Опасный наркотик

      Лаборатория ARK — это крепость, где каждый уголок охраняется до зубов вооруженными стражниками в защитных костюмах. Их единственная задача — оберегать это место от любых угроз: от нашествия зомби до проникновения вражеских агентов. Но враг оказался не так прост. Стражников не успели предупредить, что эти агенты — профессионалы, способные действовать бесшумно и смертоносно. Даже их начальник знал об этом, но намеренно утаил информацию, словно сам ждал их прибытия, лишь затягивая неизбежное. Предсмертные крики солдат, что разносились по всему объекту, его не трогали, он лишь ждал. Чего именно — оставалось загадкой.       В одной из комнат царил мрак, лишь тусклый свет одной большой лампы едва освещал половину помещения. Фелисити Стилтон Крейн и её напарник Леон С. Кеннеди, сжимая пистолеты, осторожно шагнули в неизвестность. Неосторожный шаг, и позади них с грохотом закрылась тяжелая механическая дверь, загорелся красный индикатор — ловушка захлопнулась. Пути назад не было, и выбраться из комнаты было не суждено, пока они не разгадают её загадку. И они знали — они здесь не одни.       У стола, освещенная лишь наполовину, стояла фигура. Мужчина в безупречно белом костюме, с черными ботинками и перчатками, поверх которого была накинута куртка. Он молчал, не произнося никаких пафосных тирад, лишь сосредоточенно что-то разглядывая на столе, оставаясь спиной к незваным гостям. Фелисити и Леон переглянулись. Тишина, давящая и зловещая, начала их сковывать.       — Руки вверх, Зено! — приказала Крейн, направляя дуло пистолета ему в спину.       Зено медленно поднял голову. Его белоснежные, аккуратно уложенные волосы блеснули в тусклом свете. Он не обернулся, но низкий, зловещий смех, вырвавшийся из его горла, заставил Фелисити вздрогнуть. Этот смех она знала, он преследовал её долгие годы, и до сих пор вызывал дрожь. Но она собралась с силами, не опуская пистолета.       — Мисс Крейн, раз вы меня так боитесь, почему подошли так близко? — спросил Зено, наконец, обернувшись.       Крейн напряглась. Этот взгляд… тот же, что и у Альберта. Но в нем таилась пугающая пустота. Она чувствовала его силу, схожую с силой Альберта Вескера. Новый Т-вирус изменил его: темные паутинообразные прожилки покрывали его щеку, а за стеклами очков мерцали абсолютно черные глаза с желтой радужкой. Несмотря на видимые симптомы, он оставался невероятно быстрым, а его раны, даже утраченные конечности, регенерировали с поразительной скоростью. Победить его было непросто.       Леон ощутил исходящее от Фелисити напряжение. Он осторожно подошел ближе, но Зено действовал быстрее. Он резко оттолкнул агента и схватил Фелисити за шею, сдавливая ей горло. Леон, отлетел на пол, ударившись спиной. Увидев, как учёный душит его напарницу, он мгновенно вскочил. Кеннеди тут же навел на врага свой пистолет, но тот усмехнулся:       — Мистер Кеннеди, вы, возможно, забыли, но я быстр для любой пули, — проговорил Зено ехидным, угрожающим тоном. — Но если выстрелите, есть шанс попасть в свою партнершу. — Его хватка на шее Фелисити усилилась, и она тихо запищала. — Она умрет от вашей пули быстрее, чем от моих рук.       Леон понял, что любой неосторожный выстрел может убить Фелисити. Если они просто отойдут, Зено может подставить тело напарницы под пулю. Он опустил пистолет, осознавая тщетность угроз. В его глазах читалось подчинение, что порадовало ученого.       — Правильный выбор, — сказал Зено, чуть ослабляя хватку, но не выпуская её.       Кеннеди хмуро смотрел ему в глаза, сжимая кулаки. Он понимал, что Зено не отпустит её просто так. Он лихорадочно обдумывал план — как выудить у ученого информацию о Грейс и вирусе «Элпис». Но сейчас, когда Фелисити в его власти, любой вопрос мог стоить ей жизни.       — Где Грейс? — начал Леон. — Где «Элпис»?       Зено ухмыльнулся.       — Оригинальный подход, мистер Кеннеди, — произнес он, немного сдавив шею женщины. — Вы невероятно храбры. Неужели вас не пугает, что я могу свернуть шею вашей даме в любой момент?       Фелисити задыхалась, жадно ловя воздух, пытаясь высвободиться, но Зено не спешил. Он смотрел только на Леона, словно они играли в гляделки, но их взгляды были полны напряжения. Кеннеди кипел от злости, готовый разорвать кого угодно ради Фелисити, но сейчас он был беспомощен. Наблюдая за ним, Зено задумал коварный план и начал действовать.       — Довольно, — сказал он, бросив женщину к Леону.       Фелисити упала в руки мужчины, хватаясь за шею и тяжело кашляя. Леон заботливо прижал её к себе, пытаясь привести в чувство. Затем его взгляд устремился на Зено, который всё так же стоял у стола, что-то перебирая. Он чувствовал злобный взгляд агента, и это его забавляло. Закончив свое дело, он обратился к Кеннеди:       — Мистер Кеннеди, а вы знали, что кровь «Хули-цзинь» при взаимодействии с одной дозой неизвестного препарата, демонстрирует интересный эффект?       Зено быстро перезарядил небольшой пистолет с дротиком и мгновенно выстрелил в Фелисити. Леон успел заметить, как дротик с непонятной жидкостью попал ей в плечо. Через секунду эффект проявился. Крейн начала тихо хрипеть, кожа стала горячей, лоб покрылся потом, она тяжело дышала, словно у неё поднялась температура до тридцати девяти градусов. Мысли путались, голос почти пропал, изо рта вырывались лишь невнятные звуки, ноги подкашивались, а внизу живота появилось приятное щекотание. Внутри неё разгорался неконтролируемый огонь.       — Леон… — прошептала она.       — Крейн, что такое? — взволнованно спросил Кеннеди.       Фелисити начала дрожать, дыхание стало рваным и тяжелым. Она не могла произнести ни слова. Леон пытался понять, что происходит, но ответ получил от Зено.       — Это особый эффект для девушек с кровью лисы, — произнес учёный, поставив пистолет на край стола. — Для обычных людей эта сыворотка безвредна, даже полезна. Но для зараженных J-вирусом — это мощнейший наркотик.       Леон не мог поверить своим ушам. Паника охватила его. Он слышал, как Фелисити шептала мольбы о помощи, но сил сопротивляться эффекту наркотика у неё не было.       — Что ты с ней сделал? — спросил Леон, глядя на учёного с яростью.       Зено усмехнулся.       — Ничего особенного. Сейчас ей очень хорошо, настолько, что она больше не может себя контролировать.       Фелисити прижалась к Леону, её горячее дыхание коснулось его шеи, заставляя мужчину вздрогнуть.       — Сними с неё этот жар, быстро! — потребовал агент.       — Единственный вариант, мистер Кеннеди, зависит только от вас, — сказал Зено с усмешкой.       Кеннеди непонимающе нахмурился.       — Что?       — Вы же были парочкой голубков, когда были молоды и горячи? — спросил Зено, хотя и так знал ответ. — Вспомните былые дни, когда вы были вместе. Прижимались друг к другу, поддаваясь разгоряченному удовольствию.       Кеннеди понял, к чему клонит этот мерзкий учёный, и не мог поверить, насколько болен тот.       — Неужели вы не хотите вспомнить те дни, когда вы были вместе? — спросил учёный с ехидной улыбкой.       — Ты больной псих! — крикнул Кеннеди, придерживая женщину.       Фелисити начала касаться губами его шеи, будто пытаясь унять жар, но лишь сильнее разжигала самого Леона. Он чувствовал жар, едва сдерживаясь, чтобы не поддаться ей. Зено это прекрасно ощущал и добивался именно этого.       — Не будьте таким ворчливым, — промурлыкал он. — Посмотрите на неё. Она уже в ваших руках, готова на всё…       Леон ощущал, как огненная волна поцелуев опаляла его шею. Горячий, исследующий язык скользнул по тому месту, где кожа, некогда здоровая, теперь чернела от зловещего вируса. Для Фелисити этот недуг был лишь мимолетным испытанием, не способным сломить ее — она переживет все, даже саму смерть. Ей отчаянно хотелось прижаться к нему, ощутить его губы на своих, уткнуться носом в изгиб его шеи и прошептать слова, рожденные самой глубокой нежностью. Оба знали, что сейчас, в этот самый момент, им стоит держаться на расстоянии. Но сладостный яд, подобно наркотику, нашептывал в ее уши соблазнительные, греховные мысли.       Ее пальцы, словно невесомые бабочки, касались его кожи, пробуждая дрожь, которую он давно забыл, когда их тела были так близки. Его душа разрывалась от боли при воспоминаниях о тех безмятежных днях, когда они были счастливы. Сейчас он боялся даже думать о них. Но Зено, этот неумолимый экспериментатор, спустя двадцать долгих лет, вновь заставил его испытать это.       — Не медлите, мистер Кеннеди, — произнес Зено тихо, его пальцы, словно легкий толчок, коснулись плеча агента, будто подталкивая его к свершению невозможного. — Негоже заставлять даму ждать.       Леон недовольно фыркнул, резко дернув плечом. Прикосновение ученого было ему ненавистно, он жаждал поскорее завершить все это.       — Прости, Крейн, — прошептал он, обращаясь к ней, его голос был полон нежности, смешанной с сожалением.       Его руки, словно сами собой, потянулись к ней, касаясь ее шеи, словно силились унять её внутренний жар, но в ответ лишь разгоралось тепло, которое он не мог, да и не хотел, обуздать. Он притянул ее к себе, сокращая расстояние для поцелуя. В этот миг ее лисий хвост радостно вильнул, а из груди вырвался тихий, протяжный стон.       — Думаю, это вам пригодится, — ехидно произнес Зено, протягивая небольшую, тонкую коробочку.       Кеннеди резко обернулся, его взгляд, полный мрачного недовольства, остановился на ученом, а затем — на предложенном предмете. Перед ним, в протянутой руке Зено, лежала заветная коробочка с презервативами. Осознание нахлынуло мгновенно: Зено все предвидел, все подготовил, выждав идеальный момент. Охваченный смущением, с пылающими щеками, Леон одним быстрым движением выхватил коробочку и сунул ее в карман. Затем, словно в подтверждение обещания самой незабываемой ночи, он вновь прильнул к ней в страстном, всепоглощающем поцелуе.       Подхватив ее на руки, он ощутил, как она обвила его шею, утыкаясь носом в его плечо, пытаясь удержать равновесие. Он отнес ее к столу, бережно уложив на широкую столешницу. Их губы снова соприкоснулись, переплетаясь в настойчивом, неутолимом танце, пока руки неуклонно следовали за зовом страсти. Легкое движение — и вот уже расстегнута молния ее брюк, а в следующий миг спина его напряглась от коротких, острых когтей, пронзивших кожу. Он слышал ее тихое фырканье, наслаждение, которое прорывалось сквозь ласки, такие долгожданные и желанные. Пусть они были уже не юны, но внутри них кипел неугасимый огонь, и они были готовы полностью отдаться его всепоглощающей силе.       Леон приспустил ее брюки, и его пальцы коснулись раскаленной кожи. Она вздрогнула, ее пушистый хвост распушился от этого нежного, но такого возбуждающего касания. Фелисити прервала поцелуй, переключившись на его шею, и тихо урчала у его уха. Леон, в свою очередь, потянулся к своим штанам, расстегивая ремень и молнию, наслаждаясь ее довольным урчанием. Высвободив из плена ткани свое налитое кровью естество, он медленно провел головкой по ее клитору, лаская нежные половые губы. Крейн обняла его еще крепче, прижимая лицо к его плечу. Она была готова принять его.       Кеннеди достал коробочку, извлек презерватив и быстро, уверенно надел его. Затем, одним точным движением, он вошел в нее, вызвав глухой, протяжный стон. Фелисити не могла сдержать вырывающиеся из груди звуки, ее тело поддавалось волне наслаждения, а мысли путались, уступая место чистой похоти и нежности, исходящей от партнера.       — Леон… — прошептала Крейн, ее голос был слаб и полон желания.       — Я здесь, Фелисити, я тут, моя милая… — ответил он, его голос был полон нежности, обещающей утешение и страсть.       Эти слова, как бальзам на душу, заставили Фелисити заурчать еще громче, напоминая мурчанье кошки. Леон, почувствовав ее отдачу, больше не мог сдерживаться. Он начал двигаться быстрее, его бедра ритмично ускорялись, словно он стремился как можно скорее завершить этот акт, забыть эту ночь. Но в глубине души он не хотел, чтобы все закончилось так быстро. Он чувствовал, что до сих пор любит ее, и хотел, чтобы она тоже никогда не забыла этот момент.       Только Леон почувствовал приближение кульминации, как в комнате послышались шаги позади него. Теплые, ласковые прикосновения коснулись его бедер. Крепкие руки сжимали его ягодицы, заставив недовольно фыркнуть и неохотно прервать поцелуй с женщиной. Он повернул голову к незваному гостю. Это был Зено, его лицо выражало довольство, а хмурое выражение Леона лишь позабавило его.       — Отвали! — прорычал Леон.       Но Зено проигнорировал его, продолжая сжимать его ягодицы. Кеннеди, вместо стонов наслаждения, издал недовольное ворчание.       — Развлекайтесь со своей подружкой, мистер Кеннеди, — произнес ученый, схватив край его штанов и спуская их ниже. — А я займусь вами…       Леон хотел оттолкнуть мужчину, но не мог бросить Фелисити, не хотел оставлять ее. Он не позволял ученому разглядеть ее лицо, полное удовольствия и похоти. Ему пришлось поддаться провокации Зено, прижаться к Фелисити еще крепче, его бедра начали двигаться с бешеной скоростью.       Однако, как только он ускорил свои движения, он почувствовал, как ученый просовывает смазанные пальцы в его мышцы. Леон на мгновение напрягся, но сопротивление было тщетным. Пальцы вошли в него, загибаясь внутри, приближаясь к заветной точке. Кеннеди сдержанно застонал, продолжая двигать бедрами ради своей женщины, а не Зено, который с посторонней помощью растягивал его.       Последний, решительный толчок пальцами достиг цели, и Леон застонал, но этот стон больше напоминал рык от наслаждения. Он замер на минуту. Этой минуты хватило ученому. Агенты услышали шуршание пакетика от презерватива, который Зено успел достать, прежде чем отдать коробочку Леону. Он надел резинку на свой член и в последний миг осторожно вошел в Кеннеди, вызывая сдержанный стон. От Фелисити послышалось тихое фырканье.       Как только Зено начал двигаться, Леон тяжело задышал, а Фелисити, почувствовав напряжение партнера, начала ласкать языком его шею. Когда Леон позволил себе расслабиться от ее нежности, он потянулся к ней за поцелуем, впуская язык. Привыкнув к его ритму, он начал двигаться в такт движениям Зено, темп обоих приносил друг другу удовольствие. Но Леон не хотел доставлять удовольствие ученому, но ради Фелисити ему пришлось это сделать.       — А вы романтик, мистер Кеннеди, — похвалил Зено агента. — Ради своей дамы готовы на всё.       Он достал сигарету и зажег её, закуривая. Жесткая рука сжала бедро Леон, от чего тот зарычал, как злой волк. Но это лишь добавляло ему дикости, и он начал двигаться интенсивнее, заставляя Крейн не сдерживать стоны удовольствия. Она начала тихо шептать и умолять мужчину. С каждым толчком, ученый делал затяжку, выдыхая густой дым, а свободная рука сжимала бедро агента. Кеннеди не останавливался, но в голове его царил водоворот смешанных ощущений: полнейшее удовольствие переплеталось с неловкостью. Он чувствовал дикую страсть рядом с Фелисити и приятную дрожь от Зено. Однако, злость на ученого, заставившего его использовать Фелисити, а самого себя — покоряться ему, росла. Но больше всего он злился на себя за свою партнершу.       — Крейн, — прошептал он. — Как только мы закончим все это, в качестве компенсации угощу ужином.       Фелисити с тихим фырканьем усмехнулась. Она понимала, насколько Леон заботлив. Ей было достаточно и того, что он думает о ней, даже в качестве компенсации предлагая ужин или ее любимые цукаты. Воздух был пропитан дымом и запахом страсти. Леон начал целовать ее шею, доводя женщину до экстаза, от чего ее хвост и уши распушились. Агент чувствовал, как Зено начал двигаться еще интенсивнее, подталкивая Кеннеди ускорить темп. Зено сделал последнюю затяжку и бросил окурок под ноги, раздавив его подошвой ботинка.       Оба ускорились, а Леон, будто пытаясь защитить Фелисити, сильнее прижался к ней. Он шепнул, что скоро все закончится. Крейн, не желая выпускать его из объятий, кивнула и обняла его за шею, всем сердцем желая смотреть только на него. Их губы снова встретились в нежном, обещающем поцелуе. Но его прервал резкий толчок, заставивший их застонать и прервать ласки.       Зено, своими грубыми руками, продолжал исследовать тело агента, сжимая его ягодицы до жгучих покраснений. Его движения становились всё более уверенными, доводя мужчину на грань наслаждения. Леон, крепче обнимая свою партнершу, ускорил свои движения, успокаивая её нежными словами. Зено не останавливался, мягко поглаживая кожу на пояснице Леона.       Один сильный толчок заставил Кеннеди зарычать, словно голодный волк, ощущая, как его тело охватывают судороги. Фелисити, запищав от удовольствия, прижалась головой к плечу мужчины, ощущая, как стенки её тела сокращаются, а колени дрожат. Зено, тихо фыркнув, толкнулся ещё сильнее, заставляя Леона прижаться к ней вплотную.       Агент вышел из неё, тяжело дыша — его тело казалось невесомым. Зено тоже вышел из Леона, напоследок болезненно сжимая его ягодицу, оставляя прощальный след. Приводя себя в порядок, он усмехнулся и проговорил:       — Можете передохнуть со своей дамой, мистер Кеннеди, — сказал Зено, поправляя перчатку. — Но дам совет, — он продолжил, когда Леон, оказавшись вне объятий Фелисити, внимательно слушал. — «Элпис» найдете в Пандоре, а ответы узнаете только от нашей блудной девицы Грейс.       Зено бросил агенту индикатор с лекарством для его партнерши, а сам направился к выходу, одним нажатием разблокировав дверь. Как только он исчез из поля зрения, Кеннеди взглянул на Фелисити, помогая ей собраться. Он прижал индикатор к её шее, нажал на кнопку, и лекарство потекло по её венам. Придя в себя, она взглянула на Леона с широкой улыбкой — она была рада его видеть. Однако, увидев себя и его в полуобнаженном виде, её лицо изменилось, и она с вопросом посмотрела на Кеннеди. Мужчина, ощущая смущение, проглотил ком в горле и произнес:       — Я тебе позже объясню…       Крейн лишь фыркнула. Она поняла, что произошло, и хотела узнать всё лично от партнёра, но не стала мучить его вопросами. Они оба начали собираться, приходя в себя после этого недоразумения. Крейн накинула брюки, бросая на Леона презрительный взгляд. Он почувствовал её взгляд, но боялся что-либо сказать, чтобы не вызвать ссору. Они были лишь друзьями и не желали возобновить прежние отношения. Но сейчас, после этого сладкого момента, оба почувствовали прилив сил. Фелисити мысленно улыбнулась, её тело приятно подёргивалось, а настроение стало позитивным. Она думала о том, что чувствует Леон после произошедшего. Она ощущала его неловкость, но в глубине души — его заботу.       После того, как они собрались, они покинули кабинет и продолжили поиски «Элписа», следуя подсказкам Зено. Они искали место под названием Пандора или его расшифровку, особенно беспокоясь о безопасности Грейс.