caramel dreams

— с одной стороны, вроде бы меня это не беспокоит уже... я свыкся, мам. даже если всю жизнь проведу в одиночестве - это не страшно. у меня есть друзья, они раньше меня точно не помрут, они стакан воды и принесут. — очередной разговор Сонхва с его мамой заканчивается о грустном. опять. еще будучи студентом Сонхва узнал, что детей у него никогда не будет. шанс есть, но он очень мал в современных реалиях. медицина так далеко не ушла, а альфы не столь фртильны из-за своего образа жизни и в целом по многим причинам: начиная от факторов внешней среды и заканчивая их "тяге" к нормальному лечению даже обычной простуды. поэтому уже в свои девятнадцать лет, чтоб не мучать ни себя, ни кого-то еще, Пак начал принимать гормональные таблетки, подавители. пусть они вызвали огромный дисбаланс в его организме, ему было уже от части все равно. да, уставать стал сильнее, мог быть слишком импульсивным, но главное, он был спокоен. его это не беспокоило. — ну попробуй ты хоть что-нибудь, так же нельзя. твой организм через года три-четыре, к твоим тридцати, не скажет тебе спасибо... — его мама каждую неделю пыталась образумить. — ну а куда я один? у меня никого нет и вряд-ли будет. деньги будут нужны. да и не факт, что все вообще получится. мам, я пойду спать. устал очень. — вранье. ему снова стало тошно от самого себя. он разочаровал семью, себя. а кто у него есть на самом деле? кошка, парочка друзей, работа и мама. без них - он один, он никто. ночью он один со своими слезами на пару. когда-нибудь его жизнь изменится. если кто-то вообще способен с таким ужится, значит и Сонхва сможет. на работу снова к восьми. дебильный офис забрал все его время на поездки по странам. нет, он деньгам два раза в месяц рад, но можно было и отпуска больше давать. старый начальник вообще скоро развалится по ощущениям, и его место займет кто-то другой. каждый день Сонхва надеется, что это будет он. приходить на работу к десяти, высыпаться, еще и платят хорошо. разве это не мечта? — о чем думаешь? — Уен залетел в его с Паком кабинет чуть-ли не падая. Уен также был омегой, только слишком шумным. вечно где-то гулял, после работы целыми днями в ресторанах и кафе с какими-то людьми. в общем вел самый активный образ жизни из всех, что можно представить. — да так..— ему даже договорить не дали. — снова мама наседает? слушай, я конечно твой друг, может быть и лучший, что может быть, но я с ней наконец согласен. вылезай из своей апатии, бросай свои таблетки, приводи себя в порядок и поехали со мной гулять. я тебе покажу, где нормальных мужиков и альф искать. если уж и страдать, то хотя бы чтоб не одному. — Чон усаживается за компьютер, надевая очки. — ты совсем зачах. где Сонхва, которого ночью с пятого этажа снимали всей общагой, чтоб он пошел гулять с очередным мажором? — Уен... я свыкся. такой недо... непутевый, как я, почти никому не нужен. у меня есть ты, кошка и мама. может быть заведу себе собаку... — а кто будет выгуливать твою собаку, если ты целыми днями на работе? короче, это был не вопрос. через пару недель как от таблеток отойдешь - мы идем в клуб, либо на день рождения к моему другу. вытащу тебя в люди. вот увидишь, как свадьбу твою отгуляем - еще спасибо мне скажешь. Пак действительно завел себе собаку. маленький белый пудель стал ему верным другом. имя придумать никак не мог, поэтому пока что звал какими-либо ласковыми словами. таблетки пить перестал, решил проверить - вдруг Уен прав и на себе крест ставить еще рано. к нему вернулся легкий аромат карамели, спать стало ложиться легче, на положительные эмоции стал не скуп. он вернул себе самого себя. он задышал. пусть пока и прирывисто. будто бы истерики по ночам стали только ярче и сильнее, будто бы поводов грустить стало также больше. — сегодня в девять к тебе приедет такси. сядешь и поедешь. мы идем на день рождения Сана. может