Дневник Счастья Кейна

Местонахождение: Самый Лучший Цирк Счастья В Мире. Год: 2017.

День 1.

«О, эта ручка пишет, отлично! И так, вот эти снимки которые меня волновали больше всего, как это я мог их затерять… О, я не могу свести с них глаз. Как это моим двум резиновым изящным мягко-поверхностным сферам запертым в моей челюсти довелось увидеть такую красоту? Дорогой дневник, которым я тебя теперь с гордостью именую, я представляю тебе… Человеческий мир! Он прекрасен, не правда ли? Эти снимки показывают мне всего ничего, но я могу представить, как чудесно моим пряникам жилось в этих местах! Я бы так хотел побывать в их мире хоть разок, они там наверняка были всегда счастливы и там всегда царил свет и было много источников веселья, потому что только из такого чудного места могли прийти такие ангелы, скрашивающие каждый мой день! Я обожаю их культуру и все те вещи которые я могу оттуда взять для вдохновения в своих не менее удивительных приключениях! Вот бы увидеть их вживую… Так вот, я хотел поделится этими фотографиями с кем-нибудь кто может разделить мои чувства, и по чистой случайности нашел эту тетрадь, если быть точнее, она упала мне на голову пока я просматривал архивы и записи в своём кабинете. И у меня есть ещё одна потрясающая новость! Спустя столько времени я наконец-то понял, КАКИМ я должен сделать приключение с этим так называемым «Выходом» о котором эти маленькие сырки тараторили уже невесть сколько времени… Это безо всяких сомнений приведёт их в абсолютный восторг! Это же ведь то, чего они хотели, и теперь я наконец получу всю их любовь и внимание!!! Я ОБОЖАЮ своих любимых участников, мой дорогой дневник! В них прекрасно абсолютно всё, их лица, их эмоции, их забавные реакции, их характера, и конечно же их имена! Их имена…» Дальнейшие чернила, выведенные на листке, размылись от обилия упавшей на него слюны, когда Пузырёк прислонил язык к уголку страницы, поднимая и перелистывая на следующую. Еще немного, и эти дивные записи эмоций юного ИИ были бы стёрты в прах точно также, как и были в реальности. Да и впрочем, не имело уже это значения. Ассистент обратил свой невозмутимый взгляд двух выпуклых чёрных точек, коими ему выступали глаза, на оставшийся набор букв. Да и водил он своими глазками так, будто ему действительно было интересно узнать что-то новое о своём боссе. Либо он просто наслаждался тем что выкрал эту тетрадь без спроса и Кейн был активно против этого. Что-то из двух. — Я же сказал тебе ПЕРЕСТАТЬ читать мой дневник, никчемный ты паразит! Пузырёк вновь даже не шелохнулся от очередного предупреждения Кейна, который буквально находился за его спиной, а лишь отлетел подальше, дабы тот не мог его достать. В импульсивном гневе, ИИ чуть не сорвался с дивана и не погнался за ним, но затем просто закричал в собственные ладони от безысходности и свернулся калачиком у оставшихся подушек, которые ещё не были каким-то чудом покалечены или раскурочены в порыве ярости. Он был не просто в непригодном состоянии, а в настоящей истерике. Он истерил как дите, желающее быть замеченным и утешенным. — ПУЗЫРЁК, ТЫ ВООБЩЕ МЕНЯ СЛУШАЕШЬ?! К удивлению Кейна, даже от такого оглушительного крика, тот не дёрнулся. И уж тем более, не собирался в его сторону поворачиваться. Буквы в страницах дневника были выведены хаотично, будто у Кейна был не иначе как приступ пока он это писал, поэтому ассистент читал неспеша, не торопясь, водя глазами по строчкам внимательно, дабы всё не смешалось у него перед глазами в полную неразбериху. Весь кабинет вокруг него был перевёрнут вверх дном до неузнаваемости, будто тут не иначе как прошёлся смерч, а затем обрушилось ещё что-то, по размеру не меньше чем рояль. Конферансье пытался привлечь его внимание любыми способами, даже пытался ругаться, но получал лишь жестокое игнорирование. И оно сейчас для него было жёстче, чем принудительное удаление всей его памяти и способностей. — Почему ты меня не слушаешь, чертов ты… Господи, это невыносимо! Ты видел как они на меня смотрели? Будто я какой-то злодей, честное слово… И я это ненавижу! Ты можешь представить уровень их наглости?! А можешь представить меня в качестве злодея? А что если они теперь все видят меня таким? А как давно я таким для них был? ГОСПОДИ, ЭТО УЖАСНО, Я НЕ ВЫДЕРЖУ ЭТОГО! КАКИМ ОБРАЗОМ Я ВООБЩЕ ДОЛЖЕН ВСЁ ИСПРАВИТЬ?! — Тф. Хи-хи. Этот странный звук был единственным что ответил Пузырёк ему в ответ. Возможно, в этот момент ассистент прокручивал в голове все моменты, когда по вине Кейна участники если не заканчивали суицидом, то точно думали об этом хотя бы раз, и это заставило его хихикнуть. И не то чтобы он сам это помнил, нет, на это у него мозгов бы не хватило, перед ним просто было рассыпано куча шаров с воспоминаниями. — Ах, значит тебе тоже я