Пепел нас: Ashes of Us

«Мы любили так, что либо должны были стать вечностью, либо сгореть дотла. Мы выбрали выжить. Теперь всё, что осталось — лишь пепел нас.» Их связь была похожа на психоделический трип — яркая, всепоглощающая и одновременно опасная. В одно мгновение она возносила их на небеса, в другое — безжалостно бросала в пропасть. Сначала они даже не думали об исходе отношений, ещё не ведая, что любовь, которая когда-то окрыляла и дарила надежду, однажды поставит их перед выбором: либо она вознесёт их на новый уровень, либо сожжёт дотла. В этом сюжете третьего не дано. Им третьего не дано… Тихое, укромное, скрытое от посторонних глаз место. Тот самый безлюдный причал — их точка. Точка безопасности, где двое возлюбленных могли выпускать эмоции на волю и быть собой без защиты. Это место когда-то стало их якорем, к которому привязались тысячи воспоминаний. При необходимости они возвращались сюда снова и снова. Сегодня причал был тих и пуст. Всё казалось чуждым, местами даже душным. В воздухе витал лишь холод и безмолвный ветер, окутывающий снизу доверху. Солнце почти скрылось за горизонтом, отливая тусклым светом на бескрайнюю водную гладь. Оба чувствовали беспокойство — каким бы ни был сегодняшний исход, он был неизбежен. Двое стояли на расстоянии, слишком длинном, чтобы почувствовать друг друга, но достаточно коротком, чтобы слышать дыхание и биение сердца, а также наблюдать за движением глаз. Взгляд Николаса падал на выражение её губ и расправленные плечи, на глубокий выдох, словно она намеревалась отпустить весь груз с сердца. Ветер развевал её волосы, напоминая ему о самых сокровенных моментах их близости и доверия. Её взгляд оценивал его целиком, как всегда — она любила беспощадно, слишком сильно. Буквально каждый сантиметр принадлежал только ей, от чего сносило голову даже в воспоминаниях. В голове осталась лишь одна мысль на двоих: «Мы стоим здесь, словно чужие, уже не те, кем были раньше». Да, они стояли рядом, физически близко, но эмоционально — уже далеко друг от друга... Когда-то они умели веселиться, устраивая марафоны красочных и разнообразных свиданий… Вспомнить… в последний раз… Пока оно ещё свежо в памяти… Романтичные прогулки у моря — те самые, которые он обещал. Ощущение бесконечного времени — словно оно подвластно только им. То, как он заставлял её улыбаться и чувствовать себя любимой и важной, делало всё для того, чтобы девушка ощущала себя самым счастливым человеком во всём мире. Пикники на песке, танцы под звездным небом в очередную тёплую ночь. Обжигающий ветер и тепло их сердец в один миг сменились холодом, который пробирал до костей. Шутки, которые понимали только эти двое. Марафоны по самым вкусным местам города — попытка испробовать как можно больше, а главное — вместе. Вечный хаос тогда, когда они устраивали совместный шоппинг в силу противоположных стилей. В мыслях тогда — краски, свет, яркость. Сейчас же — монохром и темнота… бескрайняя, тяжёлая и давящая. Реальность выбила их из того состояния, которое они испытывали на причале. Он тяжело вздохнул, она — выдохнула. Оба открыли глаза, вернувшись в суровую реальность бытия. Холод ударил обоих прямо в лицо, отрезвив. Мысли вновь вернулись в точку невозврата. Больше не ощущалось «мы» — вместо этого было «он» и «она». Тело пробила горечь неизбежного, словно через него пропустили самый мощнейший ток. Что Николас, что девушка — не имели ни малейшего понятия, как завести разговор и нужно ли это вообще. — "Скажи мне… мы действительно были нужны друг другу?" — голос Николаса дрожал, будто каждое слово давалось с усилием. — "Я… не знаю," — сказала она, сжимая руки на груди со всей силой, со всей внутренней болью. — "А сейчас? Мы… нужны друг другу сейчас?" Холодно? Возможно, но дело было явно не в погодных условиях. Между