Эпилог
20 апреля 2026 г., 18:20
Эпилог 1
Дилан
Два месяца спустя.
«Не говори мне. Ты не знаешь, чем заняться в Вегасе, потому что тоже никогда не брал отпуск?» Я растянулся на огромной кровати, просматривая сообщения от Леннокса о встрече позже.
«Что?» — спросил Гэл, глядя на меня. «Нет, не совсем». Гэл что-то делал на своем телефоне, держа его под таким углом, что я не мог видеть экран. С любым другим парнем я бы заподозрил неладное, но Гэл был... Гэлом.
«Ты очень сосредоточен на этом телефоне. Ты же не собираешься заводить еще одного кота?» — спросил я.
«Что? Нет!» — он нахмурился. «Подожди, а хозяин разрешит нам завести двух кошек? Интересно, как Бекон к этому отнесется».
Мы были официально парой уже восемь недель, но он все еще находил способы заставить мое сердце биться чаще от предвкушения и легкого страха. Поездка в Лас-Вегас была идеей Сайласа — отдых для всей команды мотоциклетного клуба в пятилетнюю годовщину основания коллектива.
И, к моему удивлению, несколько случайных друзей тоже были приглашены присоединиться к нам, в том числе мой младший брат, который теперь был постоянным членом, хотя он все еще не умел ездить на мотоцикле. Сестры Гэла тоже поехали: Лив, потому что она была частью клуба, и Марисоль, потому что она не могла устоять перед бесплатным проживанием в отеле.
Даже Гэла удалось уговорить взять несколько дней отпуска. Он постепенно начинал лучше находить баланс между работой и личной жизнью. И, конечно, он привез с собой Бекона.
Часть меня беспокоилась, что он вот-вот проснется и поймет, что я не стою таких хлопот.
«Итак, Вегас. Пойдем на шоу? Заглянем в казино?»
«Ага», — отвлеченно ответил Гэл.
«Что ты там делаешь?» — спросил я, подозрительно глядя на него, пока он улыбался, глядя в свой телефон.
Гэл поднял глаза, и на его лице появилась озорная улыбка. «Ничего важного».
«Чушь». Я поднялся на локтях. «Ты прилип к этому устройству с тех пор, как мы вернулись с ужина».
Он заблокировал экран и бросил телефон на тумбочку, перевернув его экраном вниз, с преувеличенной невинностью. «Просто строю планы».
«Какие планы?» Вопрос прозвучал резче, чем я хотел, и меня охватил старый страх, который шептал мне в голову параноидальные мысли.
«Хорошие планы». Гэл подошел к кровати и поцеловал меня в лоб, и этот поцелуй был одновременно успокаивающим и раздражающе неопределенным. Я напомнил себе, насколько Гэл был благоразумным и легкомысленным.
Как сильно он меня любил.
В этот момент Бекон прыгнул на кровать, его пухлое рыжее тело приземлилось с мягким стуком, а затем он растянулся на белоснежном пуховом одеяле, как будто он был хозяином этого места. Он с поразительной легкостью приспособился к жизни в отеле, относясь к каждой новой комнате как к своему личному королевству.
«Он чувствует себя как дома», — сказал я, почесав Бекона за ушами. Кот громко заурчал, наклонившись ко мне с беззастенчивым удовольствием.
Гэл улыбнулся. «Помогает то, что ты купил ему кошачий домик. Для гостиничного номера».
Я покраснел, глядя на кошачий домик в углу. «Это просто практично».
«Да, двухметровый кошачий домик — это суперпрактично. Особенно когда мы приехали на мотоциклах».
«Если ему понравится, мы придумаем, как отвезти его домой. Если нет, то отдадим в местный приют. В любом случае, он не царапает мебель. Это экономит деньги на залоге за ущерб».
«Точно», — сказал Гэл, глаза его заблестели. «Залог за ущерб. Ты совсем не беспокоишься о том, будет ли Бекон счастлив?»
«Он кот, Гэл. Почему я должен беспокоиться о его счастье?»
«Так... ты гладишь его, потому что...»
Я посмотрел на свою руку, которая каким-то образом бессознательно оказалась на особом месте Бекона — на его шее.
«Ладно. Мне нравится Бэкон. Доволен?»
Гэл просиял. «Ты его любишь. Так же, как любишь меня!» Он наклонился и страстно поцеловал меня.
Я сглотнул. Восемь недель мы официально вместе, просыпаемся в объятиях друг друга, строим планы на будущее в Денвере, а часть меня все еще не может поверить, что это реально.
«Нам, наверное, пора собираться», — сказал я, сменив тему, пока эмоции не взяли верх. «Эйден уже два раза писал, спрашивая, где мы».
«Минутку». Гэл подошел к шкафу и вытащил две пары шорт. «Какие мне надеть сегодня вечером?»
Я сел, ожидая увидеть его обычные спортивные шорты или, может быть, черные, облегающие бедра. Вместо этого он поднял в одной руке джинсовые шорты, а в другой — самые крошечные розовые шорты, которые я когда-либо видел.
