Подруга сердца

      Суд закончился, но меня на нем не было. Где я была? Сидела в камере за неуважение к суду, а так же маты в зале суда и агрессию в сторону подсудимого. Меня продержали здесь весь день, а до этого я сидела два месяца в изоляторе. За что? За драку. Я избила подсудимого до больницы. Почему же судят не меня? Потому что у меня золотая ложечка в заднице! Шучу. Потому что я оборонялась, хотя, драку начала я. Этот мудак, не принял отказала от девушки, и попытался с ней потанцевать. Она отказала снова, и он начал приставать, распуская руки. Я же не стала на это смотреть, и вмешалась. Рыцарь, да? Ну да, и что вы мне сделаете? Я вытащила девушку из рук пьяного парня, и он ударил меня. Я ответила, и отправила его и пару его друзей в больницу. Владелец бара вызвал копов, и те без разбору забрали всех. За то, что парни оказались в больнице, меня и держали два месяца в камере, а в это время шел суд. Оказалось, что это не первое их приключение, так что их посадили на пару-тройку лет.       Кому-то не понравится, что я влезаю во всякое дерьмо, которое меня не касается, но мне плевать. Если вы не живете так, как хотите, не делаете то, что хотите – это ваша проблема, не моя. Жизнь такая короткая и непредсказуемая, что глупо ее тратить на то, кем ты не являешься, на вещи, которые ты не хочешь делать, так что я живу так, как хочу, я еще молода, и у меня все впереди, даже если меня собьет автобус через пару часов.       Где была моя голова и все эти философские штучки пару лет назад? Когда я просто не хотела жить, когда отношения оказались фальшью, когда друг оказался предателем, когда лучшая подруга оказалась в больнице. В заднице. Моя жизнь в один миг превратилась в ад на земле. Мы были в отношениях почти два года, а до этого были друзьями. Где были мои глаза? Где было мое чутье? Там же, где и все остальное – я игнорировала это. Смотрела сквозь пальцы на то, как вела себя моя бывшая. Я проигнорировала предупреждение моей лучшей подруги, которая всегда была на моей стороне, всегда желала мне только добра, и, вспоминая тот разговор, я вижу ее печальное лицо, слезы, застывшие в глазах, боль, дрожь в голосе, которые она пытается скрыть. Я накричала на нее, психанула, разозлилась и ушла. А потом чуть не потеряла ее… Катарина, она умирала у меня на руках…       Все это было дерьмом, которое лезло в голову подростка, когда она была одна. Нельзя ее оставлять без музыки даже на пару часов, а тут сразу два месяца. Судья явно был не в восторге. Это напомнило девушке суд над Уиллом Лоу старшим, который разнес свою тачку в щепки и отделался царапинами. Ублюдок, ей до сих пор снятся кошмары. Этот мудак врезался в ее машину, в которой она ехала с подругой домой. Ей повезло, она отделалась переломом пары пальцев, сотрясением мозга, и глубокими царапинами по телу, когда как Катарина, ее подруга, чуть не умерла у нее на руках на обочине гребаного шоссе.       - Вы Шентон? – спросил парень в форме, на парковке, когда девушка подошла к своему мотоциклу.       - Да, это мой мальчик, - кивнула девушка и покрутила ключи с брелоком. – Мне на выходе сказали, я могу его забрать. Нужно заплатить на стоянку?       - Да, за два месяца у вас накапало на 287 баксов, - сообщил охранник, смотря на планшет в своих руках. – Наличными или картой?       - Картой, наличными у меня даже на бутылку воды не хватит, - пожаловалась подросток, смотря на свой пустой бумажник. Она достала карту и приложила ее к терминалу в руке офицера. – Где здесь банкомат?       - Не местная? – ухмыльнулся парень, отрывая чек, и передавая его девушке. – Давай я тебе покажу? У меня как раз перерыв. Мы могли бы сходить на прогулку завтра, поужинать там, кино.       - Чувак, мне 17, - напомнила Шенсон, убирая чек в карман черных рваных джинс. – Надеюсь, ты так не делаешь с другими, иначе у тебя большие проблемы.       Девушка взяла свой мотоцикл, и покатила его со стоянки. Черт, ей семнадцать, а он зовет ее на ужин. Гребаный офицер со стоянки, ему лет двадцать пять. Засранец, весь день испортил своим подкатом, а все так хорошо начиналось. Она выспалась, ей дали воды, выпустили из тюрьмы, даже байк разрешили забрать в этот же день.       - Ну, конечно, если бы все было всегда так прекрасно – мир бы сошел с ума, - бубнила девушка, продолжая катить байк по обочине. – Хотя хорошо, что это был он, а не что-то другое, да малыш? Сейчас тебя покормим, я тоже залью бак, и мы отправимся домой. Девочки соскучились, наверное, по нам. Катарина очень волнуется, нужно зарядить мобильник, он может взорваться от сообщений и звонков.       Спустя час, Габриэль добралась до заправки, и, сняв деньги, заправила полный бак мотоцикла. У заправки было кафе, и там она поела в приятной компании официантки, которая была на перерыве. Они мило болтали, смеялись, и флиртовали. Перед отъездом Габриэль подарила девушке букет цветов, и поблагодарила за компанию. Она отлично провела время, и даже смогла зарядить телефон, благодаря Шелли. Они обменялись номерами, и Габриэль уехала, предварительно связавшись со Сью и поговорив с ней, до Катарины она странно не дозвонилась. Она очень волновалась за нее, ведь она пропала на два месяца, и только то, что она смогла связаться с Нельсс, ее опекуном, и та рассказала ей о том, где их подруга.       Габриэль остановилась в небольшом кафе, сняла по дружбе комнату, чтобы заночевать там. Она поужинала и отправилась спать, чтобы рано утром выехать домой. Девушке совершенно не хотелось оставаться вдали от дома еще больше, чем она уже провела.              

