Я пережил четыре смерти, выдрессировал Дурслей, но Система требует, чтобы я играл по сценарию

— Местная магия работает до нелепого странно. Честно говоря, я сильно разочарован, — проговорил Гарри. Он сидел за столом в своей комнате на втором этаже дома Дурслей, наблюдая за пылинками, танцующими в лучах утреннего солнца. Сегодня было тридцать первое июля — день его одиннадцатилетия в этом новом мире. И день, когда он ждал визита преподавателей из Хогвартса. — Но ты ведь можешь притягивать и отталкивать вещи взмахом руки, — прошипел змей, лениво развалившийся на нагретом солнцем подоконнике. Он совсем недавно уплел жирную мышь и теперь пребывал в состоянии сытой полудремы. Гарри хмыкнул. Над его раскрытой ладонью, слегка подрагивая в воздухе, парила тяжелая стопка книг. — Это… не так уж впечатляет. Слишком… грубо. Словно он не управлял силой, а проталкивал её сквозь узкое горлышко чужих правил. Отталкивать, притягивать, заставлять левитировать. Ему понадобился целый год изнурительных тренировок, чтобы освоить этот базовый навык. Здесь требовалась железная воля, точнейшая концентрация и предельная собранность. Каждое действие работало только через мысленный, выверенный приказ: Пари. Притянись. Прочь. И физическое напряжение, словно он поднимал эти книги собственными мышцами. Он набил немало шишек, пытаясь подчинить эту энергию. Один раз, когда Гарри попытался вызвать дождь, на него с ясного неба внезапно свалился упитанный ягненок. Откуда он взялся — загадка до сих пор. Но ощущение было такое, будто он на секунду потянулся не туда. Куда-то… глубже, чем следовал. Но с тех пор Гарри побаивался замахиваться на глобальные изменения реальности, предпочитая воздействовать на небольшое пространство вокруг себя. — Ты уедешь, и я останусь совсем один, — раздвоенный язык змея коротко мелькнул в воздухе. — Я чувствую от этого великую печаль... Гарри искренне рассмеялся. Концентрация сбилась, и стопка книг с тяжелым стуком рухнула на деревянный стол, подняв облачко пыли. — Ты жалеешь лишь о том, что легкой добычи больше не предвидится. Вот и вся твоя печаль, лицемерный шнурок. Змей немигающе уставился на него своими желтыми глазами. — Ты ведь не оставишь меня без пищи? Я привык за эти годы и совершенно обленился. Боюсь, я просто погибну. С твоей стороны будет крайне некрасиво бросить верного друга на произвол судьбы. — Не брошу я тебя, хитрый ты гад, — усмехнулся Гарри, потирая виски. — Буду присылать тебе мышей и прочую живность. Ты неплохо помог мне в самом начале этой жизни, а я привык платить по счетам. Не отвечу на добро злом. Удовлетворенный змей опустил треугольную морду обратно на теплый пластик и прикрыл глаза. Было еще раннее утро. После пробежки и холодного душа Гарри, как обычно, приступил к тренировкам. Пока что лучшее, чего он добился — заставлять вещи парить. Всё это работало исключительно на четкой визуализации желаемого. Чтобы поднять предмет, он до рези в глазах представлял птиц, парящих высоко в небе, и через этот образ заставлял внутреннюю силу откликаться на приказ. Только структурированное желание, никакого хаоса. Гарри не гордился этими крупицами силы. С его багажом знаний и прошлым опытом было бы просто смешно не добиться хотя бы такого жалкого результата. Он перевёл взгляд на дверь. Они должны были прийти сегодня. Вопрос был только в одном — кто именно. — Честно говоря, в первый раз вижу тебя настолько взволнованным с того самого дня, как на тебя с неба упал ягненок, — с легким шипением протянул змей. Гарри возмущенно фыркнул. — С чего ты взял, что я взволнован? Всё как обычно... — Ты слишком дерганый. И проснулся сегодня задолго до рассвета... — Я просто рад, что наконец начнется хоть что-то интересное! — огрызнулся Гарри, нервно меряя шагами небольшую комнату. — Рад новым