«Откуда, черт возьми, они взялись?»
Гэл улыбнулся, осмотрел рваные джинсовые шорты, а затем поднял розовые. «Лив помогла мне с покупками. Она сказала, что мне нужно купить более яркую одежду, чтобы влиться в дух Вегаса». Он повернулся, показав мне свою идеальную задницу пожарного, и оглянулся через плечо с многозначительной улыбкой. «Она была права?»
«Розовые, определенно розовые».
Улыбка Гэла стала еще шире. Он повернулся ко мне лицом, положил шорты и одним плавным движением снял футболку. Его мускулы играли под золотистой кожей, когда он потянулся к пряжке ремня, не отрывая от меня взгляда.
«Ты смотришь», — сказал он.
«Ты раздеваешься».
«Просто переодеваюсь для клуба». Он спустил джинсы по ногам, обнажив черные боксеры, которые облегали каждый идеальный изгиб. Он вышел из джинсов, взял розовые шорты, надел их и подтянул до бедер.
Я не мог отвести от него глаз, пока он застегивал шорты. Они оказались даже меньше, чем я думал — обтягивали его бедра, облегали задницу, а край едва прикрывал изгиб, где идеальная задница встречалась с мускулистыми бедрами. Он повернулся, и я застонал от этого вида.
«Черт, Гэл». Я поднялся с кровати и тремя быстрыми шагами подошел к нему. Я засунул руки в задние карманы этих смешных шорт и притянул его к себе. «Ты не можешь носить это на публике».
«Почему?» Он выдвинул бедра вперед, прижавшись к моей очевидной эрекции.
«Потому что меня арестуют за непристойное поведение на публике, когда я нагну тебя над ближайшей ровной поверхностью и трахну эту очаровательную задницу». Я сжал его задницу через тонкую ткань, и он заерзал.
«В том-то и дело». Гэл наклонился, его губы коснулись моего уха. «Хотел, чтобы ты всю ночь думал о том, как меня трахнуть».
«Всю ночь? Или прямо сейчас?» Я развернул его и толкнул к кровати, прижимая лицом вниз. Бекон недовольно зарычал и спрыгнул, найдя новое место на кошачьем дереве. Я стянул крошечные шорты, чтобы обнажить его задницу. «Бля, посмотри на себя».
Гэл прижался ягодицами ко мне, повернув лицо в сторону на матрасе, выгнув спину и подняв свою милую задницу в воздух, как маленькая шлюшка. «Я думал об этом весь день. Поездка на твоем мотоцикле почти доконала меня».
Я нащупал смазку в сумке рядом с кроватью, чуть не опрокинув все в спешке. Мой телефон снова зазвонил — Эйден, Кэш или Леннокс интересовались, где мы, — но я проигнорировал его, сосредоточившись полностью на виде Гэла, раскинувшегося передо мной.
«Лучше подготовить тебя как следует», — сказал я, смазывая пальцы.
Гэл засмеялся, звук был низким и грязным. «Уже подготовлен».
Конечно, он это сделал. Я просунул палец между его ягодицами, чтобы убедиться, и обнаружил, что он уже скользкий и открытый. Мысль о том, что он сам подготовился, растягивая свою дырочку, думая обо мне, чуть не заставила меня кончить в штаны, как подросток.
Я расстегнул джинсы и спустил их настолько, чтобы освободить свой член. «Ты такой чертовски идеальный».
Я быстро смазал себя, а затем прижал головку своего члена к его входу. Он оттолкнулся назад, принимая меня одним плавным движением, которое заставило нас обоих задыхаться. Его тесная теплота обволакивала меня, это было так восхитительно, что мне пришлось сделать паузу, чтобы не кончить сразу.
«Двигайся», — потребовал Гэл, покачивая бедрами. «Мне нужно, чтобы ты меня трахнул, Дилан».
Я схватил его за бедра и дал ему то, что он хотел, установив темп, при котором изголовье кровати стучало по стене. Каждый толчок вырывал из него звуки, которые я хотел записать и воспроизвести, когда мне нужно было напомнить себе, что этот невероятный мужчина хотел меня — всего меня, включая хаос и накал страстей.
Мой телефон снова зазвонил на тумбочке, но мне было все равно. Все, что имело значение, — это Гэл: его твердое тепло под мной, то, как он отвечал на каждый толчок, его легкое прерывание дыхания, когда я попадал в нужное место.
«Прикоснись к себе», — приказал я, наклонившись, чтобы прижать свою грудь к его спине. «Хочешь кончить на моем члене?»
Гэл застонал, перенеся вес, чтобы дотянуться до себя. Я почувствовал, как его рука обхватила член — все его тело напряглось, а его дырочка сжалась вокруг меня так, что за моими веками взорвались звезды.
«Бля, Дилан, я почти кончил», — задыхаясь, прошептал он хриплым, отчаянным голосом. «О боже, я так люблю твой член в себе».