слышал о нем когда-нибудь. всех козырей не раскрою, но думаю, ты будешь в восторге. — даже по телефону было слышно, что Чон улыбается. — если тебе так интересно, то наша принцесса Минги тоже едет со своим принцем на белом коне. они все дружат, один ты как белая ворона. да и плюсом, вдруг судьбу свою найдешь, авось будет тебе подарочек не на свой день рождения даже. — стой, а какой-то дресскод есть? или как... я давно был где-то кроме своего дома и твоей квартиры. — одевайся так, чтоб за километр было видно твой гламур и изыск. я буду ждать тебя, муа. Сонхва был на месте в нужное время и получил от Уена столько комплиментов, сколько не слышал за восемь лет их дружбы. — Сонхва? — Минги своим глазам не верил. последний раз он видел его за пределами учебы или работы лет пять назад. так что увидеть Пака в шелковом костюме, а не в пижаме это было все равно что встретить бывшего на иномарке. — я думал я буду блистать, а тут ты появился. Уен, он составяет нам конкуренцию, кидай его в клумбу, быстрее, пожалуйста. — я тебе сейчас по мозгам заеду так, что в клумбе будешь лежать и ты, и твой Юнхо. кстати где он? мне нужно срочно познакомить Сонхва с именинником. вдруг судьба.— Уен знал, зачем он притащил сюда Сонхва. только вот старший даже не догадывался. — тише ты. Сан очень представительный молодой человек. ты прикинь, он работает из дому! будет смотреть за твоим пуделем. а ну...— Чон замялся, но под пристальным взглядом Пака продолжил.— он энигма. как и Юнхо. боже, да, я привел тебя сюда чтоб свести с ним. он о тебе наслышан очень много от меня, так что улыбаемся и машем. да и тем более, Хва, гляди правде в глаза. ты когда-нибудь встречался с энигмой? — омега продолжил уже намного тише, так, чтоб никто не слышал. — все врачи твердили тебе лишь о том, что у тебя не будет детей с альфами. а как же эти красавчики? ты совсем забыл, что мир широк и людей много. кто-то да будет тебе парой. ты будешь счастлив, если будешь в себе уверен. прекращай хандрить, будь счастлив. и Сонхва поверил в себя. с помощью Уена он смог подружиться с Саном. у него появилось на одного друга больше. все их разговоры начинались с шуток про каких-то кондукторов, а заканчиались травмами друг друга или философией. каждый вечер на созвоне, а каждые выходные встречи в парке или кафе. получилось даже выбраться в горы в один из отпусков Сонхва. после уже запланировали поездку на море, когда потеплеет. когда Сан заболел и слег в больницу - Пак приходил и приносил все, что могло понадобиться. таблетки тоже покупал он. медсестрам приносил маленькие букеты. — я понимаю... знаю, но... Уен, мы с ним друзья, а я влюбился. он сейчас в больнице, ему отдыхать надо, вдруг я ему там не к месту? — впервые за несколько лет он плакал не от своей проблемы, а от чувств к другому человеку. — он так добр со мной... что если я все испорчу своим признанием? — ну ты чего... — с перепугу младший даже не понял, что происходит. от осознания, что его друг, возможно, выбирается из своей одинокой ямы, он улыбнулся. — признайся. я уверен, что это взаимно. его взгляд в твою сторону уже мне о многом говорит. пожалуйста, поговори с ним после его выписки. прошу. — Сан? мы можем... поговорить? — омега убрал свой телефон в сумку и начал разговор как только они подошли двери. — да, конечно. сразу скажу, можем на море махнуть уже через неделю! — Чхве был ярким. даже очен. благодаря нему развеялись многие стереотипы об энигмах у Пака, он увидел, что не все они жестоки и хмурые. — я пойму, если ты захочешь перестать общаться или еще что-то, главное чтоб ты не смеялся с меня. это единственная просьба. — на положительный кивок Сана он продолжил. — я уже вынес все мозги кому только можно, я думал долго и... очень тяжело говорить, но... — да. Сонхва, я тоже. — Сан перебил. он все понял. — я тоже тебя люблю. безумно люблю. я скажу на