Сладкий расчет

      Напряженное молчание заполнило небольшое пространство лифта. Родители недовольно переглядывались между собой. Им была непонятна резкая смена настроения их новоиспеченного родственника. Казалось, во время составления договора он искренне радовался их компании, а сейчас этот человек даже не смотрел на них.       Раздался мелодичный звон, двери лифта открылись, раскрывая масштабный пустынный холл. Ни одной души. Лишь пара ламп горели холодным светом. - Если вы позволите, сват, то нам с женой хочется дать сыну напутственные слова, - Итэр недовольно поджал губы. Он прекрасно знает, что именно услышит.       Глава семьи Ли с плохо скрытым презрением посмотрел на чету Стерн. Ему явно не понравилось обращение от этого человека. - Я надеюсь, что это будет не долго, время позднее, мы все устали.       Андреас и Кьяра энергично закивали, сейчас им хотелось скорее сбежать от взгляда этого человека, но жадность и чувство наживы не давало им пуститься в бег, сверкая пятками.       Женщина схватила Итэра за плечо, стараясь казаться максимально ласковой, и повела парня подальше от чужих ушей. - Итэр, запомни, теперь ты обязан сделать все, чтобы семья Стерн возвысилась над всеми выскочками, которые насмехались над нами, ради своих младших, - альфа без предисловий начал тему, которая волновала его все это время. – Потому что мы уже переступили порог в новый мир! Думай о своей семье! - Вот как мы заговорили! – омега криво усмехнулся. Чего он вообще ждал? Слов поддержки? Ага, размечтался. – А ничего, что теперь я уже не часть семьи Стерн? Единственное мое обязательство – это гасить ваш, прошу заметить, долг, а все остальное меня не касается.       Лицо Андреаса мигом залилось красным цветом. Он не любил, когда жалкий омега, в особенности его собственный сын, ему грубил прямо в лицо. - Давайте не будем ссориться! Итэр, милый, ты же прекрасно понимаешь своего отца, он хочет, чтобы все наши дети хорошо устроились в жизни, - почуяв, что ее муж выйдет из себя на глазах самого Чжун Ли, женщина постаралась сгладить нарастающий конфликт. – Я надеюсь, что ты сможешь забыть обиды на своих родителей.       На белоснежной шелковистой коже прокатилась слеза. Женщина выверенным движением достала платок. Омега сразу понял, что она явно готовилась к этой сцене, может раньше, может позже, но ей было необходимо показать образ матери, что всем сердцем переживает за сына. Этот концерт парню уже надоел, но вырваться из рук родителей было затруднительно, он стоял спиной к стене, зажатый между родителями, отступать было некуда. - Итэр, какую бы ты фамилию не носил, ты все равно наш сын! Мы, твои родители, оступились, но зато теперь у тебя будет все самое лучшее. А как мы тебя учили – будучи сверху, надо помогать тем, кто внизу, - Кьяра нежно погладила сына по щеке, но в глазах был холод. Для нее старшие дети были инвестицией, которая хорошо окупилась, и теперь можно пожинать плоды своих трудов, растя своих малышей в благодатной атмосфере.       Итэр пристально смотрел в глаза своих родителей, в их циничные глаза, в которых в детстве искал хоть каплю тепла и любви. Сколько же он жил с мечтой о том, что когда-нибудь эти два жестоких человека смогут в нем увидеть не актив, а просто сына? Правильно говорила Люмин, надо было их давно отпустить, а он дурак наивный теперь еле сдерживает слезы.       Адреналин, поддерживаемый гневом, ушел, оставив после себя дикую усталость. Хочется сказать что-нибудь резкое, даже хамское, но морально омега был уже истощен. Принятие реальности высосало все силы. - Вы закончили? – неожиданно где-то с боку раздался холодный хриплый голос. Сяо стоял, сложив руки на груди, и смотрел с привычным равнодушием на чету Стерн. Итэр прекрасно помнил еще с институтских времен этот взгляд, который так и говорил: «Мне плевать на вас, не тяните время».       Двое взрослых от неожиданности отшатнулись в сторону. Они растерянно переглядывались друг с другом. Они боялись, что этот человек мог все слышать. - Да, напутствия закончились, - омега резво выбрался из разрушенного капкана, придвинувшись ближе к «мужу». Сейчас компания сына и отца была намного привлекательнее, чем этот балаган.       Сяо лишь кивнул и пошел в сторону выхода, не оглядываясь. Итэр поспешил за ним, оставляя родителей позади, как пройденный этап жизни.       На улице было прохладно. Конец осени показывал себя во всей красе: пронзающий ветер, мелкий промозглый дождь и сырость. Омега запахнул воротник пальто потуже, шарф он где-то забыл еще днем, было не до него. Но мужчина, шедший перед ним, целенаправленно двигался к черному внедорожнику. По мере приближения звук заведенного мотора становился все отчетливее. Итэр тихонько выдохнул, скоро он окажется в тепле.       