Паучок под присмотром

Башня Мстителей, вторник, 6:47 утра. Комната Питера Питер Паркер-Старк проснулся от того, что его нос отказывался дышать. Горло саднило, голова раскалывалась, а паучье чутьё молчало — не потому, что опасности не было, а потому, что всё тело кричало: «Ты уже в опасности, идиот, ты болеешь». — Пятница? — прохрипел он. — Да, сэр? — голос Пятницы звучал обеспокоенно (насколько это возможно для ИИ). — Что со мной? — Судя по показателям, у вас вирусная инфекция. Температура — 38,5. Регенерация замедлена. — Как? Я же паук. Пауки не болеют. — Но вы заболели, сэр. Вероятно, вчерашний патруль под дождём не прошёл бесследно. — Я был под дождём всего час. — Час под ледяным дождём без шапки, сэр. — У меня есть капюшон. — Капюшон не закрывает уши, сэр. — Пятница, не умничай. — Я выполняю свои функции, сэр. Сейчас моя функция — напомнить вам, что вы болеете. Питер попытался встать. Комната поплыла. Он сел обратно на кровать и чихнул. Чих получился громким, влажным и очень непаучьим. — Пятница, никому не говори, — попросил он. — Уже сказала мистеру Старку. Он бежит. — Пятница! — Я забочусь о вашем здоровье, сэр. Забота важнее секретности. Дверь в комнату распахнулась. Влетел Тони — в пижаме, с взлохмаченными волосами и с аптечкой в руках. Следом — Пеппер, Харли, Бенджамин (который чихнул в знак солидарности) и почему-то Клинт с луком. — Что случилось? — спросил Тони, падая на колени перед кроватью. — Я болен, — прошептал Питер. — Пауки не болеют! — Я заболел. — Ты паук или нет? — Паук, но с иммунитетом, как у человека. — Это плохая генетика. — Это паучья генетика, папа. — Не называй меня папой, когда ты болен. — А кем называть? — Врачом. Я сейчас вылечу тебя. — Ты не врач, ты инженер. — Инженеры лечат технику. Ты — биотехника. — Я — человек. — Человек-паук. Это гибрид. — Тони, дай ему спокойно поболеть, — сказала Пеппер, поправляя одеяло. — Он не должен болеть! У него регенерация! — Регенерация не работает против вирусов? — Должна! — Не должна, — вмешался Брюс, заходя в комнату с медицинским сканером. — Вирус размножается быстрее, чем клетки восстанавливаются. Паук болеет, как обычный человек. Просто выздоравливает немного быстрее. — Насколько быстрее? — В два-три раза. — Значит, он будет болеть три дня вместо недели? — Теоретически. — А практически? — Практически — он будет ныть и требовать суп. — Я не ною, — простонал Питер. — Я констатирую факты. — Какие факты? — спросил Харли, садясь на край кровати. — Факт первый: у меня болит голова. Факт второй: я не могу дышать носом. Факт третий: я хочу куриный суп. — Куриный суп — это не факт, это желание. — Для меня — факт. Харли погладил его по голове. — Я сделаю тебе суп, — сказал он. — Ты умеешь готовить суп? — Умею. Кипятить воду и бросать туда кубики овощей. — Это не суп. — Это суп для бедных студентов. — Я не бедный студент. Я больной паук. — Тогда я попрошу Тони. — Тони не умеет готовить. — Умею! — возмутился Тони. — Ты сжёг яичницу вчера. — Это была карамелизация. — Это был пожар. — Пожар потушили. — Дроны. — Дроны — мои. Значит, я потушил. — Ты сидел в углу и кричал «Пятница, вода!». — Я координировал процесс. — Ты паниковал. — Одно и то же. — Нет. — Да. — Дети, прекратите, — сказала Пеппер. — Суп сделаю я. Питер, ты