Победа

В прокуренном номере гостиницы было шумно и тесно от чужих тел. Парни с грохотом праздновали выездную победу: мелькали карты «Уно», лилось дешевое пойло, а на экране ноутбука тускло мигали страсти турецкого сериала. Всё как всегда. Всё обычно. Почти Был один нюанс. Взгляд Ильи Юра физически чувствовал его кожей. Тяжелый, жадный, неотрывный. Казалось, Илья даже не моргает. Юра пытался списать это на перегар и дурацкий азарт, но врать себе было бесполезно. Этот взгляд преследовал его весь день, еще на игре, в автобусе, а сейчас, в этом душном номере, он стал просто невыносимым. Давил на затылок, жег между лопаток. Когда сериальный герой в очередной раз разбил чье-то сердце, Юра резко поднялся и, кинув Илье короткий жесткий взгляд, мотнул головой на дверь В пустом и гулком коридоре было прохладно. Юра развернулся, скрестив руки на груди, готовый выплеснуть все раздражение, но слова застряли в горле, едва он встретился с Ильей глазами. В них не было ни хмельной мути, ни вызова. Там была такая открытая, такая обнаженная тоска, что у Юры внутри что-то дрогнуло и оборвалось — И чё ты пялишься? – выдохнул он скорее растерянно, чем зло Илья молчал. Вместо ответа он сделал шаг вперед, взял Юру за руку, его пальцы были горячими и чуть шершавыми, и повел за собой. В их общий номер. Юра позволил увести себя, как загипнотизированный Щелчок замка прозвучал как выстрел. Илья развернул его и мягко, но непреклонно прижал спиной к прохладной стене. Юра дернулся, собираясь возмутиться, открыл рот… и в этот рот, заглушая все мысли, ворвались чужие губы Сначала Юра окаменел. Его ладони уперлись Илье в грудь, готовые оттолкнуть, но в следующее мгновение теплая ладонь Ильи легла ему на щеку так бережно, словно он боялся разбить. И Юра сдался. Его пальцы сами собой вцепились в плечи Ильи, разжимая хватку, а потом и вовсе скользнули ему на шею, притягивая ближе, заставляя отвечать Руки Ильи легли ему на талию, собственнически, но невесомо, и от этого контраста между напором губ и осторожностью прикосновений по телу Юры разлилось тягучее, сладкое, почти болезненное тепло. Когда Илья вдруг оторвался от его губ, Юра почувствовал себя так, будто из него вынули стержень — Почему ты ответил? – Голос Ильи дрожал, дыхание сбивалось Юра смотрел в его потемневшие глаза и видел в них собственное отражение. И всё понял — А ты почему спросил? – тихо усмехнулся он в ответ Это было похоже на вспышку. Илья рванул его на себя, впиваясь в рот уже по-настоящему, глубоко, жадно, настойчиво. Сжимая пальцами талию до синяков. Юра застонал ему в губы, запуская пятерню в его волосы на затылке и с силой сжимая их. Илья довольно промычал и отстранился, чтобы тут же прижаться губами к острой скуле, горячей коже шеи — Тише, придурок… нежнее – выдохнул он куда-то в ямочку под ухом, и от его голоса, вибрирующего на коже, по спине Юры побежали мурашки Юра запрокинул голову, открывая шею, и судорожно вздохнул. В следующую секунду он уже болтался в воздухе, Илья легко подхватил его на руки. Юра инстинктивно обвил ногами его торс, вцепился в плечи и зарылся носом в его влажные от пота волосы. Илья донес его до кровати и без предупреждения разжал руки — Твою мать! – Юра шумно приземлился на спину и возмущенно вскинулся, но тут же осекся. Илья уже был рядом. Он раздвинул его колени и устроился между ног, нависая сверху В его взгляде было столько голодного обожания, что у Юры перехватило дыхание. Он сам потянулся к Илье, приподнимаясь на локтях, и поцеловал его. Илья запустил руки под его футболку, изучая кончиками пальцев горячую кожу, проводя по напряженным мышцам живота. Юра вздрогнул и в ответ игриво прикусил его губу. Илья тут же легонько ущипнул его за бок не больно, а дразняще Он целовал его долго, глубоко, смакуя. Потом оторвался и переключился на шею, осыпая ее невесомыми, дразнящими поцелуями. Юра выгнулся, ловя ртом воздух, позволяя этим рукам и губам делать с собой всё что угодно. Резким движением Илья стянул с него футболку и отбросил ее в сторону. На секунду он замер, рассматривая распластанное перед ним тело. Его взгляд задержался на руках, на черных перчатках, вечно скрывающих предплечья. Медленно, почти благоговейно он провел пальцами по руке Юры и поддел край перчатки. Юра замер, но не остановил. Он лишь наблюдал, как Илья осторожно стягивает перчатку, а затем и вторую. Отбрасывает их прочь, к футболке. А потом вдруг берет его запястья и заводит ему за голову, мягко, но крепко фиксируя — Чтоб тебя... – начал было Юра, но договорить не дал поцелуй, требовательный и собственнический. Юра возмущенно замычал, дергаясь в плену рук, и тут же почувствовал, как ловкие пальцы Ильи расстегивают пряжку его ремня Он заерзал сильнее, мыча громче, и в отчаянии снова укусил Илью за губу, заставляя отстраниться — Ты охренел?! – выпалил Юра, пытаясь вырвать руки – Совсем уже? — Не дергайся – голос Илья был низким и хриплым, а на губах играла пьяная, счастливая ухмылка – Ты же сам только что был за — Мы просто целовались! – буркнул Юра, отворачиваясь, чтобы скрыть смущение и предательскую дрожь в голосе – А ты мне свои лапы вонючие