«Кончи для меня», — подбодрил я его, ускорив темп, входя в него сильнее, глубже. «Позволь мне почувствовать тебя».
Его тело напряглось под моим, и он издал прерывистый стон, когда кончил. Ритмичные пульсации его задницы вокруг моего члена довели меня до предела вместе с ним. Я погрузился в него по самые яйца, опустошаясь внутри него со стоном, который я заглушил, прижавшись к его плечу.
Мы долго лежали так, оба восстанавливая дыхание. Я нежно целовал его шею, изгиб его плеча, переполненный нежностью, которая всегда следовала за нашими самыми бурными моментами.
«Итак, — сказал Гэл, когда я наконец вышел из него, — розовые шорты были хорошим выбором?»
Я рассмеялся, падая на кровать рядом с ним. «Еще бы». Я потянулся за телефоном, морщась от множества сообщений от наших друзей. «Наверное, нам стоит сообщить им, что мы опоздаем».
Гэл взглянул на беспорядок, который мы устроили на кровати и с собой, и улыбнулся. «Это того стоило».
Я притянул его к себе, чтобы поцеловать, нежно и сладко после нашего бурного секса. «С тобой всегда стоит того».
И в этот момент, когда тело Гэла согревало мое, а Бекон довольный мурлыкал на своем кошачьем домике, я почти поверил, что это счастье может длиться вечно — что я могу иметь его, не опасаясь, что все закончится.
«Я люблю тебя», — сказал он, как будто это было так просто, так прямолинейно.
Мы быстро прибрались, и после секса все казалось сказочным и мягким. Гэл настаивал на том, чтобы надеть эти смешные розовые шорты, несмотря на мои нерешительные протесты. По правде говоря, мне нравилось то чувство владения, которое пронзало меня, когда я знал, что все будут смотреть на него, зная, что он идет со мной домой. Он натянул на голову свободную майку, ткань которой свисала по бокам, открывая вид на его пресс, когда он двигался. Я не мог отвести от него взгляд, не мог поверить, что этот греческий бог любит меня в ответ.
«Готов?» — спросил Гэл, суя кошелек в задний карман, что было настоящим подвигом, учитывая, насколько узкими были эти шорты.
Я закончил надевать свою одежду — черные джинсы и фиолетовую майку из сетки, которая подчеркивала мои татуировки. «Готов. Хотя Эйден нас убьет за опоздание».
Гэл проверил свой телефон и ухмыльнулся. «Нет. Он в курсе. У нас есть время для одной остановки».
«Еще одна остановка? Гэл, они ждут уже больше часа».
Он пересек комнату и поцеловал меня, глубоко и страстно, одним плавным движением лишив меня дыхания и возможности возразить. «Доверься мне», — прошептал он, прижавшись к моим губам. «Это важно».
Я вздохнул, притворяясь раздраженным, хотя мое сердце билось в предвкушении. «Ладно. Одна остановка».
Вегас-Стрип сиял огнями на фоне темнеющего неба, когда мы вышли из отеля. Воздух был наэлектризован, заряжен возможностями и коллективной энергией тысяч людей, ищущих новых острых ощущений. Гэл крепко держал меня за руку, когда мы пробирались через толпу, а его большой палец бессознательно поглаживал мои костяшки, от чего меня пронизывало тепло.
«Куда мы идем?» — спросил я в третий раз, получив в ответ загадочную улыбку от моей семьи. «Серьезно, это какой-то стриптиз-клуб с сюрпризом? Потому что я не уверен, что хочу видеть, как тебе танцует на коленях какой-нибудь смазанный маслом парень, похожий на пожарного».
Гэл рассмеялся, его смех был богатым и наполненным. «Даже близко не то».
Он провел меня мимо казино и туристических ловушек, целенаправленно пробираясь через толпу. Я заметил, что он постоянно проверял свой телефон, как будто координировал что-то или следил за временем. Мой живот затрепетал от смеси волнения и беспокойства — после многих лет неудачных отношений часть меня все еще ждала катастрофы, ждала, что он поймет, что я все-таки не тот, кого он хочет.
Мы свернули на более тихую боковую улицу, и Гэл остановился перед солидным, непримечательным кирпичным зданием. Я посмотрел на вывеску и замер, сердце забилось в груди.
БЮРО РЕГИСТРАЦИИ БРАКОВ.
«Гэл?» Мой голос прозвучал сдавленно, едва слышно из-за шума крови в ушах.
Он повернулся ко мне, его выражение лица из игривого стало уязвимым, и у меня защемило в груди. «Я знаю, что все происходит слишком быстро», — сказал он, засунув руку в карман. «Но я хочу на тебе жениться».
Я смотрел на него, не в силах произнести ни слова, пока он доставал из заднего кармана своих коротких шорт маленькую бархатную коробочку. Он открыл ее, и я увидел два одинаковых кольца — гладкие вольфрамовые кольца с тонкой фиолетовой линией по центру.
«Здесь? Сейчас?»