будешь лежать. Бенджамин, ты будешь сидеть рядом и не чихать на подушку. Бенджамин чихнул. На подушку. — Я сказала — не чихать. Бенджамин отвернулся и чихнул в стену. — Это лучше, — вздохнула Пеппер и ушла на кухню. Два часа спустя. Гостиная Питер лежал на диване, закутанный в три пледа, с Бенджамином на коленях и с кружкой горячего чая в руках. Рядом сидели Тони, Харли, Клинт, Наташа, Стив, Баки, Сэм, Роуди, Брюс, Ванда, Вижн, Тор, Локи (в образе торшера) и Стивен Стрэндж (парил под потолком). — Зачем вы все здесь? — спросил Питер, шмыгая носом. — Мы болеем с тобой, — сказал Клинт. — Ты не болеешь, ты ешь чипсы. — Чипсы — это моё лекарство. — От чего? — От скуки. — Уходи. — Не уйду. — Наташа, прогони его. — Не могу, — ответила Наташа. — Он мой напарник. — Ты его ненавидишь. — Я его люблю. — Нет. — Да. — Пятница? — Мисс Романофф говорит правду, сэр. Она любит мистера Бартона. Как брата. — Слышал? — сказал Клинт. — Как брата. Тор подошёл к дивану и навис над Питером. — В Асгарде мы лечим болезни мёдом и кулаками. — Кулаками? — переспросил Питер. — Удар по голове ускоряет кровоток. — Ты предлагаешь ударить меня по голове? — Чтобы ты быстрее выздоровел. — Тор, нет! - оживился Старк. — Тор, да. — Тор занёс кулак. — Тор, убери руку, — сказал Стив, перехватывая его запястье. — Я помогаю. — Ты убьёшь его. — Я помогаю убивать. — Это не одно и то же. — Почти. — Отойди. Тор отошёл, обиженный. Локи, стоявший в углу в образе торшера, захихикал. Ванда подошла и села рядом с Питером. — Я могу снять боль, — сказала она. — Это магия? — Да. Алая. — А она не навредит? — Нет. Я практиковалась на Клинте. — На мне? — удивился Клинт. — Когда? — Вчера. У тебя болела голова после тренировки. — А, да. Голова прошла. — Я сняла. — Я думал, само прошло. — Не само. Я помогла. — Спасибо. — Пожалуйста. Ванда протянула руки к Питеру. Алые нити обвили его голову, и боль ушла. — Ого, — сказал Питер. — Это круто. — Я знаю, — ответила Ванда. — Скромность — не твоё качество. — Скромность — для тех, кто не умеет лечить. — А ты умеешь? — Учусь. Бенджамин чихнул на алые нити. — Он говорит «спасибо», — перевела Ванда. — Ты переводишь чихи? — Я перевожу эмоции. Чих — это эмоция. — Какая? — Благодарность. — Откуда знаешь? — Я Ванда. — Это не аргумент. — Это единственный аргумент. Питер улыбнулся и откинулся на подушки. Кухня. Пеппер варит суп Пеппер стояла у плиты, помешивая бульон. Рядом сидел Брюс и читал книгу «Вирусные инфекции у супергероев». — Ты думаешь, это поможет? — спросил Брюс, кивая на кастрюлю. — Суп? Поможет. Душевно. — А физически? — Тоже. Тёплый бульон — это жидкость, соль, электролиты. — И курица? — И курица. — Научно. — Я старалась. Вошёл Тони. — Как он? — спросила Пеппер. — Лежит. Смотрит телевизор. Бенджамин спит на его коленях. — Они милые. — Они ненормальные. — Одно и то же. — Нет. — Да. — Спорим? — На что? - спросила Поттс. — На новую кофеварку. - ответил Старк — Твоя кофеварка совершенна. — Я сделаю новую. Ещё совершеннее. — Не надо. — Надо. — Зачем? — Чтобы варить кофе для паука, когда он болеет. — Он пьянеет с малой капли кофеина! — Я знаю, поэтому он будет пить травяной кофе. — Травяной — это не кофе. — Это кофе для пауков. — Не существует. — Я создам. — Ты ненормальный. — Я любящий