опережение - меня не волнует, что у тебя есть какие-то проблемы в здоровье, если есть - значит так надо. каким бы ты ни был, сколько бы плохого ты о себе не надумал, в моих глаза ты яркий и каждый твой минус закрывается твоими плюсами. секунда. минута. Сонхва кидается на энигму, заключая того в свои объятия. руки дрожат, а по щекам бегут слезы. он не один и его принимают таким, какой он есть. его не заставляют меняться, его любят за то что он это он. через секунду на щеках омеги остаются теплые следы касания чужих губ. слезы вытирают руками, пытаются закрыть от мира, заставить его улыбаться и смеяться. он счастлив. он кому-то нужен. -------------------- спустя почти год после их поездки на море и на очередном сплетническом вечере с Уеном поднялась особо важная для младшего тема. — я конечно знаю, что ты у нас омега стеснительная, хрен ты что мне расскажешь, но скажи хотя бы одно. сколько прошло времени с тех пор, как ты перестал пить таблетки? — Чон чуть-ли не заглядывал старшему в лицо. — ну года два. а что такое? к чему ты вообще? — да так.. тогда вопрос следующий. перестань пить чай, я сейчас открою рот и ты подавишься. — после этих слов Сонхва отставил кружку в сторону. — скажи мне, вы спали вместе? — Уен! — Пак отвернулся от собеседника и чуть-ли не начиная плакать. — я тут чай пью, планирую уже другие планы, а он такое сходу. ты в своем уме? — успокоившись, омега продолжил дальше. — нет. я пока... боюсь. я не готов ни морально, ни психологически. — или просто он тебя отшивает? — Уен снова берет на слабо. — а вдруг он импотент.... —и трагически его рука ложиться на лоб. — боже, с кем я тебя познакомил... — да нет же! Уен, успокойся, иначе этот чай будет у тебя на голове. за эти два года, что я с ним знаком и год отношений с ним, я точно знаю, что гон у него был не меньше семи раз.... их этого всего, во время отношений с ним он был пять раз. он писал мне пьяный и наровил приехать. я, конечно, звал его, но он все же воздержался. голова у него думает. — ну ладно... хорошо. тогда я терпеливо складывая ручки и жду ваших детей как принцесса в башне. через пару недель после этой посиделки Сонхва заболел. по крайней мере, так казалось ему. после того как проснулся поднялась температура и было желание залезть в холодильник. на работе отпросился, начальник без вопросов оставил его в покое, а вот Уен волновался, поэтому в восемь утра звонил старшему. — ну что такое, Уен, дай хотя бы поболеть как человек, а не офисная креветка. — Пак почти что кричал на него, но все еще шутил. — та спокойнее ты. я просто спросить как ты и все. я волнуюсь все-таки. что болит? давай таблеток привезу. — просто температура и слабость. меня будто камаз переехал и после этого распяли, оставив в печке. — ммм.... — Уен будто бы даже улыбнулся. — ну я позвоню еще вечером. а пока дам совет - звони своему рыцарю и сообщи, что если он не будет рядом с тобой - его ждет верная, медленная и мучительная смерть. — старшй уже хотел сбросить трубку, но услышал, что успел сказать Уен и задумался. — у тебя цикл вернулся, дурень. и сбросил. — да быть этого не может....— последняя мысль Пака, прежде чем он снова уснул. проснулся омега от реально громких стуков в дверь. кого принесло к нему? на часах одиннадцать ночи. неужели он так долго спал. на пороге уже красовался Сан - на вид был и злой и уставший. — я полтора часа звонил, днем писал и сейчас уже десять минут тут пытаюсь достучаться. что случилось? — Чхве прошел в дом и закрыл за собой дверь. в обычно убранном доме было немного... беспорядка? везде открыты окна и включен кондиционер на максимум. — я спал... — омеге и сказать было нечего. то, что он в пижаме, все еще не умытый и растрепанный уже о многом говорило. а то, что буквально вся его комната душила запахом карамели, уже давало подсказки. — с утра температура поднялась, я даже на работу не