Дом создают близкие

Джонатану Джостару не было холодно, даже не смотря на Лондонский ливень и лёгкое пальто. Мужчина не замечал крупные капли, колотящие по его плечам и голове. Тепло разгоралось внутри него, затуманивало мысли и заставляло мышцы лица сокращаться, рисуя на лице добрую, славную улыбку. Единственное, что сейчас важно для Джоджо – вернуться домой. Он любит свою работу, но к вечеру всегда начинает скучать по семье. Это то место, где каждая вещичка хранит воспоминания, где Джонатан знает каждый уголок, каждый ящичек. Место, где собираются самые дорогие ему люди, где растут его дети и где строятся планы на будущее, которое обещает быть светлым. Остановившись возле кирпичного дома с многоуровневой крышей и тёплым светом, исходящим из просторных окон с резными узорами. Дом, который они с Эриной купили после свадьбы. Они обустраивали его вместе, просматривая журналы и бродя по мебельным магазинам, часами обсуждая ткани для кресел, цвета для штор, вазочки и полочки. Джонатан любит вспоминать, как вешал портреты в гостиной, а самые ценные стоят в маленьких рамочках на камине между зарослями комнатных растений Эрины, будто в райском саду. Их дом большой, с множеством комнат. А всё потому, что в их доме теперь живёт ещё два маленьких, озорных человечка. И каждому нужно своё уютное место, его маленький мирок. А также гостевые спальни, в которых всегда могут расположиться друзья их семьи и брат Джоджо. И куда же без уединённого кабинета, где иногда Джонатан проводит часы, выполняя рабочие проекты и исследуя объекты. А за спиной – домашняя библиотека, в которой собраны даже редкие и уже не издающиеся книги. Большая часть была подарена Дио, он привозил книги из разных стран на самые разные темы. Джонатан улыбнулся, глядя на входную дверь, где на табличке была изящная надпись "Джостары". Дрожащими пальцами Джоджо нащупал в кармане плаща ключи, с трудом вставляя их в замочную скважину. Оказавшись на пороге, всё тело ощутило жар. Дома так тепло, а приятный желтоватый свет резко контрастирует с мрачным, унылым Лондоном. Джонатан тут же заметил лишние пары обуви в прихожей – у них гости! Не успел мужчина снять пальто, как из кухни к нему впорхнула Эрина. Её нежные руки обвили шею мужа, легонько целуя его в щёку. Живой румянец на её щеках делал девушку ещё милее и забавнее. – С возвращением! Ты ведь промок, Джоджо! – С драматизмом воскликнула Эрина. – Давай я принесу тебе полотенце и заварю чай. Эта забота... Материнская, безусловная – её всегда не хватало Джоджо в детстве. А теперь эта девушка не даёт ему замёрзнуть или проголодаться. Джонатан благодарен ей за это. – Спасибо большое. Кто сегодня приехал? – Дио вернулся. Дети играют где-то в доме... – Дио? Уже? Я не ожидал... – Мужчина взял из рук жены полотенце и стал сушить насквозь мокрые волосы. Его щёки, нос и пальцы покраснели от холода и ледяного дождя. – За ужином обязательно расспрошу его о поездке! Эрина прижалась к его груди, ласкаясь, будто котёнок, а затем игриво умчалась на кухню. Улыбнувшись этому чудесному зрелищу, Джонатан в первую очередь пошёл в гостиную. Трое детишек окружили старика-пса Дэнни, который в силу своей доброты не мог уйти от шумной ребятни. Джордж, родной сын Джонатана, названный в честь его погибшего отца, бегал вокруг с игрушечным самолётиком в руках. Он сам смастерил его, отчего игрушка в некоторых местах скривилась и погнулась. Лиза-Лиза смешно размахивала ручками, жмурясь и о чем-то крайне напряжённо думая. Девочку восхищали папа и его наставник, из-за чего она поклялась обучиться хамону, пусть и пока что получается у неё не очень. Лиза была приёмной дочерью