ними повисло что-то горькое, будто предчувствие разрыва. Словно это действительно… конец. Молчание прервал очередной порыв ветра, который разыгрался не на шутку, словно чувствуя напряжение между ними. Помимо их чувств, словно оголённых проводов, поток задел край пальто Николаса. Оно летело на ветру, раскрывая руку — большую, когда-то любимую и согревающую. Его запястье, узкое и изящное, было украшено тем самым тонким браслетом, который он надел однажды, и больше никогда не снимал… до сегодняшнего дня. Этот блеск невозможно было не заметить. Она заметила. — "А ты? Все еще носишь? Или..." — спросил Николас, дотрагиваясь до своего, перебирая звенья, которые словно удерживали все их воспоминания о совместном счастье. Девушка открыла своё запястье, на котором так же светился знак их любви. — "Мне не хватило смелости снять его, но теперь, даже не знаю..." — сказала она, смотря то на его украшение, то на свое. — "Нико, в чём смысл держаться за то, чего уже давно нет? Стоит ли мучать друг друга?" — тихо спросила она. Николас услышал. Он понял всё - и в том числе, к чему она клонит. В ответ он многозначительно кивнул. Облака рассеялись, и над ними раскрылись миллионы звезд. Каждая была отдельной, как они сами сейчас — близкие и когда-то переплетённые, но постепенно отдаляющиеся, образуя новое, холодное созвездие, которое знало только расстояние. Да, они любили, — и все ещё любят, как бы тяжело им это ни давалось. Но такое чувство, как — уважение, стоит намного дороже. Их выбор — уважать, нежели быть несчастными ради картинки любви, в которую когда-то окунулись. Которая скорее вызвала привыкание, нежели что-то другое. Сегодня они пообещали друг другу отпустить. Отпустить и... забыть? Да, скорее всего, именно так. Зачем хранить то, что приносит лишь боль? — "Я думаю, мы уже отпустили друг друга. Каждый из нас сделал выбор, не в пользу «нас», а скорее в пользу себя. Остальное было вопросом времени..." — произнёс Николас. — "Оставалось только понять это на физическом уровне, произнести вслух, так? Я думаю. Да, Нико." — сказала она. Это финал. — «Если бы мы не отпустили друг друга… мы бы потеряли каждый сам себя.» — сквозь слёзы продолжила девушка. Даже не думала вытирать их; пусть они останутся в этом месте. Николас сглотнул, сложил руки в замок. Он просто стоял — напряжённо стоял. Ничего больше. В их прощальном диалоге было много пауз, много недосказанных мыслей, которые уже не имели смысла. Как и в тех самых совместных воспоминаниях. От этого ничего не изменится — лишь накрутит нервы, словно струны. Последние слова. Пауза. Затем еле слышный звук рясстегивания застежки. Из руки соединились в последний раз, помогая друг другу снять, теперь уже, груз с запястей. Вместо того, чтобы страдать — пара решила навсегда опустить этот груз на дно, безвозвратно, не давая больше ни малейшего шанса. Ни на что. Конец. Финал. Некое освобождение. Их связь горела недолго, но очень ярко и страстно. Они дошли до полного испепеления их отношений. Без единой точки, за которую когда-либо можно будет ухватиться. — «Теперь всё, что осталось от нас— лишь пепел». — произнесли оба, в унисон. Девушка уходит первой, не оборачиваясь, оставляя боль, любовь и все, что их связывало на этом причале, отныне и навсегда. Николас понимает осознанность выбора, в последний раз смотрит в глубинную даль разбушевавшихся морских волн, после чего разворачивается и уходит в противоположную сторону. Известно две вещи: слёзы на их щеках пока свежи, а мысль: «Я и так помню слишком хорошо» — будет держаться еще некоторое время. Украшения унесены далеко в море. Место пустое и холодное. Они больше не встретят рассвет. Больше не прыгнут в воду вместе. Отныне - ничего. Символ их финальной пустоты - пепельная метафора любви, звучащая как - "Лишь пепел нас".