Тени прошлого

На шестом этаже Хогвартса, в крыле для старост, царила утренняя тишина, нарушаемая лишь далёким уханьем сов да шорохом портретов на стенах. В комнате старосты Слизерина девушка медленно открывала глаза. Проснувшись, она бросила взгляд на старинные серебряные часы с гравировкой — было уже без четверти восемь. Она резко встала, привычным движением отбросив тяжёлые изумрудные шторы балдахина. У девушки были белоснежные волосы, ниспадавшие гладкими прядями до лопаток, и чёрные, почти бездонные глаза, в которых всегда читалась непреклонная решимость. Её движения были уверенными, как и походка — каждый шаг звучал твёрдо и чётко, будто она заранее просчитывала все свои действия. Приняв освежающий душ с ароматом хвои и мяты, она переоделась в безупречную белую рубашку, строгие чёрные брюки и накинула поверх мантию Слизерина с серебряной вышивкой. Постучав в дверь комнаты брата — второго старосты Слизерина — она не получила ответа. Несколько секунд она стояла в нерешительности, но затем, вздохнув, взмахнула палочкой. Дверь бесшумно открылась с тихим щелчком заклинания. В комнате стоял густой запах алкоголя, смешанный с приторным ароматом дешёвых духов. На полу валялись пустые бутылки из‑под виски, рядом лежали остатки закусок — орехи, сыр, кусочки шоколада. На широкой кровати, раскинувшись во весь рост, крепко спал парень. Крепко сложённый, с короткими чёрными волосами и глазами, чёрными как у вампира, он выглядел расслабленным и беспечным. Рядом с ним, уткнувшись носом в подушку, дремала блондинка с растрепавшимися локонами. Девушка, не теряя времени, ловким движением палочки раздвинула тяжёлые бархатные шторы. Яркий осенний свет хлынул в комнату, ударив прямо в лицо спящей парочке. — Вон, — холодно произнесла она, указав палочкой на дверь проснувшейся девушке. Та, сонная и растерянная, поспешно вскочила, накинула мантию и выскользнула за дверь. Кассиопея повернулась к брату. — Клаус, немедленно вставай, ты опоздаешь на собрание старост! — резко сказала она, одновременно вытаскивая из шкафа его форму. Подняв с пола одну из бутылок, она прищурилась. — Ты что, пил? — воскликнула она, едва сдерживая гнев. — Ты же капитан сборной по квиддичу! Какого чёрта, Клаус? — Кассиопея, закрой дверь с той стороны, — пробормотал брат, не открывая глаз. Она действительно вышла, чем сильно удивила Клауса. Он приоткрыл один глаз, ожидая привычной тирады, но тишина затянулась. Через три минуты дверь снова открылась — Кассиопея вернулась с двумя маленькими хрустальными пузырьками, мерцавшими голубоватым светом. — Выпей сразу оба, — велела она и, не дожидаясь возражений, принялась заклинанием разглаживать его помятую мантию, попутно наводя порядок в комнате: бутылки сами собой складывались в корзину, крошки исчезали, а разбросанные вещи аккуратно развешивались в шкафу. Клаус, ворча, выпил зелья. Через минуту его лицо порозовело, глаза прояснились, и он наконец сел на кровати. — Слушай сюда, — начала Кассиопея, скрестив руки на груди. — Во‑первых, если ещё раз выпьешь что‑то подобное перед важным событием, отец об этом узнает. Во‑вторых, хватит приводить сюда девушек. Мы здесь всего неделю, учёба ещё не началась, а ты уже успел устроить тут что‑то вроде гарема — я насчитала как минимум пятерых разных барышень. В‑третьих, сейчас же одевайся — через двадцать минут собрание у декана. И если ты опять заставишь меня краснеть перед профессором Снейпом, я лично превращу твою метлу в швабру. Клаус встал напротив Кассиопеи — их разделяло всего около пятнадцати сантиметров. Он был почти такого же роста, как сестра, и в профиль их черты казались почти идентичными. Близнецы были очень похожи друг на друга — что неудивительно для двойняшек. Отличались они полом, цветом волос (у Клауса — иссиня‑чёрные, у Кассиопеи — белоснежные) и чуть‑чуть — цветом глаз. Обычно у Клауса они были иссиня‑чёрными, а у Кассиопеи — с серебристым отливом, как утренний туман. Сейчас в глазах Клауса плясал дерзкий смех, а в глазах Кассиопеи читалось ледяное спокойствие. Ничего не ответив, Кассиопея взяла палочку и слегка ткнула ею брата в живот. Клаус согнулся от внезапного покалывающего ощущения и тут же выпрямился, подняв руки в знак капитуляции. — Ладно‑ладно, сестрёнка, — усмехнулся он. — Иду одеваться. Но должен заметить, что методы воспитания у тебя… своеобразные. — Зато эффективные, — отрезала Кассиопея, бросив ему чистую мантию. — Поторопись. У нас ещё много дел. Пока Клаус неохотно натягивал форму, Кассиопея подошла к окну. За стеклом раскинулся осенний Хогвартс: деревья вдоль дорожек