Джостаров, но не менее любимой. У малышки погибли родители, а добродушная молодая семья с радостью приютила её и относится как к родной. Иногда Джонатану кажется, что дочка действительно напоминает ему Эрину, пусть они и вправду совсем разные. Джорно же был племянником Джонатана. Дио не женился, но сыном обзавёлся, теперь они вдвоём путешествуют по миру и время от времени заскакивают в этот дом. Мальчик был совсем не похож на своего отца, ни внешностью, ни характером. Даже сейчас Джорно обнимал Дэнни за шею и тыкал ему в шерсть игрушечным шприцом. У мальчика была особая связь с природой, Дио рассказывал, что Джорно всегда просит у него игрушки в виде животных, а в каждом новом городе просится в зоопарк. Джоджо постучал пальцами по дверному косяку, привлекая внимание детей. Он бросил нежный взгляд на сонного Дэнни. – Приветик всем! Не замучили Дэнни? Дружок уже старенький. Джордж на бегу врезался в папу, он был тому едва ли до колен. Тут же мужчина поднял сына на руки, за что ему в щёку упёрся игрушечный самолётик. – Привет! – Щурясь, выкрикнул мальчик. – Папочка! У меня почти получилось сделать хамон! Я точно видела, были две искорки! Честно-честно! Лиза запрыгала на ворсовом ковре, хватая папу за руку и начиная тянуть к себе. Девчушка тоже оказалась на руках. – Умница. Так держать, и скоро ты станешь совсем как дядя Цеппели! – Джонатан чмокнул дочь в щёчку, обращая внимание теперь на племянника. – Джорно, а у тебя как дела? Вы давно с папой вернулись? Расскажи, где вы были? Джорно неуклюже поднялся, опираясь на голову Дэнни, а затем поднял наивные, голубые глазки наверх. – В Италии! Там было очень много солнышка и много-много растений! Мы с папой приехали недавно, я сразу побежал к Дэнни. Я пообещал ему поиграть в доктора! – Молодец! Дэнни определённо запомнит, что ты сдержал своё обещание. Эти дети были просто лапочками. У Джонатана сердце щемило, когда эти малыши делились своими впечатлениями и успехами. Самолётик Джорджа всё ещё врезался в его щёку, поэтому Джоджо решил игриво проучить шутников. Он перекинул их через плечи и покрутился. Гостиная залилась звонким, детским смехом и визгом. Джонатан и сам не мог сдержать мягкого смеха. Он отпустил детей, даря каждому поглаживание по голове (в том числе и Дэнни). – Узнаете у мамы что у нас сегодня на ужин? А я пока схожу к Дио, проведаю как он. Джорно, твой папа ведь в кабинете? Получив радостные кивки, Джонатан подмигнул детям и шагнул к широкой лестнице с резными перилами, прыжками поднимаясь наверх. Кабинет был самой дальней комнатой. Идя по коридору и взбивая пыль бордовых ковров, Джоджо думал о Дио. Как он, должно быть, читает сейчас то, что сам и привёз, вальяжно сидит в его кресле, закинув ноги на стол. Забавно, такая картина и предстала перед Джонатаном, когда он, звонко постучав, вошёл в кабинет. – Рад тебя видеть, Дио. Ты даже не предупредил, что будешь уже сегодня. Ты полон сюрпризов... Откинув голову назад, Дио улыбнулся. На щёках появились милые ямочки. – Джоджо. Я подумал, явиться к тебе без приглашения будет намного веселее. Эрина пообещала моё любимое. Джонатан усмехнулся, ему было так приятно, когда один его близкий человек хорошо откликался о другом. Бывает он вспоминал отрочество: невозможно забыть издевательства и клевету Дио даже сквозь года. А затем он осознаёт настоящее, окружающее и смотрит на брата, берущего в руки определённо новую книгу, завязанную синей лентой, и становится даже стыдно. – Дио... Ты снова покупаешь мне дорогие книги? Знаешь ведь, мне ценен любой подарок от тебя, – потирая затылок бормотал Джоджо. Ему было всегда неловко принимать подобные подарки, пусть оба и