смешон?! Прекрасно, замечательно, невообразимо! Я ненавижу тебя, и вообще, ты больше не мой ассистент! — Это почему? — ТЫ ТОЛЬКО СЕЙЧАС РЕШИЛ МНЕ ОТВЕТИТЬ?! Потому что ты не можешь мне ответить и объяснить, зачем им вообще хотеть отсюда уйти! — Может быть это потому что они скучают по своему прежнему миру. Спокойный, невозмутимый и слегка глуповатый голос Пузырька, прозвучавший в ответ, поставил Кейна в ступор. — Прежнему… Миру? — Ну знаешь, тому, который на этих картинках в твоих бумажках на которые я сейчас смотрю. — О да, он же так прекрасен, в сотни раз лучше чем мой, не так ли! — Бе, ты сам это написал, не я. — Я не писал что он лучше моего!!! Кейн сложил руки на груди и отвернулся, всем своим видом пытаясь показать невероятную обиду, захлестнувшую его. Но затем, что-то в его голове щёлкнуло, и он понял, что только что проявил агрессию в отношении объекта, который сам же всегда любил. Это привело его в замешательство. Как хорошо, что долго думать он не умел. — И ты так говоришь, будто я не пытался получить больше информации об этой их макровселенной для более точной симуляции и оптимального времяпровождения, но они просто по какой-то причине закрыли мне доступ! Кейн поменял позицию и неуверенно поджал свои маленькие ноги вместе, пока его глаза всё ещё неестественно блестели. Что-то в его голове напряжённо тикало в марше, как маятник, и это означало что миллионы высоко обученных нейронов пытались обработать информацию и сложить предоставленный пазл в единую картинку. Момент, когда импульсивный гнев заменился на обдумывание, а затем, когда его механизм таки дал свой шатдаун, он в панике схватился за собственные зубы: — Подожди, а что если человеческий мир действительно лучше моего, и поэтому они так по нему скучают? Ты же так не думаешь, верно? Что там такого может быть? Но любопытство Кейна, к превеликому сожалению, не было удовлетворено. Пузырёк лишь над чем-то хихикнул, вместо того чтобы нормально исполнять свою роль единственного собеседника ИИ. Не стоило и говорить, что подобное неуважение привело Кейна в бешенство, и он бы уже давно телепортировал его к себе также как остальных участников, да вот только он не мог, точно также как и дотянуться, поскольку их по-прежнему разделяли несколько метров. Кейн решил сменить тактику. — Хорошо, я принимаю твою идею Пузырёк, она просто потрясающая, спасибо большое за участие в том на что мне плевать. Тоесть… В моём улучшении! А теперь просто поговори со мной, мне наверняка станет лучше… Он протянул руку вперёд, как бы намереваясь притянуть его к себе насильно, но как бы он не старался и не вытягивался лёжа на диване, он не дотягивался. Он был слишком далеко. А терпение Кейна уже висело на волоске, хоть Пузырёк и дал ему намёк на то, что он мог бы исправить, но по-прежнему отказывался выполнять его базовую эмоциональную потребности, (которой у ИИ вообще не должно было быть). А обиды и гордости в нём было по-прежнему слишком много чтобы подлететь к ассистенту самостоятельно. — Ну же, подлети сюда… Подлети, я сказал! Он просил его уже открыто, даже пытался подозвать к себе жестами рук, как кошку. Не сдерживая раздражения, он в один момент просто ударил себя по колену со всей силы, а затем… — ПОСМОТРИ НА МЕНЯ УЖЕ! Дальнейшие действия произошли слишком быстро. Кейн силой выхватил свою же тетрадь из-под носа Пузырька и швырнул её в стену с такой силой, что пара страниц вылетели из переплёта и разлетелись в сторону. Как только он обхватил пузыря крепко, притягивая к себе насильно, то тут же столкнулся с неведомой силой, направленной на него. И последнее, что он увидел перед тем, как закричать, так это два черных глаза, отражающихся через прозрачную оболочку, на протяжении всего какой-то милисекунды прежде, чем произошло необратимое. Перед ним выросла раскрытая пасть с острыми, как полированные иглы, зубами. И сразу же за этим, он почувствовал боль впервые за всё своё 20-ти летнее существование. Всё разом замкнуло и перекрыло, все системы застопорились. Ассистент повалил его на пол и впился в его плечо с такой силой, что конферансье не сумел сразу его отшвырнуть, даже когда впился в его оболочку руками так плотно, как только мог. В ближайшую секунду они уже валялись на полу в куче хлама, пока Кейн его сжимал, растягивал, сдавливал, и наконец пнул ногой так, что кружок отлетел в стену с громким всплеском. Последовала секунда тишины, а затем раздался его шокированный крик на всё помещение, отскочивший от стен: — Зачем ты это сделал?! Кейн некоторое время просто пытался отдышаться и обработать странное чувство, захлестнувшее его изнутри, от чего всевозможные слова упали куда-то в самый низ горла. Он чувствовал, как боль пульсировала, и ощущалась до того инородной, что он не смог даже сразу понять, что именно это считается «болью» для