возможностям, обучению магии и... поискам. Он сжал кулаки. Ему необходимо было вернуться в свой прошлый мир. Только там существовал реальный способ разобраться с проклятием, из-за которого его тело периодически отключалось. В противном случае ни о какой спокойной жизни не могло быть и речи. Внезапно снизу, с первого этажа, раздался тяжелый, гулкий стук во входную дверь. Удары были такой силы, что деревянный пол под ногами Гарри едва заметно дрогнул. Он резко подскочил на месте, инстинктивно подавшись к выходу, но тут же осекся и смущенно покосился на подоконник. Ему на долю секунды показалось, что чешуйчатая морда хладнокровного откровенно ухмыляется. Гарри лишь отмахнулся, не желая вступать в пустой спор. Да, он лукавил. Тот, кто своими собственными глазами видел, как колдуны прошлого мира управляли стихиями, словно те были продолжением их тел, не мог оставаться равнодушным. В глубине души он всегда отчаянно жаждал такой же мощи, но в той жизни был лишен искры. И, если признаться хотя бы самому себе, он был до дрожи в пальцах рад наконец-то стать волшебником. Жаль только, что магия этого мира — и магия внутри его собственного тела — пока и близко не походила на то первозданное могущество, которое он когда-то видел. Стук повторился. Глухой. Настойчивый. Гарри глубоко вдохнул и направился вниз. Тяжелые шаги Вернона сотрясли половицы в коридоре. — Кого там ещё принесло в такую рань? — раздраженно пробормотал он, дергая дверную ручку. Дверь распахнулась настежь. На пороге стоял гигант. Яркий солнечный свет лишь подчеркивал его чудовищные габариты. Он едва помещался под навесом, широкими плечами закрывая половину проема и отбрасывая в прихожую густую, необъятную тень. Косматая борода и спутанные волосы делали его похожим на дикого медведя, по какому-то недоразумению вышедшего к людям. От него густо пахло лесом, пылью, потертой кожей и чем-то неуловимо звериным. В одной руке-лопате он сжимал потрёпанный розовый зонт, в другой — перевязанный бечевкой картонный свёрток. Вернон замер, стремительно бледнея. Его массивная челюсть отвисла. — Мы… мы ничего не покупаем! — выдавил он, инстинктивно отступая на шаг. Незнакомец медленно опустил на него взгляд черных жуков-глаз. — А я и не продаю, магл, — прогрохотал он. Его бас заставил зазвенеть хрусталь в гостиной. Не дожидаясь приглашения, великан тяжело шагнул внутрь. Половицы жалобно скрипнули, едва не треснув под его весом, а Вернону пришлось вжаться спиной в обои, чтобы не оказаться раздавленным. Петуния, выглянувшая на шум из кухни, издала сдавленный писк и побелела как мел, прикрыв рот дрожащими руками. Дадли с перепугу рухнул на колени и проворно забился под кухонный стол. — Эй! Вы не имеете права! Покиньте мой дом немедленно! Я вызову полицию! — взвизгнул Вернон, лицо которого наконец-то начало наливаться привычным багровым цветом. Но гигант лишь отмахнулся от него свободным зонтом, как от назойливой мухи, и уверенно протопал на кухню. Окинув взглядом богато накрытый стол, он удовлетворенно хмыкнул. Не обращая ни малейшего внимания на трясущуюся у раковины Петунию, великан сгреб с тарелки Дадли сразу три тоста с беконом, сложил их один на другой и разом отправил в рот. — Недурно, — густо прочавкал он, смахивая крошки с бороды. — Но суховато. Чайник-то не поставите, хозяйка? Гарри в этот момент как раз спустился до середины лестницы и остановился, спокойно наблюдая за разворачивающимся абсурдом. Ни удивления. Ни страха. Лишь лёгкое… удовлетворение. Наконец-то. В этот момент системное окно замигало [🎬 АКТИВЕН СЦЕНАРИЙ: «ВВЕДЕНИЕ В МИР МАГИИ»] Ключевые цели: — проявить восторг — задать вопросы — установить контакт с проводником Текущий статус: игнорируется Риск: снижение будущих наград Справившись с перекусом, гигант тяжело повернулся и, наконец, заметил