Почему бог смерти от меня не отстанет

До начала учебного года оставалось всего две безмятежные недели, и школа, вот-вот готовая наполниться звонким детским смехом и гомоном, стояла на пороге мучительной дилеммы: Министерство, словно играя с судьбой, изрыгнуло новый, до абсурда нелепый закон: уроки Защиты от Темных Искусств теперь разделялись на «Базовые знания» и «Продвинутые». Если с первым директор кое-как справлялся, то «Продвинутый» уровень повергал его в бездну отчаяния. Эти знания, казалось, больше подходили самим чиновникам, нежели несмышленым детям. Директор задавался вопросом: Как научить детей не вызывать подозрения, оказавшись за гранью магических зон? Как бесшумно ступать по обычным улицам, куда обратиться за спасительной помощью? как избегать конфликтов с магглами? Какими приборами пользоваться магглам, какую одежду выбрать, дабы не прослыть безумцем? Как ориентироваться в, казалось бы, простом мире, чтобы отыскать путь в магические локации? Азы выживания в дикой природе, искусство разведения костра, если вдруг они окажутся в антимагической зоне - и это вдобавок к физической подготовке! Видите ли, дети должны быть крепкими и здоровыми, так сказали целители, и теперь, по нормам им нужны активные уроки на свежем воздухе, а в квиддич играют далеко не все. Ха! Где он сыщет эксперта в стольких областях сразу? Они сплели магловедение и защиту, низвергнув некогда понятные предметы в нечто чудовищное и иное. Теперь это не просто защита от темных сил и чудовищ, и магловедение. Отныне это урок «Защиты волшебников в экстренных и чрезвычайных ситуациях». Да он, черт возьми, не против! Но где, где же ему, несчастному, теребя бороду, думал Дамблдор, найти человека, подобного алмазу, обладающего поистине глубочайшими знаниями в обеих столь разных сферах? Это должен быть либо полукровка, чья душа способна объять и понять оба мира, либо, быть может, чрезвычайно одаренный маглорожденный, размышлял директор, но не мог вспомнить хоть бы одного такого знакомого. Динь-динь-динь… Директор глубоко вздохнул, словно пытаясь вдохнуть в себя спокойствие. Звон исходил со стороны Запретного леса, предвещая беду. Пауки, эти мерзкие, отвратительные твари, подбирались все ближе к опушке, словно тени из преисподней. Он двинулся на звук, и рядом с ним, словно призрачная тень, возникла профессор МакГонагалл. Она тоже уловила тревожный звон и спешила к Запретному лесу. Там их ожидала поистине завораживающая, почти нереальная картина: двое юных мужчин стояли у самой опушки. Один, с отчаянием и яростью отбиваясь мечом, сражался с огромными, чудовищными пауками, воплощением зла, в то время как второй, прикрывая собой троих маленьких, испуганных детей, держал оборону. Он не выходил из-за спины мечника, но смотрел так, чтобы в любой момент можно было выдернуть своего рыцаря. Даже с половиной силы Хан был разрушителен и быстр. Хан смотрел на пауков и думал: вроде в оригинальном Гарри Поттере они выходили из леса до седьмой книги. Когда последний паук рухнул замертво, черноволосый юноша, с облегчением склонив голову, произнес: «Кейл, вы в порядке?» - с тревогой спросил Хан, осматривая своего подопечного. «Да, все хорошо», - ответил рыжеволосый, присев на корточки перед дрожащими детьми. «Вы не испугались?» - казалось, его голос был равнодушен, но кто знает, что там чувствовал Хенитьюз - любовь к этим созданиям. «Нет, все хорошо», - прозвучал звонкий, удивительно смелый голос старшей из тройки. «Хорошо. Он присмотри за младшими», - сказал Кейл. «Да, я присматрю за младшими», - кивнула девочка, отходя к своим братьям. «Здравствуйте. Меня зовут Кейл Хенитьюз. Наш телепорт сработал некорректно, мы должны были попасть к воротам школы. Мы - эти новые учителя. Я отвечаю за базовые знания, а мой телохранитель - за подготовку к выживанию в лесу и повышение выносливости юных дарований». Директор и его заместитель внимали Кейлу, этому аристократу, сдержанному и столь неуловимо отстраненному. Значит, вот как министерство решило столь немыслимо сложную проблему: прислали двух учителей, один из которых - личный телохранитель Хенитьюза, а также его драгоценных детей. Обычно дети учителей остаются под нежной опекой тех, кто не живет в стенах Хогвартса, но если они здесь, значит, у молодого человека скорее всего просто не осталось никого, кто мог бы о них позаботиться. Такое случалось крайне редко: чтобы дети жили непосредственно под сенью древнего замка. «Хорошо, проходите в мой кабинет», - произнес директор, его голос был полон усталости. После двух томительных, бесконечных часов заполнения документов Кейл глубоко вздохнул, словно выдыхая всю скопившуюся тревогу. Им выделили трехкомнатные апартаменты. Он пробыл здесь всего сутки, а уже чувствовал себя совершенно опустошенным. «Человек… А как теперь тебя нам называть?» - робко спросил Раон. «Зовите, как вам угодно». «Тогда ты наш папа!» - Кейл, улыбнувшись, взъерошил волосы детей и растянулся на кровати, чувствуя, как его тело наливается приятной усталостью. Кейл взял лежавшие в комнате планы уроков и прдумал: «Спасибо, ублюдок, хоть самому не пришлось это писать». Планы уроков были на удивление глубоки и продуманны. И не скажешь, что это дело рук божественного ублюдка. «Это будут очень сложные два года», — промелькнула мысль, оставляя в душе горький, печальный привкус.