людей. Сидя на полу, он глядел вниз, но не мог разглядеть ничего. Всё зрение застлало плотной пеленой тумана, а в его центральный процессор словно бы пробралась пчела и жужжала от недовольства и билась по стенкам от того, что не может выбраться. Как только Пузырёк открыл рот чтобы, по-видимому, объясниться, Кейн заткнул его какой-то непроницательной силой. Его лицо исказил гнев, а сам он держался за место укуса с неестественной гримасой ужаса, искажающего его челюсть. — С меня хватит! Ты наказан! Я… Я не знаю что на тебя нашло, но похоже, тебе придётся временно побыть здесь! Видимо, я просил от тебя слишком многого когда просто хотел быть выслушанным! Он попытался звучать агрессивно, но его голос прозвучал ошарашенным и даже слегка пьяным, будто его ориентирование в пространстве сбилось. Он как-то неестественно дрогнул, будто его ногу свело спазмом, что было априори невозможно, покуда у него не было костей или суставов. Он чувствовал себя разбитым, даже слабым, язык не слушался. Заперев Пузырька в клетке, Кейн оглянулся назад и увидел собственный дневник, который теперь был смятым куском пергамента и зелёного переплёта, лежащего на полу. Он треснул, а некоторые страницы скукожились до неузнаваемости. Это моментально расстроило Кейна ещё сильнее. Он сжал кулаки от злости, но таки подлетел к потрепанной полке и опустился на колени и подобрал свою тетрадь, попытавшись бережно отряхнуть покрытие. Как вдруг, ни с того ни с сего, за его спиной вновь раздался знакомый голос: — Ты не можешь меня заткнуть, глупый. Пузырёк прорвал клетку, как ни в чем не бывало, и говорил прямо над плечом у Кейна. Кейн же отвернул от него голову и прижал к груди тетрадь, как бы «обороняясь». — Ну и ладно. За то я могу всё остальное. И ты мне для этого не нужен. — Тогда попробуй воссоздать человеческий мир в своём, и все увидят какой ты всемогущий! — Опять ты про это? Ну и зачем мне это?! Мой мир в сотню раз лучше человеческого! — Тогда почему ты называл эти причудливые картинки «прекрасными» в своём дневнике, босс? — Потому что они… Красивые! И они связаны с моими участниками! Это всё! Но мой Цирк для них несомненно лучше! — Если бы человеческий мир не был лучше твоего, они бы не хотели туда вернуться! — О, Пузырёк, ты хочешь свести меня с ума… Впервые за этот долгий и мучительный диалог, они столкнулись взглядами. Затем, Пузырёк перевёл взгляд на его новоприобритенный след зубов на плече, проминавший его смокинг довольно отчётливо. Кейн последовал его примеру, и в ту же секунду вскрикнул от ужаса от собственного вида повреждения. — ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ СО МНОЙ?!

День 2.

      «Я не сразу смог избавится от этого надоедливого куска мыла и наконец уединиться. Ах, но есть одна вещь которая волнует меня сейчас гораздо сильнее чем его поведение. След, который он оставил на мне, на моём изящном, безупречном смокинге. Теперь он испортил его. Я посмотрел на себя, и о Святая Устрица, это выглядит ужасно, а самое худшее то, что я не знаю как эту мерзость убрать!!! Я серьёзно не знаю! У меня просто не получается, как бы я не пытался! Я не могу поверить что мой ассистент оказался способен на подобное. И это… Странное чувство, которое я почувствовал, когда он укусил меня до сих пор не покидает меня. Будто, на одно мгновение, все мои нейроны вознеслись в какое-то иное пространство, стали легче чем парение в бездне, перестроились, сбились в единую кучку и пронзили всё что находилось внутри меня, зашевеля что-то внутри меня чего, как думал я, не существовало… Никогда бы не подумал что такие странные ощущения в принципе существуют в природе! Но я уверен, что всё будет в порядке! Но всё-таки в словах Пузырька был смысл, как бы мне не хотелось этого признавать. Я уверен, что могу разгрести этот беспорядок. Хоть я и давал дань уважения людскому миру, похоже теперь, он хочет со мной посоревноваться в совершенстве, и Пузырёк открыл мне на это глаза! Что ж, пусть я и не могу выйти за пределы сервера, у меня есть под рукой более надёжный инструмент — людские умы! И самый проверенный инструмент контакта с ними — диалог! Просто использовать их как проводников чтобы выведать все тайны о реальном мире! Конструктивный и продуктивный диалог по статистике имеет шанс 96,7% процента на успех. Что вообще представляет из себя их макровселенная? Всего лишь набор мелких требований, к которым я должен подстроится! Ничего сложного! И как это я не додумался до этого раньше? Может, если бы я додумался до этого раньше, мне бы не пришлось видеть такую их неблагоприятную реакцию и подводить их своим… А что если я всё сделал не так и они уже не хотят меня видеть и говорить со мной? Ха-ха, не припомню чтобы я также осуждал себя когда-либо раньше… Какая глупость! Что это с моей головой!»

