Параллельные

***

      — Где ты? Почему у тебя отключен телефон? Через час нам нужно быть на месте, перезвони мне, срочно! — Леон нервно сжимал в руках телефон, пока пытался завязать галстук.       День был особенным. Прошло всего полгода с тех пор, как обоих Кеннеди выписали из больницы. За это время, как ни странно, многое в их жизни успело измениться — младший адаптировался в новом и совершенно чужом мире, а старший ушел в бессрочный отпуск с «любимой» работы. Жили вместе, подходили друг другу идеально, но были в их совместной жизни камни преткновения.       Леон долго не мог привыкнуть к присутствию второго человека в своем доме. Приходилось мириться со многим: просыпаться под чужой будильник, звук которого он не выносил, завтракать пересоленным омлетом, чтобы не обидеть парня, спать только с включенным светом… Несмотря на то, что жить стало легче и проще, ведь младший во всем остальном с ним идеально сходился, Леон чувствовал себя несколько дезориентированным, когда в каких-то мелочах поступал не так, как было привычно, а так, как было угодно сожителю. Он не жаловался, терпел все, потому что любил.       Забирая младшего к себе домой полгода назад, он уже смирился с тем, что покоя в жизни больше не будет. Однако он и представить не мог, что в общем и целом будет так легко. Во-первых, двойник имел те же взгляды на жизнь, и практически никогда не спорил. Во-вторых, у мужчин довольно быстро синхронизировались жизненные процессы, они просыпались и засыпали в одно время, и Леон в очередной раз порадовался своему удачному решению сделать в доме вторую ванную. Ну, а в-третьих…       Полностью совпадающее либидо первоначально очень удивляло. Леон думал, что в молодости был куда более сексуально активен, и был готов к частым заигрываниям, приставаниям и прочему. И тут двойник его приятно удивил. Парень не напирал, подходил с определенными намерениями только тогда, когда это было уместно, честно обсуждал свои мысли и желания. Их первый раз вышел довольно сумбурным, но оба знали, что рано или поздно он состоится. Позднее, они подходили к вопросу уже более обстоятельно, готовились, а перед сексом обязательно происходило что-нибудь донельзя романтичное. Что было самым удивительным — даже спустя полгода постоянных сексуальных контактов, они не устали друг от друга, каждая их ночь была полна страсти, словно в первый раз.       Их сходство помогло в установлении хороших взаимоотношений на всех уровнях. Им нравилось одно и то же, они часами могли обсуждать любимую музыку и кино, вместе они занимались спортом, читали друг другу книги вслух.       Их различия же, хоть и бесили порой, но были необходимы, чтобы не чувствовать, что живешь со своим зеркальным отражением. Одним из этих различий была ужасная непунктуальность младшего, что в данный момент подводила.       Младший Кеннеди ворвался в дом, чуть только Леон затянул, наконец, ненавистный галстук.       — Привет! — с порога крикнул он, и взбежал вверх по лестнице, не разуваясь.       — Где ты был? — вместо приветствия осведомился Леон. — Я звонил раз десять!       В ответ послышалось шуршание. Что-то упало, скорее всего ворох одежды на вешалках. Все стихло где-то на минуту, после чего парень вылетел из комнаты, почти кубарем скатился с лестницы, на ходу надевая парадную рубашку. Брюки от костюма уже были на нем, а пиджак он держал в руке.       — Прости, — не отрываясь от приведения себя в порядок выдохнул он. Парень явно запыхался. — Нужно было уладить одно важное дело.       — Обязательно именно сегодня? — Леон скептически выгнул бровь, и скрестил руки на груди. — Ты же понимаешь, что опоздания в такой день нам не простят. Джилл наверняка очень расстроится, а Крис…       — Да, знаю, будет вне себя от радости видеть твою кислую рожу, — младший хихикнул, затягивая галстук на своей шее в несколько легких движений.       — Очень смешно, — буркнул Леон, приглаживая волосы. — И где же ты был?       Двойник оделся, разгладил на костюме мельчайшие складки, и повернулся лицом к Леону, ослепительно улыбаясь.       — Не злись, — начал он, поднимая руки в примирительном жесте. — Я еще месяц назад подал кое-какие заявления, и вот теперь у меня на руках результат.       В руки Леона прилетела небольшая книжица.       — Паспорт?       — Угу, — парень закусил губу, сдерживая рвущийся наружу смех. — Внутрь-то загляни.       