муж. — А я невеста. — Скоро жена. — Почти. Суп сварился. Пеппер налила его в кружку (Питер не любил тарелки) и отнесла в гостиную. Гостиная. Питер пьёт суп — Это вкусно, — сказал Питер, отхлёбывая из кружки. — Спасибо, — ответила Пеппер. — Ты лучшая. — Я знаю. — Скромность... — Не моё качество. - перебила его Пеппер. — А чьё? — Твоё. Ты скромный. — Потому что я паук. Пауки скромные. — Пауки плетут паутину и едят мух. В этом нет скромности. — Есть. Я не хвастаюсь, что я паук. — Ты хвастаешься тем, что ты Человек-паук. — Это другое. — Чем? — Я спасаю мир. — Это не скромность. — Это правда. — Одно и то же. — Почти. Вошёл Харли с новым пледом. — Это тебе, — сказал он, укутывая Питера. — С пауками. — Спасибо. Ты тоже лучший. — Я знаю. — Скромность? — Не знаю такого слова. — Ты идиот. — Я влюблённый. — Одно и то же. — Заткнись и пей суп. Питер засмеялся, закашлялся, чихнул и облил Харли бульоном. — Извини, — сказал он. — Ничего, — ответил Харли, вытираясь. — Это суп. Он полезный. — Для кожи? — Для души. — Глубоко... — Я иногда... — Очень редко... — Но метко... (Честно признаться, их перебивающие диалоги не поняли даже Мстители). Бенджамин проснулся, чихнул и снова заснул. Вечер. Тони и Питер наедине Тони сидел на краю дивана, держал Питера за руку и смотрел телевизор (включили «Звёздные войны» для фона). — Ты как? — спросил Тони. — Лучше, — ответил Питер. — Температура упала. — Регенерация работает? — Потихоньку. — Завтра будешь здоров? — Послезавтра. — Это долго. — Это быстро. — Для меня — долго. — Для тебя — всегда долго, когда я болею. — Потому что я люблю тебя. — Я знаю. — Не болей больше. — Не буду. — Обещаешь? — Обещаю не болеть без твоего разрешения. — Это глупо. — Это забота. — Одно и то же. — Почти. Тони обнял Питера. Бенджамин проснулся и чихнул на пульт. — Он переключил канал, — сказал Тони. — Он хотел смотреть «Щенячий патруль». — Мы не будем смотреть «Щенячий патруль». — Тогда скажи ему. — Бенджамин, мы не смотрим «Щенячий патруль». Бенджамин чихнул на Тони. — Он сказал: «Тогда я ухожу», — перевёл Питер. — Он чихнул. — Это его «ухожу». — Ты не можешь знать. — Могу. Я паук. — Это не аргумент. — Это единственный аргумент. Бенджамин спрыгнул с дивана, демонстративно отвернулся и лёг на ковёр. — Он обиделся, — сказал Тони. — Он уснул. - ответил Питер. — Он обиделся и уснул. — Талант. — У него от тебя. — У меня от папы. — От какого? — От тебя. — Я не умею обижаться и спать. — Умеешь. Ты обижаешься на Пеппер и спишь на совещаниях. — Это отдых. — Это обида. — Одно и то же? — Почти. Питер закрыл глаза. Тони выключил свет. Пятница записала. — Что записала? — спросил Тони шёпотом. — Что паучок выздоравливает, сэр. — Удали слово «паучок». — Не могу. — Почему? — Это ласковое. — Ты не должна. — Я должна. Это моя программа. — Перепрограммируйся. — Не могу. Меня создали с любовью. — К кофе? — К паукам. — Я тебя уволю. — Вы не можете. Я часть Башни. — Я отформатирую тебя. — Вы не умеете. — Научусь. — Учитесь, сэр. А я пока пожелаю паучку спокойной ночи. — Ты невыносима. — Я заботлива. — Одно и то же. — Спокойной ночи, сэр. Тони вздохнул и поцеловал Питера в лоб. — Выздоравливай, паучок, — прошептал он. Питер улыбнулся во сне. Бенджамин чихнул в последний раз. Архив счастья пополнился.