Он усмехнулся, оглянувшись через плечо, и его щеки покраснели. «Теперь я понимаю, почему это было так странно. Я просто подумал, что это будет романтичное место для предложения».
«Ах».
«О боже. Дилан, ты меня убиваешь. Выходи за меня?» — спросил Гэл, его голос был твердым, несмотря на неуверенность, мелькнувшую в его глазах. «Я имел в виду то, что сказал раньше. Я хочу всего с тобой, Дилан. Я не хочу тратить ни одного дня, пока ты не станешь официально моим. Мы можем спланировать любую свадьбу, какую ты захочешь. Не торопиться или сбежать. Я имею в виду, главное, чтобы ты сказал «да».
Я почувствовал, как слезы подступают к глазам, а радость взрывается в груди так сильно, что становится почти больно. Я бросился к нему, чуть не выбив коробку из его рук, когда прижался губами к его губам. Он подхватил меня, удерживая нас обоих, как всегда, и смеясь, прижавшись ко мне губами.
«Это значит «да»? — спросил он, когда мы отстранились друг от друга, оба дыша тяжело.
«Конечно, да». Я снова поцеловал его, страстно и отчаянно, вложив в этот поцелуй всю свою любовь. «Да, да, тысячу раз да».
Улыбка Гэла могла бы осветить всю улицу. Он взял меня за руку, поцеловал мою ладонь и потянул к входу. «Хорошо». Он глубоко вздохнул. «Хорошо! Мы поженимся!»
Несколько человек посмотрели в нашу сторону.
Щеки Гэла стали еще розовее. «Не сразу», — сказал он окружающим. «Через несколько месяцев или что-то в этом роде. Опять же, я понимаю, что это было странное место для предложения. Просто подумал, что это будет круто смотреться на фото в соцсетях».
«А что, если мы сделаем это прямо сейчас?» — прошептал я, глядя на него. «В смысле, мы же в Вегасе. Здесь так делают, верно? И твои сестры здесь, мой брат. Ребята из мотоциклетного клуба. Будет целая вечеринка».
«Что?» — спросил Гэл, широко раскрыв глаза.
Я снова поцеловал его. «Я не хочу ни минуты больше жить без брака с мужчиной, которого люблю».
Его щеки стали еще розовее, когда он прижал меня к себе и ответил на поцелуй с такой же страстью, как и я. Затем он отстранился и внимательно посмотрел мне в лицо. «Ладно. Ладно, давай сделаем это!»
«Черт возьми. Мы поженимся?»
«Мы поженимся!» — сказал он, улыбаясь мне.
Реальность Бюро регистрации браков ударила нас как ведро холодной воды. Интерьер был освещен флуоресцентными лампами и напоминал государственное учреждение, с романтикой автоинспекции. Длинная очередь пар извивалась по комнате — туристы в яркой одежде, местные в повседневной одежде, все с одинаковым выражением волнения и нетерпения на лицах.
«Ну, это разочаровывает», — сказала я, когда мы заняли место в конце очереди.
Гэл сжал мою руку. «Стоит подождать».
Я прислонился к нему, пытаясь справиться с вихрем эмоций. Мы собирались пожениться. Я, Дилан Ким, парень, о котором все говорили, что он слишком много требует, слишком эмоционален, слишком требователен — я нашел человека, который хотел быть со мной навсегда. Эта мысль была настолько ошеломляющей, что я едва мог дышать.
«Эй», — Гэл поднял мой подбородок, глядя мне в глаза. «Ты передумал?»
«Нет», — быстро и честно ответил я. «Просто... переживаю. Это же реально, да? Ты действительно этого хочешь? Хочешь меня? Навсегда?»
Он переплел наши пальцы, его взгляд был таким твердым и уверенным, что успокоил меня. «Я никогда в жизни ничего так сильно не хотел. Я без ума от тебя, Дилан. От каждой хаотичной, прекрасной части тебя».
Уверенность в его голосе, непоколебимая любовь в его глазах — это заполнило все трещины и пустоты внутри меня, которые я пытался залатать в течение многих лет. Я открыл рот, чтобы сказать ему об этом, чтобы излить свою душу прямо там, в стерильном правительственном офисе, когда знакомый голос прорезался сквозь фоновый шум.
Это было беспорядочно, неидеально и полностью, абсолютно похоже на нас.
«Я люблю тебя», — сказал я ему, не заботясь о том, кто слышит или видит. «Так чертовски сильно».
Улыбка Гэла смягчилась, его глаза сморщились в уголках так, что мое сердце забилось чаще. «Тогда хорошо, что ты выходишь за меня замуж».
Очередь потихоньку продвигалась, и я прижался к Гэлу, положив голову ему на плечо. Впервые в жизни я не чувствовал ничего лишнего, ничего слишком интенсивного, ничего лишнего. Я просто чувствовал, что нахожусь там, где мне и положено быть.
