Предел

      Кенма валялся у себя на кровати с приставкой в руках, окружённый тремя пустыми банками от энергетиков. Куроо, в очередной раз зайдя к нему домой без стука, снова отчитывал младшего за очередное причинение вреда своему здоровью.       Козуме действительно не заботился о себе: постоянно играл вместо нормального сна, порции пищи не доедал, на тренировках не особо-то и старался, отчего имел щуплое телосложение, восполнял энергию энергетиками и — крайне редко — пятью кружками кофе. Или пинками Тэцуро под зад. Особенно, если он случайно засыпал под утро, пропуская начало тренировки.       Но, несмотря на всё это, парни были дружны. У них абсолютно разные интересы, однако им не требовалось болтать без умолку для комфортного нахождения рядом друг с другом. После тренировок Кенма любил поваляться в обнимку с Куро в обители из подушек и одеял. На просьбы погулять младший часто пользовался отговоркой, что устал на тренировке. Да, он, конечно же, уставал, приходил домой весь потный и утомлённый, но, по большей части, ему просто не хотелось находиться в обществе дольше, чем длится тренировка и дорога до дома.       Иногда Тэцуро оставался на ночь у Кенмы, не давая тому играть в позднее время (хотя связующий, конечно же, сразу доставал приставку, как только старший заснёт).       В последнее время Козуме стал приобщаться к обществу. Нет, он не стал свободно разговаривать или вести себя вызывающе, но перестал разговаривать «через» Куроо. Раньше он обменивался информацией только за спиной друга, шепча ему на ухо то, что хотел сказать. Возможно, он стал взрослее, а оттого и чуть смелее, но, вероятно, он перестал капризничать в своей манере и скорее смирился с необходимостью общения с людьми, хоть и до сих пор в максимально сокращённой форме. Старший стал защитой для Кенмы.       Во время тренировочных лагерей Куро ещё больше наседал на связующего: «доедай свой завтрак, а то консоль не отдам», «ложись спать, а то завтра заставлю бежать в одном со мной темпе» и прочие манипуляции, которые, к удивлению, работали в разы лучше, чем упрёки и наказания тренера Нэкоматы. Никто в принципе не понимал их связи: как такие разные люди умудрились стать лучшими друзьями, не отходящими друг от друга ни на шаг? (Только вот знали бы они, что в семилетнем возрасте именно Кенма первым вышел на контакт с Куро. Пожалуй, тогда вопросы бы отпали мигом. Но им лучше это не знать).       Чем ближе было окончание этого учебного года, тем ближе был и выпуск капитана команды Нэкома из старшей школы. Козуме старался не показывать этого, однако он сильно нервничал. Он уже переживал момент, когда Куроо уходил от него в другую школу. Но в тот момент он оставался в этом же городе, не так уж и далеко от Кенмы. Однако младший понимал: в этот раз такого не будет. Центральный блокирующий Нэкомы наверняка поступит в учебное заведение, связанное со спортом, но Козуме точно пойдёт в иное направление. После этого их пути разойдутся, скорее всего, окончательно.

***

      В тот день шёл дождь. Не особо сильный, но ощутимый. Паршивое настроение, поганая погода — что может быть лучше? Пожалуй, только одно — ссора с Тэцуро. Они и сами не помнят, как так вышло. Неэмоциональный Кенма тогда пустил слезу. В тот момент, когда Куроо пришёл мириться. Можно было списать на каплю от дождя, если бы не зоно старшего над головой, укрывающий от влаги. В последнее время связующему сложнее сдерживать поток слёз. Возможно, дело в том, что он почти не остаётся наедине с собой — они с Куро стали проводить гораздо больше времени вместе, чем раньше, отчего приходилось сдерживать эмоции. Возможно, дело в том, что близился выпуск старшего, отчего повышалась тревога как за собственную безопасность в обществе, которую обеспечивал Тэцу, — так и за безопасность волейбольной команды, ведь совсем скоро придётся менять капитана. А возможно, что это всё возымело накопительный эффект. Так или иначе, Куроо получил рыдающего в своих руках Кенму (который, в общем-то, крайне редко меняется в лице). В тот вечер Козуме даже не достал игровую консоль из кармана объёмной кофты, пролежав в объятиях старшего.       Если так подумать, все проблемы подождут. Сейчас они хотели только одного — наслаждаться моментами, когда они находятся рядом друг с другом.