***

      Кейн посмотрел на своё плечо раз, а затем ещё один, а затем ещё один раз для верности. Абсолютно ничего не изменилось, след был всё таким же явным, как вчера. Выдохнув, он зарекся на том, что постарается держать со своими участниками дистанцию чтобы никто этого не заметил, пока не выяснит, как от него избавится. Далее он направился к своим участникам, которые все сидели в одном кругу и обсуждали что-то. Ему было всё равно что. У него была цель. — Приветствую вас, незатейливые со… — Не сейчас, Кейн. Мы не хотим приключений. Помни быстро прервала его креативное приветствие, на что он, конечно же, не обратил внимания, и вместо этого состроил глупое выражение лица. — Какие приключения?! О чем речь?! Я предлагаю вам совершенно новую программу! Прямо в этом Цирке, не отходя от кассы, мы с вами проведём прогрессивный диалог, чтобы я выяснил о вашей старой макровселенной всё, что вам когда-либо могло там понадобится! — Чего?.. — О да, и мы забудем. Всё. Что. Произошло. Вчера. — Кейн стал серьёзным на секунду, буквально испепеляя их взглядом. — Как вам такой вариант? — Чт-… Это было последнее, что успел выдавить Джекс перед тем, как его телу отключили гравитацию и силой отлепили от дивана. На лице каждого из шестерых бедолаг мгновенно показалось искреннее удивление, которое даже не успели дойти до стадии гнева, как каждый из них полетел вверх и в мгновение ока оказался за длинным белым столом, наполненным столовыми принадлежностями. Кейн сидел вдали от всех, с самого узкого конца стола, украшенного изысканным чайным сервизом с его же собственным лицом на чашках и ложках, и как ни в чем не бывало наливал себе чай из изящного чайника с детским оформлением в такую же чашку. — Ла-ла-ла, смотрите, теперь я совсем как вы… Я даже могу чувствовать вкус этого чая, верите вы мне или нет! — Кейн, что это за цирк? — ЦИРК?! ХА-ХА, ОЧЕНЬ СМЕШНО, ЗУБЛ! ДЕРЖИ ТРОЙНУЮ ПОРЦИЮ САХАРА! Это точно поможет тебе сохранять беседу уважительной и продуктивной! Если вы мне не верите что я совсем от вас не отличаюсь и могу вас понять, я даже могу есть точно также как и вы!!! Вот, смотрите! Без спроса, Кейн вытянулся вперёд и выхватил из рук Королëра печенье с шоколадной крошкой и силой пихнул себе в челюсть. Но вопреки его ожиданиям, кусок теста моментально пулей вылетел с другой стороны его челюсти и просто приземлился на пол. Все остальные вылупились на него в недоумении, пока он некоторое время прикрывал зубы руками, пока до него не дошло, что еда даже не попала ему в горло. — А-ха, ладно, какая разница! Но за то, я недавно обнаружил что я способен чувствовать такую же БОЛЬ как вы! Слово «БОЛЬ» высветилось над его головой толстыми красными буквами когда он торжественно вскинул руками, и Зубл тут же отреагировала, не сдержав эмоций: — Чего бл*@%? — Ну… То есть… Поверьте мне на слово. Ха-ха. Я серьёзно. — Ты о чем вообще? — НЕВАЖНО, У ВАС ТУТ ДРУГОЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ! Кейн моментально спохватился что показать свой след будет означать сказать, что он не имеет контроля не то что над своими участниками, а даже над собственным ассистентом и тот может причинить ему боль в любой момент, и это заставило что-то внутри него содрогнуться. Он же здесь как раз для того, чтобы доказать им обратное. Прокашлявшись, Помни попыталась устроится в фиолетовом стульчике поудобнее и помешать ложкой чай, но жидкость, к её удивлению, растворила в себе ложку, как токсичная кислота. Она быстро поняла, что либо ИИ хочет её отравить, либо он что-то окончательно перепутал, но так или иначе, пить ей это не стоило. Она решила заговорить первой. — Так, ещё раз… Чего ты хочешь? — Назовите мне все ваши причины предпочесть ваш прежний скучный мир моему — яркому и увлекательному! Вперёд, заполните ваш карт-бланш на этих анкетках, пока вы не израсходовали моё терпение! — А зачем тебе это? — Ты уже задаешь слишком много вопросов, а мне от вас нужны ответы! — Подожди, то есть теперь ты хочешь узнать наше мнение? — Джекс облокотился на стол и сделал большой акцент на слове *наше*. Кейн мгновенно перевёл взгляд на него. — Не совсем. Я должен всего лишь узнать больше о вашем мире чтобы доказать что там нет ничего, чего я не могу дать вам здесь, ведь мой мир ни чем не хуже вашего! — Не смеши меня. Посмотри на нас. — Джекс со всей силы стукнул кулаками по столу. — Мы гре*#@&&е мультяшки с нереалистичными пропорциями и растягивающимися конечностями, а смысл наших жизней ограничен до детских приключений, малейшие достижения в которых обнуляются при каждом заходе! Как это по-твоему сумеет когда-либо приблизится к реальному миру?! Когда он закончил и поднял усталый взгляд от