Вирусное интервью|Малинник

Илья замер всего на секунду, в тот самый момент, когда поцелуй стал уже чем-то настоящим, ощутимым, от чего невозможно было просто отступить, как раньше, потому что в этот раз внутри не было той паники, которая заставляла его сделать шаг назад, а наоборот — было странное, тёплое ощущение, будто всё наконец встало на своё место. И он ответил. Не резко, не так же уверенно, как Петя, но достаточно, чтобы это уже нельзя было назвать случайностью или ошибкой, достаточно, чтобы этот момент стал взаимным, осознанным, настоящим. Время будто снова замедлилось, и всё вокруг потеряло значение, оставив только это ощущение близости, от которого раньше хотелось убежать, а сейчас — наоборот, удержать хотя бы ещё немного. Когда они всё-таки отстранились, остались стоять рядом, слишком близко, но уже без напряжения, которое было раньше. Илья посмотрел на Петю, и в этот раз в его взгляде не было растерянности или попытки закрыться, только тихое понимание, которое сформировалось само, без лишних слов. — Это… — он чуть усмехнулся, но мягко, — не ошибка. Петя выдохнул. — Я тоже так думаю. Илья провёл рукой по волосам и чуть отошёл. — Нам, наверное, стоило начать с этого, — сказал он, чуть усмехнувшись. Петя улыбнулся. — Тогда было бы слишком просто. Илья кивнул. — Да. Он прошёл в комнату, и в этот момент к ним тихо подошли его кошки — Миу Миу и Мисти, которые, как будто чувствуя, что напряжение исчезло, сразу начали тереться о ноги, требуя внимания. Илья чуть наклонился, погладил одну, потом вторую. — Они всегда появляются в самый нужный момент. Петя присел рядом, аккуратно протянул руку к кошке, и та сразу спокойно позволила себя погладить, будто тоже принимала его присутствие без лишних вопросов. Они сели рядом и разговор начался сам, без напряжения, без попыток подобрать идеальные слова, потому что теперь это уже было не нужно. Они говорили о том, что чувствовали, о том, как всё это началось, о том, что их бесило друг в друге раньше и что теперь вдруг перестало казаться таким важным, и в этих словах не было ни спешки, ни страха, только желание наконец понять друг друга без масок и привычной дистанции. Время прошло незаметно. В какой-то момент Петя взял телефон, быстро написал сообщение. В это же время, на улице, Аделия остановилась, когда её телефон завибрировал. Она открыла сообщение. «Мы поговорили. Всё нормально. И… мы поцеловались.» Она улыбнулась, чуть повернув экран к Эмбер Гленн. — Ну вот. Эмбер прочитала и тихо усмехнулась. — Я же говорила. Аделия быстро напечатала ответ: «Я рада. Не испорти всё теперь.» Она убрала телефон и посмотрела вперёд. — Значит, всё только начинается. Эмбер кивнула. — Да. В квартире Ильи разговор всё ещё продолжался, но теперь он был лёгким, спокойным, без той тяжести, которая была раньше, потому что самое главное уже было сказано, пусть и не словами. Илья тоже взял телефон, на секунду задумался, а потом написал. Эмбер почувствовала вибрацию почти сразу. «Мы поговорили. Всё нормально. И… да.» Она улыбнулась, не отвечая сразу, потому что и так всё было понятно. Позже, когда вечер уже начал постепенно переходить в ночь, Аделия и Эмбер остановились у перекрёстка, где им нужно было разойтись. Они посмотрели друг на друга, и в этом взгляде было спокойное понимание, что всё прошло так, как должно было. — Думаю, дальше они сами справятся, — сказала Эмбер. Аделия кивнула. — Уже справляются. Они обнялись коротко, но искренне, и разошлись в разные стороны, оставляя эту историю тем, кому она действительно принадлежала. В квартире Ильи всё тоже подходило к завершению. Петя встал, чуть задержался, будто не совсем хотел уходить, но понимал, что этот вечер должен закончиться спокойно, без спешки. — Я, наверное, пойду, — сказал он. Илья кивнул. Они стояли рядом ещё секунду, потом Илья чуть наклонился вперёд и обнял его. Петя ответил сразу. И в этом объятии не было неловкости. Только тепло. И что-то новое, к чему они только начинали привыкать. Когда он ушёл, квартира снова стала тихой, но теперь эта тишина была другой — не пустой, а спокойной. Илья лёг на кровать, чувствуя приятную усталость, и впервые за долгое время позволил себе просто не думать слишком много. Телефон завибрировал. Он лениво взял его и открыл сообщение от Эмбер. Фотография. Он замер. На ней были он и Петя на льду, снятые со стороны, в момент, когда они стояли слишком близко, и это уже обсуждали в комментариях, которые заполняли экран. «Кажется, вы уже давно всё решили, просто не знали об этом,» — написала она.