Вирусное интервью|Малинник

Они не разошлись сразу. Хотя могли. Хотя, наверное, должны были. После тех слов повисла тишина, но уже не такая тяжёлая, как раньше — она была странно спокойной, будто оба на секунду перестали сопротивляться и просто приняли тот факт, что между ними происходит что-то, что невозможно быстро объяснить или убрать. Илья первым отвёл взгляд, чуть оттолкнулся от льда и сделал круг, не спеша, чувствуя, как лезвия мягко режут поверхность, оставляя тонкие следы, которые почти сразу исчезали под светом ламп. Он пытался привести мысли в порядок. Это уже не просто разговор. Слишком много было сказано. Он остановился, обернулся и увидел, что Петя всё ещё стоит там же, только теперь наблюдает за ним внимательнее, чем раньше, будто пытается прочитать что-то по движениям, а не по словам. — Ты всегда так уходишь от ответа? — спокойно спросил Петя. Илья усмехнулся краем губ, но не резко, а скорее устало. — А ты всегда задаёшь такие вопросы? Петя пожал плечами и медленно подъехал ближе. — Только когда это важно. Эта фраза прозвучала тише, чем предыдущие, но почему-то именно она задела сильнее. Илья чуть сжал пальцы, стараясь не показывать этого. — И что именно сейчас важно? — спросил он, хотя сам уже догадывался. Петя остановился напротив, почти на том же расстоянии, что и раньше, но теперь это ощущалось по-другому — не неловко, а… слишком осознанно. — Ты, — ответил он. Илья замер. Всего на секунду, но этого хватило, чтобы внутри всё сбилось. — Ты сейчас серьёзно? — он попытался перевести это в привычный тон, но голос всё равно немного дрогнул. — А ты нет? Илья отвёл взгляд, будто это могло помочь вернуть контроль. Это уже перебор. — Мы просто… — он замолчал, потому что не знал, как закончить фразу. Соперники? Знакомые? Люди, которые случайно оказались в одной ситуации? Ни одно слово не подходило. Петя заметил это сразу. — Вот именно, — тихо сказал он. И снова шаг ближе. Илья не отступил. Хотя мог. Хотя внутри всё подсказывало, что нужно. Расстояние между ними стало совсем маленьким. Слишком. Илья почувствовал это физически — холод воздуха, тепло рядом, дыхание. Он нахмурился, будто пытаясь удержать себя в привычных рамках. — Ты вообще понимаешь, что это всё… странно? — сказал он, чуть тише. — Да, — спокойно ответил Петя. — И тебя это не напрягает? Петя на секунду задумался. — Напрягает. — Тогда почему ты… — Потому что игнорировать это хуже. Слова прозвучали просто. Но точно. Илья опустил взгляд на лёд. Тонкие линии от коньков пересекались, накладывались друг на друга, как будто отражая то, что происходило между ними — запутанно, непонятно, но уже не случайно. Он медленно выдохнул. — Мы даже нормально не общались раньше. — Значит, начнём сейчас. Илья усмехнулся. — Прямо так? — А есть другой вариант? Он поднял взгляд. Петя смотрел спокойно. Без давления. Но с уверенностью. И это сбивало. Почему он так уверен?.. Илья сделал шаг вперёд, сокращая расстояние окончательно, будто проверяя границу. Теперь между ними почти не оставалось места. Он видел каждое движение, каждую мелочь — как Петя чуть напряг пальцы, как его взгляд на секунду опустился, а потом снова поднялся. — И что ты хочешь узнать? — тихо спросил Илья. Петя не ответил сразу. Секунда. Вторая. И затем: — Почему ты тогда так сказал. Снова это. — Я уже говорил, — он попытался отвести разговор в сторону, — просто ответ. — Нет. Илья нахмурился. — Тогда скажи сам. Петя чуть наклонил голову, не отрывая взгляда. — Потому что ты думаешь обо мне. Тишина. Илья почувствовал, как внутри что-то резко сжалось. — Это уже слишком, — тихо сказал он. Но не отступил. Петя заметил это. И чуть тише добавил: — Тогда почему ты всё ещё здесь? Илья не ответил. Потому что не мог. Потому что правда была слишком очевидной. Он остался. Без причины, которую можно было бы объяснить логично. И именно это пугало больше всего. Он резко выдохнул и провёл рукой по волосам. — Нам лучше остановиться, — сказал он. Но голос прозвучал неуверенно. Петя чуть прищурился. — Ты правда этого хочешь? Пауза. Илья посмотрел на него. И в этот момент понял — ответа «да» у него нет. И это было самой большой проблемой. Потому что чем дольше они стояли вот так, слишком близко, тем сильнее становилось ощущение, что граница уже почти исчезла. И если сделать ещё один шаг назад уже не получится.