Леон открыл паспорт, и обомлел.       — Эл Кеннеди? — мужчина провел пальцем по станице.       — Да, теперь официально можешь называть меня так, — просиял Эл. — Полистай дальше!       Кеннеди перевернул несколько страниц. Паспорт был абсолютно пустым, за исключением одного единственного штампа. Заинтересованный, он притянул книжку поближе к лицу, чтобы убедиться, что зрение не обманывает его.       В графе «семейное положение» значилось: Муж — Леон С. Кеннеди. Мужчина коротко охнул.       — Как… — слова давались с трудом. — Как ты это сделал?       — Нравится? — Эл подошел ближе, и мягко забрал паспорт из рук новоиспеченного мужа. — Пришлось потрудиться, но я договорился. Тебе поставят такой же, когда только захочешь.       — Но зачем?       Младшему, в силу своей прямолинейности, даже не пришло в голову скрывать взгляд, буквально кричащий Леону «Ты, что, тупой?». Больших усилий ему стоило лишь не произнести это вслух. Вместо этого, парень медленно опустил руки на плечи Леона, слегка склонился и прошептал:       — Потому что я люблю тебя.       Леон не смог удержаться на месте, и уже в следующую секунду целовал парня, вкладывая в прикосновения всю нежность, на которую был способен. Его планы на то, чтобы пожить вместе еще пару месяцев, а затем, устроив свидание, встать на одно колено, были мгновенно разрушены, но он об этом и не жалел. Мужчина понимал, что в их паре ничего не может быть нормальным, ничего не может быть «как у всех», но это не удручало. Более того, Леон был ужасно горд и счастлив.       — Ну все, поехали, — Эл разорвал поцелуй довольно резко, понимая, что если они не остановятся сейчас, то точно никуда уже не поедут. — Опоздаем на свадьбу.       Пять месяцев назад Леон буквально выл от отчаяния. В его доме постоянно ошивался Крис, что в очень несвойственной ему манере приседал на уши, касательно своей личной жизни. Оба Кеннеди очень старались поддержать Криса, а он, как последний дурак, вместо того, чтобы пригласить уже Джилл на свидание, лишь выговаривался друзьям. Рэдфилд боялся все испортить, ведь женщина, казалось, очень неохотно продолжает с ним общение. Когда старые знакомые столкнулись в больнице, им удалось разговориться, обменяться новыми номерами и даже назначить встречу, однако в оговоренный день Джилл просто не пришла, и Крис в итоге ночевал в доме Леона несколько дней, практически уходя в запой. Ситуацию неожиданно разрешил Эл — парень очень сблизился с Валентайн, и в очередной визит Криса, Эл просто пригласил женщину зайти.       Как дело дошло до свадьбы ни один из Кеннеди уже не узнал, но получив приглашение, оба заговорщически переглянулись.       — Я специально поставил нашу с тобой дату свадьбы на этот же день, — хихикал Эл уже в салоне такси. — Не могу дождаться, когда уже увижу их охреневшие лица!       Атмосферу в церемониальном зале можно было буквально резать ножом. Для свадьбы арендовали небольшой особняк на берегу озера, не слишком пышный, но от того не менее красивый. Гостей было немало, то и дело виднелись знакомые Леону лица, но их напряжение можно было считать по глазам, поэтому Кеннеди не рискнул начать со всеми подряд здороваться. Молча, мужчины заняли свои места, до церемонии оставалось всего несколько минут.       — На поминках и то веселее, — шепнул Эл, оглядывая зал. — Что с ними такое?       Леон пожал плечами. Он был не частым гостем на свадьбах, поэтому не знал обычаев, и думал, что так и заведено.       — Может, Крис их запугал? — предположил Кеннеди, посмеиваясь в кулак. — Сам же помнишь, когда он нервничает, то выглядит как ходячая бомба. А они теперь боятся, что бедняга взорвется от любого косого взгляда.       Эл несколько раз кивнул, видимо принимая предположение.       Часы пробили полдень, и в зале стало еще тише. Все замерли, будто собрались не на свадьбу, а на расстрел, и даже Леону расхотелось шутить. Вдруг заиграла музыка, а от первых ее нот многие аж подскочили на месте от неожиданности.       Массивные дубовые двери распахнулись, в зал, явно осторожничая, вплыла Джилл. По рядам прокатился раскатистый вздох, от которого не удержались и Кеннеди. Женщина, как всегда, показывала, что правила не для нее — вместо привычного белого платья на ней сияло ярко-голубое, с небольшим шлейфом. Декольте не было, блестящая ткань заканчивалась прямо под горлом. Длинные рукава платья прикрывали руки полностью, а ладони были скрыты перчатками на несколько тонов светлее. Она выглядела потрясающе, похожая одновременно на строгую леди и на диснеевскую принцессу, но грудь ее вздымалась довольно тяжело. Виноваты в этом были нервы, или слишком туго затянутый корсет, гадать не было смысла. Валентайн была обворожительна.       