**************

      Рано утром Габриэль уже ехала домой, скрывая глаза от восходящего солнца за очками. Она очень хотела домой, а так же увидеть подруг, успокоить их. Легкий ветерок приятно освежал лицо, трепал волосы, что успели отрасти. Тело было легким, дорога ровной, принося душевный покой девушке, которая наслаждалась путешествием домой. Когда Габриэль добралась до города, она медленно остановилась у магазина. Купив воды, подросток посмотрела на часы на запястье, и поняла, что ее подруга сейчас должна быть в школе. Поэтому ей ничего не оставалось, кроме как направиться туда, чтобы поскорее увидеться со Сью.       Школа была не обычной для небольшого городка, но это объяснялось тем, что Оушен-поинт был портовым городком, с богатой морской историей. Оушен-поинт прекрасный тихий городок, один из тех, в которых почти все знали друг друга. У них был пляж, леса с дикими животными, которые жили в мире с местными. У них было очень развито рыболовство и судоходство, но местные бизнесмены в прошлом объединились семьями и создали новые направления в развитии города, чтобы не зависеть только от моря. У них благодаря этому плану совета города была прекрасная, современная библиотека, новый, большой кинотеатр, в котором крутили новые картины. У них были даже большие магазинчики, которые торговали не только собственной продукцией, но и продуктами, которые подростки видели только в большом городе, что по соседству. И цены в них были приемлемыми, и большой выбор всегда радовал того, кто не знал, за чем конкретно пришел. У них были парки, детские площадки, и даже спортивные площадки для подростков. Места развлечений детей города разных возрастов шли в ногу со временем, даже не смотря на то, что Оушен-поинт, оглядев, можно было назвать провинциальным, глухим городком. Но всем здесь нравилось, ведь здесь оставались местные, и приезжали новые жители, которые искали тихой, мирной, спокойной жизни. Если тебе хочется приключений на задницу, сажай ее в тачку, и езжай в соседние города, которые находятся рядом с шоссе, где постоянно меняются люди и их цели, есть бары и пабы, клубы, где ты можешь нажраться и подраться вдоволь. Хотя, это можно сделать и в Оушен-поинт, но бить соседа просто так – не хорошо. Разумеется, здесь не было все такое солнечное, и радуга из задницы каждого не лилась. Но здесь жили счастливые люди, и уезжали только самые амбициозные, или же те, кто нашел вескую причину уехать, как например бывший шериф. Шериф Нельсс, она же опекун Габриэль, покинула свой пост только ради возлюбленной, у которой был бизнес в большом городе. Они встретились здесь, в Оушен-поинт, когда Тина приехала в отпуск. Несмотря на стереотип о скорости развития отношений между геями и лесбиянками, Несса и Тина почти полтора года встречались, и виделись в отпуск обеих женщин, прежде, чем шериф приняла решение, что хочет начать что-то более серьезное и стабильное, и переехала к своей девушке, а после они и поженились.       Габриэль вошла во двор, и, пройдя по дорожке, мимо деревьев и кустов, свернула за школу на большую лужайку, которая делилась на место для еды со столиками и футбольное поле, с уголком под спортивную площадку. Учеников во дворе было полно, ведь только дурак не выйдет во двор теплый мартовский день, когда солнышко приятно грело и светило. Девушка почти сразу нашла свою подругу на их месте. Она с кем то сидела, и Габб нахмурилась, когда увидела кто стоит рядом с ней. Этот ублюдок зря подошел к ее подруге. По мере того, как близко она подходила к их столику, тем сильнее гнев обуревал ее тело.       - Чувак, тебе лучше уйти, - предупредила парня девушка, смотря на него. – Если Габб узнает, что ты тут дерьмо свое расплескиваешь, она заставит тебя его сожрать.       - Да в чем дело, ципа? – не унимался парень, сжимая рукой плечо другой девушки. – Я просто болтаю с новенькой, а ты мне мешаешь. Вали отсюда, черт возьми. Без своей бешеной псины, ты пустое место.       - Возможно да, - не стала отрицать девушка, - но у меня хотя бы хватает яиц говорить все с лицо, а не как ты за спиной, червяк. Отвали от нас, пока Габб не узнала и не оторвала тебе яйца. Хотя я не уверенна, что даже микроскоп поможет их найти.       - Эта гребаная сука будет гнить в тюрьме, а ты ответишь за свой длинный язык, сучка, - захохотал парень, прижимая к себе новенькую. Девушка сжалась, не зная, куда себя деть, и заставить парня отвалить от нее. – Сто пудов эта мразь уже захлебывается собственной кровью где-то в подвале тюряги, когда к ней наведались подружки.       - Готов сказать мне это в лицо, сопляк? – раздался грозный голос Габб.       - Твою мать, - простонал парень, оборачиваясь. – Ты че, не сдохла? Я тут разговариваю, не мешай, твою мать. Кажется, тебя искал наш пингвин.       - Нет, я хорошо повеселилась с твоими подружками, - пошло улыбнулась девушка, намекая на секс. – Они даже встать не могут, не то, что ходить.       - Тупая сука, - сплюнул парень, все еще прижимая новенькую к себе. – Че тебе не сидится на заднице ровно, то а?       - А тебе? – кивком головы спросила Габб, захрустев пальцами. – Отвали от девушки, твои подкаты ей не интересны, как и ты сам.       - А твои интересны, гребаная ты лезбуха? – парень отпустил девушку, и толкнул собеседницу в грудь.       - Ну и мудак, - ответила Габб, заламывая руку парня, заставляя его встать на колени, и застонать от боли. – Мне хотя бы не нужно запугивать девушку, чтобы она пошла со мной. К девушкам нельзя так подкатывать. Нельзя идти на таран, идиот, и давить девушку. Отпор будет пиздец каким жестким.       Шентон грозно говорила это стонущему парню на ухо, сжимая его кисть в захвате. Она давила ему на сердцевину ладони, причиняя боль. Она не заметила, как новенькая сжалась, с легким ужасом смотря на все это. В прошлой школе ученики явно делились на несколько групп, и этот опыт никак не помогал девушке вычислить, к какой группе относятся данные девушки. Парень был типичным представителем самца – задиры, который мнил себя главным среди парней.       - Еще раз ты подойдешь к новенькой – будешь иметь дело со мной, - предупредила его девушка, отпуская руку парня. – Пошли, малышка, и бери с собой свою новую подругу, я голодная.        Потертые синие джинсы, тяжелые ботинки, футболка в обтяжку и утепленная кожанка, дополняли брутальный образ девушки. На левой руке были обычные черные часы, а так же с пяток браслетов на правой. Новая знакомая, если ее можно было так назвать, была мускулистой, но не перекаченной, тугие мышцы идеально виднелись под одеждой. Жасмин просто плелась за девушками, которые в обнимку шли по двору школы. Она заметила восхищенные, даже влюбленные взгляды девушек, и некоторых парней. Не удивительно, что ее считали привлекательной и сексуальной девушки, но парни? Это интересно, потому что эта девушка выглядела властной, грозной и доминирующей. Жасмин сжалась, робко рассматривая девушку, которая так легко осадила парня, который приставал к ней уже почти неделю. Девушки вздыхали, взвизгивали и перешептывались, когда девушка оказывала им внимание: подмигнет, помашет рукой или пошлет улыбку. Она популярна, - подумала Жасмин, видя улыбки на лицах девушек. Но мне внимание не нужно, так что, лучше держаться от них подальше.       - Эм…- попыталась она привлечь внимание девушек. – Простите?       - Никогда не извиняйся просто так, - обернулась та, что ее спасла. Она остановилась, не убирая руку с шеи подруги, все так же прижимая ее к себе. – Если ты хочешь что-то сказать – останови нас, и, смотря на нас, скажи то, что хочешь. Не нужно бояться, мы хорошие.       - Она так не думает, дорогая, - улыбнулась ее подруга. – Ты напугала бедняжку. Мы даже не успели представиться, а она уже бежит от нас.       - Что ж, не можешь увидеть – не смотри, - пожала плечами Габб. – И так, что ты хотела, милая?       - Я…- Жасмин стушевалась, после замечания своей новой знакомой. Она и правда не знала их имен, и до сих пор не поблагодарила их за спасение. – Я хотела поблагодарить вас, что подсели ко мне и спасли от того парня. Спасибо.       - Всегда, пожалуйста, - улыбнулась Габб, и заметила на руке девушки браслет, когда она нервно поправляла свои волосы.       - Ты не голодна, и тебе куда-то нужно, да? – поняла Сьюзан. – Ты хотя бы имена наши узнай, ладно? Я Сьюзан Баретт, а это местная звезда – Габриэль Шентон. Мы рады были помочь, да, дорогая?       - М? – очнулась от своих мыслей Габб, когда ее ткнули в бок. – Да, да, было приятно познакомиться. Жаль, что ты не голодная, так что мы пойдем. Да, мы пойдем, Сью!       - Пока, милашка! – крикнула ей Сьюзан, когда Габб утащила ее к выходу из школы.       - Они очень странные, - пробормотала девушка, и развернулась, чтобы пойти обратно в школу. Ей нужно забрать вещи, прежде, чем отправиться домой. – Еще и, похоже, прогуливают…              