Эпилог 2
Гэл
Неоновые огни Лас-Вегаса расплывались вокруг нас, когда я вел Дилана прочь от бюро регистрации браков, его рука была теплой и крепкой в моей. Сердце колотилось в груди. Мы рассказали Марисоль, Лив, Лукасу и остальным о нашем решении, и они уже ждали нас в маленькой круглосуточной часовне Элвиса, расположенной в трех кварталах отсюда.
Дилан все еще не догадывался, что его ждет — он думал, что после получения лицензии мы сразу пойдем в клуб, — но я планировал это уже несколько недель, договариваясь со всеми за его спиной, чтобы этот вечер был идеальным. Белая фата, засунутая в мой задний карман, слегка шуршала, когда мы шли, и я с трудом сдерживал улыбку, представляя, как она будет смотреться в сочетании с моими смешными розовыми шортами.
«Не могу поверить, что мы действительно это делаем», — сказал Дилан, сжимая мою руку. «Куда мы теперь идем? Клуб в противоположном направлении».
Я потянул его за угол, заметив светящуюся вывеску часовни впереди. «Лив нашла нам идеальное место».
«Серьезно?»
«Я написал им, пока мы стояли в очереди. Все ждут внутри».
Двери распахнулись, и Дилан замер на месте. Небольшая часовня была заполнена нашими друзьями и родными, все были одеты в разные наряды, подходящие для клубов Лас-Вегаса. Лив и Марисоль улыбались нам из первого ряда, а Бекон величественно сидел на коленях у Лив с маленьким белым цилиндром между ушами. Мы смотрели, как он махал лапой, сбивая цилиндр в сторону, и сразу же начинал жевать его поля. Даже родители стояли впереди, вытирая глаза.
«Как...» Дилан сжал мою руку так, что стало больно. «Как ты это сделала?»
«Групповое сообщение. Рейсы из Денвера были быстрыми для тех, кто еще не был здесь. И пришлось долго ждать в очереди». Я подмигнул Сайласу, который помог скоординировать прибытие всех гостей.
Дилан оглядел комнату и остановил взгляд на своем брате Лукасе, который неловко стоял рядом с Ленноксом. Оба выглядели немного неловко, но счастливо.
Прежде чем он успел ответить, подошла Марисоль, с ужасом и удивлением глядя на мой наряд. «Серьезно, Гэл? Розовые шорты и фата?»
«Ему нравятся шорты». Я повернулся, давая Дилану возможность полюбоваться моей задницей в обтягивающей ткани.
Дилан издал сдавленный звук, его щеки покраснели. «Может, нам стоило зайти переодеться?
«Нет». Я произнес звук «т», чувствуя себя безумно счастливым. «Именно так я и хочу жениться. Выглядя чертовски сексуально, чтобы ты не мог отвести глаз от моей задницы».
Эйден подбежал, таща Кэша за руку. «Эти двое меня понимают! Посмотри на лицо Кэша каждый раз, когда я наклоняюсь в этих шортах». Он указал на свои обтягивающие шорты, хотя его были из более приемлемого денима по сравнению с моими неоново-розовыми.
Кэш оставался невозмутимым, но его уши явно покраснели.
«Не могу поверить, что вы все здесь», — сказал Дилан, голос его задрожал от эмоций, когда Маркус и Сайлас подошли к нам.
Мама Дилана подошла с его папой. Ее взгляд метнулся к моим шортам, а потом быстро вернулся к моему лицу. «Главное, чтобы вы, ребята, были счастливы. Твои родители не смогли прийти, Гэл?»
«Они будут смотреть видео из места своих последних исследований в Южной Америке», — сказала Лив.
Дилан посмотрел на меня, его глаза наполнились слезами. «Я никогда не был счастливее».
Двери часовни снова открылись, и импровизированный Элвис — наш священник — вошел, его белый комбинезон блестел под безвкусной люстрой. «Готова ли пара к святому браку?»
Я кивнул, не в силах говорить из-за комка в горле. Это действительно происходило.
Мы заняли свои места впереди часовни, лицом друг к другу, а Элвис начал свою речь о нежной любви и о том, что никогда не нужно покидать друг друга в «Heartbreak Hotel». Я почти не слышал слов, слишком сосредоточившись на лице Дилана — на том, как его глаза не отрывались от моих, на легком дрожании его рук, когда он держал меня за руку.
Когда пришло время клятв, я глубоко вздохнул и произнес наизусть слова, которые репетировал несколько дней.
«Дилан Ким, с того момента, как ты посадил меня на свой мотоцикл, я понял, что у меня проблемы. Ты был громким, хаотичным и настолько чертовски красивым, что смотреть на тебя было больно. Я пытался убедить себя, что ты просто помогаешь мне разобраться в себе, но на самом деле ты помогал мне найти себя. Ты видишь меня — всего меня — и каким-то образом все равно любишь. Твоя страсть, твоя энергия, твое сердце... они не чрезмерны. Они именно то, что мне нужно. То, что я хочу навсегда».
Я сжал его руки, чувствуя, как они дрожат в моих.