были достаточно обеспеченными для покупки хорошей книги. – Дурачок Джоджо. И слушать не хочу. Это из Италии, про историю. Там и про археологию есть. Почитай, тебе интересно будет, – не отводя взгляда, говорил Дио. – Спасибо тебе. Ты всегда знаешь что мне понравится. Я прочитаю, обещаю, – бережно поставив книгу на полку и протерев несколько корешков от слоя пыли, Джоджо продолжил. – Как тебе поездка в Италию? Джорно стал таким особенным, тебе легче с ним? Дио вальяжно встал, потягиваясь и встряхивая головой. Как бы тяжело не было, своего сына он никогда не считал обузой. Он делал ради этого мальчика всё, порой даже слишком балуя его, – повезло, что Джорно такой хороший мальчик – ведь для Дио было бы унизительным и отвратительным стать таким же, каким был его отец. Жестокий, жадный, мерзкий ублюдок. Джорно не должен знать такого, Дио поклялся сделать его детство счастливым, ярким и полным любви. Всего себя он вкладывал в этого ребёнка, чем заслужил абсолютное прощение и доверие от Джонатана, ведь такая нежность, казалось, противоположна природе этого мужчины. – Джорно привык и спокойно переносит путешествия. Ему понравилась Италия, наверное его любимая поездка теперь. Я думал съездить туда ещё раз. Это очень хорошее место. В вашем Лондоне такой холод, у меня так ребёнок заболеет, а может и я... – Последнее он добавил тише и с саркастической усмешкой. – Хочется в тепло снова, я привык. Думал, может в Египет? Что думаешь? – Ребёнка не перегрузи сменой климата. Джоджо лишь посмеялся, искренне радуясь за брата. Путешествуя по миру вместе с Джоном, Дио выглядит по-настоящему счастливым. Никогда прежде Джонатан его таким не видел. Зная его тяжёлое прошлое, мужчина не мог желать ему иного. Диалог прервал Джордж, вбежавший в комнату и ещё секунды две тяжело дышал, глотая воздух. Резко он выпрямился, став столбом, руки по швам. Правая ручка отдала честь, высокий голосок затараторил. – Офицер мама просила доложить, что ужин готов! Джонатан добродушно рассмеялся, отдавая честь в ответ. Дио же лишь усмехнулся, захлопывая свою книгу, которую читал. – Вас поняли! Сейчас спустимся. Особенно Джонатан любил ужины всей семьёй. Вечера стали его любимым временем суток, ведь в это время нет суеты, тревоги, а впереди лишь отдых в мягкой постели и сладкий сон. Именно вечером приём пищи по-настоящему размеренный и по особенному вкусный. Соскучившись за день, вся семья говорит так много, помогая расслабиться или разделяя приятные – или не совсем – эмоции. А потом пора укладывать детей спать. Это всегда означает добрые сказки, колыбельные, которые робким голосом поёт его любимая, тихие и спокойные игры в кроватке, а потом родители остаются сидеть у кроватки, пока их сын и дочка не уснут. И пока малыш засыпает, супруги держатся за руки, со сладкой, воздушной нежностью переплетая пальцы и прижимаясь щеками друг к другу. А сегодня с ними Дио. Значит, после того, как все дети заснут, взрослые усядутся на кухне с приглушённым светом, Эрина заварит успокаивающий чай, и разговоры польются душевные, личные, переходя то в шутки и до стеснения наглые сплетни, то в чистосердечные признания. Под столом, вытесняя ноги, будет лежать Дэнни, который спустя столько лет продолжает каждый раз голодными глазами умоляюще смотреть на фрукты на столе. Джонатан без стыда уложит голову на руки Эрины, которая будет перебирать вьющиеся от влажного Лондонского климата волосы Джоджо. Её руки усыпят его, только шутливые щелчки по носу от Дио не дадут полностью погрузиться в сон. Кажется, сегодня его вновь ждут эти волшебные моменты, которые делают его живым, счастливым, а эти комнаты – домом этой семьи.