мальчика на ступеньках. Он замер, прищурившись, и его лицо вдруг смягчилось. — Ты… — протянул он, вглядываясь в лицо Гарри. — Гарри, значит. — Зависит от того, кто спрашивает, — ровно ответил тот, даже не шелохнувшись. В комнате повисла тяжелая тишина, прерываемая лишь сбитым дыханием Вернона в коридоре и приглушенными всхлипами Дадли из-под стола. Гигант удивленно моргнул, явно не ожидая такого холодного приема от одиннадцатилетнего ребенка. А затем медленно, раскатисто усмехнулся. — Хагрид. Рубеус Хагрид. Лесничий и хранитель ключе й Хогвартса. Гарри слегка склонил голову, смерив великана цепким, оценивающим взглядом. — Вы задержались. Гарри невозмутимо повернулся к родственникам. Дурсли жались друг к другу в углу кухни, словно стая перепуганных индюков. — Тётушка, — спокойно произнес он. — У нас гость из моей будущей школы. Приготовь, пожалуйста, чаю. Ты ведь завариваешь лучший чай на всей улице. Он слегка приподнял бровь и вежливо склонил голову. Во взгляде Гарри не было агрессии, но в этом простом жесте сквозила неприкрытая угроза, понятная им троим. Вернон тяжело, со свистом втянул воздух. Его маленькие глазки метнулись от племянника к огромной фигуре великана, и в них внезапно мелькнуло что-то отчаянное. Что-то, что совершенно не понравилось Гарри. — Вот я и нашел на тебя управу, мерзкий мальчишка! — вдруг взвизгнул Вернон. Страх в его голосе смешался с дикой, внезапной надеждой, а лицо начало стремительно наливаться багровым цветом. Он сделал резкий, неверный шаг в сторону Хагрида. — Вы ведь профессор из вашей... ненормальной... — Вернон запнулся, сглотнув вязкую слюну. — Из вашей этой школы. Я хочу написать заявление! — Вернон! — Петуния в ужасе прервала мужа, вцепившись дрожащими тонкими пальцами в рукав его пиджака. Он с силой одернул руку и яростно зыркнул на жену. — Хватит с меня! — рявкнул он, брызгая слюной. Хагрид растерянно моргнул. Он перевел взгляд с потеющего, багрового магла на Гарри, который в этот момент с абсолютно скучающим видом рассматривал ногти на своей правой руке. — Что здесь происходит? — пророкотал великан. От его низкого баса угрожающе звякнула посуда в серванте, и истерика Вернона на мгновение стихла. — Я расскажу! — Вернон тяжело выступил вперед, тыча толстым, дрожащим пальцем в сторону Поттера. — Этот мальчишка годами угрожал нашим жизням! С помощью ядовитой змеи! Долгие годы мы терпели и жили в животном страхе, боясь зайти в душ или просто спокойно перекусить в своем собственном доме! Я требую, чтобы вы разобрались с ним по всей строгости вашего закона! Вернон ревел, тяжело дыша, словно загнанный раненый зверь. Гарри слушал этот вопль отчаяния и, как ни странно, понимал его. Мужчина, лишившийся абсолютной власти в своем собственном доме, загнанный в угол ребенком. Это было логично. Его можно было понять. Жаль только, что этот самый мужчина почему-то совершенно не желал понимать самого Гарри. Хагрид медленно выпрямился. — Значит, угрожал, — протянул он, почесав бороду. — Змеёй, говоришь… Он перевёл взгляд на Гарри. Прищурился. — А ты что скажешь? Гарри поднял глаза. — Он не врёт, — спокойно ответил он. — Я действительно дал им понять, что больше не позволю обращаться со мной, как с вещью. Короткая пауза. — Метод выбрал… доступный. Хагрид уставился на него ещё внимательнее. — Ты понимаешь, что это запрещено? — медленно произнёс он. — Магия вне школы. Да ещё и такая… — Понимаю, — кивнул Гарри. — Но на тот момент у меня не было ни палочки, ни преподавателей, ни других вариантов. Он слегка склонил голову. — Если у вас есть более эффективные способы защитить ребёнка в подобной ситуации — я с интересом выслушаю. [⚠️ СЦЕНА ОТЫГРАНА С НАРУШЕНИЯМИ] Тип сцены: «Конфликт ребёнка и опекунов» Рекомендации: — добавить эмоциональную реакцию — снизить уровень давления Текущий