От вида Криса, невесть откуда появившегося у импровизированного алтаря, Леону захотелось рассмеяться. Всегда такой собранный, серьезный и суровый Рэдфилд, сейчас выглядел как мальчишка на детском утреннике. Костюм сидел на нем идеально, но вот стоящая в глазах паника и руки, непрерывно теребящие край собственного пиджака, придавали вид испуганного олененка, что вот-вот сбежит.       — Не дрейфь, Крис, — Эл прошептал это так тихо, что никто не смог бы услышать его, но Крис тут же взглянул в глаза парня. Двойнику пришлось одобрительно кивнуть.       Как только Джилл подошла, Крис немного оттаял, и церемония прошла как по маслу. А после торжественных клятв, когда пришло время целовать невесту, Рэдфилд и вовсе сорвался с места, властно притянул к себе женщину, и только тогда расслабился. По залу, также вздохнувшему с облегчением, прокатилась волна аплодисментов.       Празднование перенесли в зал поменьше, где уже были накрыты фуршетные столы. Гости взбодрились, а те, кто не смог, поглощали шампанское, и веселели на глазах. Музыку включать не стали, ограничились лишь легкой мелодией, что до сих пор лилась из главного зала ненавязчиво и тихо.       Первыми поздравлять молодых ринулись дальние родственники, и Леон решил немного подождать. Он мягко подтолкнул Эла по направлению к столу с напитками, и предложил ему бокал. Отказываться парень не стал, но пил осторожно, ведь прекрасно знал — он напивается очень быстро.       — Ты видел ее платье? — восторженно говорил младший, не сводя глаз с невесты. — Никогда не думал, что девушки могут выглядеть так прекрасно.       — Мне начинать ревновать? — Леон усмехнулся, делая крупный глоток шампанского.       — Нет, разве что к Крису, — от таких слов двойника Леон чуть не поперхнулся, и сразу же вопросительно взглянул на него. — Не переживай ты так, я просто хотел похвалить его костюм.       — Мой костюм вроде тоже не плох.       — Нет, — покачал головой Эл, поворачиваясь всем корпусом к Леону. — Твой самый лучший.       Парень лукаво улыбнулся, и провел пальцами по лацкану пиджака Леона, делая вид, что разглаживает несуществующую складку.       — Но без него ты еще симпатичнее, — уже тише добавил младший.       В глазах знакомо заблестели похотливые огоньки.       — Не здесь, умоляю, — Леон понимал, что если флирт продолжится, он не сможет продолжить праздник без крепкого стояка в штанах. — Подожди хотя бы до торта.       — К черту торт, — оборвал Эл, ухватившись за галстук партнера. — Ты мне нужен сейчас.       Всю свою жизнь Леон был спокойным и терпеливым. Все, кто его знал, могли с уверенностью сказать, что мужчина в любой ситуации оставался беспристрастным, руководствуясь только холодной логикой, и никогда не шел на поводу у мимолетных желаний. Однако теперь, с появлением одного молодого симпатичного парня, многое поменялось. Леон просто сорвался с цепей, которыми его удерживали всю жизнь, только так он мог объяснить то, что без колебаний последовал за двойником в сторону выхода из зала. Его руку крепко сжимали, и впервые за свои пятьдесят лет мужчина мог с точностью заявить, что счастлив.       Уходить далеко не стали. Эл шел впереди, и едва завидел дверь, ведущую в уборную, свернул туда. В помещении оказалось две достаточно широкие кабинки, и парень толкнул дверь в первую попавшуюся, затаскивая не особо сопротивляющегося Леона за собой.       — Ты ненормальный, — констатировал мужчина, затворяя дверь кабинки. — Нас могут увидеть, а ведь по легенде мы братья.       — Да плевать, — парировал Эл, приникая всем телом, зажимая Кеннеди у стенки. — Пусть увидят хоть что-то красивое в своей жизни.       Жаркие поцелуи заткнули поток нервных мыслей, и Леон отдался им с готовностью. Эл был слишком порывист, когда дело доходило до постели, парень жадно кусался, резко срывал одежду, просто-напросто сводил с ума партнера и сходил с ума сам. Единственный парадный пиджак Леона уже нашел свое место на полу, к нему присоединился и второй. С пуговицами младший Кеннеди осторожничал, но прерваться уже не мог, и трясущимися пальцами открывал себе путь к желанному телу. Мужчина в его объятиях таял, ощущая горячие полные губы на своей груди, он мог лишь зарыться пальцами в светлые волосы младшего и сдерживать особенно громкие вздохи.       