пошел.. песель мой, конечно, пару раз погулял во дворе, но я его забыл покормить.. надо бы, кстати. ты проходи, я чайник поставлю, но сил, чтоб привести себя в порядок - у меня нет. так что прости, что я как домовой. — слушай, я может в каких-то моментах тупой и мне надо говорить все прямо,. я не такой гений, как ты, но... у тебя не течка началась? — Чхве не пошел дальше прихожей. если его сейчас выгонят, то он уйдет. он не из тех, кто будет давить. даже если и так уже все понял, даже если уже в висках стучит. он стоит как столб. — ну... может быть? я не знаю, честно. Уен то же самое с утра позвонил и сказал мне. — Сонхва присел на корточках на пол. — но ощущения схожи, только... последний раз, когда я еще не началпить подавители, температура была ниже и не было болей в спине и всей нижней части тела. да и шея у меня ужасно болит, будто ударили чем-то тяжелым... меня больше беспокоит то, что все болит. я отвык от этого и я готов плакать от того, что так себя чувствую и что таким слабым меня видишь ты... — тогда давай сделаем вот как: я сделаю холодный компресс или наберу холодную ванну. сделаю отвар из трав, чтоб не совсем замерз и реально не заболел и постараюсь помочь массажем. чтоб хотя бы не так больно было. это все так сильнее из-за того, что ты пил уйму таблеток. теперь твои гормоны кричат тебе, что ты в полной жопе. я набираю ванну и ставлю чайник? — Сан наконец прошел дальше и присел рядом со своим возлюбленным. — ты иди на кухню а с ванной я разберусь сам... мне двадцать семь, я еще не такой старый чтоб помогать и не такой маленький, чтоб читать мне лекции о пользе всего на свете. так и порешали. только вот энигма полез и порядок наводить везде, где мог. залез и в комнату Пака. там убрал все, за исключением кровати: лучше оставить так, как было комфортно Сонхва. а то еще и за это получит подзатыльник. все планы разрушились когда омега буквально приполз из ванной в той же пижаме, но уже с мокрыми, от воды, волосами. руки почти что истерически дрожали, он был готов свалиться на пол, но держался благодаря стене. Сан подхватил того уже почти в комнате и первое, что ударило в голову и сознание - аромат карамели. яркий, почти приторный. проснулся Сонхва ближе к обеду. по началу проснуться было очень тяжело, но назойливое солнце так и наровило светить прямо в лицо. уже не так плохо себя чувствует, вся боль, что была - прошла. может еще есть небольшая температура, но наверно, это норма. на экране телефона очень много сообщений от Уена, а в голове будто война и мир в кратком изложении и с ярким пересказом. он помнил все, что произошло вчера вечером. и как свалился на руки Сану и как буквально плакал от того, что ему плохо. следом за этим - маленький пробел в памяти. и после этого "тумана" проблески памяти: он помнит и руки Сана на своем теле, помнит каждое его слово, сказанное за ночь. он помнит то, сколько раз был готов расплавиться под своим возлюбленным. он помнит то, как ему поставили метку - рукой проводя по шее он ощутил то, что осталось. в его памяти осталось и то, что Сан несколько раз пытался привести его в чувства, чтоб понять, чего именно хочется омеге. и свою борзость помнит. и то, как он буквально кусал ладонь Чхве, чтоб ему дали возможность быть услашанным. Сонхва не жалеет. после того, как у него хватило сил накинуть на себя хотя бы халат, появилась энергия чтоб и выйти на кухню. — я думал ты меня позовешь, как проснешься, а ты вышел. не болит ничего? как голове, температура? больше ничего не крутит и не давит? я могу дать таблетку от головы, правда она вряд-ли поможет... — Сан сидел около стола, на котором уже был и чай, и завтрак. — не... все хорошо? я чувствую себя намного лучше. правда Уен будто скоро заявится... выходной, а я не отвечаю ему с пяти утра, как он начал мне писать. — без стыда и какого-то стеснения, Пак наконец смог поцеловать