Антикапиталистическая паста
2 апреля 2026 г., 14:20
Джейни стояла на кухне и смотрела на стол.
— Как вовремя Эсмеральда взяла выходной!
Набор был странный : макароны, селёдка, клубника, сгущёнка, огурцы, какао и сметана. Целая кулинарная катастрофа, если смешать всё вместе.
Но у неё была идея.
Не «сейчас я накормлю его шедевром».
А «сейчас я ему покажу!».
Что деньги, вообще-то, не зло, а привилегия. И когда ты ими обладаешь ты не собираешь вот это вот всё в одну миску и не называешь ужином.
Она ставит воду, кидает макароны. Пока они варятся, мешает в миске сгущёнку, сметану и какао. Смотрит на это и тихо хмыкает:
— Ну да. Прям высокая кухня.
Режет селёдку. Огурцы. Клубнику. Всё летит в миску. Соус становится странным. Запах ещё страннее. Цвет же многообещающим.
— Отлично, — бормочет она. — Вот и наглядный аргумент.
Когда всё готово, она перемешивает макароны с этим… чем-то. Получается густо, липко и подозрительно коричнево.
В этот момент заходит Тристан.
С кофе и как всегда спокойный.
Он смотрит в миску. Пауза.
— Я даже не знаю, с чего начать, — говорит он честно.
— Я начну с того, что это ужин, — спокойно отвечает Джейни, – И имя ему «Антикапиталистическая паста».
— Это протест? Перформанс?
— Это жизнь, — она пожимает плечами. — Когда у тебя нет денег.
Он ставит кружку.
— Деньги не решают всё.
— Да? Серьёзно?
Тишина на секунду.
— Они дают тебе выбор. Где жить, что есть, чему учиться. Они дают тебе возможность не… — она кивает на миску, — …не жрать вот это.
Тристан вздыхает.
— А ещё они делают людей зависимыми от системы, которую ты даже не контролируешь.
— А без них ты зависишь от того, что осталось в холодильнике, — отрезает Джейни. — Сильно лучше?
Он открывает рот, чтобы ответить, но не успевает.
На кухню заходит Саймон.
Останавливается. Смотрит на стол.
— О, еда!
И, не задавая ни одного лишнего вопроса, берёт вилку.
Джейни даже не успевает его остановить.
Он пробует. Жуёт. Ещё жуёт. Тристан уже готовится к катастрофе. Джейни тоже напряжена.
Но Саймон вдруг кивает.
— Слушайте… это чертовски вкусно! Джейни, ты – Богиня!
Тишина. Тристан смотрит на него так, будто тот только что признался в преступлении.
— Саймон.
— М?
— Ты… в порядке?
Пауза.
Саймон зависает на секунду. Потом улыбается.
— Я? Абсолютно! Я просто… открыт новому опыту.
Джейни прищуривается. Смотрит на него. Потом на миску. Потом снова на него.
— Саймон, — медленно говорит она. — Ты что, накурился?
Секунда тишины.
Саймон смотрит на неё с искренним удивлением.
—… Дело не в этом!
Тристан закрывает глаза.
— Я так и знал.
Саймон снова тянется за добавкой:
— Вы не понимаете, это гениально. Тут текстуры работают. И цвета. И вообще, я сейчас чувствую клубнику так ярко, как никогда.
— Убери вилку, — говорит Тристан.
— Не мешай искусству, — обижается Саймон.
Джейни начинает смеяться.
— То есть, мой первый довольный клиент просто под травой?
— Зато какой клиент, — тут же отвечает Саймон. — Я бы не стал есть невкусное. Даже сейчас.
Тристан качает головой:
— Это худший аргумент в твоей жизни.
Джейни вздыхает:
— Всё. Эксперимент окончен. Сейчас же идём за нормальной едой.
— Поддерживаю, — сразу говорит Тристан.
— А я нет, — говорит Саймон. — Я бы ещё поел.
Они оба смотрят на него.
— Что? — он пожимает плечами. — Не пропадать же таланту.
И кухня снова наполняется смехом.