«Я обещаю быть твоим безопасным пристанищем, когда мир станет слишком шумным. Я уравновешу твой хаос спокойствием, твои сомнения уверенностью. Я никогда не позволю тебе забыть, насколько ты идеален, именно таким, какой ты есть. И я всегда буду носить смешные шорты, которые заставляют твой мозг зависать, когда тебе нужно напомнить, что ты — мой идеал. Всегда».
Дилан смеялся сквозь слезы, все его тело дрожало. Когда настала его очередь, он открыл рот, но ничего не смог сказать. Он попробовал снова, задыхаясь от рыданий.
«Прости», — наконец произнес он, вытирая глаза. «Я не могу... Я не могу ясно мыслить».
«Не торопись, дорогой», — сказала его мама из первого ряда.
Дилан кивнул, вздохнул, дрожа. «Гэл. Черт. Я так тебя люблю. Ты самый милый парень, которого я когда-либо встречал, и я до сих пор не могу поверить, что ты хочешь меня. Что ты выбираешь меня. И я, эм. Я не знаю. Я просто хочу, чтобы мы были счастливы вместе. Чтобы ты улыбался каждый день, даже когда твоя работа тяжелая или отнимает все время».
Он остановился, вытирая слезы. «Я обещаю верить в тебя. Доверять тебе. Навсегда».
Элвис прочистил горло, явно растроганный. «Кольца?»
Кэш шагнул вперед и вложил два кольца в мою ладонь.
Мы обменялись кольцами, мои пальцы неловко дрожали от эмоций. Когда Элвис официально объявил нас мужем и мужем, Дилан бросился ко мне и почти сбил меня с ног, когда поцеловал меня. Наши друзья и родные взорвались аплодисментами и овациями, а я обнял своего мужа, слегка приподняв его над землей.
Мой муж. Дилан был моим мужем.
«Не могу поверить, что ты все это устроил», — прошептал он, прижавшись к моим губам.
«Поверь». Я осторожно опустил его на землю. «А теперь, насчет того клуба...»
Все, кроме родителей Дилана, решили присоединиться к нам, и вся компания высыпала на улицу и направилась к клубу, как какая-то парадная процессия. Я крепко обнял Дилана за талию, не в силах перестать прикасаться к нему, не в силах поверить, что это реально.
В клубе музыка пульсировала сквозь нас, когда мы заняли часть танцпола. Дилан обнял меня за шею, прижимаясь ко мне, когда мы двигались вместе.
«Мой муж», — сказал он, пробуя это слово. «Мой чертов муж».
«Звучит неплохо, правда?» Я развернул его, прижав его спину к своей груди, пока мы танцевали.
Ночь растворилась в тумане музыки, смеха и украденных поцелуев. Спустя несколько часов, потный и измотанный, но слишком счастливый, чтобы об этом заботиться, я почувствовал, как кто-то похлопал меня по плечу. К мне наклонился высокий парень с идеальными зубами и дорогим одеколоном.
«Могу я купить тебе выпить?» — крикнул он, перекрывая музыку.
Я улыбнулся, крепче обняв Дилана и подняв левую руку, на которой новое кольцо сверкало в свете. «Извини, я только что женился. На этом парне».
Лицо парня омрачилось, но я едва это заметил. Я был слишком занят, наблюдая, как выражение лица Дилана преобразилось в чистую, неприкрытую радость.
«Точно», — сказал Дилан, схватив меня за лицо и притянув к себе для поцелуя, от которого у меня перехватило дыхание. «Теперь он официально мой».
Я засмеялся, прижавшись к его губам, зная, что я был его с самого начала.
Эпилог 3
Гэл
Что-то мягкое, но настойчивое ударило меня по щеке, вытащив из глубокого сна. Я вздохнул и попытался зарыться поглубже в теплый кокон из одеял и рук Дилана, обнимавших меня за талию. Удары продолжались, теперь уже более решительные, маленькая лапка с нарастающим раздражением била меня по лицу. Я приоткрыл один глаз и увидел рыжую морду Бекона в нескольких сантиметрах от моего лица, его зрачки были огромны в полутемной гостиничной комнате. Еще один удар, на этот раз с слегка вытянутыми когтями — предупредительный выстрел.
«Я встаю, я встаю», — пробормотал я, морщась от боли, когда пошевелился. Каждая мышца в моем теле протестовала, приятно боля от действий в брачную ночь. Моя задница болела так, что я точно вспомнил, сколько раз Дилан объявлял меня своим мужем. Своим мужем. Эта мысль все еще вызывала искры радости в моей груди.
Бекон громко мяукнул, настойчиво толкая меня лапой в нос.
«Отвали, кот», — пробурчал я без злости. «Я пытаюсь провести романтическое утро вместе с ним»
Бекон остался равнодушным к моей просьбе, его глаза сузились, и он приготовился усилить атаку. Вздохнув, я осторожно выбрался из объятий Дилана. Мое голое тело сразу покрылось мурашками в переохлажденной кондиционером комнате. Я схватил первую попавшуюся одежду — брошенную Диланом майку от прошлой ночи — и натянул ее на себя. Она едва прикрывала мою задницу, но подошла для быстрой миссии по кормлению кота.
