. Поэтому Илья начинает по-дурацки говорить на русском, хмуриться, дуть губы так же, как делает в своем теле, и даже не задумывается о том, как это выглядит. Влад Дикиджи — Илья помнит, что они с Петей лучшие друзья, и, даже если бы забыл, все равно бы вспомнил, потому что Влад пишет Пете очень много и часто, — косится с подозрением.       — Братан, да что с тобой такое? — Дикиджи подъезжает к растянувшемуся на льду Илье, который в очередной раз упал с простейшего двойного тулупа. На Илью летит ледяная стружка от того, что Влад резко затормозил коньками. — Травмировался? Болит что-то?       — Эти ноги слишком длинные, — выпаливает Илья, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. — Я не знаю, что с ними делать.       Влад зависает. Моргает, открывает рот и тут же снова закрывает. Тычет пальцем на ноги Ильи, точнее, Пети:       — Петя… это твои ноги.       Илья ничего не отвечает. Он снова встает, пытаясь прочувствовать под не своими ногами не свой лед не своего тренировочного катка. Вероника Анатольевна, тренер, смотрит на него из-за бортика как-то странно. Недоверчиво.       — Петь, если устал, отдохни, — Влад продолжает ехать за ним, — ну Петь! Вот ты всегда такой упрямый, что пиздец!       Илья останавливается резко. Да. Петя правда такой. Не зря сам Илья тогда, перед Олимпиадой, сказал про него, что «он всегда тренируется с пониманием того, что надо работать усердно».       Они с Ильей очень разные, но при этом так сильно похожи.       Илья отпускает мысли. В голове остается только четкая техника.       Скольжение на правой ноге назад-наружу. Руки выше пояса. Набор скорости. Еще. Еще. Заход в прыжок: вес — на левую ногу, колено согнуто. Разворот корпуса, левое плечо вперед. Руки назад. Правую ногу поднять. Мах ей же вперед. Толчок левым ребром конька.       Взмывая в воздух, Илья думает только одно:       «Охренеть, как же высоко!»       Он считает про себя обороты. Полтора. Два с половиной. Три с половиной. Четыре… четыре с половиной!       Илья слышит в ушах свист воздуха, слышит крики тренера и Влада, но уже поздно. Эйфория накрывает сильнее и раньше, чем должна. Он хоть и докручивает нужное количество оборотов, но запоздало чувствует, как облажался на приземлении: снова запутался в чужих ногах, машинально наклонился вперед, стукнувшись зубцами о лед, и полетел ему навстречу.       Удар сильный. Илье кажется, что у него сейчас мозг через нос польется. Черт, это даже не его тело, а Петино, и травмы тоже его будут! Что Илья творит?       Но… он почти это сделал.       — …Ты ебанулся?! — кричит во все легкие Влад, уже даже не подъезжая, а подлетая к Илье, плюхается на колени. Вообще не стесняется ругаться при тренере, хотя она и сама орет что-то ничуть не менее неприличное. — Нет, я вижу, что ебанулся. Четверной аксель?! Ты же говорил, что не будешь на него заходить, пока тройной не отточишь, — Влад тараторит, хватает Илью в теле Пети за плечи. — Брат… ты докрутил! Докрутил! — Влад прижимает его к себе, ржет истерически. — Ты не ушибся?       — Тупой вопрос, — фыркает Илья, — нормально все. Я смог! Я попробую еще. Буду осторожнее. Но попробую. Хочу… сделать чисто.       — Сюда-а-а! — радостно восклицает Влад, перебивая трехэтажный мат Вероники Анатольевны. — Мы с тобой им всем еще покажем. Бойся, Илья Малинин!       Илья усмехается. Да. Пускай мышечная память тела Пети запомнит, что это такое. Он ему поможет.

***

petr_og

i just landed a quadruple axel in your body

ilia_quadg0d_malinin Ты сделал что.