**********

             - Габб, в чем дело? – в сотый раз спрашивала подругу Сью.       Они сидели в их любимом фуд ресторанчике уже почти полчаса, и до сих пор ничего не заказали. Персонал смотрел на них косо, ведь это странно, что Габб, обожающая вредную еду ничего до сих пор не заказала, даже напиток.       Сью начала не на шутку волноваться за подругу. Она странно себя вела, когда они прощались с девушкой. Утащила ее чуть ли не на буксире в ресторанчик, а теперь, когда она не ела нормальной пищи два месяца, сидела и пялилась в стол.       - Габриэль? - с опаской Сью дотянулась до руки подруги и сжала ее. – Девочка, что случилось? Поговори со мной.       - Я пока не знаю, - покачала головой Габб, сжимая руку в ответ. – Я как разберусь, все вам с Катариной расскажу, ладно?       - Ладно, дорогая, - девушка поглаживала большим пальцем кожу руки подруги, поддерживая ее. – А сейчас тебе нужно поесть, ты же кожа да кости. И тебе нужно рассказать мне, почему ты застряла в городе на два месяца.       - Давай возьмем еды и поедем к Катарине, - предложила Шентон, выдавливая из себя улыбку. – Я и правда, очень голодная. И соскучилась по ней, она, наверное, очень волновалась, как и ты. Реабилитация проходит хорошо?       - Да, она исправно посещает сеансы, - подтвердила Сью, подзывая официанта. – Давай, что будешь кушать?       Габб задумалась на мгновение, и продиктовала заказ на вынос настолько большой, что можно было накормить десять человек. Через полчаса им принесли заказ и напитки, и они, взяв пакет с едой, покинули заведение. Сью заметила некую задумчивость подруги, но решила дать ей время, как та и просила. Если уж она не расскажет ей о своих мыслях, то она уж точно расскажет о них Катарине. Они с детства были вместе, и были лучшими подругами с особой связью, к которой очень редко ревновала Сью. Все то время, пока не было Габб, она ходила к Катарине и проходила с ней терапию, у них огромные успехи, она может ходить сама, и это они скрыли от подруги, чтобы было сюрпризом. Именно Габриэль заставляла Катарину двигаться, сама с терапевтом разрабатывала ее ноги, делала массаж, сидела со Сью у ее постели, когда девушка впала в кому. Это были самые худшие полгода в жизни Габб, и та до сих пор часто просыпается от кошмаров. Сью узнала о них случайно, когда ночевала у подруги, и проснулась от ее крика. Они не рассказывали об этом Катарине, чтобы та сосредоточилась на себе и восстановлении. С тех пор прошло несколько лет, а Катарина до сих пор не может нормально ходить.       Они пришли в больницу, без проблем прошли пост медсестер и поднялись на лифте на нужный этаж. Войдя в палату, Габб застыла, переминаясь с ноги на ногу. Сью зашла в палату, и тут же обрушила на подругу сокрушительные объятия, когда поставила пакет с едой на вынос на тумбочку.       - Не сердись на нее сильно, малышка, ладно? – прошептала Сью, оставив поцелуй на макушке девушки. – Я принесу тебе воды, дорогая.       Сью с сочувствием похлопала Габб по плечу, прежде чем выйти из палаты. Она надеялась, что они быстро помирятся, меж двух огней быть такое себе ощущение.       Как только Баррет покинула палату, Габриэль почувствовала себя не в своей тарелке. Она была здесь сотни раз, но именно сейчас ей хотелось убежать. Ее не было два месяца, без мобильника, смс или каких-либо вестей. Катарина наверняка была очень зла на нее, и возможно, до сих пор злится и обижена.       - Привет, - поздоровалась Катарина первой, смотря на подругу. – Вижу, ты цела.       - Привет, дорогая, - пробормотала Габб, робко сунув руки в карманы джинс. – Я опоздала, прости.       - Да уж, опоздала – это мягко сказано, черт возьми, - выругалась девушка, сложив руки на груди. – Где тебя носило? Я волновалась! Сью волновалась! Мы обе места себе не находили! Не говоря уже о том, что наши родители волновалась! Мы не знали где ты и что с тобой, пока не услышали глупые слухи о драке. Я думала, что это ерунда, но нет! Тебе нужно встревать в каждое дерьмо, которое валяется под ногами на дороге!!!       С каждым словом Габб сжималась от стыда. Она заставила волноваться подруг, нервничать находящуюся в больнице на реабилитации Катарину, которая была с ней с самых тяжелых ее лет. И сейчас, этот милый, божий одуванчик кричала на нее до красноты на лице и шее, жестикулировала, и задыхалась в гневной тираде. Она очень волновалась, и последние ее слова выбили весь дух из Габриэль.       - Я думала, ты умерла!! – выкрикнула Катарина, и из ее глаз потекли слезы, следом послышался всхлип. – Там была драка, какая-то девушка погибла, я думала это ты! Я четыре дня думала, что ты мертва!!!       Таррус обняла себя руками, и ее тело затряслось от рыданий. Это было ужасно больно, находиться в неведении, когда самый дорогой тебе человек нуждается в тебе. Девушка хватала ртом воздух, сглатывая рыдания, от облегчения, что ее лучшая подруга здесь, жива и здорова. Она все еще злилась, все еще была обижена на Габб, но видеть ее здесь, в больнице перед собой – было лучшим, что случалось с ней за эти два месяца. Даже то, что она смогла сама сделать первые шаги, не было таким радостным событием, как этот момент. Ее тело обмякло и расслабилось, когда Габб быстро оказалась на кровати, и прижала подругу к себе. Катарина была такой маленькой в руках Габб, что это заставило сердце девушки сжаться. Она так много боли ей причинила, поступив глупо, вступив в драку, хотя могла просто тихо разобраться с парнем один на один без свидетелей, и посещала бы подругу каждый день хоть сотню раз. Ее малышка не стала бы так рыдать, прижиматься к ней так отчаянно, что оставались синяки, на которые Габриэль никогда бы не стала жаловаться. Она только крепче прижала к себе подругу, и, взяв ее, пересадила на свои колени. Она покачивала ее тело, поглаживая спину, которая была напряжена. Девушка тряслась от рыданий, а ее слезы впитывались в одежду Габб, которая только и делала, что пыталась успокоить подругу, покачивая ее на своих коленях, поглаживая ее спину, и шепча нежности ей в макушку, оставляя там поцелуй. Вскоре, Катарина успокоилась, стала дышать медленнее, всхлипы почти прекратились, и она расслабилась. Девушка прижалась к теплому крепкому телу подруги, и уткнулась ей в шею. Пальцы Габб в ее волосах, массирующие голову расслабили ее настолько сильно, что она медленно заснула, сжав в руке футболку подруги.       Сью зашла в палату и застыла, когда увидела Катарину в руках Габб. Девушка мягко улыбнулась и шепотом спросила:       - Простила?       - Не думаю, она заснула, - ответила Габб, поглаживая спину подруги. С ней на руках было так спокойно, что сонливость одолевала и саму девушку. – Я бы хотела остаться и поспать здесь, если ты не против.       - Конечно не против, я, уже предупредила медсестер о том, что ты здесь заночуешь, - улыбнулась Сью. – Они волновались за тебя тоже, так что тебе нужно быть душкой, чтобы не доставить им проблем.       - Конечно, - кивнула Габриэль, подавляя зевок.       Сью улыбнулась такому милому зрелищу. Очень редко можно быть увидеть такую милую, нежную и женственную сторону Шентон. Сьюзан была сильной девушкой, и редко проявляла слабость, потому что была единственным ребенком у матери, которую тиранил муж-козел. Ей некогда было быть слабой, ведь только на нее могла опереться ее мать бизнес леди. Но Габб удавалось вытащить из нее самую нежную ее часть, ту самую, которую Сью хранила с детства. Габб как-то удавалось быть сильной, крепкой, ответственной, надежной настолько, что Сью позволяла себе купаться в ее нежность, заботе, силе. Быть маленькой, уязвимой, хрупкой, и иногда капризной.       Катарине было проще в этом плане, у нее были родители, которые ее любили, баловали, ей не нужно было из-за обстоятельств быть сильной, властной, грубой. Она была девочка-девочка, нежная, заботливая, ранимая, ласковая и добрая, избегающая конфликтов. И Габриэль с детства оберегала подругу, ведь была сильной, доминирующей личностью, которая стремилась защищать родных. Всю свою заботу и любовь Шентон с подросткового возраста отдавала Катарине. Она баловала ее подарками, сюрпризами, теплом и заботой, даже на свидания ее водила. Сьюзан даже знала о том, что родители Катарины Френк и Луис Таррус заволновались, когда их дочь чуть ли не каждую неделю приносила по огромной игрушке домой. Френк был работящим мужчиной, и мог сам купить дочери и жене все, что они хотели. Его воспитывали так, что он должен сам не есть, но семья должна быть сыта и одета. Такое поведение дочери ударило по нему, и он однажды посадил ее перед собой и поговорил с ней. Затем он нашел Габриэль, и поговорил с ней, выяснив ее намерения на счет его дочери. После этого разговора Френк стал уважать Габриэль еще больше, и стал любить ее как родную.       - Давай малыш, тебе нужно хорошо поспать, - улыбнулась такому милому виду обычно сильной подруги, и укрыла ее с Катариной одеялом.       - Я бы хотела перекусить, но не хочу тревожить Рину, - призналась Габб, снова подавляя зевок.       - Давай тогда ты выпьешь молочный коктейль? – предложила Сью, вытаскивая из подстаканника напиток. Она воткнула в крышку трубочку и прижала ее к губам подруги.       - Спасибо, Сью, - улыбнулась сонно Габб, и жадно начала пить коктейль. Когда она выпила половину, то смачно зевнула, став такой милой, что Баррет не может удержаться, и не сделать фотографию, или десяток, на которой в разной степени Габб прячется в волосах Катарины. – Перестань, блин.       - Ладно-ладно, - улыбнулась Сьюзан, убирая телефон. – Давай спи, я начну делать домашку.       - Хорошо, ботаник, - пробормотала Габб, устраиваясь удобнее в кровати, не прекращая обнимать Катарину, которая даже во сне жалась к ней всем телом. – Если что – буди, милая.       - Отдыхай, дорогая, не волнуйся, - улыбнулась такой милоте Сью, и преступила к домашней работе, пока ее подруги спали.       Было почти восемь, когда Катарина со стоном проснулась. Она повернула голову вбок, увидела ласково улыбающуюся Сью, которая помахала ей рукой. На девушке были наушники, и она что-то смотрела в планшете.       - Вы не ели? – спросила Катарина, когда Сью сняла наушники и убрала их в сумку.       - Нет, Габб не хотела без тебя, - виновато улыбнулась подруга, скользнув взглядом по Габб, чье лицо все еще было в волосах Катарины. – Прости, я уговорила ее только на молочный коктейль.       - На мой молочный коктейль? – наигранно разозлилась Катарина, буравя взглядом пакеты, в которых скрывалась вредная еда. Медсестры не очень то и рады ей. – Черт, с вас два!       - Эй, у нас есть двойной с клубникой и малиной, а так же сливками, и шоколадный кексик,- подняв руки, быстро проговорила Сью.       - С белым шоколадом? – не веря девушке, спросила хозяйка палаты.       - С белым шоколадом, - подтвердила Баррет, доставая ни кем не тронутый десерт. – Вот он, вкусненький, сладкий, шоколадный!       - И половина, - хрипло проговорила Габб, делая глубокий вдох. – Я чую, какой он вкусный на языке.       - Он мой! – Катарина хлопнула подругу по плечу достаточно сильно, чтобы та поежилась. – Ты наказана! И вообще, вали с моей кровати.       Катарина стала в шутку пихать более крупную и мускулистую подругу с кровати, но та лишь улыбалась, ведь ее попытки были бесплодными. Сью лишь качала головой на такое ребячество, но упускать такой момент не собиралась. Она тайно снимала все это, чтобы у нее был компромат на эту парочку детей. Девушки заметили это, и стали кидать в Сью подушкой, рубашкой, футболкой и даже баночкой от лекарств. Они дурачились не долго, потому что вошла медсестра, и попросила девушек покинуть палату, ведь часы посещения закончились несколько часов назад.       - Да бросьте, мисс Болес, - покачала головой Габб, не двигаясь с кровати. – Я тут как своя, у меня и кушетка есть.       Женщина с ухмылкой закатила глаза, посмотрев на кушетку, на которой подросток ни разу не спала за все то время, которое ее подруга провела в больнице. Пожилая медсестра с улыбкой наблюдала, как Сью обнимает и целует в щеку каждую из подруг, и выходит из палаты. Обычно, Габб отвозила ее домой, но в этот раз Баррет знает, что девушкам нужно побыть вдвоем. Она сама сможет добраться до дома, он не далеко от больницы.       - Они прекрасны, - в который раз сказала мисс Болес, идя к стойке регистрации с девушкой.       - Спасибо, - улыбнулась Сью, в сотый раз ей было все так же приятно, как и в первый. – И спасибо, что вы добры к нам. Габб бывает невыносимой, злой и упрямой, как осел.       - Я бы сказала, как баран, потому что он куда опаснее, чем осел, - с веселой усмешкой ответила медсестра. – Всегда, пожалуйста, Сьюзан, и Габб хорошая подруга. Я слышала, она заставляла ее упражняться, разрабатывать ноги, делала ей массаж. Дигги, другая старшая смены, рассказывает о ней как о бесе из преисподней!       - О да, она такая, - улыбнулась Сью, помахав женщине на прощание. – Хорошей смены, леди!       - Получишь у меня, девчушка! – пригрозила женщина, посмеиваясь, и присоединяясь к другим медсестрам.              

