Травмы

      Утром Катя чувствовала себя лучше. Все её сомнения, вся жалость и симпатия к Андрею развеялись, но она всё ещё чувствовала, что должна осуществить задуманное — хотя бы для того, чтобы больше никогда не возвращаться к этому вопросу.       Увидев, что Андрей уже не спит, Катя сбросила со своего обнажённого тела одеяло и сладко потянулась. Краем глаза взглянула на Андрея — тот изо всех сил делал вид, что его это не интересует. Ну ничего — Катя знала, как заставить Андрея обратить на себя внимание.       Катя потянулась рукой к своей промежности и пробежалась пальцами по самым чувствительным точкам. Тихонько застонала — совершенно искренне: Катя умела доставлять себе удовольствие, это — тоже часть её профессии. Правда, на трансляциях она делала это устрашающего вида игрушками, в то время как мастурбация пальцами была чем-то очень интимным и особенным — главным образом потому, что этого у неё никто не просил. Никто, кроме Андрея.       Катя вновь бросила взгляд на Андрея — теперь он смотрел на неё во все глаза, не в силах отвернуться.       — Зачем ты это делаешь? — как-то жалобно спросил он.       — Обычно люди мастурбируют, когда хотят кончить, — зазывающе промурлыкала в ответ Катя. — Может, поможешь?       — Тебе не обязательно это делать. Я готов заплатить и так.       — Ну и ладно, я сама.       Пальцы Кати двигались всё интенсивнее, стоны её звучали всё громче, напряжение концентрировалось внизу живота, и наконец спина Кати выгнулась, а ноги задрожали. Тело Кати расслабилось, а сама Катя вновь посмотрела на Андрея. Он всё так же пожирал её глазами, всё так же не мог отвести взгляд. И отчего-то Катю безумно завёл этот взгляд — возбуждение мгновенно вернулось. К тому же Катя так и не добилась своего: она должна соблазнить Андрея, должна заставить его проявить свои самые мерзкие качества. И она с удовольствием это сделает:       — Хочу ещё. С тобой. Это не услуга — это моё желание.       Андрей тяжело вздохнул, прикрыл глаза в раздумьях. Катя точно видела, что он возбуждён. Так что же ему мешает?       Наконец, Андрей принял решение:       — Ну, хорошо. Подойди ко мне.       Катя встала на ноги и, покачивая бёдрами, подошла к Андрею. Села на него сверху и толкнула на кровать. Андрей покорно лёг. Катя потянулась к поясу брюк Андрея, но тот её остановил — убрал её руки, затем обхватил ладонями её ягодицы и подтянул её бёдра выше, ближе к своему лицу.       Катя поняла, чего хочет Андрей, и поддалась его рукам. У неё и раньше были клиенты, которые стремились сделать ей кунилингус, но Кате ни разу не удалось получить от этого удовольствие — всегда было мокро, скользко и противно. Но Катя никогда не отказывала клиентам в этом желании и всегда изображала восторг — всё-таки ей платили не только за секс, но и за восхищение. И от Андрея Катя, как полагается, не ждала каких-то чудес, но, как оказалось, зря.       Андрей точно знал, каких мест и с какой интенсивностью должен касаться его язык, чтобы доставить Кате удовольствие. Он был то едва заметным и нежным, то грубым и требовательным, но всегда таким, какой был нужен Кате.       Новый оргазм не заставил себя ждать. Но, вопреки здравому смыслу, Катя хотела ещё больше — уже не для того, чтобы разочароваться, а для того, чтобы насладиться всеми умениями Андрея. Ей хотелось оседлать Андрея, хотелось почувствовать его твёрдость внутри, хотелось наконец-то получить такой секс, который нужен ей, а не клиенту. Но, когда Катя собралась осуществить свой план, Андрей мягко, но настойчиво остановил её:       — Хватит. Ты получила, что хотела? Получила. А мне от тебя ничего не нужно.       Но Катя видела, что Андрею нужно, — об этом явно говорило напряжение в районе паха. Катя безумно хотела снять это напряжение, но она не стала настаивать — увидела, что Андрей не сдастся, а она уже и так достаточно перед ним унизилась в попытках выпросить секс. Вместо этого она начала неторопливо одеваться — так, чтобы Андрею даже в голову не пришло, что на самом деле она безумно смущена.       