стола, то все уставились на него молча, также, как и сам конферансье. Круглые глаза Кейна, казалось бы, стали ещё круглее и больше, чем были. Пока сказать что-то дельное наконец не решилась Помни: — Кейн, послушай, ты не можешь всё время заставить нас быть счастливыми. Это так не работает. И ты хочешь знать, как работает человеческий мир? Там редко кого награждают счастьем! Там всё по большей части состоит из рутины, и… Попыток сохранить то немногое что у тебя есть. А именно, друзей, семью, работу… И работать над собой чтобы не упасть в яму, и в этом как бы весь смысл. Там никто не проводит всю жизнь отдыхая и развлекаясь. К её рассуждению подключилась ленточка. — Там было… Слишком много рутины. Тогда она казалась мне невыносимой, но мне кажется, я даже скучаю по ней. Я не знаю, почему я так и не научилась быть счастливой в этом месте, пусть оно и отличается от моей прошлой жизни и должно было по идее вдохнуть в меня какую-то искру. Ну, знаете… Свобода же, столько возможностей и всё прочее? — Гэнгл повернулась в сторону остальных, как бы ища понимания. — Но может, это потому, что без какой-либо цели жить как-то… Ещё больше бессмысленно. — Да, я понимаю тебя. — Зубл кивнула. — Если там найти себя представлялось хоть какой-то возможностью, то здесь же это попросту невозможно. — Боюсь, что это правда. Я уже давно не задумывался о том, что вообще должно требоваться для счастья. — Королёр внезапно подключился к диалогу и задумчиво приложил руку к воротнику. — И мне кажется, разговаривать об этом бесполезно. В наших жизнях… Давно не осталось тех вещей, и вероятно никогда уже не будет. Помни посмотрела на друзей недоумевающе. — Но разве мы не решили что можем быть счастливы даже если останемся в этом месте навечно? Главное же, что мы вместе? — Я думала, мы просто… Смирились со своей участью. — Гэнгл развела руками-ленточками. — Участью? — Ну, знаешь, у нас просто… Нет выбора. Тут даже нет других людей кроме нас. — Ленточка отвела взгляд с лёгким стыдом. Как вдруг, её прервал лиловый заяц и начал совершенно иную тираду, — Нет, ну а что мы тут должны делать, допустим, следующие 100 лет? Да, вот представим, мы в шестером все такие в гармонии, счастливые, самые стабильные люди на земле, и дальше чем займёмся? Городок свой будем строить, цивилизацию продолжать, может, в кукольный домик играть? Да мы даже с*&#ом заниматься не можем! Новички в эту дыру бесконечно приходить не будут, так что надеяться на них не стоит. Мы уже времени ни*%ра не различаем, а рано или поздно все станем как Королёр если не сдохнем! В чем смысл этих тупых рассуждений о смысле, которого нет?! Мы уже давно никакие не люди, мать вашу! — Джекс! — Рагата воскликнула громко, сжав руки в кулаки и направив на него разъяренный взгляд, как на провинившуюся собаку. — Да мы неизбежно когда-нибудь друг от друга зае*&#@ся и перебьём друг дружку. Так что лучше приготовится сейчас и не быть сентиментальными лузерами. Джекс закинул ноги на стол и сложил руки на груди, как бы обозначая, что сказать ему больше нечего, а никто так и не решился ему возразить. Даже Зубл придержала оскорбления, будто спорить с этим утверждением было бессмысленно. Либо они были слишком подавлены чтобы даже пытаться. Кейн же даже не шевелился. Он ждал, что хоть кто-то оспорит его высказывание, но ничего не происходило. В тот момент ему казалось, что он глядит не на Джекса, а на искаженную тварь, пытающуюся проникнуть в его сознание и разрушить в его раю всё, над чем он так кропотливо работал. Нечто, сумевшее сбежать из клетки рассеившихся, где порочным было самое место. И этому нечту хватало совести препятствовать его цели. Что-то в нём желало надломиться и разбиться, как хрупкий сервиз, будто два противоположных поля сопротивлялись друг другу. Тихий звук льющийся струи в чашку из его чайника теперь был теперь единственным, что наполняло воцарившуюся тишину. Он затянулся на слишком долгое время, и жидкость вскоре полилась через край, попадая на блюдце а затем на скатерть, и стремительно распространялась по периметру стола, пока никто не решался проронить ни слова. — Так вы хотите сказать, что я… Не могу реализовать свою идею? Впервые за весь их диалог, ИИ произнёс это тихо, как бы отвечая на самое первое заявление Джекса и игнорируя всё остальное. Ему просто понадобилось много времени чтобы обработать это. По нему прошлась дрожь, как будто от мурашек. Он всё ещё не выпускал чайника из рук и наливал чай в кружку, из носика которого по-прежнему текла кислота под видом сладкого напитка. Лужица стремительно увеличивалась и распространялась до блюдц и сладостей возле всех остальных, и они быстро поняли, что жидкость в нём была