Рассказ
2 апреля 2026 г., 14:43
— Говорят с кем Новый год встретишь, с тем и
проведешь!
***
Это был солнечный, первый снежный день в конце ноября, высокие ели
усыпаны снегом, дорожки хрустели под ногами, где-то вдалеке дети лепили
снеговика, играли в снежки, у некоторых людей уже были украшенные
дворы к праздникам. Лина только вышла из университета и направлялась
на работу через парк, сегодня ее ждал первый рабочий день. Ей наконец
удалось устроится в небольшое кафе, и у нее появилась возможность
совместить работу с учебой. Она шла, быстро прижимая к себе сумку и
поправляя длинный зеленый шарф. На ее волнистые каштановые волосы
падали снежинки солнце подсвечивало ее ярко зеленые глаза, щеки слегка
порозовели от холода, серое пальто развивалось на ветру, она явно спешила
и хотела прийти раньше, чтоб успеть познакомиться с новыми коллегами.
Вдруг она услышала едкое жужжание над головой, сначала она не обратила
внимание, но, когда звук стал громче обернулась. Она увидела маленький
квадрокоптер над ней, еще мгновение и он резко подлетел ближе, на нем
странно горела красная кнопочка, а чуть дальше стояли два парня лет
двадцати пяти с пультом в руках. Один невысокий и крепкий в черном
коротком пуховике, он внимательно наблюдал за дроном и слегка ухмылялся.
Другой повыше ростом, в черном пальто с вязаным синим шарфом на шее
держал в руках пульт, улыбаясь управляя им. У него были светлые волосы и
голубые глаза, которые на фоне снега казались еще ярче. Не замедлив шаг,
Лина вдруг резко развернулась к дрону и с ледяной улыбкой изогнула пальцы
в изящном, но совершенно недвусмысленном жесте. Камера дрона
наверняка всё засняла, но это её совершенно не волновало. — Вот так вам!
— воскликнула Лина, ускоряя шаги.
Парни явно развлекались. Их искренне забавляла вся эта сцена, они
обменялись довольными взглядами, и в их глазах читалась одна мысль, а
почему бы не продолжить эту забаву. Один из них Леша уже наметил себе
роль главного переговорщика. Учился Леша на юриста, и с аргументацией у
него всегда было хорошо. Харизматичный, с быстрой реакцией и легким чувством юмора. Это был тот самый человек, который в любой ситуации
знал, что сказать. Его отец уважаемый адвокат, владел собственной
конторой, Леша с детства рос в атмосфере умных слов, острых диалогов
и тонкой игры на грани закона и логики. Правда сегодня он был настроен
куда менее официально, в нем не чувствовалось и намека на суровость
юридической профессии. Сегодня ему хотелось просто развлечься.
Снег остался позади, как и два странных парня. Лина свернула с парковой
тропинки и вышла на тихую улицу, где между старых зданий уютно
прижалось небольшое кафе с деревянной вывеской «Café Kuss».
Прошло чуть больше двух недель с начала новой работы Лины в кафе.
Уютный зал с деревянными столиками, мягкий свет ламп и постоянный
аромат свежемолотого кофе, всё это постепенно стало частью её нового
ритма. Утром она бежала на пары, днём на смену, а вечером возвращалась
домой с лёгкой усталостью и запахом кофе вместо духов на одежде. Дома
она жила одна, возвращалась только, чтобы переночевать. Приближались
новогодние праздники, в университетах уже начались каникулы, на улице
была самая настоящая зима середины декабря, снег, мороз, подготовка к
праздникам. Город кишел людьми, покупающими подарки, романтично
гуляющими, катающимися на коньках, ярмаркой с глинтвейном, песнями,
гирляндами, в центре города уже устанавливали елку. Лина не праздновала,
родители праздновали со своими друзьями, а друзья разъезжались на
каникулы на отдых или по родственникам. Лину попросили на праздниках
поработать на ярмарке в небольшом киоске напротив катка, так как
продавец заболела, для нее это не составило никакого труда. В очередной
холодный день поздно вечером Лина закрыла киоск и пошла домой по
заснеженным, темным улицам, дома ее ждала тишина, спокойствие и
отдых от городской суеты. В почтовом ящике лежало письмо, таких
писем у Лины не было никогда раньше. Повестка в городской суд — Что!?