************

      - Сью так и не поела? – поинтересовалась Габб, вставая, чтобы размять кости. Она похрустела, и взялась за пакет с едой, который она привезла днем.       - Думаю, она поела, - Катарина кивнула в сторону мусорного ведра, в котором были обертки от бургера и картошки фри. – И я рада, что она заставила тебя хотя бы выпить молочный коктейль.       - Да, она неплохо позаботилась обо мне, хотя право отругать меня она оставила тебе, как и шоколадный кексик, - призналась Габб, доставая десерт и передавая подруге. – Я… кое-кого увидела сегодня…       - Сью сказала, что ты была странной с той девушкой, новенькой, - призналась и Катарина. – Мы поговорили, когда ты спала. Она сказала, ты была очень странной. Ты будто…       - Увидела призрака? – подсказала Габб, облизывая губы от волнения. – Да, так и было.       - Она твоя бывшая? – решила спросить Катарина, беря пакет из рук подруги, которая стала только еще больше нервничать.       - Нет, - покачала головой Шенсон, сжимая и разжимая кулаки. – Она…мой друг…Мой первый лучший друг.       - Я думала, что это я твой лучший друг, - пошутила Рина, но Габб даже не улыбнулась. – Прости.       - Ни чего, - кивнула Шенсон, понимая подругу, которая пыталась ее приободрить. – Слушай, ты самая лучшая подруга, Рина.       Катарина пододвинулась к Габб, и взяла ее руки в свои. Она поглаживала их, чтобы Габб успокоилась, ведь она знает, как тяжело ей дается откровенность. Она массировала ей руки, поглаживая мягко кожу, пока она не успокоилась.       - Я знаю, милая, все хорошо, расскажи о ней, - попросила Катарина, ласково и нежно. – Я прекрасно тебя знаю, дорогая. Но услышав от Сью историю, я согласна с ней. Ты была зажатой, странной, и пугающей.       - Если я не ошиблась, а я не ошиблась, - уверила подругу Габбриэль, доставая из пакета еду, потому что Катарина не сделала этого. – Но, эй, слушай, что ты будешь первым: бургер или салат? Я буду бургер, может, посмотрим что-то? Мы остановились на Бандах. Помнишь, на чем закончили?       Габриэль откусила большой кусок бургера, и передала Катарине ее часть обеда, который стал ужином для них. Она старалась избегать разговора о новенькой, потому что не хотела этого разговора. И знала, что Рина не станет на нее давить. Но она ошиблась.       - Габриэль, - Таррус открыла салат, и посмотрела на подругу долгим, серьезным взглядом.       - Нет, я ем.       Габриэль старалась не смотреть на подругу, ведь знала этот взгляд. Она пихала в себя картошку в соусе, кусала бургер большими кусками, едва успевая жевать. Она чувствовала этот взгляд, и он будто лез под кожу. Рина использовала этот взгляд несколько раз, и он всегда работал. Спустя пять минут попыток съесть несколько порций еды за раз, Шентон громко фыркнула. Затем вздохнула, и выпустила почти весь воздух из легких, будто сдуваясь.       - Ненавижу, когда ты так делаешь, - призналась Габб, с силой отложив остатки бургера. Она вытерла руки и рот влажной салфеткой. – Я еще не разобралась в этом, ясно? Я не знаю, что я видела. Она была другой! Но…мы проговорили всего минуту, она была напугана, потому что мудак пристал к ней! Конечно, я была агрессивной, когда он прижал ее к себе! Она была напугана, и не знала, что делать!       - Грег как всегда был со свитой? – не удивилась Катарина, начиная есть салат. – Он всегда такой дурак.       - Он не дурак, он мудак, который думает, что город должен вертеться вокруг него и его брата, - высказалась Габб, беря бургер и доедая его в два укуса. – Слушай, когда мы прощались, у нее на руке был браслет…       - Твой браслет? – удивилась Рина, и ее взгляд скользнул по руке лучшей подруги.       На спортсменки запястье, среди других разных браслетов был один выбивающийся. Это была фенечка, потрепанная временем, выцветшая, с узелком, который лохматился уже много лет. В нее были вплетены новые нити, чтобы сохранить эту ценность. Рисунок почти стерся, но из памяти Габб его бы не выкинула ни за что. Она посмотрела на нее, и ласково провела пальцем по узору.       - Да, у нее был браслет, который я никогда не забуду, - призналась девушка, покусывая губы.       - Ты забыла свое имя, когда упала с мотоцикла, - напомнила Таррус, накалывая на вилку салат и погружая все это в рот.       - А это я помнила, - Габб снова облизнула губы, и вытерла рот от соуса. – Я сплела его сама, и я знаю его, и помню. Катарина, дорогая, этот браслет был на руке этой девушки.       - И ты не узнала ее? – поинтересовалась Рина, доедая свой салат.       - Нам было по пять лет, родная, - покачала головой Габб. Она была очень расстроена, постоянно поглаживала свои пальцы. – Вскоре, она уехала из города со своим отцом, потому что ее маме нужно было в больницу. Больше я ее не видела, и ничего о ней не слышала. Я не видела ее больше десяти лет. Она могла сильно измениться за это время.       - И она изменилась, ей было сколько? Шесть? – спросила Катарина, доев свой салат, и начиная кушать куриные наггецы. – А сейчас она взрослая, самостоятельная личность, Габб. Тебе не стоит переживать о том, что ты не узнала ее, и что больше тебя тревожит – она не узнала тебя. Вы не виделись много лет, дорогая.       - Да, что если она вообще не помнит меня? – с грустью спросила Габриэль, отказываясь смотреть на подругу. - И увидев ее там, на выходе из школы, я растерялась.       - Дорогая, - Рина придвинулась к краю кровати, стараясь не шевелить ногами, и поманила подругу к себе.       Габб несколько секунд смотрела на подругу, и, взяв ее на руки села в кресло. Она нежно укрыла плечи девушки пледом. Уткнувшись в ее волосы, и поглаживая ее плечи, она старалась успокоиться. Она чувствовала себя уязвимой, но с Катариной рядом, с ее ласковыми руками, которые поглаживают ее затылок, успокаивая, ей было спокойно.       - Я вспомнила, что пару раз в год, ты ведешь себя очень странно, - сказала Таррус, почесывая ноготками затылок подруги. – Это как-то связана с ней? С этой девушкой, с твоей подругой.       - Да, - тихо призналась Габб, и тяжело сглотнула. - Пару раз в год, я … Отмечаю ее день рождения, день нашего знакомства и день, когда она уехала… Мне очень плохо в день ее рождения и день, когда она уехала, и я не могу позволить даже тебе видеть меня такой. Мне очень ее не хватает. Я знаю, что мы были детьми, но потом столько дерьма вылилось на меня, и она нужна была мне. Очень нужна, и вот она здесь, и не помнит меня…       - Она вспомнит, дорогая, - обещала малышка, обнимая крепко подругу, прижимая ее к себе.       Габриэль просто прижалась к подруге еще сильнее, утыкаясь в ее шею, чтобы спрятаться от мира, от мыслей, от себя и своих чувств. Ей было тяжело, когда она потеряла подругу, затем родители, затем ее бывшая трахалась с ее другом, когда она попала в аварию, и когда её лучшая подруга была на операционном столе. А сейчас, ее потерянная подруга выросла, и не узнала ее. Еще один удар в ее жизни.       – Обещаю, все будет хорошо, родная. Попробуй извиниться перед ней, и наладить контакт, - посоветовала Катарина, поглаживая крепкие плечи подруги. – Только не наседай, ладно? Откажется, просто скажи, что будешь рада провести с ней время, показать городок или еще что, и дай ей время.       - А если к ней снова будет приставать этот мудак? – спросила Габб, отстраняя свое лицо от шеи девушки. – Мне что, стоять и не вмешиваться?       - Да, - кивнула Рина, смотря в глаза подруги. – Тебе придется. Она большая девочка, и не думаю, что это первый мудак в ее жизни. А если он будет переходить рамки, вмешайся, но не бульдозером.       - Я не бульдозер, - оскорбившись, настояла Габб, смотря на подругу. – Он просто суууупер мудак!       - Да, а ты будешь умницей, и хорошей девочкой, - сказала Катарина, поглаживая по волосам подругу, успокаивая её нрав. – Я знаю, ты можешь быть душкой, и знаю, что тебе очень тяжело быть такой с незнакомцами, но она твой друг. И я думаю, что ты знаешь ее до сих пор.       - Но, как же быть с тем, что мы знакомы? – спросила спортсменка, с надеждой смотря в глаза подруги.       - Не знаю, милая, - покачала головой пациентка, не став ей врать. – Давай ты просто попробуешь пока наладить с ней общение, а дальше мы обсудим это. Идет, Габби? Все будет хорошо, только не наседай, ладно?       - Ладно, - кивнула девушка, сдаваясь подруге. – Давай, съедим твой десерт, а то он так и шепчет мне « съешь меня».       - Это мой десерт! – Катарина хлопнула подругу по плечу, и улыбнулась, радуясь тому, что Габриэль стало легче. – Я дам тебе пудинг.       - Он шоколадный? – спросила девушка брюнетка, принимая десерт.       - Не знаю, открой и скажи, - улыбнулась Рина, берясь за свой десерт.       - Ты лучшая, спасибо, - Габб чмокнула подругу в щеку, и открыла свой пудинг. – И слушай, Рин, я…       - Пожалуйста, и да, пока ничего не скажу Сью, но ты должна будешь ей сама рассказать, и тяни резину, - попросила пациентка, поглядывая на подругу. – Ей не понравятся тайны от нее. Это не хорошо.       - Да, я постараюсь, - кивнула Габб, засовывая ложку пудинга в рот. – Ты, правда, лучшая.       - Самая лучшая! – улыбнулась Катарина, поедая свой десерт. – Спасибо, что ты сразу приехала ко мне.       - Я всегда буду приезжать к тебе, - Габб поставила пудинг на тумбочку, и нежно обняла подругу. – Прости меня, что я исчезла, что ты и Сью пережили такое из-за моей глупости и безрассудства.       - Ты герой, этого не отнять, - прошептала Рина, обнимая подругу и поглаживая ее по спине. – Это делает тебя тобой, но ты под колпаком.       - Как скажешь, дорогая, - согласилась Габб, отпуская подругу, чтобы оставить на ее лбу поцелуй. – Давай после посмотрим мультик?       - Да, давай, - согласилась Таррус. Она просто рада, что ее подруга с ней, жива и здорова.       В эту ночь девушки прекрасно спали, ведь не было тревоги, переживаний, лишь тепло друзей. Они просто обнимали друг друга под титры пятого мультика на ноутбуке, и видели хорошие сны.