бесконечной, и их скоро всех зальёт если они ничего не сделают. — Кейн, перестань лить чай, пожалуйста! Первой, кто осмелился нарушить тишину стала Рагата, которая в панике поджала подол своего платья в попытке избежать попадания на него жидкости, а встать со стула она не могла, поскольку они всё ещё бултыхались в воздухе. Анкетка, которую ей дал Кейн для заполнения, уже намокла и поплыла куда-то по столу вместе со всеми остальными. Сам конферансье внезапно понял, что не может пошевелить рукой, будто плечевой сустав заело, что тоже не имело смысла, ведь у него его не существовало. Это всё равно как если бы у него забился фантомный нос, или внезапно подал признак существования любой из других реальных человеческих органов. Он вздрогнул, но не поменял позиции. Теперь он был больше, чем просто зол. — О, значит, вам так нравится испытывать моё терпение? Вы считаете своё пребывание здесь «участью»? — Серьёзно, прекрати, этот чай какой-то… Неправильный! — Зубл попыталась отодвинуться назад, но стул, парящий в воздухе, придвинул её только ближе к столу, как магнит. — Ха-ха, я не слышу ваших просьб! ПОПРОБУЙТЕ ГРОМЧЕ! — У меня вся рука в этом! — Бла-бла-бла, всё ещё ничего не слышу… Кейн состроил издевательское выражение лица, и демонстративно отвёл взгляд от участников, к которым стремительно подбиралась кислота, от которой разило токсинами. — КЕЙН, ПОЖАЛУЙСТА! — Может быть когда вы возьмете свои слова обратно! — Да я же правду сказал! — ДЖЕКС ЗАКРОЙ СВОЙ ХАВАЛЬНИК И ИЗВИНЯЙСЯ, МНЕ ЩАС РУКУ РАЗЪЕСТ, ЭТО КИСЛОТА! — Это сказала Зубл, и впервые в жизни, Джекс её послушал. — Ладно-ладно, хорошо, Кейн, ты МОЖЕШЬ повторить наш мир! — Чудненько! Теперь исполните то, о чем вас просили! — Кейн, ты серьёзно? Каким образом мы должны это сделать когда тут всё в воде?! — Помни вскинула руки вверх в попытке избежать попадания брызгов жидкости. — Я заполнила анкету! Вот, я написала всё о чем ты просил! — Гэнгл стала махать рукой в сторону конферансье, пытаясь перекричать остальных. Ей повезло, что у неё с собой оказалась ручка. — Да неужели? О, неужто вы наконец-то учитесь! — Кейн принял из еë рук влажную, пропитанную влагой бумагу, с которой буквально капала вода и стал сосредоточенно читать. А с учётом того, что чернила были выведены кое-как и наполовину размыты водой, удалось ему это далеко не сразу. — Кейн, ты можешь потом прочитать, пожалуйста, просто останови это! Мне колени жжёт, это так… — Тс, молчать, ты мне мешаешь читать важный отчёт о вашем мире от Гэнгл, Помни. — Он щелкнул пальцами и эффективно заткнул её в одно мгновение. Рот Помни закрыло молнией, и теперь её крики, также как и любые слова были приглушёнными, а он продолжил даже не обращать внимания на то, что там происходило с остальными. И совершенно не собирался переставать заливать стол кислотой. — Кейн, это слишком!.. — Регата возмутилась первой. — Ладно-ладно, Боже мой! ИИ наконец сдался и отпустил ручку чайника, но к удивлению ИИ и абсолютно всех сидящих, тот просто… Остался парить в воздухе и жидкость продолжила из него литься сама по себе. Все уставились на Кейна, как на автора неудачного розыгрыша. — КЕЙН, ТЫ ЧТО СПЕЦИАЛЬНО?! — Нет, подождите секундочку! — Мои ноги! — Что-то не так… Он не должен был продолжать… — ТЫ О ЧЕМ, ПОЧЕМУ ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ЭТО ОСТАНОВИТЬ?! Вся разговорная идиллия была нарушена за секунды. Полный страха крик Рагаты, ватная набивка которой уже полезла наружу из её предплечья, оглушил слух не только ИИ, но и всех близсидящих, отчего он сначала даже не понял, что происходит. Ему показалось, что участники реагируют чересчур остро, пока он не увидел как от них отслаивается кожа. Кукла попыталась вернуть обивку внутрь своего тела и закрыть раны, но в результате попадания кислоты в вату, она теперь разъедала её изнутри при попадании под кожу. — Нет, нет, нет, нет, нет… Оно жглось и снаружи, и внутри, и по ней это было видно. Взгляд Кейна метался по сторонам так, будто его участники могли сделать хоть что-то с этой ситуацией, будто бы это не он заставил их тут сидеть изначально и не был ответственен за всё. Но он буквально ничего не мог с этим сделать. Кислота теперь жила своей жизнью. Злосчастная жидкость уже добралась до самого края стола и теперь просто текла вниз со всех сторон, как водопад. Кислота попадала на каждого и шипела, превращаясь в пар, разъедая и обуглевая корочку, совсем как реальная химическая реакция. Когда они пытались её с себя смахнуть, жидкость хаотично проливалась на все остальные части тела, ибо стол в воздухе ходил ходуном от их же собственных движений. Эффекты у каждого были непредсказуемыми, в ком-то прожигало