Какого черта? — прокричала она. Тихий и спокойный вечер обернулся повесткой в суд. Заседание назначили через две недели на 27 декабря. Лина
не собиралась оставлять всё просто так. Разве есть в этом что-то
веселое, для чего это всё. Её жест, конечно, был не самым дипломатичным,
но и в её адрес вторжение в личное пространство выглядело не менее
вызывающе. Ещё вечером, лёжа в постели с чашкой чая, она перечитала
статью за статьёй, копаясь в тонкостях закона о защите персональных
данных. И чем больше она читала, тем крепче сжимались её губы. Так не
пойдет. Утром, с твёрдым выражением лица и чётким намерением
навести порядок, Лина направилась в здание суда рано утром перед
работой, снег скрипел под ногами, ветер раздувал пальто. В канцелярии она
уверенно потребовала бланк заявления и, усевшись за ближайший столик,
начала писать. — Посмотрим теперь, как он посмеется. — пробормотала
она себе под нос, ставя жирную точку в конце документа.
Леша как обычно собирался утром на работу к отцу в контору, пил кофе,
забирал из ящика кучу писем, среди обычных писем был желтый конверт,
сверху был указан адрес городского суда, внизу была подпись Лина Хофманн.
Он усмехнулся, но в глазах промелькнуло удивление. Повестка лежала рядом
на столе, словно вызывая на дуэль. Он вертел в руках ручку, на лице играла
полуулыбка.
Наступил день суда. Лина пришла первая, она была строго, деловито
одета, рубашка, юбка, пальто, убранные в пучок волосы, в руках она
держала папку с документами. Чуть позже пришел и Леша, она молча
смотрела на него, у него было спокойное состояние, на нем было серое не
сильно длинное пальто, черная рубашка и брюки. Леша заговорил первым —
Доброе утро, — с лёгкой усмешкой произнёс он, подходя ближе. — Или, как
принято говорить в таких случаях, противная сторона прибыла. — Доброе.
— Лина закатила глаза, внутри все кипело, ради чего это все, из-за такого
пустяка подать на нее в суд, она никак не могла этого понять, от чего злилась только больше, свой выходной она должна проводить в суде с
каким-то заносчивым парнем, которому просто нечего делать. Они зашли
в зал. Лина села в первом ряду, Леша в третьем. В зале была полная тишина,
Лина находилась в зале суда в первый раз в жизни, в зале пахло старыми
бумагами и деревом. Судья вошла и, не теряя времени, начала разбирать
документы. — У нас встречное заявление от гражданки Хофманн.
Основание видеосъёмка без согласия. Гражданин Соколов подтверждает
факт съёмки? — Подтверждаю, Ваша честь, — спокойно ответил Лёша.
— Но хотел бы обратиться с предложением. — судья надела очки и
посмотрела на него поверх стёкол. — Слушаем вас. — он встал. — Я
признаю, что ситуация могла быть расценена как вмешательство в личное
пространство. Моих действий не было с намерением причинить вред или
дискомфорт. Видимо сторона истицы просто не понимает чувства
юмора, но все зашло слишком далеко. Тем не менее, если сторона истицы
готова рассмотреть возможность мирного урегулирования, я бы хотел
извиниться в неофициальном порядке и закрыть дело без судебного
разбирательства. — Судья перевела взгляд на Лину. — Гражданка
Хофманн, ваше мнение? — Лина поднялась — Я подавала заявление не из-за
обиды, а из-за принципа. Мне не понравилось, что меня сняли без согласия,
и это могло быть распространено, и шутки у вас не веселые.. Но я не
стремлюсь довести до наказания. Если ответчик признаёт вину пусть
даже формально и даёт гарантии, что подобных действий не повторится,
я готова отозвать заявление. — Голубки, а раньше то почему не
договорились, до суда нужно было доводить в праздники. Заявления будут
отозваны, дело закрыто. С наступающим. — Судья стукнула молотком.
Они вышли из здания суда, на улице был снегопад, такой красивый, сильный.
— Надеюсь вы довольны, что выставили себя клоуном. — сказала Лина. —
Смешно слышать это от человека, который общается с камерой через жесты не имеет чувства юмора. — насмешливо сказал Леша. Лина
закатила глаза и они разошлись в разные стороны.
