The big chaos in the small school

      Дождаться летних каникул казалось чем-то совершенно нереальным. Дни тянулись бесконечно, только вечера пролетали моментально, проходя за разговорами по видеосвязи. Джисон становился всё смелее в словах, раскрепощённее в поведении. Если первое время он готовился к звонку, словно собирался на свидание, даже купался перед этим и прыскал на себя освежающий спрей для тела, словно Джису могла почувствовать от него несвежий после долгого дня запах, то постепенно он мог не стесняясь выглядеть неэстетично: хрумкал чипсы, запивая их газировкой, или ел сэндвичи, с которых капало на футболку. Он был сам собой, не старясь казаться лучше, и, видимо, Джису эта его сторона нравилась, потому что стала делать то же самое. Они могли одновременно смотреть фильм или анимэ, обсуждая его. Джисон рассказывал о прожитом дне, спойлерил новые треки, за что обязательно влетело бы от Чана или Чанбина (да и от обоих сразу, вдогонку и остальные бы добавили обязательно), донеси им кто-то об этом. Но Джису, сидя в наушниках, наслаждалась голосом Джисона, но держала всё в тайне от подруг, ведь только они могли сдать своим братьям такую вольность их мембера. Они многое узнали друг о друге и строили планы на совместное будущее, хотя бы на ближайшие летние каникулы, которые наконец настали.       У Джисона зудело под кожей от нетерпения увидеть Джису вновь вживую, не с экрана телефона, не силуэт в окне школы напротив, а быть рядом, дышать одним воздухом, желательно через поцелуй. Чем больше он думал о том, как Джису позволит себя коснуться, возможно, даже поцеловать, тем чаще собственная рука оказывалась в штанах, наглаживая член и представляя на нём девичьи пальцы. Ох как его крыло в такие моменты, что ожидание встречи вновь казалось недостижимо далёким будущим, словно не в этой жизни.       Но день, когда Джису сообщила, что уже приехала домой, настал. Она жила едва ли не в противоположном конце Сеула, куда добираться, чтобы увидеться нужно было с пересадками на нескольких автобусах или на одном кольцевом, который точно проедет от Джисона весь город, пока довезёт. Ещё был вариант — метро, но он боялся находиться под землёй. Наверное, единственный факт, о котором Джису ещё не знала.       Он еле дождался следующего вечера, потому что ей нужно было хоть немного посвятить время родным, которые тоже скучали. Но когда настало время выходить, Джисон буквально летел в предвкушении встречи, и даже, казалось, всё вокруг ему помогало: он пересаживался с одного автобуса на другой, почти не тратя время на ожидание, добравшись до дома Джису достаточно быстро, чтобы было время купить маленький букетик в цветочном магазине прямо в соседнем здании. Милая флорист посоветовала ему взять букетик из трёх фрезий: белой, голубой и розовой.       — Вместе они означают: «ты мне нравишься и мне можно доверять», — пояснила она, протягивая цветы в шелестящей обёртке, перевязанной голубой лентой и маленькой открыткой «For you».       — А можете на карточке написать «ты мне нравишься»? — спросил Джисон, застенчиво улыбнувшись и кивнув на цветы.       — Конечно. Вот, возьмите, — сделав быстрый, но аккуратный и красивый росчерк внутри миниатюрной картонки, флорист вернула букет.       Поблагодарив, Джисон, довольный покупкой, поспешил к подъезду, быстро набрав сообщение: «Жду внизу». Джису не заставила себя долго ждать, появившись в лёгком платье, подол которого колыхался от малейшего движения или дуновения ветра, грозясь открыть то, что под ним, но Джисон и без этого едва мог не есть или раздевать её глазами. Наверное, это могло смутить Джису, поэтому он сделал над собой усилие и сосредоточился на ее лице, протягивая букет.       — Это тебе…       — Ой, как красиво. Спасибо.       Джисон как-то не подумал предупредить, что очень бурно реагирует на присутствие Джису на расстоянии даже вытянутой руки от себя, а тут она снова, как и в свой день рождения, поднялась на носочки, потянувшись к его щеке губами. Если в тот день он просто опешил, да и другие девочки были рядом, ну и, стоит признаться, его наряд тоже не способствовал, то сейчас Джисон практически и сам не понял как его голова повернулась, словно жила самостоятельной жизнью, и вместо щеки губы Джису коснулись его. Хотя это нельзя было назвать простым касанием, потому что она, сделав резкое движение для поцелуя в щёку, буквально впечаталась в губы Джисона, замерев от неожиданности. Они несколько секунд стояли, удивлённо глядя друг другу в глаза, а потом Джису пошатнулась, возвращаясь с носочков на пятки, отчего его рука моментально оказалась на талии, инстинктивно прижимая к себе, едва не примяв букет между ними.       — Прости, — выдохнул Джисон, отступая на шаг назад, не зная, куда смотреть и как спрятать с глаз Джису пресловутый бурно реагирующий орган, хотелось, чтобы он отстёгивался и пристёгивался лишь при необходимости. Сколько ещё Джисон будет подвергаться его неожиданным вскокам? Казалось, что действительно в их компании только он постоянно от этого страдал, каждый раз едва избегая позора.       — Угу, — невнятно промычала Джису, пока он, отвернувшись, дал себе пару секунд прийти в себя. — Думаю, мне стоит занести его домой?       Такая спокойная реакция удивила Джисона, но он был ей благодарен.       — Хорошо, — голос дрогнул, но он взял себя в руки и повернулся к ней, широко улыбаясь и подмигивая: — Я подожду, нельзя, чтобы эта красота быстро завяла.       Ответная лёгкая и добрая улыбка придала ему сил и уверенности: они так хорошо подходят друг другу.       Джису вернулась быстро: Джисон только успел поругать себя и погуглить, нет ли каких-то специальных подавителей, но первая же коротенькая справка дала понять, что всё слишком вредное для юного организма, ведь потом проблемы могут начаться уже с эрекцией. Оно ему надо? Нет. Правда, решение тоже предлагалось: активная половая жизнь. Ни за что бы не подумал, что в старшей школе ему придётся искать информацию и решать вопросы, абсолютно не связанные с учёбой.       На самом деле прогулка-свидание прошла хорошо. Конечно, не без смущающих моментов, «нечаянных» прикосновений, которые в итоге привели к держанию за руки. Они ели мороженое, гуляли в парке, покатались пусть на детской, но всё же карусели. Главное, что им было весело и комфортно рядом друг с другом, словно это была не их первое подобное времяпрепровождение. Но наверняка свою пользу сыграло и их постоянное общение, хотя найти тему для разговора не составляло труда.       Когда Джисон провожал Джису домой, то осмелился возле подъезда притянуть ее к себе, погладить по волосам и даже чмокнуть в кончик носа. Джису покраснела, что стало заметно при свете фонаря, но не отстранилась, а даже прикрыла глаза, безмолвно подставляя губы. Джисона самого сразу бросило в жар, хотелось показать себя мастером поцелуев, но видел их только на экране, а сем никогда не пробовал, хотя наверняка можно было потренироваться на Хёнджине или Йеджи, но первый отталкивал своим полом, а вторая — схожестью с братом. Да и как мечтательная и романтичная девчонка (чего он ничуть не собирался стесняться, несмотря на насмешки Минхо или Феликса, которые хвастались, называя себя едва ли не мастерами поцелуев) Джисон хотел отдать свой первый поцелуй той, кто ему действительно будет нравиться.       