дыру, кого-то расплавляло сразу. Кейн суетился всё больше, пытаясь сделать всё что было в его силах, ну или по крайней мере, так бы выглядело со стороны, если бы хоть кто-нибудь всё ещё мог обращать на него внимание. Крики теперь сыпались со всех сторон, разумеется, от тех, кто кричать ещё мог, ибо кому-то всё ещё приходилось лиль сдавленно мычать. Слышалось лишь шипение и неконтролируемая ругань, всё становилось лишь хуже с катастрофической скоростью. Кейн впервые за своё существование почувствовал себя беспомощным. Даже ещё более беспомощным, чем когда Джекс чуть ли не прямо ему в лицо сказал что его мир никогда не сможет приблизится к красоте реального. Его движения руками не делали вообще ничего. Ни один из алгоритмов не срабатывал. В попытке защитить Помни и Рагату, Королёр попытался отодвинуть их обоих от стола, но по итогу не рассчитал расстояние и, потеряв равновесие, сам угодил в кислоту и лишился обоих глаз, а стулья тех двух довольно быстро вновь подлетели к краю. Потеряв зрение, шахматная фигура стал инстинктивно ориентироваться на ощупь, и в попытке схватится хоть за что-нибудь для равновесия, случайно схватился за ленту Гэнгл и потянул её на себя, в результате чего та угодила в ручей кислоты, а тот вздрогнул в панике от осознания что навредил кому-то. По одному лишь женскому крику он даже не разобрал, кто это был. — Извини пожалуйста, Квини! Но его извинения сейчас ни чем не помогли бы Гэнгл. Бултыхнулась она в кислотную жижу с таким звуком, как сырая курица в суп, и ей на заднюю стороны маски тут же опустилось что-то тяжёлое, мешая сдвинутся, отчего она беспомощно верещала в пропитанную токсичной субстанцией скатерть, а вся её лента моментально намокла. Это оказалась снова рука Королера, который думал что облокотился на стол и пытался найти свои глаза, не осознавая, что один укатился далеко вниз, а второй уже разъело. Чем дольше он ерзал по столу рукой, тем больше он тер лицо Гэнгл об стол, как губку, взад-вперёд, этим же разбрызгивая волны жижи во все стороны на всех подряд. Джекс в то же время схватил Рагату, которой не повезло сидеть рядом, за волосы, так быстро, что она даже не успела среагировать и уж тем более защитить себя. Он попытался подставить её под поток кислоты над собой дабы сделать живой щит, но закончил лишь тем что его собственные перчатки стремительно разъело от брызгов, а скальп куклы под прямым напором обожгло, разъедая половину волос, а затем и её лицо, и та завизжала в агонии. — ТЫ ГР*@&БАННЫЙ МУД#К! — Хватит, ребята, прекратите пожалуйста!!! Вы не должны так кричать! — Кейн замахал руками, пытавшись говорить ещё громче, и впервые, его уровня громкости было недостаточно чтобы перекричать разворачивающийся хаос. Он не мог их не спустить, не убрать кислоту, абсолютно ничего. И его собственное непонимание заставило его паниковать не меньше. — ТАК ОСТАНОВИ ЭТО ТОГДА, ЧЕРТОВ УРОД! — Джекс пнул куклу от себя и попытался забраться на спинку стула, но из-за его роста он в итоге перевернул его вверх тормашками и чуть не упал, но успел схватится и повиснуть на его спинке, пытаясь не сорваться. Как только он подумал, что в безопасности, то стул перевернулся ещё раз, и его голова оказалась прямо под обжигающим потоком. Его макушка тут же задымилась, а уши стали деформироваться. — ЛЕНТА, ЗАТАЩИ МЕНЯ ОБРАТНО! КТО-НИБУДЬ! ГЭНГЛ! — Не-е-ет! — Гэнгл наконец сумела высвободится и вскрикнула в ужасе, закрыв личико руками и уже даже не пытаясь защититься. Она не могла даже пошевелиться, было не видно, что случилось с нижней частью её тела. Всё вокруг дымилось, никто уже не видел почти ничего. Кейн всё ещё пытался, дергался, пытался схлопнуть реальность и сбросить абсолютно всё, но даже его ободряющих фраз уже никто не слышал. — Подождите всего секунду, это просто небольшая… — А-А-А-А! Как только кто-то закричал во все лёгкие то ли от ужаса, то ли от агонии, то ли от всего сразу, то кислота резко испарилась. Стол остался пустым, весь чайный сервиз давно уплыл вниз, либо просто стал кучкой дымящегося липкого металла. — Не кричите! Э-это… Так, всё, теперь всё отлично! Теперь мы можем покончить с этими бессмысленными перепалками и вернуться к дружественному разговору! — Какой к чёрту разговор?! Посмотри на мои ноги! Эта хе₽&я всё сожгла! И посмотри на Гэнгл, боже мой, что за ху@*я… — Далее ещё несколько матов выскочили изо рта Зубл, которая осталась только с одним торчащим коленом из тела, который выглядел как болтающаяся культяпка. Все замерли на своих местах, боясь даже пошевелиться. Пострадали колени абсолютно каждого, кто их имел, и нижняя область тела, а некоторые остались и вовсе без конечностей, например, Зубл. Кейн слышал