в штаны пихаешь — Не вонючие, не выдумывай – чуть ли не промурлыкал Илья, вновь припадая губами к его шее, к пульсирующей жилке – Да и ты не особо-то и против Юра промычал что-то нечленораздельное и, сдавшись, сам обхватил ногами его талию, притягивая ближе. Он чувствовал, как ловкие пальцы справились с пуговицей и ширинкой, как прохладный воздух коснулся разгоряченной кожи. Протестовать не было ни сил, ни желания. Он хотел этого. Хотел так же сильно, как и Илья Юра легонько толкнул Илью щекой, заставляя поднять голову, и сам впился в его губы жадным, благодарным поцелуем. В этом поцелуе было всё: и месяцы немого напряжения, и злость, и нежность, и наконец-то нашедшее выход облегчение. Они наконец-то были честны друг с другом Почувствовав, как Илья тянет вниз его джинсы, Юра послушно приподнял бедра, помогая избавиться от одежды. Илья отстранился, отшвырнул штаны и, опустив взгляд, довольно усмехнулся. Сквозь тонкую ткань боксеров отчетливо проступало возбуждение. Юра, поймав его взгляд, недовольно фыркнул и дернул запястьями, требуя свободы. Как только хватка ослабла, он тут же обхватил ладонями лицо Ильи и прильнул к его шее. В отличие от Ильи, Юра не умел быть нежным. Он кусал, жадно, оставляя багровые следы. В ответ на очередной укус Илья тихо застонал, и этот звук, вибрацией отдавшийся в его собственное тело, заставил Юру замереть Илья резко отстранился, стянул через голову футболку и швырнул её куда-то в темноту. Юра не сводил глаз с его фигуры, и в этот момент рука Ильи бесцеремонно скользнула ему в трусы, сжимая пульсирующую плоть. Юра выдохнул сквозь зубы, впиваясь ногтями в плечи Ильи. Под ухом раздавалось сбивчивое дыхание, а рука Ильи двигалась медленно, мучительно-сладко, дразня и распаляя И вдруг всё прекратилось. Илья убрал руку, и Юра, разочарованно застонав, откинулся на подушку, закрывая лицо ладонями. Сквозь пальцы он видел, как Илья встает, расстегивает свои джинсы, достает из кармана тюбик, избавляется от остатков одежды. Когда горячие пальцы коснулись головки его члена, Юра убрал руки от лица, встретившись с потемневшим от желания взглядом Илья устроился между его ног, наклонился и провел языком по всей длине, влажно, медленно, заставляя ноги Юры мелко дрожать. А потом он взял в рот, и мир сузился до этого ощущения. Одновременно с ритмичными движениями головы, прохладные, скользкие пальцы раздвинули ягодицы. Юра прикусил губу, сдерживая стон, когда один палец осторожно вошел в него — Бля-а-а... Илья... – выдохнул он, запуская руку в его волосы Когда напряжение достигло пика, Юра дернулся, готовый кончить, но Илья, будто прочитав его мысли, резко остановился, отпуская его член и вынимая пальцы. Юра взвыл от досады и разочарования. Но Илья уже вводил в него два пальца, растягивая, подготавливая, и наслаждаясь его сорванными стонами. А когда внутри стало тесно и пусто, Илья встал, на секунду отойдя, чтобы запереть дверь Вернувшись, он ловко стянул с себя боксеры и притянул Юру к себе за бедра. Навис сверху, глядя прямо в глаза — Только героя не строй – его голос, вопреки ситуации, звучал удивительно мягко – Скажи, если будет больно Юра молча кивнул, обвивая ногами его талию и вцепляясь в плечи. Илья вошел медленно, плавно, останавливаясь, давая привыкнуть. Юра зажмурился, с силой сжимая кожу на его плечах, сдерживая крик — Нормально? – выдохнул Илья ему в губы — Да – хрипло ответил Юра – Давай Илья двинулся. Юра потянулся рукой вниз, но Илья перехватил его запястье и снова завел за голову, прижимая к подушке. Юра застонал громче, выгибаясь. Ноги дрожали, глаза закатывались от накатывающих волн удовольствия. Илья целовал его, кусал его губы, а свободной рукой дразнил, проводя по животу, по бедрам, но не касаясь самого главного. А потом он двинулся под другим углом, и Юру прострелило током — Сукин ты сын! – закричал он, выгибаясь дугой, когда Илья накрыл простату Илья довольно усмехнулся и задвигался быстрее, жестче, вколачиваясь в это сладкое место, ловя каждый его стон. Отпустив запястья, он обхватил член Юры рукой и начал двигать в такт толчкам. Юра вцепился в его плечи, царапая спину Они кончили почти одновременно, слившись в едином порыве, в общем хриплом вздохе. Илья обессиленно рухнул на Юру, утыкаясь носом в его влажную шею, невесомо обнимая Через минуту, бережно, почти невесомо, Илья вышел из него, вызвав тихий разочарованный стон. Встал и, не спрашивая, подхватил обмякшее тело Юры на руки и понес в ванную Они сидели в горячей воде, уставшие, мокрые, счастливые. Юра развернулся и улегся на Илью, устроив голову у него на плече, чувствуя, как бьется его сердце — Придурок – прошептал Юра, обнимая его за шею – Какой же ты придурок, Тихонов Илья тихо рассмеялся, целуя его в висок Потом была кровать, и снова Илья бесцеремонно бросил его на матрас, за что тут же получил подушкой в лицо. Илья поймал её, ухмыльнулся и улегся рядом, прижимаясь к Юре, утыкаясь носом ему в грудь Юра положил руку ему на затылок, перебирая влажные пряди волос, и закрыл глаза. Внутри зарождалось что-то новое, пугающее и манящее. Что-то, чего они оба, оказывается, безумно хотели