Город будто бы выдохнул. Пушистый снег ложился на крыши, в воздухе
витал запах имбиря, корицы и жареных орешков. Лина стояла за прилавком
одного из домиков, закутанная в вязаный шарф. На щеках румянец от
мороза. Она разливала глинтвейн, улыбалась детям и скидывала сдачу в
коробку с мандаринами. — Один глинтвейн, пожалуйста. — раздался
знакомый голос. Она обернулась и на секунду застыла. Соколов. В тёплой
куртке, с капюшоном, усыпанным снегом, с тем самым чуть ироничным
взглядом. — У нас есть и с корицей, и с имбирём, и с чувством глубокого
морального превосходства. — сухо сказала она, не сводя с него глаз. — Тогда
мне, пожалуй, второго. Вдруг поможет согреться. — спокойно ответил он
и протянул купюру. — А может, ты просто преследуешь меня? — она
залила в стакан парящий напиток, избегая смотреть ему в глаза. — Кто
знает, — пожал он плечами. — А может, это просто, новогоднее
совпадение. — он взял стакан, сделал глоток и посмотрел на неё чуть
дольше, чем было нужно. — Не думаю. — ответила Лина. Он усмехнулся,
разворачиваясь и растворяясь в толпе, Лина смотрела ему в след, пока люди
в очереди не начали диктовать свои заказы.
Смена закончилась, Лина закрыла киоск, ярмарка уже светилась огнями,
играла рождественская музыка, витал аромат, глинтвейна, мёда и
карамели. Она решила пройтись между лавками немного отдышаться,
отвлечься. Шла медленно, кутая руки в рукава. — Осторожно! — раздался
голос сбоку. Из-за угла кто-то выкатил тележку с ящиками. Лина
инстинктивно отшатнулась и врезалась в кого-то спиной. — О, простите!
— начала она, разворачиваясь. — Ну вот, опять ты. Ты уверена, что это
не преследование с твоей стороны? — Перед ней снова стоял Лёша. Теперь
с картонной коробкой, внутри были елочные игрушки, гирлянды. — Это ты в меня врезался. — А ты в меня. Получается, мы квиты. — пожал он
плечами. На мгновение повисла тишина. Люди вокруг смеялись, кто-то
фотографировался у ёлки, рядом пел уличный хор. — Здесь рядом продают
сумасшедшие карамельные вафли. Хотела бы попробовать? — неожиданно
спросил он. — Нет. — ответила она слишком быстро. — Но если ты
пойдёшь влево, а я вправо, боюсь, судьба снова сведёт нас у следующего
киоска. Так что, может, проще пройтись вместе?. — сказал он, очень
серьёзно. Лина едва заметно улыбнулась. — Хорошо. Но только до вафель.
— он кивнул.
— Ммм, они и правда очень вкусные. — сказала Лина, жуя вафлю.
— Так а я о чем! — сказал он улыбаясь. — Завтра 31е, как отмечать
собираешься?
— А я не праздную. Наверно буду в киоске работать.
— Как? Это же самый чудесный праздник в году.
— Ты как ребенок ей богу. Ну вот так, мне не с кем, да и в чудеса я не верю,
— сказала Лина чуть унывая. — Все, мне домой нужно идти.
— Проведу тебя до дома? — улыбаясь сказал он, предлагая идти под ручки.
— Ну может. — хихикая и игнорируя его предложение руки пошла вперед
Лина.
До нового года оставалось 5 минут. Лина стояла за прилавком раздавая
последним людям горячий глинтвейн. Люди собирались у елки, ожидая
фейерверков и согревая друг друга объятиями. Воздух был наполнен звоном,
светом и ожиданием. Неожиданно, запыхавшись к киоску прибежал Леша.
— Идем?
— Что? Куда? Ты как здесь? — растерялась Лина
— Хочу с тобой встретить Новый год. Говорят с кем его встретишь, с
тем и проведешь. — он протянул ей руку. Лина еще минуту смотрела ему в
глаза, а потом быстро взяла два глинтвейна, закрыла киоск и смеясь, почти
бегом, они влились в толпу у елки, уже готовой встречать Новый год.