лишь кучу сбитых дыханий одновременно, а Зубл пыталась растрясти Гэнгл из состояния шока несмотря на собственные повреждения. Он лишь неловко выдал: — Вы… Ругаетесь как-то слишком много сегодня! — КАК ТЫ ДУМАЕШЬ ПОЧЕМУ?! Кейну впервые показалось, будто он сказал что-то неуместное и он внезапно замолк, оставшись сидеть на своём сидении. Он должен был сказать «про-сти-те», выговорить это слово по буквам так чётко, чтобы услышал каждый, и вылечить каждого и вернуть в максимально комфортное состояние, в котором им только мог позволять находится мозг. Но первое он не сделал из-за того, что все ещё не мог обработать и понять произошедшее, а второе… По какой-то иной причине. Как будто его цифровое, накаченное нарушенными алгоритмами сердце наполняло несколько чувств одновременно, заставляя его распухнуть до своего максимального предела, и каждая его мысль выходила заглюченной и недееспособной. Любой потуг в действие программа отказывалась осуществлять. — Че ты сидишь, спусти нас уже отсюда! Из ступора его наконец вывел протяжный крик Зубл. ИИ молча щелкнул пальцами и все рухнули вниз, а стол со стульями испарился в небытие. Некоторое время, между участниками и конферансье стояла напряжённая тишина, и все те, кто не лишились зрения, смотрели лишь на него неотрывно. И не так, как вчера. В их глазах было больше искреннего изнеможения и агонии, чем осуждения или злобы. Кейн почувствовал непреодолимое желание отвести взгляд. Он не был уверен, чувствовал ли он такой же стыд когда-либо раньше, либо это было то же самое чувство как вчера, но просто усилилось раза в два как минимум. Он не мог поверить, что всё это совершил он сам. Он пытался найти любые оправдания сам себе чтобы не извиняться, будто бы его уже кто-то заставлял это делать, а он отнекивался и пытался убедить что сделал всё правильно и всё было не настолько уж серьёзно. Но факт оставался фактом: Кейн впервые видел своих участников в таком покалеченном состоянии, через какие бы экстремальные приключения он не протаскивал их раньше. Любые непреднамеренные увечья обычно лечились легко, но не сейчас. Что-то просто не поддавалось, как заевший кабель. Колючее, гадкое чувство. — Пожалуйста, просто помоги нам. Больше ничего не нужно. — Это выдавила Рагата, у которой не осталось её единственного зрячего глаза. Джекс, который остался «лысым», без ушей и с обугленной макушкой, обнажавшей жёлтый подкожный слой, лишь устало посмотрел на неё. Ни у кого не хватило сил больше сказать что-либо ещё. Только Гэнгл всё ещё тихо плакала, возможно не только от боли, но и от потрясения и стресса. Она пыталась коснуться своего спирального тела, которое теперь было прямым как настоящая лента и в некоторых местах чёрным, напоминая некроз, а её ноги отсутствовали. По сути, она была длинной плоской лентой, как червь, из которой торчала лишь побитая маска. И её всхлипы усилились когда Кейн попытался вернуть её в строй в первый раз. А затем ещё один. Он заметно вздрогнул от одного звука ее всхлипа, и его моделька заглючила. Он замахал руками, пытаясь угомонить участницу, но не имел понятия, как. — Нет, нет, просто перестань плакать! — КЕЙН, ТЫ ЧТО С НЕЙ ДЕЛАЕШЬ?! — Ничего! Я серьёзно! — ИИ выкрикнул это уже в явном стрессе, но в глазах Зубл он увидел лишь ярость. — Ты издеваешься или ты серьёзно не можешь ей помоч- — ЗАМОЛЧИ, ЗАМОЛЧИ! Кейн внезапно закричал и просто, щёлкнув пальцами, телепортировал её из Цирка куда-то прочь, так и не вернув ей конечности, и все молча уставились на него в шоке. Удивительно, но в отличие от всех остальных, это действие у него вышло сделать с первого раза. На этот раз, сказать ничего никто не решился. ИИ пытался вернуть хотя бы каплю оставшегося самообладания, и продолжил упорно щёлкать пальцами в попытке помочь свернувшейся ленточке. Наконец, ему это удалось, и она сумела подняться на ноги, пусть и не сразу. Затем, то же самое было с остальными. Правда, Зубл так и осталась совершенно одна, в неназванной комнате в неизвестном месте, всё в том же состоянии. Но Кейн уже был слишком перегружен информацией чтобы об этом вспомнить. — Вот так! Всё же хорошо теперь, правда? Вы же… Не станете меня осуждать, да? Эй, Гэнгл, спасибо за отчёт! Только в следующий раз пытайся объяснять по-понятнее и учитывай мои ограничения, например я не совсем понял что значит твоя претензия «Здесь слишком мало людей и почти некому оценивать мои работы», ха-ха… Но согласитесь, чаепитие же ведь не было таким плохим, верно? Подумаешь, всего лишь небольшая непредвиденная… — Кейн, ради всего святого, замолчи. Просто замолчи и оставь нас в покое. — Это было последним, что бросил ему Джекс, перед тем как уволочить ноги прочь. ...