образ: несоответствие возрасту Вердикт: Не верю. В кухне повисла тишина. Вернон открыл рот… и тут же закрыл. Хагрид молчал дольше. Потом хмыкнул. — Да уж… не так я себе это представлял. Он ещё раз посмотрел на Гарри. Уже иначе. — Ладно. С этим потом разберёмся. Он шагнул вперёд, заполняя собой половину кухни. — Я пришёл не за этим. Гарри Поттер, — его голос стал чуть мягче, — ты зачислен в Школу чародейства и во лшебства Хогвартс. Небольшая пауза. — И, судя по всему… как раз вовремя. Вернон, казалось, только сейчас по-настоящему осознал, что происходит. Его взгляд метался между Гарри и Хагридом, цепляясь за последнего как за последнюю возможную опору. — Вы не можете просто так это оставить, — заговорил он уже тише, но с тем же отчаянным нажимом. — Вы же из… из вашего мира. У вас есть законы. Правила. Этот мальчишка… он опасен. Хагрид тяжело переступил с ноги на ногу, скрипнув половицами. В его лице не было ни злости, ни сочувствия — скорее лёгкое недоумение человека, которого втянули в чужую, не слишком понятную ему проблему. — Опасен, говоришь… — протянул он, почесав бороду. — Может, и так. Вернон сразу оживился, ухватившись за это слово. — Вот! Именно! Он угрожал нам! Использовал… это! — он запнулся, явно не зная, как назвать увиденное. — Нормальные дети так себя не ведут! Хагрид медленно кивнул, словно признавая услышанное, но его взгляд снова вернулся к Гарри. — Нормальные дети, — негромко повторил он. — Угу. Петуния нервно подалась вперёд. — Пожалуйста, — её голос дрогнул. — Мы не просим многого. Просто… заберите его. Или объясните, как с этим… жить. Хагрид перевёл на неё взгляд. На секунду в его глазах мелькнуло что-то вроде понимания, но быстро исчезло. — Я за ним и пришёл, — спокойно сказал он. — В Хогвартс. Вернон сжал кулаки. — Этого недостаточно! — рявкнул он, снова теряя самообладание. — Вы должны что-то сделать! Он же… он же… Слова застряли у него в горле. Хагрид вздохнул, чуть наклонив голову. — Послушайте, мистер Дурсль, — проговорил он уже более твёрдо. — Я не из тех, кто разбирает семейные дрязги. И не из тех, кто решает, кто тут прав, а кто виноват. Он слегка развёл руками. — Парень — волшебник. Как и его родители были. Такое не отменишь и не запретишь. Вернон побледнел. — Значит, вы ничего не сделаете? — почти шёпотом спросил он. Хагрид пожал плечами. — Сделаю, — ответил он. — Заберу его в школу. Научат его там, как с магией управляться по-человечески. И вам, может, полегче станет. Пауза повисла тяжёлой, вязкой тишиной. Гарри наблюдал за этим разговором, не вмешиваясь. Взгляд его был спокоен, почти равнодушен, но внимательный. Он отмечал детали: как дрожат пальцы Петунии, как срывается дыхание у Вернона, как Хагрид сознательно не углубляется в конфликт. Вернон медленно опустил руки. Значит… всё, — выдохнул он. — Значит, всё, — подтвердил Хагрид. Он повернулся к Гарри. — Собирайся. Нам ещё в Косой переулок попасть надо. Гарри коротко кивнул. — Пять минут. Он развернулся и направился к лестнице, не удостоив родственников ни взглядом, ни словом. У самой ступени он всё же остановился. — Кстати, — произнёс он, не оборачиваясь. — Я больше не собираюсь возвращаться к прежним… методам. В этом больше нет необходимости. Он чуть повернул голову. — Если, конечно, не возникнет причин. И, не дожидаясь ответа, поднялся наверх. Внизу снова стало тихо. Хагрид посмотрел на Дурслей, затем на дверь, за которой исчез мальчик. — Не самый простой парень, — пробормотал он себе под нос. Потом глухо хлопнул себя по бокам — Ну, ничего. В Хогвартсе и не таких учили. Гарри и Хагрид вышли из дома Дурслей и направились к огромному мотоциклу, припаркованному у противоположного тротуара. Утреннее солнце заливало улицу, но порывистый ветер всё ещё гнал по асфальту мелкий мусор. Гарри мельком взглянул на