Часть 1
2 апреля 2026 г., 12:01
Светало. Коноха встречала новый день. Вопреки ужасам минувшей ночи. Не вся. На лбу Хирузена Сарутоби, и без того испещрённом морщинами, прибавилось ещё три особенно глубоких. Отчета о потерях всё ещё не было. Слишком огромные... Скрытая деревня в очередной раз устояла, но какой ценой?
Третий Хокаге напряженно курил в снова ставшем его кабинете... Рядом вяло копошился малыш. Не лучшее решение — дымить рядом с новорождённым, но ситуация была ужасная. Да и вряд ли табак был способен навредить джинчуурики девятихвостого лиса. Нужно было принять какое-то решение.
А дым хоть немного разгонял оплывшие воском свечи мозги. Или делал вид. Сарутоби не знал. Недолго он на заслуженном отдыхе пробыл. Минато, увы, продолжил дурную традицию Первого и Второго: хокаге долго не живут. Это он, Третий, был исключением...
А вот молодой, сильный, нагонявший на врагов ужас и безо всякой чакры биджу Минато мёртв. Хуже того — будет вечность перевариваться в желудке шинигами. Такова плата за спасение Конохи, разделение Лиса на две половины и запечатывание одной из них в новорожденного сына.
Хирузен снова посмотрел на попискивающий свёрток. Половинка чудовища, что едва не сравняло Коноху с землей, — там. Единственное, что осталось от Минато и Кушины, — тоже. Наруто едва родился, как собственный отец перенёс в него монстра.
Да, половинку, чтобы можно было попытаться его обуздать... ведь и Узумаки Наруто был лишь по матери. Тоже половинчатый. Не идеальный сосуд для демона-лиса. Но лучшего не было. Узумаки истреблены, а деревня нуждалась в этом оружии сдерживания. В том, что едва не уничтожило их самих... Печать ослабла из-за родов. А потом Лису кто-то помог вырваться из Кушины. Анбу доносили о шиноби в маске с шаринганом в прорези, с которым сражался Минато.
И всё-таки Четвертый хокаге выбрал деревню. Не унёс лиса целиком с собой к шинигами. Подверг своего новорождённого и тут же осиротевшего сына такой опасности, что было сложно представить. Девятихвостого никогда ещё не запечатывали в младенцах. В младенцах, что развивались в утробе джинчуурики и под влиянием демонической чакры.
У Наруто были на щеках три полоски-усика. Они были до запечатывания. И их были лишены и Мито Узумаки, и Кушина. Ребёнок, что сейчас копошился на его столе, вполне мог оказаться больше лисёнком, нежели человеком.
И всё же у него были желтые, победившие кровь Узумаки волосы, яркие синие глаза и румяные щёчки. Наруто не походил на чудовище. И питался смесью, а не кровью, энергией и плотью. У него был свой очаг чакры, и довольно мощный. Он бы стал величайшим шиноби, не запечатай в него Минато Лиса... Впрочем, ещё может стать. Судьба неопределенна.
И сейчас всё зависело от решения Третьего хокаге. Он мог отправить Наруто в госпиталь, в отделение к другим осиротевшим этой ночью детям до трёх лет. Их было немало. А мог найти ему семью. Джинчуурики крайне важны для скрытых деревень. Никто не посмеет противиться приказу хокаге взять его в свою семью.
А мальчику нужна семья. Чтобы не стать чудовищем... Но где найти такую семью, где Наруто вырастет верным сначала Конохе, а потом клану?
Идеален был бы сценарий, если бы он рос в своей семье. Джинчуурики старались сделать ближе к хокаге. Потому что те выбирали деревню. Всегда. В этом все скрытые деревни были схожи.
Но сейчас... Сарутоби слишком стар для этой ноши. Потянуть воспитание Наруто и деревню одновременно он не сумеет. А сына... сына не хотелось в это втягивать, он и так-то отцом был паршивым (таков удел хокаге), чтоб ещё и подкидывать ему такое. Слишком ответственно, да и недовольство его кланом давно теплилось в шиноби.
Нет, нельзя было брать Наруто себе.
Как и невозможно отдать бесклановым шиноби. Такие, как Минато, — самородки... Их сейчас почти нет, а те, кто есть, — одиночки со столь глубокими моральными травмами, что заботу о ребёнке — тем более о ребёнке, в котором сидит чудовище, убившее их товарищей, — просто не вытянут.