Когда Катя взяла с тумбочки бумажник и начала пересчитывать деньги, Андрей спросил:       — Вызвать тебе такси?       — Не стоит, — отказалась Катя и взглядом указала на деньги в своих руках. — Тут хватит на всё, поверь.       — Я готов оплатить такси не в качестве платы за услугу.       — Зачем тебе это? Хочешь узнать, где я живу, чтобы потом преследовать?       Катя шутила, но Андрей шутку явно не оценил. Он нахмурился и серьёзно спросил:       — Я похож на такого человека?       — Нет-нет, не похож, совсем не похож, правда, — смутилась Катя. — Но такси вызывать всё равно не нужно. Мне удобнее самой.       Свидание закончилось неловко. У Кати и раньше бывали клиенты, которые не знали, как себя вести после оплаты услуг, — как правило, это были совсем молоденькие мальчики, впервые воспользовавшиеся проституткой. Но это свидание было особенным — после его окончания неловко чувствовала себя сама Катя.       Наблюдая за пролетающими за окном такси улицами города, Катя размышляла о том, что Андрей, определённо, выгодный клиент. Хорошо платит, кормит, стремится доставить удовольствие и почти ничего не просит взамен. Но те чувства, что она испытала к Андрею, пугали Катю. Она не должна испытывать чего-то подобного к клиенту, не должна! Впрочем, она понимала, почему так могло произойти: Андрей хорош собой, галантен, заботлив. На первый взгляд. Катя всё ещё была уверена, что это — маска. Ещё вчерашним вечером она была уверена, что сможет разоблачить Андрея, но всё стало только хуже — он, помимо всех прочих положительных качеств, оказался прекрасным любовником. Причём не только технически: можно знать миллионы действенных способов доставить удовольствие партнёрше, но в этом будет мало толку, если о ней не думать. А Андрей думал. Даже не о любимой девушке, а о проститутке! Такое отношение не могло не впечатлить Катю.       И всё же Катя успокаивала себя: эти чувства пройдут — не могут не пройти. Да, сейчас она поражена отношением Андрея к себе, но рано или поздно она к этому привыкнет, как привыкла когда-то спать с незнакомцами за деньги. Да и у Андрея наверняка полно отрицательных качеств — иначе уже давно нашлась бы девушка, готовая и способная излечить его раны. И пусть у Кати об Андрее осталось приятное впечатление, но она была уверена: он ещё себя покажет. Покажет так, что от того волшебного чувства, что испытала Катя, не останется и следа.       Войдя в квартиру, Катя, не раздеваясь, рухнула на кровать. Благодаря Андрею она могла позволить себе не думать о работе в ближайшие пару дней, и упускать такую прекрасную возможность отдохнуть Катя не собиралась. Несколько дней не думать ни об унизительном раздевании на камеру, ни о зачастую болезненных сексуальных практиках, ни о вечно чего-то требующих клиентах… Даже несмотря на то, что ко всему этому рано или поздно придётся вернуться, Катя была счастлива. Вопрос, чем занять освободившееся время, перед ней не стоял: отоспаться, принять ванну с душистой пеной, посмотреть какой-нибудь добрый фильм — словом, позаботиться наконец-то о себе.       А, быть может, Катя даже найдёт время перечитать что-нибудь из Диккенса или Теккерея? Впрочем, нет — хоть все некогда любимые книги и стояли на полках в её квартире, Катя к ним не притрагивалась: слишком больно было думать о том, что всё могло быть иначе. Но и избавиться от книг она не могла — в глубине души надеялась, что всё же сможет вернуться к любимому занятию и не испытать при этом чувства бесконечной тоски по разрушенной мечте.       Впрочем, даже если она найдёт в себе силы, то точно не сейчас. Сейчас — горячий душ и сон. Душ — чтобы смыть с себя напоминание о том удовольствии, что подарил ей Андрей, а сон — чтобы хоть ненадолго оказаться в другом мире и забыть, кем является в этом.