Когда Эл оторвался от Леона, он выглядел так, словно перед ним находился огромный кусок шоколадного пирога, а сам парень только что слез с изнуряющей диеты. Он смотрел голодно и властно, в глазах отражалось желание, и ничего, казалось, более не волновало его.       До Кеннеди довольно медленно дошло, что младший все спланировал заранее. Из кармана он уже выуживал тюбик со смазкой, пока второй рукой расстегивал брюки. Звук вырывающегося из шлевок ремня показался Леону самым пошлым, что он когда-либо слышал.       — Повернись, — глухо рыкнул Эл, и Леон поспешно изменил свое мнение. Этот голос, особенно произносящий подобные слова, доводил до исступления каждой ноткой.       Брюки пришлось спустить только до колен. Упершись лбом в прохладную стенку, Леон тяжело дышал, но очень старался побольше прогнуться в спине, открывая партнеру доступ к самым чувствительным частям своего тела. Мужчина не мог видеть, но был абсолютно уверен, что Эл сейчас рассматривает его задницу с восхитительным предвкушением. Ладонь, что огладила спину, спустилась на ягодицу, коротко сжала и оставила на коже звонкий шлепок, вызывая тем самым резкий вздох и всплеск мурашек.       Пусть на предварительные ласки было на так много времени, Эл никогда не пренебрегал хорошей растяжкой, и уверенно запустил обильно покрытый смазкой палец в Леона, от чего тот чуть ли не задрожал. Парень отлично знал, как нужно двигаться, под каким углом сгибать палец внутри и в какой момент добавлять второй. Неочевидные плюсы клона. Леон в такие моменты просто не знал куда себя деть, ведь они еще толком не начали, а с члена уже капало, колени уже тряслись, а из горла рвались звуки, сильно напоминающие скулеж.       Все мысли испарились. Как только Леон почувствовал, как к его анусу прижимается упругая головка члена, он уже и не думал о том, что их может кто-то увидеть или услышать. Лишь на мгновение в его голове пронеслась мысль о возможной обиде Джилл и Криса, но в следующий миг член был уже внутри него, и он забыл не то, что о друзьях, он забыл, как дышать.       С каждым новым толчком Кеннеди все больше отпускал себя. Он прижался щекой к стене кабинки, уперся в нее руками, все для того, чтобы лучше подстроиться под движения партнера и толкаться ему навстречу. Эл сразу задал тот темп, который нужен был сейчас обоим, не нежничая, а сразу загоняя до упора. Как и сам Леон, двойник был достаточно громким, и сейчас он сжимал бедра мужчины лишь одной рукой, так как второй прикрывал свой рот. Полностью подавлять стоны не выходило ни у одного из них.       Леон не успел ничего понять, но в какой-то момент Эл потянулся к его плечу, нашаривая что-то не глядя. Блуждание продолжалось недолго — тонкие пальцы ухватились за шелковую полоску галстука и потянули ее на себя. Эл перехватил ткань поудобнее, и затянул так туго, как это было возможно.       Кеннеди, лишенный воздуха, смог только единожды всхлипнуть. Ему было слишком хорошо и до этого, однако теперь, когда Эл буквально управлял его дыханием, то сдавливая крепче, то отпуская, по телу мужчины прошлась дрожь от удовольствия, которого он ранее никогда не испытывал. Леон всегда считал асфиксию чем-то плохим, опасным для жизни, ведь его столько раз душили недоброжелатели, и он никогда даже помыслить не мог о том, чтобы использовать этот прием в сексе. Теперь же он был уверен, что возьмет это на вооружение.       Когда хватка в очередной раз ослабла, Леон смог прохрипеть:       — Я близко, ч-черт…       И галстук на шее затянулся еще туже, от чего последние толчки ощутились особенно ярко. Мужчина крупно задрожал, сжался, а из приоткрытого рта на пол уже тянулась тонкая ниточка слюны. Кончая, он чувствовал, что почти теряет сознание, ведь глаза его закатились, а через тело будто пропустили разряд электрического тока.       Леон не чувствовал, как Эл доводит себя до оргазма, хоть и понимал отдаленным участком сознания, что в нем остервенело движется и пульсирует чужой член. Парень успел выйти в самый последний момент, и на мокрую от пота спину уже летели горячие струи спермы, но Леон не ощущал и этого. Кеннеди слишком сильно погрузился в собственную эйфорию и медленно приходил в себя.       — Леон, — окликнул Эл, приводя мужчину в чувства. По спине уже противно проходилась грубая бумажная салфетка, стирая с тела остатки их близости. — Все хорошо?       — Не представляешь насколько, — выдохнул мужчина, наконец выпрямляясь и оборачиваясь. — Поможешь одеться?       — Конечно, — Эл с готовностью опустился, поспешно натягивая на партнера брюки.       — Боже, как болит спина, — Леон принялся приводить в порядок рубашку и тот самый галстук, намеренно не затягивая его слишком туго.       — Мне пора писать книгу «я ебусь с пенсионером», — Эл усмехнулся. — У меня получилось бы хорошее руководство, как думаешь?       — Иди в жопу, — Кеннеди засмеялся, накидывая на плечи пиджак, что чудом не помялся.       — Только что там был.       Когда оба уже выглядели достаточно приемлемо, Леон решил, что оставлять на кабинке разводы собственной спермы было бы не очень красиво. Схватив салфетку из рядом стоящей коробочки, он нагнулся, протирая стенку, а сзади уже хихикал Эл.       — Что, уже готов ко второму заходу? — младший Кеннеди, шутя, приблизился к ягодицам Леона, на что тот яростно зашипел.       — Нет уж, в следующий раз я сверху, — мужчина постарался закончить уборку быстро, чтобы не провоцировать партнера на подобные шутки.       Салфетка полетела в урну, Леон был уже готов выходить из кабинки, как вдруг его остановили нежным поцелуем.       — Как скажешь, — на секунду отрываясь произнес Эл, улыбнулся и вновь прильнул губами. Леон не смог не ответить.       Дверь в уборную вдруг тихонько скрипнула, заставив обоих Кеннеди замереть на месте.       — Здесь точно никого нет? — женский голос звучал приглушенно, в помещение она еще не зашла.       — Нет, я же сказал. Туалет для гостей в другом конце коридора.       — Крис, я не уверена, — Леон удивленно вытаращил глаза, пока Эл едва сдерживал смех. По голосу внезапно вошедшей Валентайн можно было сказать, что она очень даже уверена.       — Детка, давай же, я знаю, ты хочешь, — Крис шептал довольно громко, и тут Эл не выдержал.       — «Детка»? Серьезно, Рэдфилд? Блещешь оригинальностью, как всегда.       Как только дверца кабинки отворилась, из-за нее буквально выкатился смеющийся Эл. Парень сгибался пополам от хохота, заставляя щеки друзей приобретать пунцовый оттенок. Вслед за ним, виновато улыбаясь, появился Леон, присоединяясь к двойнику.       — Кеннеди! — громогласно выдал Крис, что был сейчас краснее помидора. — Вы что здесь забыли?!       — Да вот, вас поджидали, — Леон поддержал подшучивания, без опаски подходя ближе. — Хотели поздравить в, так сказать, необычной обстановке.       От этих слов взрыв смеха за спиной прозвучал еще громче.       — Да пошли вы, — Джилл старалась выглядеть серьезной, но тоже улыбалась.       — Счастливого дня свадьбы!

***

      Вернулись домой оба Кеннеди уже за полночь. Нелепая ситуация на свадьбе разрешилась, на них никто не обижался, а Крис согласился отложить свои низменные желания до брачной ночи, поскрипывая зубами. Праздник удался, гости были довольны, молодожены счастливы. Благодать.       — Как ты думаешь, — уже лежа в постели решил поинтересоваться Леон. — Нам стоит сделать такую же свадьбу?       — Нет, — отрезал младший. — Не хочу праздновать.       — Почему?       — Мы познакомились при очень странных обстоятельствах. Я вообще твой клон, и наши отношения для всех выглядят странно, поэтому рассказывать все это гостям я не хотел бы. Да и, к тому же, кто бы к нам пришел? Те, кого я знал, либо мертвы, либо уже и так постоянно видят нас вместе.       Эл закончил объяснение, но Леон почувствовал, что парень сказал еще не все, поэтому молчал, выжидающе глядя в голубые глаза напротив. Чуть погодя, двойник все же сдался.       — Если честно, мне не нужен никто, кроме тебя. Если хочешь, мы могли бы отпраздновать, но только вдвоем. И где-нибудь на открытой местности, потому что любой крупный дом у меня теперь ассоциируется только с участком.       — Хорошо, — согласился Леон, осторожно взяв пальцы двойника в свои. — Все будет, как захочешь. Я люблю тебя.       Эл крепко сжал руку Леона, прижался ближе и прошептал:       — Я тоже люблю тебя, Леон.       Погружаясь в сон, они не разомкнули объятия. Каждый из них будто обрел потерянную часть себя, и теперь они наконец воссоединились в одно целое, а впереди их ждало лишь безмятежное счастье. По крайней мере, они на это надеялись.