котята Нокс и Люциан.

Пар от горячей воды всё ещё висел в воздухе ванной, клубясь у потолка и медленно рассеиваясь в прохладном воздухе спальни. Нокс выключил воду, стряхнул с рук последние капли и потянулся за полотенцем, висевшим на крючке рядом с душевой кабиной. Его кожа, ещё красноватая от температуры воды, покрылась мелкими мурашками, когда он вышел в комнату, обёртывая полотенце вокруг бёдер. Темные волосы прилипли к вискам, а несколько капель скатилось по ключице, оставляя за собой едва заметный влажный след. Спальня была приглушённо освещена только ночником у кровати, отбрасывающим мягкие тени на стены, слегка алые. И именно в этом полумраке Нокс заметил своего возлюбленного. Тот сидел на краю кровати, сгорбившись, а пальцы нервно теребили край серой футболки, слегка растягивая ткань. Его колени были плотно сжаты, а плечи напряжены, будто он пытался вжаться в матрас. При звуке шагов Люциан резко поднял голову, и их глаза встретились. Взгляд у него был… странный, неуверенный, даже какой то виноватый, только причину не знал никто, кроме Люци. — Я..., — голос младшего был сорван, он кашлянул. — Я приехал раньше. Думал, ты уже спишь. Нокс медленно направился к кровати, полотенце чуть сползло, но поправлять он его не собирался. Матрас прогнулся под весом старшего. Они соприкасались плечами. Тепло от тела Люци чувствовалось даже сквозь тонкую ткань футболки. Нокс невольно вдохнул знакомый запах, смесь его собственного геля для душа и чего-то ещё, чего-то только Люцианового. — Что-то случилось? Ты весь, как на иголках. Люциан резко встал. Движение было таким внезапным, что Нокс не успел среагировать, когда руки Люциана схватили его за плечи и толкнули назад. Он упал на спину, полотенце соскользнуло с бёдер, обнажив его полностью, но это было уже не важно, потому что Люциан навалился сверху, его губы жадно нашли губы Нокса, а пальцы впились в волосы, ещё влажные от душа. Поцелуй был неистовым, в какой-то степени отчаянным. Зубы стукнулись, языки сплелись в горячем, мокром хаосе, и Нокс автоматически обхватит его за талию, притягивая ближе. Сейчас Нокс учуял запах сладкого, будто Люциан съел конфету или выпил вино перед тем, как зайти в комнату. Люциан отстранился всего на секунду, его дыхание сбивалось, грудь тяжело вздымалась под футболкой. — Я соскучился, — Люци говорил тихо, но этого хватало. Хватало лишь бы его возлюбленный слышал его. — Чёрт, я так соскучился, Нокс. Его руки дрожали, когда он поднялся, стягивая через голову собственную футболку. Нокс успевает только вдохнуть, прежде чем губы Люциана снова находят его, а руки скользят вниз, проходясь по крепкому торсу. — Хочу тебя, — горячее дыхание опаляло губы Нокса. — Сейчас...прямо сейчас, Рейнер. У Нокса была некая заметка в голове. Было лишь три причины обращения младшим по фамилии. Первое - он жутко ревнует, второе - у него болит голова и ему сейчас не до общения, третье - он возбужден. Стоит ли говорить какой вариант был сейчас? Люциан спустился ниже, целуя шею Нокса, кусая ключицу, обводя языком адамово яблоко, а затем проведя влажными поцелуями по соска, заставляя Нокса выгнуться, когда зубы слегка сжали чувствительную плоть. Руки обхватили его бёдра, спускаясь дальше, оставляя поцелуи на каждом сантиметра живота. Нокс задышал сильнее, стоило парню спустится к вставшему органу и проведя губами по головке, а после вобрать его в рот. Горло Люциана сжималось вокруг него, влажное и горячее, а язык работал так умело, что Нокс не мог сдержать протяжный стон. Это было слишком