Я прошел на другую сторону гостиничного номера, где мы поставили миски с едой и водой для Бекона. Я открыл несколько банок, весело насвистывая, пока готовил миску Бекона с его специальной смесью, и ругаясь, когда он запутывался между моими ногами, чуть не заставляя меня споткнуться. «Тебе лучше понравиться утка и лосось, привередливый едок».
Он прищурился, глядя на меня.
«Я не буду открывать третью банку! Ты портишь мое утреннее настроение», — сказал я ему, когда он с разбегу бросился на еду. «Я должен просыпаться от нежных поцелуев и признаний в любви, а не от твоей шерстистой лапы, шлепающей меня по лицу».
«Что ты, черт возьми, там делаешь, готовишь полноценный обед?» — спросил Дилан.
Я обернулся и увидел, что он опирается на локоть, волосы торчат во все стороны, простыни собраны вокруг его талии. Утренний свет, проникающий через занавески, отразился от его нового обручального кольца, отбросив небольшую вспышку на стену. При этом виде мое сердце болезненно сжалось.
«Ему нравится определенная смесь», — сказал я. «Тебе лучше узнать об этом сейчас, потому что он довольно требовательный и скоро станет твоим боссом».
«Он будет есть сухие корма с моей подачи»
Я ахнул. «Не могу поверить, что я на тебе женился! Сухие корма? Бекон на такое никогда не пойдет!»
«Ага. В любом случае, давай начнем с поцелуев», — Дилан облизнул зубы и нахмурился. «Но может, после того, как почистим зубы?»
«Конечно, муженек», — сказал я, наслаждаясь тем, как это слово звучит в моем рту.
Лицо Дилана расплылось в улыбке, столь яркой, что она могла соперничать с солнцем Лас-Вегаса. «Муженек. Черт возьми, мы действительно сделали это».
«Да, сделали». Я вернулся к кровати, забрался к нему, не обращая внимания на то, что это движение заставило Бекона поднять голову от еды и осуждающе посмотреть на нас. «И теперь, когда я накормил нашего требовательного повелителя, я готов к супружескому сексу».
«После чистки зубов», — напомнил мне Дилан, доставая свой телефон с тумбочки. «Утреннее дыхание плюс остатки текилы — это не сексуально».
Я смотрел, как он открывает телефон, ожидая, что он положит его обратно, но его выражение лица внезапно изменилось с сонного удовлетворения на сбитое с толку. Он моргнул, глядя на экран, а затем поднял на меня широко раскрытые глаза.
«Гэл», — медленно произнес он. «Ты не помнишь, чтобы вчера вечером с Лукасом и Ноксом происходило что-то странное?»
Я нахмурился, пытаясь вспомнить. Вечер был как в тумане: танцы, выпивка и тайные поцелуи с моим новым мужем в темных углах клуба. «Не помню. Последний раз, когда я их видел, они были у бара. А что?»
Дилан полностью приподнялся, его брови почти дошли до линии волос, когда он пролистывал что-то, похожее на серию текстовых сообщений.
«Потому что Лукас только что написал мне, спрашивая, помню ли я, как он женился. Видимо, он проснулся в постели Нокса с кольцом на пальце и без памяти о том, как это произошло. Он в ванной, судорожно дышит».
Я долго смотрел на него, не говоря ни слова. Потом я так громко и внезапно рассмеялся, что чуть не упал с кровати. «Ты серьезно?»
«Абсолютно серьезно». Дилан повернул свой телефон, чтобы я мог увидеть цепочку все более панических сообщений. «Смотри».
Я схватил телефон и прочитал панические сообщения от Лукаса. Каждое из них заставляло меня хохотать до слез. «Черт возьми. Какая странная пара. Тенденции Нокса к бездумному поведению сводили твоего брата с ума во время уроков по ремонту мотоциклов». Я подражал голосу Лукаса. «На самом деле, исследования показывают...»
«Это не совпадение, они были пьяны», — прервал меня Дилан, разрываясь между ужасом и весельем. «Я не помню, чтобы они были так увлечены друг другом. А ты?»
Я вытер слезы из глаз, пытаясь вспомнить какое-либо взаимодействие между ними. «Они разговаривали в часовне. И, может быть, танцевали вместе в клубе? Но я был очень увлечен своим новым мужем, так что...»
«То же самое». Дилан взял телефон обратно, пролистывая другие сообщения. «Лукас говорит, что последнее, что он ясно помнит, — это то, как он пил с Ноксом после того, как мы ушли. Потом все стало смутным. Он проснулся с кольцом и свидетельством о браке на тумбочке».
Я упал на подушки, и меня снова охватил смех. «Лучшая свадьба в мире. Мы поженились и случайно вдохновили твоего брата сделать то же самое с парнем, который его раздражает».
«Это не смешно», — возразил Дилан, но его губы дрогнули в улыбке. «Лукас в панике. Он никогда в жизни не был импульсивным. Он даже свои исследовательские записи маркирует разными цветами, черт возьми».