Джисону казалось, что он как в замедленной съемке коснулся губ Джису, давая ей возможность передумать, но она только прильнула ближе, закинув руки ему на шею. Стараясь вспомнить, что же там показывали в достаточно откровенных фильмах, которые смотрел, честное слово, только пару раз, он приоткрыл рот, обхватывая нижнюю губу Джису. Он сразу же почувствовал вкус ее блеска для губ: вишня с чем-то сливочным. М-м, вкусно… Джисон вздрогнул от звука собственного голоса, потому что простонал вслух, но отпускать эти сочные губы не хотелось. Он повернул голову сначала в один бок, затем в другой, продолжая втягивать и посасывать нижнюю губу Джису, которая сначала стояла, словно застыла, а затем стала повторять за Джисоном. Выходило странно, явно неумело, но всё равно спирало дыхание и заставляло сердце выпрыгивать из груди. В голове Джисона не переставая крутились мысли, всё ли правильно он делает, не отвергнут ли его, неумёху, и не мог до конца насладиться ощущениями, но Джису только сильнее прижималась, будто нарочно потираясь животом о начавший реагировать член, да ещё и запустила язык ему в рот, тихо простонав. В Джисоне не осталось больше и капли самоконтроля, и наверняка дело зашло бы дальше поцелуя, и плевать, что они были на улице, но зазвонивший телефон заставил их вздрогнуть. Реальность медленно возвращалась в их сознание, отлепляя друг от друга.       — Прости, — Джисон полез в карман джинсов за не перестающим трезвонить гаджетом. На экране светилось «ЧАН». — Да, — голос звучал хрипло, а губы подёргивало после поцелуя, — да, конечно… ага, как обычно… нет, гуляю… вот тогда и расскажу… ага, всё… пока, Чан.       — Что-то случилось? — в глазах Джису читалось неприкрытое беспокойство. Видимо, разговор с Чаном звучал напряжённо.       — Нет, всё в порядке. Мы каждый год собираемся на день рождения Чана в загородном доме его покойного дедушки. Обычно с нами бывали его родители, чтобы всё проконтролировать, но в этом году они посчитали, что Чан (и мы вместе с ним) уже достаточно взрослые.       — У Чана очень понимающие родители.       — Да, но тут есть небольшая подстава: они уезжают в это время в отпуск и оставляют Ханну с Чаном. Поэтому Чан предлагает позвать сестёр всех ребят, чтобы Ханна не путалась под ногами и ей не было скучно среди кучи парней.       — По-моему, хорошая идея. Жаль, что среди вас у меня нет брата, — казалось, что Джису готова расплакаться, но Джисон провёл по её щеке большим пальцем, задерживаясь у виска, а средним приподнял ее голову за подбородок, улыбаясь так, словно она благодаря ему сорвала джекпот в лотерее:       — У тебя есть я, — он поиграл бровями, замечая как плечи Джису расслабились, а глаза заблестели, — пойдёшь со мной в качестве моей девушки?       — А можно? — с сомнением произнесла она, а потом ахнула, словно до неё дошёл смысл сказанного, а Джисон с замиранием сердца ждал ответ: — То есть мы теперь встречаемся?       — А ты не хочешь? — теперь сердце колотилось как заведённое, молчание Джису казалось затянувшимся до бесконечности. Джисон уже готов был идти на попятную, начать извиняться, что не так понял их общение, а произошедший четверть часа назад поцелуй совсем ничего не значит, но раздалось тихое «хочу», прозвучавшее для него громче крика.       Джисон вне себя от радости стал кружить Джису, приподняв её за талию. Она упёрлась ладонями в его плечи, стараясь не упасть, её счастливый смех звучал как бридж новой мелодии, которая только что родилась — симфония их влюблённых друг в друга сердец.

