Банкрот по жизни.

В этот раз дневник Оливера все же был убран в его сумку, и не лежал на столе от балды. Поэтому у Кими прекратился интерес к этому, но запись ту он помнил все ещё отчетливо. Когда Кими поцеловал Оливера еще вчера, тем самым весенним утром, у него самого начали появляться чувства к нему. Он сумел познать в нем красоту и то, какой же Оливер все таки преданный и искренний человек. Эти чувства расцветали как цветы в период цветения. Все выглядило также красочно и у каждого была надежда на будущее вместе, вдвоем. Кими разузнал о чувствах Олли через его дневник. Сам Олли этого не знал. Оливер утром проснулся сам. Посторонняя помощь ввиде «пробуждения» от Кими не нужна. Утренняя рутина оставалась всё той же: Умыться, почистить зубы, одеться, уложить волосы и другое. И все таки, лучшей утренней рутиной была чистка зубов. Примерно в одно и то же время с Оливером просыпался и Кими, они могли увидеться во время того, когда они чистили зубы, потому что в ванной было зеркало, и всех прекрасно видно. Время пролетает совсем незаметно, работа проходит очень быстро, снова и снова открывается дверь цеха, чтобы выйти наружу после 8 часов кропотливой работы. Если Оливер выходил раньше – ему приходилось ждать, пока Кими выйдет и они поедут домой. Сидя дома, попивая чай, Кими раздумывал над своими мыслями и ближайшими планами по расширению цехов в городе. И снова в его голове проскочил образ Оливера. Он замер, как статуя, пытаясь воспроизвести эту картинку заново и заново. Со стороны это выглядило очень странно. Оливер подошел к Кими что-то уточнить по работе, и застал его в таком состоянии. Для него это было как недоумение. У него тоже иногда такое бывает, если он задумается о чем-то надолго. Особо важных вопросов Кими не смог разобрать в своей голове, будто вся голова была забита этой внешностью Оливера. Поэтому он записал эти вопросы на листочке, чтобы разобраться совершенно позже. Вновь уйдя в комнату, Оливер присел на кровать вместе с ручкой и дневником. Еще в детстве Оливеру говорили, что почерк у него не совсем хороший, но и не совершенно плохой. Когда он вырос, почерк стал совсем не разбираемым, и это его спасало от тех, кто пытался прочитать его личный дневник, Потому что они тупо не понимали почерк, и им становилось неинтересно это расшифровывать. Но Кими это не остановило. Снова чиркая что то ручкой в тетради, он писал быстро, но чётко, чтобы самим понимать что он пишет. Дописав свои мысли за день, он собирался лечь спать, но что то в нем пробудилось, и ему нужно было попить воды. Спустившись на первый этаж он увидел Кими, лежавшего на диване. Тот еще не переоделся в пижаму, такое зрелище было очень редко. Оливер забыл где находится кухня, и попросил Кими показать ему, где она. Кими встал с дивана, и пошел показывать где находится кухня. – А зачем тебе? – вопросительно спросил Кими. Взгляд Оливера небрежно прошелся по прессу Кими. Он буквально на секунду засмотрелся, но уже было поздно.