«Может, это генетическое». Я притянул его к себе для быстрого поцелуя. «Мужчины из семьи Ким влюбляются быстро и сильно. Наверное, это семейная черта».
Дилан на мгновение смягчился, прежде чем отстраниться. «Я должен ему позвонить. Убедиться, что с ним все в порядке».
«Через минуту». Я обнял его за шею, прижимая к себе. «Сначала скажи мне, что не жалеешь о прошлой ночи. Что жениться на мне в часовне Элвиса, когда я был в шортах и фате, было всем, чего ты когда-либо хотел».
Выражение лица Дилана стало таким нежным, что у меня защемило в груди. «Это было идеально. Ты был идеален». Он прижался лбом к моему. «Даже если это и вызвало весь этот хаос с Лукасом и Ноксом».
«Такова жизнь вокруг мотоциклетного клуба, верно?» — сказал я, улыбаясь ему в губы. «Никогда не бывает скучно».
«Никогда не бывает скучно», — согласился Дилан, а потом отстранился с гримасой. «Но серьезно, сначала почистим зубы, а потом уже займемся чем-то другим. Я чувствую вкус текилы».
Я засмеялся и отпустил его, наблюдая, как он скользит с кровати и направляется в ванную. Утреннее солнце освещало изгиб его ягодиц, подтянутые мышцы спины, кольцо на пальце, когда он тянулся к выключателю. Мой муж. Мой, с которым я просыпаюсь каждое утро, смеюсь над неожиданными свадьбами в Вегасе, чищу зубы перед утренним сексом.
Бэкон запрыгнул на кровать, устроился на теплом месте, которое освободил Дилан, и посмотрел на меня с выражением, которое я мог бы назвать самодовольством.
«Да, да», — сказал я ему, почесав его за ушами. «Ты прав. Мне повезло».
Из ванной Дилан позвал: «Идешь чистить зубы, муженек? У меня есть планы на твоё тело»
Я улыбнулся, отодвинув Бекона в сторону, когда вставал. «С ним жизнь никогда не будет скучной, да, приятель?»
Единственным ответом Бекона было свернуться калачиком посередине кровати, заявляя о своих правах на нее, теперь, когда мы оба встали. Некоторые вещи никогда не изменятся. Я наклонился и почесал ему подбородок.
Дилан заглянул из ванной. «Эта душевая достаточно большая для двоих. Хватит гладить кота, иди погладь своего мужа».
Бекон прищурился, глядя на Дилана.
«Клянусь, он не это имел в виду», — прошептал я, переместившись, чтобы Бекон мог устроиться поудобнее посреди кровати королевского размера.
«Ты по-прежнему мой утренний приоритет. Но, поскольку ты явный ненавистник душа, я могу хотя бы раз уделить немного внимания человеку. К тому же, мы оба знаем, что он одержим тобой. Вспомни, кто купил тебе кошачий домик».
Мы оба посмотрели на огромный кошачий домик, стоящий в углу гостиничного номера, о котором Дилан настойчиво говорил, что он «просто практичен», и организовал, чтобы Маркус отвез его на своем грузовике в лофт в Денвере.
Бекон мяукнул, как будто подтверждая, что он здесь главный, затем облизнул лапу и приступил к утренней гигиене.
«Я обещаю, что никогда не перестану тебя гладить, даже если Дилан требует постоянного внимания. Ты для меня номер один, ладно? Но я его тоже очень люблю, и иногда он хочет заниматься со мной взрослыми делами».
Бекон моргнул мне, затем бросил мне многозначительный взгляд через плечо на дверь ванной, как будто считал меня идиотом. Я последовал за его взглядом, и у меня пересохло во рту.
Дилан ждал у двери, с полотенцем вокруг талии, его мускулы блестели в утреннем солнце. Он выглядел так чертовски хорошо, что это было больно. Его обручальное кольцо отражало свет, золотой блеск на загорелой коже, и мое сердце сделало странный кувырок, и я встал, притянутый к нему, словно силой притяжения.
«Ты закончил со своим главным приоритетом, муженек?» — сказал он, ухмыляясь.
«В общем, ты на втором месте. Это не моя вина, что Бекон чуть-чуть милее тебя».
«Немножко». Смеясь, он взял меня за руку, потянул в ванную, и полотенце соскользнуло настолько, что я забыл все умные вещи, которые собирался сказать. Я покраснел, потому что, конечно, это было естественно, но Дилан только улыбнулся еще шире и потянул меня к себе, чтобы поцеловать, влажный, с мятным запахом и полный обещаний.
«Почисти зубы, а потом тащи свою задницу в душ», — сказал он, шлепнув меня по заднице. «Я присоединюсь к тебе. Я хочу трахнуть своего мужа под этой большой душевой лейкой».
Я засмеялся, чувствуя себя легче, чем за последние годы, и последовал за ним в ванную, оставив дверь приоткрытой на случай, если Бекон почувствует тревогу разлуки.
