Maison du fantôme

Вопрос повис в воздухе. Вместо ответа Се Лянь слышал лишь живую музыку, игравшую в другом конце ресторана, которая вселяла в флориста надежду, что всё происходящее – не сон, не бредовый сценарий в его голове. Хуа Чэн оттягивая ответ, отпил из пиалы с белым журавлём свой зелёный чай, и поставил чашу на то же место. И заглянув Се Ляню в глаза, чётко проговорил: – Гэгэ, вы как никто подходите для этой работы, вы невероятно ценный сотрудник, настоящий мастер своего дела. Я видел ваши работы, я знаю что в них вы вложили чувства, горести и радости, вы не только флорист, вы в своем роде художник. Художник, у которого вместо красок – цветы, вместо готовых картин – прекрасные цветочные композиции. Я, конечно, могу долго перечислять ваши достоинства как специалиста, но… — он замолчал, будто передумал говорить то, что собирался. — Думаю, вы всё поняли. Се Лянь то бледнел, то краснел. Рука непроизвольно сжала салфетку, лежащую рядом, а брови нахмурились, будто его отчитали, а не завалили комплиментами. – Господин Хуа, можно ещё один вопрос? – после одобрительного кивка он продолжил. – Почему вы зовёте меня гэгэ? Я никогда не подумал бы, что вы младше меня. По его выражению лица стало понятно, что он пожалел о заданном вопросе, ведь подумал что перешёл границу, из-за молчания собеседника. Во взгляде Хуа Чэна будто что-то заискрилось, а после он рассмеялся — приятно и тепло, что не просто поразило Се Ляня, а перевернуло с ног на голову. Он ждал другой реакции. Но не заметил как сам подхватил эту волну веселья, и общий смех заполнил окружающее пространство. – Гэгэ, неужто вы считаете меня старым? – с проблесками прошедшего веселья и улыбкой на лице, спрашивает Хуа Чэн. – Что вы! Вовсе нет, просто... Вы добились немалого, было бы странно, если бы вы были моложе меня, но выглядите вы молодо, это было бы глупо отрицать. - появившийся румянец на лице флориста, выдавал его смущение. – Вы правы, Гэгэ, я старше вас, мне 29. Но мне отчего-то хочется вас так называть, для меня это не про возраст, скорее про уважение. Вам не нравится? – Нет-нет, просто это было немного неожиданно... Знаете, в интернете все считают вас загадочным и закрытым человеком, строят целые теории, но в жизни вы такой... – Какой? – в его голосе звучал неподдельный интерес. – Вы живой, не похожи на призрака. – смешинки кружили в глазах Се Ляня, ему нравилось общаться с Хуа Чэном, в его компании было интересно, он давно не чувствовал такой лёгкости при разговоре с кем-то. – Рад, что превзошёл ваши ожидания. Что касается моего образа, я не хочу чтобы люди возводили в культ мою личность, хочу чтобы их внимание было исключительно на моих работах. К тому же, это создаёт некую интригу, и люди стремятся разгадать "великую тайну". Се Лянь кивнул, показывая что понимает его выбор, и задумался. — Гэгэ, ваш чай остывает, — протянул Хуа Чэн, когда Се Лянь уже ушёл в свои мысли. — Я вас озадачил? Насчёт сотрудничества вы можете не спешить с решением, никто не ждёт что вы по щелчку пальца согласитесь. — Я согласен. — решительно и безоговорочно ответил флорист, всё же этот контракт даст уйму возможностей, и решит главную проблему Се Ляня, нет никаких причин отказываться. Реакция была проста: лёгкий кивок, как будто он знал что так будет. — Тогда завтра будем ждать вас у нас в офисе для подписи договора и обсуждения деталей, — обыденно говорит Хуа Чэн, заученной до дыр фразой, получая ответный кивок. Вот и всё. Ничего страшного. Се Лянь окончательно расслабился, перестал зажиматься, и всё же попробовал знаменитый своей историей чай, который уже не надеялся быть отведанным. *** Вечер плавно перетекал в раннюю ночь, а двое сидящих в ресторане были увлечены беседой. Господин Хуа рассказывал новому знакомому о том откуда он черпал вдохновение. И, как оказалось, сравнение «Maison du fantôme» с «Dior» далеко не случайно: владелец первого был воодушевлен творчеством