***

      Шумной компанией, арендовав небольшой автобус, ребята приехали к загородному дому, утопающему в тенистой зелени. Чан, как старший и ответственный за всё мероприятие, распределил обязанности и зоны работы между всеми, чтобы праздник удался на славу не только как его личный, но и как новый этап их жизни как компании друзей, очередные совместные каникулы. Вообще планировалось задержаться здесь как минимум на неделю, пока родители Чана в отпуске, поэтому еды они привезли с собой с запасом, да и всегда можно было прогуляться в ближайший магазин за продуктами первой необходимости или попросить кого-то из родителей привезти недостающее.       Самое смущающее произошло перед тем, как ребята расселись в автобус. Получилось так, что к месту сбора Джисон и Джису прибыли самыми последними и, держась за руки, тем самым поддерживая друг друга, прошли в салон под удивлённые возгласы и посвистывания парней. Они ещё припомнят Джисону, что скрывал такой немаловажный факт, как начало отношений с девушкой. Это они ещё не знали, что Хёнджин был в курсе, но теперь строил из себя саму невинность и праведный гнев, будто не он с помощью восковых полосок делал Джисону депиляцию, чтобы он смог пробраться под видом девушки в девчачью общагу. А ещё ребята не знали, что их сёстры тоже были замешаны и ничего не сказали. Наверняка, они бы почувствовали себя полными идиотами, что не заметили увлечённости друга.       Под музыку и неспешные разговоры ребята разбрелись по дому: кто-то подготовить комнаты для отдыха, кто-то прибраться в гостиной, в которой накопилась полугодовая пыль ещё со времён новогодних праздников, кто-то готовил угли для барбекю, кто-то возился на кухне с приготовлением еды и напитков. Возможно, родители пожалеют, что позволили в этот раз отмечать со слабоалкогольным пивом, но, по крайней мере, вечеринка должна была пройти весело. Чан на самом деле был очень ответственным, поэтому неудивительно, что разрешение на алкоголь было получено, а значит, ему и отвечать в случае чего. Но Чан был уверен в своих ребятах, а те не дадут и сёстрам выпить лишнего. Всё было под контролем.       Когда вечером все собрались за общим столом, наслаждаясь приготовленной общими усилиями едой и охлаждённым до нужной температуры пивом, разговоры лились всё оживлённее, объединяя всех в единую компанию с общими интересами. Кто-то даже сказал, что можно попробовать написать песню и спеть её всем вместе или взять девочек в подтанцовку. Каким-то образом речь зашла о начале учебного года, и Джисон с уже слегка поплывшим взглядом, направил по очереди на каждую из девушек, кроме сидевшей рядом Джису, палочки:       — Признавайтесь, кто из вас доставал меня солнечными зайчиками каждый день в начале учебного года?       Он встретился лишь с недоумевающими взглядами и пожиманием плечами вместе с переглядками.       — Это точно была кто-то из вас, потому что прекратилось после того, как мы с Джису стали общаться, а об этом знали только вы.       — Делать больше нечего, — фыркнула Йеджи. — Не слишком ли ты высокого о себе мнения, чтобы кому-то было до тебя дело.       — Эй, вообще-то это было сейчас обидно, — буркнул он, не ожидая от сестры друга детства таких возмущений.       — А нам не обидно? Ладно я, знаю тебя как облупленного, и мне за годы дружбы Хёнджина с тобой хватило твоей рожи, что могла бы и помучить, но девочки тут при чём? Они, между прочим, тоже сёстры твоих друзей.       — Йеджи, прекрати, — тормознул её Хёнджин, потому что та стала совсем как закипающий на плите чайник, который переполнили, того гляди кипяток польётся из носика, ошпаривая всё вокруг.       — А что прекратить, оппа? Это не я начала с обвинений, — она скрестила руки на груди, со скрежетом, не вставая, отодвинув от стола стул, на котором сидела.       — Да я же просто пошутил, — Джисон попытался разрядить обстановку, ведь совсем не ожидал такой реакции, хотя изначально действительно хотел вывести вредную девчонку на чистую воду.       — Это была я, — тихо сказала Джису, привлекая к себе всеобщее внимание.       Эти слова заставили каждого сначала замереть, уставившись на неё, а потом, когда на её лице появилась улыбка, засмеяться.       — Отличная шутка, чтобы отвлечь внимание от подруг. Защищаешь их, да? — Джисон сжал ее руку в своей, поддерживая, показывая, что он рядом и никому не позволит сделать или сказать что-то против неё.       — Из нас всех Джису последняя, кто мог бы это сделать, — подтвердила Ханна, — поэтому оставим это для игры типа «Правда или действие» на завтра, например.       Все дружно подхватили это предложение, а потом отвлеклись на другие разговоры. Джисону и в голову бы никогда не пришло, что Джису могла бы издеваться над ним таким изощрённым способом.