***

      Пока Илья тренирует четверные аксели в теле Пети, Петя в теле Ильи успешно откатывает целое шоу.       Илья с гордостью и благодарностью смотрит запись, которую ему (на самом деле, конечно, Пете) кидает ни о чем не подозревающая Аделия, а следом Софа Самоделкина. А следующим сообщением Аделия отправляет интервью Пети в теле Ильи, которое кто-то запостил с красноречивой подписью:       «Он поблагодарил фанатов и сказал, что воспринимает их как должное. Byelingual bitch»

petr_og

WTF IS THAT

you did really good i mean your skating was breathtakingly awesome. BUT THIS INTERVIEW—

ilia_quadg0d_malinin Я оговорился… Английский не мой родной, если что

petr_og

now they call me “byelingual bitch” i swear I didn’t sign up for this

ilia_quadg0d_malinin Вообще, справедливости ради, ты тоже так говоришь иногда. Путаешь слова и все такое… Прости. У тебя заплетаются мои ноги, у меня заплетается твой язык       У Ильи перехватывает дыхание, пальцы замирают над сенсорным экраном смартфона.

petr_og

you’re doing this on purpose aren’t you

ilia_quadg0d_malinin Что?

petr_og

you know what

ilia_quadg0d_malinin Может быть

petr_og

i really like the fact that you talk about me with your friends

they send these videos and memes

Vlad always mentions my name and says that right after the olympics you never stopped talking about me

ilia_quadg0d_malinin Ты делаешь то же самое, как выяснилось Твоя сестра говорит про меня. И ты обсуждаешь меня со своими друзьями С Алисой, Эмбер Даже Эндрю и Макс скидывают мне что-то про меня. Тебе про меня, в смысле Только на интервью почему-то ничего про меня не говоришь

petr_og

i said once and i still think this way

ilia_quadg0d_malinin Это было до Олимпиады Сейчас я один отдуваюсь       Илья прикусывает внутреннюю сторону своей-Петиной щеки. Его лицо горит.

petr_og

yeah. yeah you’re right sorry

i’d like this to be different

      Илья останавливается у зеркала в ванной. Вообще-то он пошел умываться на ночь, но… вместо этого смотрит. На Петю. В его глаза. На его губы, нос, подбородок, на длинные темные волосы, на родинки, на шею, ключицы, талию, на грудь, на подтянутый живот… ilia_quadg0d_malinin О чем ты?

petr_og

i tamed your body

you tamed mine

we’re talented. we’re capable of anything

but i want to be with you in another way and i want you to be with me

             Илья снова отдает контроль своим чувствам, а не разуму. И это ощущается правильно. Пальцы летают над экраном, отправляя Пете за океан абсолютную, голую, ничем не прикрытую правду.

petr_og

we will see each other in a week

i want it to end

this whole body swap thing

i hope we will figure it out

because i’m going crazy and maybe all of this shit happened to make me realize how much i need you

ты так близко но так далеко одновременно

я не могу больше так

ilia_quadg0d_malinin Илья… Я тоже скучаю Хочу тебя увидеть По-настоящему Мы разберемся Прилетай скорее       …Спустя неделю они наконец встречаются в Калифорнии на сборах у Рафаэля Владимировича. Илья в теле Пети замирает в дверях, Петя в теле Ильи — в другом конце раздевалки. Повисает тишина, такая осязаемая, что, если прислушаться, можно услышать скрежет чьих-то коньков по льду арены, тиканье настенных часов и скрип дверцы чужого распахнутого шкафчика, раскачивающейся на сквозняке.       — Ты тут, — Петя в теле Ильи прерывает молчание первым. Выдает это так тихо, будто мяукает. Илья в теле Пети громко сглатывает. Это… это вот так его голос, когда он говорит на русском, звучит со стороны?       — Я тут, — тупо повторяет Илья.       Петя шагает к нему. Илья тоже. Шаг. Еще шаг, широкий, потому что у Пети ноги длинные. Спустя два таких шага Илья оказывается прижат своими же руками к своему же телу, но…       Когда он открывает глаза, он понимает, что он — снова он.       А Петя — снова Петя.       Да ладно.       — Получилось, — шепчет Илья, цепляясь за Петину шею ладонями. — Петь…       — Да, — Петя смотрит на него во все глаза. — Да. Это ты. Ты такой красивый. Господи.       Илья думает, что прямо сейчас он сгорит дотла и от него останется лишь горстка пепла.       Петя целует сразу напористо, глубоко, проникая языком в рот, и Илья плавится под его руками, становясь податливым, как пластилин.       «Не останавливайся, не останавливайся, не—»       — Нам надо поговорить, — Петя еле заставляет себя оторваться. Он так близко, что Илья чувствует трепет чужих ресниц на своей коже.       — Давай потом, — предлагает Илья. И снова тянется за поцелуем.       Петины губы на полпути встречают губы Ильи.       Да. Они поговорят. Обязательно. Потом. Позже.       А пока что у Ильи Малинина есть безлимитный доступ к телу, и он не собирается упускать шанс.