На самом деле, в этом состояла главная проблема. Несмотря на важность Наруто для деревни, доверить его было почти некому. В Конохе сейчас почти не осталось клана, члена которого не убил Девятихвостый.
Это слишком большая беда. И риск, что кто-то не выдержит и отыграется на ребёнке.
Но и оставить Наруто одиноким... сиротой, что вырастет как неприкаянный сорняк, много опаснее. Риск, что великие кланы попытаются отыграться на младенце, почти нулевой. Они слишком хорошо понимали важность Девятихвостого, а также перспективы, если сын самого Четвертого хокаге, ещё и с силой Лиса, станет членом их клана.
И это тоже было опасно. Нельзя доверить Наруто, к примеру, Хьюга. Это вызовет дисбаланс в деревне. Недовольство остальных. Те заполучат своего «карманного монстра».
Мысленно Третий хокаге примерял Наруто то у одних, то у других. Наруто был переходящим знаменем... Погодите! Старик подавился дымом и закашлялся, стремясь прочистить лёгкие. А ведь это выход!
Наруто может воспитываться по очереди в каждом крупном клане. Три месяца — и он меняет приёмную семью. Учитывая, что в Конохе действительно великих кланов не более десяти, это значит, что к становлению чуунином Наруто проживет в каждом суммарно по два с половиной — три года. Этого хватит, чтобы привязанность сформировалась, но при этом не превысила безопасных пределов.
Всё это, конечно, чревато... и недовольством кланов, и тем, что Наруто будет чувствовать себя знаменем, но... хотя бы не чудовищем. И да, кланы тоже поймут вскоре, что даже такое пребывание у них джичуурики выгодно в перспективе. Во-первых, это покажет доверие к ним власти, во-вторых, Наруто всё же будет к ним привязан, в-третьих, так у кланов появится шанс сохранить от Наруто свои клановые техники и секреты. Три месяца — это не постоянное проживание, ведь так?
Для клана Учиха, которых уже подозревали в натравливании Лиса на деревню, это будет спасением. Передача им Наруто покажет доверие... которое столь пошатнулось. Но сначала Сарутоби проведёт своё расследование и убедится, что Фугаку ни при чём.
Они дружили с Минато — это правда, но не Третьему ли хокаге знать, как легко дружба предаётся в угоду пользе деревни или клану. Это больно, но это правда. Из конфликта личных и общественных интересов у шиноби редко вырастает что-то хорошее.
Он рисковал, но отправился лично в клан Нара, чтобы отдать Наруто. Начал он с самых разумных подчинённых. Как только друзья клана — Акимичи и Яманако — убедятся, что младенец не чудовище, в это поверят и остальные. Этой тройке дружественных кланов доверяли больше, чем высокомерно-отстранённым Хьюга или Учиха. И Сарутоби рассчитывал на них.
* * *
Не зря рассчитывал. Спустя четыре года старик Третий довольно смотрел в шар, наблюдая за тем, как лисий ребёнок — просто Наруто — играет с детишками кланов, где воспитывался. Сейчас он жил у Хьюга, но это не мешало Наруто продолжать видеться и с остальными. Не со всеми, но с очень многими. Не всем это нравилось. Далеко нет. Но Сарутоби ухмыльнулся, заставляя шар показать ему главу клана Хьюга. Вот Хиаши Хьюга поджимает губы, но ничего не говорит, когда на шумной площадке рядом с его тихим кварталом весело играют его старшая дочь, племянник, Наруто и детишки Нара, Акимичи, Яманако, Инузука и Абураме. Полезные знакомства, неправда ли? Правда, к ним прибилось несколько бесклановых ребят... И Сарутоби это радовало. Может, у Наруто не было нормальной семьи, но были друзья. Иногда в этой компании можно было увидеть даже младшего сына Фугаку — Саске. И это всё доказывало, что тогда он принял правильное решение... ведь так? Не все были этому рады. Это хокаге помнил. Как и то, что ни один участвующий в проекте «семья для джинчуурики» клан не пожелал из него выйти. Напротив, было что-то в Наруто такое, что заставляло бывалых шиноби вместе с отчетами о его пребывании в их доме подавать прошение и о том, чтобы оставить мальчика