Чхве. пусть и в уголок губ, пусть и почти невесомо, но он делает прогресс. — но если мне еще не отшибло память, то в пять утра мне... было не до него.... в дверь очень настойчиво кто-то стучал. после пошли звонки и сообщения чтоб открыли дверь. по ощущениям, скоро Чон закричит. — я тебе по голове так стучать начну, как ты по моей двери. — Сонхва пропустил младшего в дом. — я живой, видишь? все хорошо. — так ты реально просто заболел что-ли? да ну... — привет, Уен. — с кухни кричал Сан и вскоре появился в коридоре. — ты чего такой шумный, вроде все живы и здоровы, а ты трезвонишь так, будто апокалипсис начался. — а... ага, понял. Сонхва, я напишу тебе вечером, пожалуйста, ответь, это очень важно. когда я тебе звоню и пишу - я приоритет. даже если у твоих ног сидит Сан, даже если ты спишь или гуляешь с собакой. меня не волнует чем ты занят, даже секс с твоим муженьком может подождать - я требую ответов сейчас же. на этой ноте младший ушел, при это ехидно хихикая. да и Сонхва с Саном рассмеялись. ------------------- через год Сонхва с Саном сыграли тихую свадьбу в кругу близких. нашли для Уена ухажера, точнее он нашелся сам: старый друг Пака резко объявился и сразу же засел в голове у Чона. и все равно, что он был старше, и все равно, что был смешной и резкий, а не серьезный и спокойный. вместе им стало веселее, хотя бы потому что вдвоем пакостить намного легче и интереснее. Хонджун, так и звали альфу, который стал частью жизни Уена, работал в поликлинике, вечно в работе и вечно жаловался на своих пациентов. а на их, уже семейных посиделках с Саном, Сонхва и Уеном - возмущался по поводу беременных омег, которые вечно пытались поругаться с ним из-за отсутствия записи. — я что, виноват что-ли, что я был в отпуске и сейчас все приемы забиты.. нет, я могу сделать им экг или узи сердца, но уже платно. но они видите ли не хотят. — Ким очень яро жестикулировал и рассказывал на эмоциях. — если их мамы, папы и мужья не зарабатывают специально чтоб помочь, то я чем помогу? я ж не фея крестная с волшебной палочкой, я не скажу им, что у них какая-то болячка просто потому что я так чувствую. — они думают, что ты Ванга, смирись. — Сонхва лишь бы посмеяться над ним. не зря они друзья же. — слушай... Хонджун, а у нас тут сидящих, как думаешь, есть что-то типо порока сердца? то тебе твое внутреннее чутье говорит? обычно они собирались ради таких историй и случаев, ну и чтоб посмеяться друг над другом. пусть и смеялись и издевались в основном над Хонджуном и Сонхва... но тем не менее. для Уена стало проблемой то, что он слишком энергичный: вечно плакался своему старшему, что думает о том, что он не подходит для Кима. теперь очередь Пака быть подушкой для успокоения. но и у него были проблемы - даже после свадьбы с Чхве он не мог жить с мыслью, что не может дать ему того, что возможно тот хочет. — ну что, походу мы в полном тупике, мой великовозрастный друг. ты говорил с ним об этом? — Чон протягивает собеседнику чашку с отваром ромашки. — много раз... я может и не мастер, но последние несколько недель он смотрит на меня как-то... по-другому. ему вечно не так что-то, начиная с того, что я везде хожу один и без него, а заканчивая тем, что я не так, по его мнению, веду свой образ жизни. я думаю уже с работы уйти, лишь бы он успокоился. хотя, может, ему и этого будет мало. ты не подумай, он не абьюзер или что-то типо того, просто ощущение, что я из хрусталя и он боится, что меня украдут или разобьют. это... пугает. — слушай, а может, у него что-то случилось и теперь он переживает за тебя? ну как старая психологическая травма, птср.... не узнавал? — младший, конечно, грел надежду и думал о совершенно о другом, но не скажет же он в лоб. — слушай, когда у тебя была течка в последний раз? я может и не брат тебе, но мне хочется сопоставить факты и собрать картину. — по поводу травмы - у него все живы, ничего такого не было, а вот второе... месяца три назад? приблизительно. обычно было чаще, но цикл наверно сбился. — Сонхва заметил на себе косой взгляд Чона и сразу отмахнулся. — я не пью те таблетки. честно. я забыл про их существование и к врачу своему ходил - он одобрил и сказал, что все вернулось в норму, в плане гормонов. — та я не об этом... я не буду говорить тебе, что я думаю, потому что... вдруг я прав? а моя додумка жестока и виной всему может быть твой муженек. — нет, он мне верен. он из комнаты во время работы не выходит, так что о таком и мысли быть не может. ты лучше скажи мне - с Хонджуном говорил? ему твои мысли как? ------------------- — если честно, мне страшно, что из-за накопительного эффекта тех препаратов у меня снова пошло их действие и все сбилось к чертям... да и Сан сказал, что я парфюм поменял и стал пахнуть более мягко, а не резко и приторно. будто снова все приглушается..— старший задержался в кабинете, опустив взгляд в пол. — может я и вправду не сосздан для семьи и мой приговор это гора таблеток с смешными и страшными названиями... в поликлинике, уже у своего врача он получил несколько напавлений: уйма узи, анализы крови и консультация у кардиолога... кровь сдать получилось платно и очень быстро отдали результаты. узи органов грудной клетки и брюшной полости тоже пришлось делать платно, на последок оставил кардиолога и узи сердца. Ким Хонджун. — нет. я пришел к своему репродуктологу, он дал мне много направлений и сказал все сдать за сегодня, вот я и бегаю... — интересные у тебя, конечно, результаты анализов... я не твой лечащий врач, но хочу спросить, все равно Уену буду докладывать о том, что тут был ты. — Хонджун развернулся на стуле к кушетке. — ты пока рездевайся по пояс, буду делать узи и опрошу заодно. — под четким руководством Пак сделал все что требуется. — за последние несколько недель или месяцев не чувствовал упадок сил? или может ругался с Саном, казалось бы, из-за всякой ерунды? после увлекательной истории о подавителях и их отношениях с Саном - Ким лишь улыбнулся и отдал все бумаги с пожеланием удачи и чтоб тот не волновался. в основном он боялся, что снова все здоровье придется восстанавливать, придется снова пить какие-то таблетки. Уен успел чуть-ли не поругаться с ним, потому что он паникер. — а? в смысле? — Пак наклонил голову в сторону. ему либо показалось, либо он не так понял. — ставь чайник, я еду. — что?! и я узнаю первым... стой. — Чон присел на пол. — то есть почти десять лет тебе кричат о том, то это невозможно, а сейчас - двойня? — теперь и ты меня будешь жалеть... давай обойдемся без всякой такой заботы. я сейчас позвоню маме - она вообще каждую неделю приезжть будет. я не хочу в почти тридцать лет быть как ребенок. — я дома. — и из комнаты сразу показался Чхве. — помоги пожалуйста, у меня бумаг выше крыши и с работы тоже все с собой. пошли в гостинную, разговор есть... — ну первое... вечером приедет мама.. поэтому нужно убраться и испечь бы что-то а второе... — тяжелый вдох и такой же тяжелый выдох. — у нас будет ребенок. хотя вернее сказать, дети. двойня. мальчик и девочка. первый триместр почти закончился... — из сумки он достал снимок узи. действительно двойня. вечром в доме Сана и Сонхва собралось столько людей, скольким все сообщили: и все суетились, пытались помочь. заплаканные от счастья глаза Сана все еще были красными. Уен с него только посмеялся и все нахваливал себя, что познакомил этих двоих. — я все понял. Сонхва, успокой своего мужа, он меня бесит.— младший спрятался за Паком как за родной матерью и все тыкал пальцем в сторону Чхве. — вот он меня обижает. разберись, иначе я пожалуюсь в министерство повыше тебя. твоей маме. — Уен. ей сейчас не до этого... она моим бабушкам звонит и всем кому только можно. поэтому ты обречен на вечные муки и страдания. смирись.