Альфа услужливо открыл переднюю пассажирскую дверь. В разогретом салоне никого не было кроме их двоих. Но парню было уже все равно, он был выжат этим днем слишком сильно, чтобы задумываться о том, куда делся «свекр» и куда они вообще едут. Самое главное, чтобы подальше от фамилии Стерн и людей, носящих ее.       Итэр устало подумал, что надо бы все рассказать сестре и дяде, и близким друзьям. Но тепло в салоне, аккуратное движение машины и умиротворенная атмосфера застилали мысли сладкой дремой, погружая в глубокий сон.       Через полчаса внедорожник подъехал к типичной многоэтажке и остановился. Внутри горел приглушенный свет.       Сяо откинулся на спинку водительского сиденья. Он смотрел на внутреннюю обивку крыши, стараясь ни о чем не думать, но получалось откровенно плохо: тихое сопение рядом и лёгкий аромат персиковых феромонов совсем не помогали в сохранении холодного рассудка. В голове крутилась столько мыслей, но он не мог толком сконцентрироваться и на одной.       Наверное, это была любовь с первого взгляда.       Когда же Сяо потерялся в этих медовых глазах? Когда ещё вчерашний школьник бесстрашно сел рядом, не чувствуя атмосферу вокруг него? Когда он с восхищением смотрел ему прямо в глаза? Или же когда он заразительно смеялся над его саркастичной фразой? Сяо не мог сказать точно. Он вообще ничего точного сказать не мог, когда дело касалось Итэра.       Сначала этот омега привлёк его внимание ещё на первом совете в новом учебном году. По-другому не могло и быть. Он был слишком ярким, не только внешностью, но и характером. Обаятельный, храбрый, умный, вечно улыбающийся. Можно подобрать ещё сотню красивый слов, но такого человека просто взять и описать было невозможно. По крайней мере, для Сяо. Итэр никогда не лез к нему с распросами, ненужным беспокойством и сочувствием, с бессмысленными разговорами. Такое ощущение, что омега видел его насквозь и принимал такого, как есть. Не пытался исправить. Когда Сяо смотрел ему в глаза, то чувствовал себя обнажённым. Сначала это пугало, нервировало и раздражало, но потом неожиданно стало так легко, что альфа даже не знает, когда сам начал искать поводов для встреч, когда искал его глазами в коридорах, когда тихо радовался, что их поставили в одну группу на мероприятии. Он был столь сильно опьянен этим новым чувством, что совсем не заметил конца своего институтского пути. Диплом, защита и вот он уже новый специалист. А Итэр все ещё студент, только уже второкурсник.       И резко Сяо стало так стыдно и страшно, что потом даже не приходил на встречи для всех участников студенческого союза, который устраивал институт. Что он может сказать? Что любит? Что готов подарить все сокровища мира? Это было смешно. Альфа прекрасно понимал свой тяжёлый характер. Он лишь запятнает своей внутренней грязью столь яркий и мягкий свет. Но теперь все перевернулось с ног на голову.       Сяо до сих пор ощущает этот липкий страх, когда впервые услышал предложение отца. Чжун Ли прекрасно знал о его чувствах и старался всегда подтолкнуть сына, но годами копившаяся неуверенность давала о себе знать. Потом альфа почувствовал гнев, клокочащий в груди. На кого же? На родителей омеги, что собирались продать его любому ублюдку, готовый отвалить круглую сумма? Или на отца, который предложил ему такой вариант? Или на самого себя, который согласился. Он не мог отказаться. Конечно это мерзко, когда он, годами жаждущий одного единственного человека, получает его из рук взрослых инфантилов за деньги. Но Сяо по-другому просто не мог. В голове молниеносно промелькнули ужасные образы, как Итэр страдает рядом с больным извращенцем, тираном или зависимым человеком. Нет, ни в коем случае! Пусть он не лучше всех их, но альфа никогда не принудит, не ударит, не надавит. Да, так будет лучше.       Сяо пристально посмотрел на хмурое лицо омеги. Ему явно снится сегодняшний страшный день. Но разбудить альфа не решается, поэтому тихонько высказывает из машины и открывает пассажирское сиденье. Итэр обнимает себя руками крепче от неожиданного холода. Мужчина постояв так секунду, нежно берет парня на руки, осторожно захлопывает дверцу машину и ставит её на сигнализацию. Затем быстро идёт к входу в многоэтажки, где консьерж мигом узнает жильцам и сам открывает дверь.       С этого момента они начинают новый жизненный виток. Оба ещё не знают, к чему может привести этот контракт.