насовсем. И это была вовсе не начинка из Кьюби. Всплесков демонической чакры не было зафиксировано ни одного. Печать держалась крепко, Наруто был просто собой. Без крох сил запертого в него биджу. Пока, во всяком случае. И всё же главы кланов были не прочь его усыновить. Не только из соображений грядущего. Наруто, конечно, был балбесом... Довольно хулиганистым, шустрым парнишкой... Но совершенно беззлобным, искренним и открытым. Может, это подкупало. Как и нестандартное совершенно точно решение. Да и Сарутоби понимал, что своей наследственностью потомка Узумаки Наруто мог усилить потомства любого клана. К тому же отец его — чрезвычайно талантливый шиноби... Были надежды и на гены неизвестного по присхождению сироты Минато. Поэтому вежливо отказывал. Даже когда просили Хьюга или Учиха. Особенно если они... Наруто не должен был превратиться из достояния деревни в их ручного зверька. Впрочем, для этого тот был слишком своенравным и упёртым. Уже сейчас характер был заметен. А вот родство с Кьюби выдавалось только усиками-отметинами на щеках. Видя, где живет джинчуурики, с какими непростыми детишками дружит... постепенно притихла и остальная деревня. Демоном Наруто больше никто не называл. И на изгоя он похож не был. Сарутоби был доволен... Но ещё больше он обрадовался через пару лет, когда случилось следующее...* * *
Итачи искренне надеялся, что до такого не дойдёт... Что ж, зря надеялся. Советники, избегая двусмысленности, прямо донесли до него тёмную мысль: его клан мешает Конохе. И не просто мешает. Стал угрозой. Настоящей. И либо угрозу ликвидирует сам Итачи и тогда память об Учиха не будет запятнана как о желающих совершить переворот (только он сам будет неизгладимо изгваздан кровью родных), а его брат выживет, либо этим же самым займётся Корень Данзо, и тогда... будет всё то же самое, но уже с мёртвым Саске и поруганной репутацией. Советники донесли. Мнения Третьего хокаге Итачи не знал. И, честно, опасался узнать. Сарутоби-сама имел отличный от тройки советников взгляд на проблему клана Учихи. Как сказал Данзо, выжидательно-непростительный. Он бы не одобрил... Но ведь Корень подчинялся не хокаге. Внутри всё ныло. Родные и так обречены. Отец приговорил и себя, и всех остальных, когда начал готовить мятеж. Разница лишь в ещё одной жертве и том, что примет на себя удар — деревня, чья репутация пошатнётся, или же Итачи, что завис между долгом клану и Конохе. Данзо не хотел оставлять никого в живых. Даже детей. Иначе пойдёт... мстительная поросль. Иногда Итачи подмывало узнать, что думает об этом старик Третий? Не хочет же он и правда лишиться всего-всего великого клана со столь мощным додзюцу из-за... политических разногласий? А всё из-за какого-то ублюдка в маске дурацкой, что управлял Лисом в ту ночь. Управлял шаринганом. Однозначно. Не могло это показаться столь многим уважаемым шиноби одновременно. Увы, от такого их клан отчистить не помогло даже то, что джинчуурики им под опеку выделили наравне с другими кланами. Итачи чуть улыбнулся. Так у Саске хоть друг появился. А то в клане у него одногодок не было, самому Итачи, увы, с его службой совершенно некогда было, а Саске... не образчик компанейства. Наруто — тот сам его в оборот взял и «задружил». Шустрый малый. Ну и отец не препятствовал. Четвертого хокаге он, в отличие от старика, уважал. Вот и рад был Итачи, что Наруто в то полнолуние не у них жил, не дошла пока очередь. У Нара обретался — шоги познавал. А значит, и не было вероятности, что как-то случайно в кровавый замес попадёт. Стало быть, и Саске потом одного не оставит... Вытащит друга. Может, Сарутоби-сама и что-то подобное для последнего Учихи сделать. Ну, опеку эту по графику. Удачный ж опыт... Главное, чтоб один не остался и на деревню не озлобился. Многого Итачи хотел... для отцеубийцы особенно. Начал он с самого сложного — с семьи. Тот, на удивление, даже и не сопротивлялся. Будто знал, что