***

      Когда все навеселились и стали расходиться по комнатам или интересам, Джисон тихо шепнул Джису на ухо:       — Здесь очень красивый сад. Хочешь прогуляться?       Наконец за весь день они остались одни и могли хотя бы просто побродить по освещённой луной и звёздами территории.       — И правда красиво, — задрав голову вверх, Джису посмотрела в небо, и Джисон залюбовался отражающимся в её глазах лунным светом и, в порыве какой-то неописуемой нежности по-воровски чмокнул её в щёку, тут же отскакивая на всякий случай.       Джису тут же посмотрела на него удивлённо и вроде как смущённо что ли. Действовало ли выпитое пиво или ее присутствие опьяняло, но Джисон взял её за руку притягивая к себе. Джису не сопротивлялась, а наоборот прильнула к нему, заглядывая в глаза. Этот взгляд, такой чистый, открытый и влюблённый, направленный на него… Эти манящие губы, дрогнувшие в самой нежной в мире улыбке… И их губы слились в поцелуе. Нежном, сладком, неспешном. Они отрывались друг от друга на мгновение, чтобы вдохнуть, а затем снова целовать, пока воздух в лёгких не закончится. Джисон попробовал просунуть язык в рот Джису, отчего она на мгновение замерла, затаив дыхание, а он уже собирался отступить, но ее язык коснулся его, а затем вторил движениям. Это настолько вскружило голову, что Джисон больше не мог сдерживаться. Он проник под девичью футболку и стал водить ладонью по горячей спине, удивившись, что под ней больше ничего не было. Дух захватывало от ощущений и хотелось большего, но появился где-то глубоко сидящий страх, что он может спугнуть Джису, что она не захочет продолжения, а если вообще после такого напора решит расстаться…       — Можно… я… эм… это… — он стал запинаться, не в состоянии подобрать слов, как попросить разрешения, да и на что он собственно хотел его получить? Джисон нервно и неуверенно дёргал рукой под её футболкой, словно только что не касался палящей огнём кожи, а затем одёрнул край ткани, поправляя, и смущённо провёл по волосам, отстранившись. — Прости. Я позволяю себе лишнее, наверное, да?       Джисон теперь не знал, куда вообще девать руки, которые только что касались чужого тела. будто эти самые конечности ему самому и не принадлежали, а были каким-то неожиданным придатком, для которого еще не придумано применение. Он жестикулировал ими, пытаясь подобрать слова, а Джису стояла, перекатываясь с пятки на носок и заложив руки за спину, казалось, тоже не зная как поступить.       — Всё хорошо, — наконец сказала она, кокетливо заправив волосы за ухо, и, глядя куда-то в траву под ногами едва слышно сказала: — Тебе… тебе можно, Джисон.       Джисону показалось, что внутри него всё подпрыгнуло от радости. Руки снова нашли себе место под футболкой, а губы опять слились в поцелуе. Когда футболка Джисона приподнялась и его спины коснулись прохладные пальцы, еле заметно, почти невесомо, то у него словно вышибло дух из лёгких и он промычал в поцелуй, выдыхая остатки воздуха. Он взял лицо Джису в свои ладони и стал покрывать его мелкими поцелуями, желая насладиться каждым миллиметром, отчего она хихикнула как от щекотки.       — Я, наверно, такой дурак в твоих глазах, — шептал он между чмоками, — я такой влюблённый дурак.       Джисон крепко прижал Джису к себе, зарываясь носом ее макушку, а её руки уже уверенно лежали на его спине под футболкой.       — Ты мне нравишься, — сказала она прямо в ключицу, опалив горячим дыханием.       — Здесь есть беседка и плед. Нас там никто не увидит, да спят уже все скорее всего, — Джисон только договорив осознал, что прозвучал двусмысленно, но сейчас он был в таком состоянии, что готов был принять любой исход этого вечера лишь бы Джису была рядом.       Джису молча отстранилась и, взяв его за руку, потянула за собой. Через несколько метров, Джисон резко свернул в нужном направлении, а Джису от неожиданности дёрнулась, споткнувшись об его ногу.       — Прости…       — Ничего…       Беседка освещалась только луной, но она была просторной. Здесь не было стола и скамеек. Раньше висели старые широкие качели, но их сняли и так и не заменили на новые. Зато жаркими и душными ночами это было отличным местом, чтобы спать на улице, поэтому там всегда был плед, а при желании можно было притащить и тонкий матрас. Но сейчас Джисон не хотел нарушить и без того хрупкое ощущение близости. Тем более, в его планах было просто посидеть рядом, провести время вместе… Но этим планам суждено было быть перевыполненными…       Ароматы трав и цветов окутывали, создавая такую атмосферу, что совсем не хотелось разговаривать, а было желание тонуть в объятиях друг друга, наслаждаться долгожданной близостью и уединением, что они и делали долгих минут пять. Джису была напряжена и прерывисто дышала, будто каждый раз порывалась что-то сказать, но не решалась. А в голове Джисона крутилась одна навязчивая мысль, которую он постоянно отвергал, но она возвращалась снова и снова. В конце концов, ему надоело с ней бороться, а затуманенный пивом разум стал совсем смелым, развязав язык и руки.       — Джису… м-можно? — он потянул за подол её футболки и не встретил сопротивления.       Ночной ветерок обдувал, но стало невыносимо жарко, и Джисон снял верх и с себя. Джису смущённо опустила глаза, но не закрылась, её грудь вздымалась, привлекая взгляд. Когда они прильнули друг другу в новом страстном и глубоком поцелуе, от ощущения прикосновения голой девичьей груди к своей Джисон больше не хотел сдерживаться. Если Джису позволит продолжить, то он воспользуется этим, а мысли о последствиях, о которых всегда говорили на уроках полового воспитания ушли куда-то далеко, не смея беспокоить.       Они исследовали тела друг друга, постепенно оказавшись совершенно без одежды. Джису была настолько прекрасна, что от только взгляда на неё, доверительно лежащую под ним, нависшим сверху было достаточно, чтобы кончить.       То ли алкоголь уже перестал действовать, то ли сама ситуация отрезвляла, но Джисон посмотрел на в ожидании смотрящую на него Джису. Он пересмотрел много видео, перечитал всё, что нашёл в интернете на тему «Как не облажаться в свой первый раз», и вот этот самый раз настал, и вроде бы Джисон знал, что делать дальше, но знала ли Джису, должен ли он что-то говорить… Что вообще делать?! Член дёрнулся, призывая не сдаваться, требуя разрядки. Чёлка, вдруг упавшая на лоб, полезла в глаза. А Джису покорно ждала…       — Давай сядем, — предложил он, когда от напряжения руки стали дрожать и упираться на них стало трудно.       — Ага, — Джису сразу подскочила, ударившись носом в лоб Джисона. — Ой, прости…       Стало совсем неловко. Вот они были рядом, уже без одежды, готовые к большему, но всё было как-то слишком странно. Джисон как-то слышал от Минхо, что первый раз надо проводить с опытной девушкой, которая всему научит, тогда он только посмеялся, типа, как так без отношений, а теперь понял, что именно этого опыта сейчас ему и не хватало. Но отступать не хотелось. Джису тоже хотела его, ждала. Разве он мог позорно отступить?