запретно, невыносимо хорош. Он знал, что если Люциан продолжит, он кончит ему в рот, а он это сейчас уж точно не хочет. — Хватит, — Нокс прохрипел, его голос звучал чужим. Он потянул Люциана за светлые волосы, заставляя того отстраниться. — Хватит, ты ж меня с ума сведешь так. Леруа выглядел одурманенным, губы блестели, были припухшими, глаза полуприкрыты, а руки всё ещё лежали на бёдрах Нокса, впиваясь в крепкие мышцы. — Я хочу тебя сверху. Его голос дрожал от желания, они не виделись месяц. Месяц блять. Он попытался приподняться, его колено скользнуло между ног Нокса, но тот резко перевернул его, прижимая к матрасу, заставляя младшего ахнуть. Он нависал над ним, его тело прижимало младшего к кровати, а руки захватили запястья Люци, прижав их к подушке над его головой. Их глаза встретились — в полумраке зрачки Люциана были расширены, его грудь тяжело вздымалась, а его член, твёрдый и горячий, прижимался к животу старшего. — Прости, малыш, — голос Нокса был низким, со своей хрипотцой. — Но я хочу тебя под собой. Он снова нашел губы Люциана, а свободная рука скользнула вниз, обхватывая их оба. Паркеь чувствовал, как тот дрожит под ним, как его бёдра поднимаются навстречу каждому движению, как его ногти впиваются в его плечи, как он желает его всего. — Нокс, пожалуйста, — младший шептал, его голос был отчаянным. — Прошу...мне нужен ты внутри. Нокс приподнялся, рукой дотянувшись к прикроватной тумбочке, открытая верхнюю полку. — Солнце, смазка закончилась. Тебе придется чуть-чуть потерпеть. Он вернулся к телу возлюбленного, целуя его шею. Алые метки появлялись на глазах, младшему служа своего рода украшением, доказательством, что он неприкосаем для других. Постепенно он спускался ниже, выцеловывая грудь, не забывая уделить внимание вставшим соскам парнишки. Рука тем временем скользнула ниже, пальцы нашли вход, ещё сухой. Быстро поднеся и плюнув на пальцы, он вернул их, проникая одним пальцем, вызывая громкий стон младшего. Нокс добавил второй палец, растягивая тугие стенки. — Ты такой тугой, — Нокс прошептал, его губы касались уха Люциана, покусывая мочку.— Всегда такой тугой и только для меня. Люциан застонал, откинув голову назад, обнажая горло. Его руки вырвались из хвата Нокса, обхватили его шею, притягивая ближе для поцелуя. Их языки сплелись, тела двигались вместе, и когда Нокс наконец вошёл в него, Люциан вскрикнул ему в губы. Ногти младшего впились в спину Нокса настолько сильно, что завтра второго ждёт сюрприз в виде расцарапанной спины. Нокс двигался медленно, позволяя Люци привыкнуть. В комнате стоял запах орехового геля для душа, пота и секса. Вскоре движения стали ритмичными, глубокими. Пружины тихо поскрипывали, а дыхание парней сбивалось с каждым толчком. — Боже, Нокс, — Люци стонал, его голос был хриплым, не узнаваемым сейчас.— Я… я не могу… Нокс почувствовал, как тело Люциана напряглось под ним, как его член дернулся в его руке, и горячие струи брызнули на его живот. Нокс не заставил себя ждать, он кончил следом за возлюбленным глубоко внутрь. Они лежали так несколько минут, их дыхание медленно возвращалось к норме, тела всё ещё были сплетены вместе. Нокс наконец откатился на бок, притягивая Люциана к себе, и взъерошив светлые пряди волос, прилипшие к его лбу. Люц прижался ближе, его голова лежала на груди парня, а дыхание было ровным и спокойным. — Я соскучился, — он звучал сонно. — Я тоже, очень. Рейнер поцеловал его в висок, накрыл их одеялом и прижал парня к себе. Он перебирал волосы Люци, наблюдая как тот потихоньку засыпает.