так всё и закончится. Только о Саске попросил позаботиться. Не о клане, что удивительно... Хотя... всё ведь понимал. И что Данзо их не пощадит. Естественно, на дело Итачи не один пошёл. Даже с эффектом неожиданности — будь он хоть трижды гением, а вырезать целый клан не смог бы в одиночку. Нет, с ним... связался тот, кто представился Мадарой Учиха. А был ли это на самом деле давным-давно официально издохший легендарный предок или же нет — Итачи сомневался. Но решил, что Данзо лучше о том не знать. Мадара — или кто он там — обещал силу, с помощью неё можно было защитить Саске. Защищать Коноху. А прознай о помощнике, что, к слову, и позвал его в организацию ниндзя-отступников акацуки... Просто схватит и разберёт на шаринганы. Как сделал это с Шисуи. Так увеличивать мощь такого, как Данзо, смерти подобно. Поэтому и молчал Итачи, хоть и понимал, что тип под псевдонимом Мадара, скорее всего, и есть тот шиноби в маске, что и стал виновником всех бед клана... Ну не верил он, что это восставший из могилы древний дед, что решил отомстить профукавшим величие соклановцам! Не было в этом логики. Те ж, наоборот, планировали... восстание с целью его возвращения. Хотя, может, повредился в уме. Кто ж зомбаков знает. Сомневался Итачи. Во всём. Вот и не делал ничего. Просто решил порешить всех и присоединиться к акацуки... а там уж... может, будет полезен деревне и Саске как шпион. Вины перед собственным зарезанным вместе с кланом сердцем он не искупит. Но хоть сдохнет не бессмысленно, да? В последнем Итачи уверен тоже не был. Впрочем, в его уравнение со множеством неизвестных бесцеремонно вмешалась ещё одна. Яркая, как некогда сама желтая молния Конохи, и с хвостом из другого важного для Конохи молодняка. Ну вот всё предусмотреть Итачи мог, но только не то, что друзья Саске провожать его попрутся тем поздним вечером. Всё. И да, уже поздним вечером, рискуя получить дома вовсе не благодарность за развитие связей между кланами. А ведь за Наруто старик Третий следил с помощью шара... Мысль эта не дала обрушить на страшно застывшую перерезанной марионеткой маму. Сарутоби узнал. Точно узнал, раз уж Итачи слышал все эти голоса... Сам он успел только казнить зачинщика. Отца. В остальном начал орудовать в глубине их квартала Мадара. И он пока не прочувствовал, что у них есть лишние свидетели, — Итачи это знал... Так, может, взять его, пока не поздно? Выставить Данзо виновника, повиниться перед Третьим, а там будь что будет? Всё лучше, чем вырезать свой клан при детях элиты Конохи, рискуя и ее задеть. Их смертей не простит уже никто... С этой мыслью Итачи тихонько ускользнул... Смотреть, кто там под маской Мадарой. Тем временем в квартал Учиха уже направлялись Анбу хокаге, а Корень Данзо разочарованно уходил обходными путями. Наруто же отчаянно подтрунивал над Саске, что силился-силился, а не мог выплюнуть даже самый жалкий огонёк, демонстрируя клановые техники. Рядом безмятежно хомячил чипсы Чоджи, которые у него тихонько стрелял и вечно голодный — с Лисом-то внутри — Наруто, чуть дальше витал в мыслях Шикамару, влюбленно смотрела на Саске Ино, занималась абсолютно тем же самым зрительным поглощением, но уже Наруто даже в темноте румяная Хината... В какой-то момент, когда уже показалась крыша резиденции главы клана, незаметно подставила подножку Ино и сама сделала глазки Саске Сакура... И всё было почти хорошо в тот прохладный тихий вечер. Полная луна так и не приобрела кровавый окрас. Тело отца Итачи благоразумно запечатал в свиток, чтобы затем подкинуть в место, где схватят Мадару. Он собирался возглавить клан и прекратить грызню, а не стать новой мишенью даже для брата... Что до мамы... Она будет молчать, в этом он был уверен. То, что сам Итачи ей в глаза смотреть не сможет никогда, не такая уж и большая цена за всё остальное. За дивный запах надежды, которую ему позволила обрести эта детская дружба и то решение Третьего.