Кристиана Диора. Его первые работы повторяли мотивы легендарного модельера. Он пытался приблизиться к этому образу, воскресить былую роскошь моды, как когда-то сделал Диор. Но, конечно, «Maison du fantôme» стал популярен не из-за "подражания" Dior, как назвали бы это критики, которые не всегда разделяют восторг фанатов брендом. Именно образ загадочности, призрачности и неуловимости, который в дальнейшем стал выделять Хуа Чэн в своих работах, и непосредственно в образе своей личности, стал визитной карточкой бренда. Логотип бренда — серебряная бабочка, и ей всё сказано. Лёгкая, острая и утонченная, почти прозрачная — непохожая на других и не имеющая аналогов. Се Ляня не пугал этот образ, ведь за всем стоит своя предыстория. Он не бессмыслен, для Хуа Чэна он определенно имеет огромное значение. За интересной беседой время текло незаметно, и они бы просидели там до самого закрытия. — Господин Хуа, нам пора. — как всегда, из ниоткуда появился Инь Юй. — Ты прав, уже довольно поздно, — посмотрев на часы негромко ответил тот. — Гэгэ, позвольте довести вас домой? Се Ляня удивило предложение, всё же редко когда потенциальный работодатель будет предлагать совместную поездку, но за этот вечер у него сложилось ощущение, что они старые знакомые, которые не виделись много лет. Со всеми ли сотрудниками он общается так непринужденно? Неизвестно. Но в скором времени Се Лянь узнает. — Я был бы благодарен. — учтиво ответил флорист. *** Инь Юй бесшумно открыл дверь представительского седана, и скользнул на место водителя, в прохладную полутьму салона, где пахло кожей и дорогим деревом. Хуа Чэн любезно открыл дверцу автомобиля, приглашая Се Ляня внутрь. И лишь после того, как тот сел, он садится рядом с ним, на пассажирское кресло, оставляя небольшое пространство между ними. Се Лянь забыл, как дышать, одно дело сидеть напротив друг друга в ресторане, другое бок о бок с главой «Maison du fantôme». Он невольно сжал ткань брюк, но позже, по дороге, всё же расслабился. Его даже начало клонить в сон — день выдался очень насыщенным, даже слишком, если сравнивать с его повседневностью. Однако Се Лянь настойчиво отгонял сонливость, не позволяя ей завладеть телом. Всю дорогу в салоне царила тишина, и лишь шум ночного города за стёклами автомобиля нарушал её. Се Лянь же тонул в своих мыслях, это его привычное состояние во время поездок, однако в этот раз тем для размышления было очень много. Он и не заметил, как за окном появились знакомые пейзажи — родной магазинчик и дом на втором этаже. Интересно, что Инь Юй не уточнил, куда ехать, знал, что он живёт в том же доме, где и находится магазин. Се Лянь не стал затягивать с прощаниями, ловко выбрался из салона и направился домой — в свой безопасный уголок, к Жое. А в голове крутились последние фразы сказанные Хуа Чэном на прощание. "—Спасибо за прекрасный вечер, Гэгэ, и ещё: выглядите потрясающе, прекрасная блузка, достойная вас." Смущение, перемешанное с детским восторгом, вот что он ощущал. Эта встреча от деловой имела одно название, было понятно что дело не только в профессиональном интересе, но что именно хочет от него Хуа Чэн — всё ещё неизвестно. *** Дверь машины захлопнулась, Хуа Чэн провожал Се Ляня взглядом, и не спешил уезжать. — Господин, вы не рассказали ему? — отрешённо, без искреннего интереса, спросил Инь Юй. — Нет, ещё рано, незачем спешить, — задумчиво ответил тот. — Едем. Машина тронулась, оставляя позади закрытый цветочный магазин. Хуа Чэн думал, вспоминал. И эти воспоминания наводили тоску и ностальгию. Он знал, что Се Лянь ничего не помнит, понимал, что не вспомнит, но всё равно держался за эти воспоминания, как за единственную ниточку в его жизни. *** Дом встретил привычной тишиной и запахом домашних растений. Се Лянь на ощупь нашёл выключатель и включил свет. В ту же секунду квартиру озарил теплый свет, но в этот раз возвращаясь домой Се Лянь почувствовал тоску и одиночество.