соседний дом. В окне, чуть отодвинув занавеску, стояла миссис Фигг и с нескрываемым интересом наблюдала за происходящим. Он задержал на ней взгляд на долю секунды, затем спокойно отвернулся. — Ох! — внезапно спохватился Хагрид, хлопнув себя по лбу. — Совсем забыл с этими… странностями. Он порылся в бездонном кармане своего пальто и вытащил слегка помятую коробку. — С днём рождения тебя, Гарри. Крышка приоткрылась, и внутри показался торт — слегка покосившийся, но явно сделанный с душой. — Одиннадцать лет… — пробормотал Хагрид, покачав головой. — А ведь когда-то я лично… Он осёкся, замолчав, и отвёл взгляд в сторону. Гарри коротко кивнул. — Спасибо. Он взял коробку, на секунду задержал её в руке, словно оценивая вес… и резко бросил в сторону дома. Хагрид дёрнулся. — Гарри! Коробка не упала. Подчинившись невидимому, четко выверенному приказу, она замедлилась в воздухе, словно натолкнувшись на преграду, и плавно поплыла вперёд. Движение было неестественным — слишком точным. Она аккуратно опустилась прямо у входной двери Дурслей. Хагрид застыл. — Это… как это… Он перевёл расширенные глаза на Гарри, затем быстро оглядел улицу. Пусто. Ни души. — Ты… ты это сделал? Гарри спокойно опустил руку, скрывая лёгкое напряжение в мышцах. — Похоже на то. — Но… без палочки? — в голосе Хагрида прозвучало неподдельное, почти суеверное изумление. — Так не делают. Ну… почти не делают. Гарри чуть склонил голову. — Вот как раз об этом я и хотел поговорить. Он сделал несколько шагов к мотоциклу, чувствуя резкий запах машинного масла. — У меня много вопросов, Хагрид. Надеюсь, ты сможешь ответить хотя бы на часть из них по дороге. — А… да, конечно, — пробормотал тот, всё ещё косясь на дверь дома, где лежал торт. Гарри обошёл мотоцикл, разглядывая массивную машину с интересом. — И ещё один момент. Он перевёл спокойный взгляд на великана. — На какие средства предполагается приобретение учебных принадлежностей? Хагрид моргнул, будто только сейчас вспомнил очевидную вещь, и стряхнул с себя оцепенение. — А, это-то? — он усмехнулся, похлопав себя по карману. — Не переживай. У тебя есть счёт. В банке волшебников. — Счёт, — ровно повторил Гарри. — Интересно. Хагрид вытащил из внутреннего кармана тяжёлый, старый ключ. Металл был тёмным, с грубой гравировкой, и выглядел скорее как древний артефакт, чем как обычная вещь. — Вот он, — с гордостью сказал великан. — Твой доступ к хранилищу в Гринготтсе. Гарри протянул руку. Хагрид на мгновение замешкался, затем всё же вложил ключ в его ладонь. Металл оказался непривычно холодным. Тяжёлым, с шероховатыми краями. Гарри чуть сжал пальцы, прислушиваясь к ощущениям. Никакой явной энергии, но предмет определенно был непростым. — Значит, деньги есть, — тихо произнёс он. И, не спрашивая разрешения, убрал ключ во внутренний карман куртки. Хагрид нахмурился, но ничего не сказал. Только кивнул, словно сам себе. — Есть. Твои родители позаботились. Гарри коротко кивнул. Он уже сидел на мотоцикле, удобно устроившись позади. Хагрид занял своё место впереди, тяжело опускаясь в широкое седло. Мотоцикл заметно просел под его весом. — Держись крепче, — бросил он через плечо. — Штука быстрая. Двигатель взревел, разрывая утреннюю тишину грубым механическим рыком. В воздухе запахло выхлопными газами. Гарри не спешил хвататься за пальто великана. — Я удержусь. Хагрид хмыкнул. Мотоцикл рванул с места, быстро набирая скорость, и колеса оторвались от асфальта. Плотный встречный ветер с силой ударил в лицо, закладывая уши. Одинаковые дома Тисовой улицы начали растворяться далеко внизу. — Нам сначала на станцию! — прокричал Хагрид сквозь шум мотора и свист ветра. — В Лондон! Потом в Косой переулок! Гарри смотр ел вперёд, не жмурясь. Мир маглов оставался позади. А впереди… начиналось то, ради чего он здесь оказался.