уже окрасились в багряно‑золотые тона, а над Чёрным озером висел лёгкий туман. — Кстати, — бросила она через плечо, — сегодня после обеда собрание старост. Профессор Снейп предупредил, что будут распределять дежурства на первый месяц. И я не хочу, чтобы ты опять пытался спихнуть свою смену на кого‑то другого. — Да ладно тебе, — проворчал Клаус, застёгивая мантию. — Я вполне могу дежурить. Просто предпочитаю делать это… в компании. Кассиопея резко развернулась: — В компании? Опять? Клаус, мы не для того получили эти посты, чтобы превращать их в повод для вечеринок! Брат лишь ухмыльнулся: — Ой, да не кипятись. Я буду паинькой. Обещаю. Девушка скептически приподняла бровь, но решила не развивать тему. — Пошли, — вздохнула она. — Если опоздаем, Снейп с нас шкуру спустит. И на этот раз я тебя прикрывать не стану. Они вышли из комнаты, и тяжёлые дубовые двери захлопнулись за ними, оставляя позади следы ночного веселья — теперь уже аккуратно убранные. *** Близнецы спустились по винтовой лестнице шестого этажа — Кассиопея шла впереди, уверенно и стремительно, Клаус следовал за ней, всё ещё потирая место укола. — Знаешь, — пробормотал он, — иногда мне кажется, что ты родилась с палочкой в руке и списком правил в голове. — А мне кажется, — не оборачиваясь, ответила Кассиопея, — что ты родился с метлой в руках и списком девушек в кармане. Клаус рассмеялся, но тут же осёкся — они как раз подошли к массивным дверям Большого зала. Изнутри доносился гул голосов, аромат свежеиспечённых булочек и кофе. Кассиопея поправила мантию и вошла первой, держа спину прямо и высоко подняв голову. Клаус, вздохнув, последовал за ней. Слизеринский стол встретил их сдержанными кивками. Старосты других факультетов уже заняли свои места: от Гриффиндора — серьёзная девушка с рыжими волосами, от Рейвенкло — высокий юноша с книгой в руках, от Хаффлпаффа — улыбчивый парень с веснушками. Кассиопея села во главе стола Слизерина, рядом с деканом Снейпом. Клаус плюхнулся напротив, тут же потянувшись к блюду с тостами. — Доброе утро, мисс Лестрейндж, мистер Лестрейндж, — холодно произнёс Снейп, не поднимая глаз от пергамента. — Надеюсь, вы оба осознаёте важность сегодняшнего собрания. — Конечно, профессор, — вежливо ответила Кассиопея. — Мы готовы к выполнению своих обязанностей. — Охотно верю одной из вас, — Снейп скользнул взглядом по Клаусу, который как раз пытался незаметно подлить себе тыквенного сока из графина. — Мистер Лестрейндж, надеюсь, ваша спортивная форма не пострадала от… ночных развлечений? Клаус поперхнулся соком. Кассиопея незаметно пнула его под столом. — Н-нет, профессор, всё в порядке, — прокашлялся Клаус. — Я в отличной форме. Квиддич — прежде всего. Снейп скептически приподнял бровь, но ничего не сказал. Собрание началось. Профессор Макгонагалл, ведущая встречу, раздала расписание дежурств. Кассиопее достались вечерние смены по вторникам и четвергам, Клаусу — утренние патрули по понедельникам и средам. — И ещё одно, — добавила Макгонагалл. — В этом году мы вводим новую традицию: совместные дежурства старост разных факультетов. Это должно укрепить межфакультетское взаимодействие. Мисс Лестрейндж, вы будете патрулировать с мистером Поттером из Гриффиндора. Мистер Лестрейндж — с мисс Браун из Рейвенкло. Клаус едва не уронил чашку. Кассиопея тоже удивилась, но быстро взяла себя в руки. — Профессор, — осторожно начала она, — не будет ли это… сложно? Слизерин и Гриффиндор… — Именно поэтому, — твёрдо сказала Макгонагалл. — Пора менять старые предрассудки. Это приказ директора. После собрания близнецы вышли в коридор. — Поттер? — скривился Клаус. — Серьёзно? Да он же меня ненавидит! — Не больше, чем ты его, — парировала Кассиопея. — Но приказ есть приказ. И знаешь что? Может, это к лучшему. Нам всем пора научиться работать вместе. — Легко тебе говорить, — буркнул брат. — Тебе всего лишь с Поттером, а мне с Браун. Она же зануда! Вечно со своими книгами. Кассиопея рассмеялась: — Зато она умная. Может, чему‑нибудь тебя научит. Например, не пить виски перед важными событиями. — Ладно, ладно, — поднял руки Клаус. — Сдаюсь. Но если она начнёт читать мне лекции о морали, я тебя позову на помощь. — Договорились, — улыбнулась Кассиопея. — А теперь пошли, у нас ещё трансфигурация через двадцать минут. И смотри не засыпай на лекции — я тебя будить не стану. Они направились к классу, продолжая подшучивать друг над другом. Несмотря на все разногласия, близнецы знали: в трудную минуту они всегда прикроют друг друга — как и положено настоящей семье. Хотите, я продолжу историю или раскрою