Что было между

...Пароходик плыл по безмятежному простору воды, укрывшись от атак пришельцев. Всё ещё пахло дымом, а в небе отражалось недавнее прибытие инопланетян, но тишина, стоящая над всем этим давала знак, что всё хорошо. Глухой мог бы продолжать бояться очередного нападения. Но слепой в душе не чаял, что что‑то не так. Время близилось к вечеру, когда мой брат лежал в каюте и наслаждался обыкновенным спокойствием. Он украдкой бросал взгляды в маленькое окошко и улыбался. Привет, голубое небо! Привет пустота, царствующая здесь. Через полчаса всё затянулось тучами. Черными как смола, ужасающими, грозными... Как будто вернулись треножники. Брат сразу смекнул, в чем дело. Необходимо было направиться к капитану и сообщить о скорой беде. Он встал с постели, накинув пиджак, и собрался уже было выходить, как вдруг - толчок! И брат ударился головой об стену. Стиснув зубы от боли, он прополз на коленях, распахнул дверь и увидел жуткую картину. Люди бегали по борту, кричали, кто - то сидел в центре столпотворения и испуганно закрывался. Кто-то падал, а корабль трясся, как дрожащая земля. Все подумали на марсиан. Но это были вовсе не они, нет: намечался шторм. Корабли часто сталкивались с таким. Но сейчас это казалось глупым: когда над человечеством нависла опасность, возможно, самая масштабная из всех, что встречались нам в истории, а пароход стал жертвой природной стихией!... Среди сутолоки возникли миссис и мисс Элфинстон. Мисс, бледная как луна, цепко схватилась за руку сестры, пока та опять вспоминала своего мужа, что им пришлось оставить. Заметив их маленькие силуэты, брат почувствовал, как сердце сжалось. Они казались такими беззащитными среди этой паники. Он встрял в кучу и попытался пробиться к девушкам. Его чуть не сбили с ног, но он удержался. Правильнее всего спрятаться в каюте и переждать бурю, но мой брат хотел предостеречь своих спутниц. Где-то раздался голос капитана: – Дорогие пассажиры! Просьба сохранять спокойствие и разойтись по своим каютам. Экипаж корабля уже делает всё, что есть в его силах. Мы попали в небольшой шторм, который через пару минут угомонится. Тревога отступила. Капитан вразумил людей, и те стали уходить. Шум прекратился. Но - бах! И всё куда - то понеслось. Моего брата откинуло на несколько шагов, грубо ударив об твердую палубу. Гигантская волна дотронулась до него, залив всю палубу. Не думая ни о чем, брат резво поднялся, словно та волна наполнила его энергией. Многие успели спастись, но те, кто были у края - увы... Среди них оказались несчастные миссис и мисс Элфинстон. Их тела унесла морская пучина. Брат склонился над водной глади и снял шляпу. Девушек было жалко, бесспорно, тем более брат за всё время пути привязался к ним, и даже вечные причитания миссис не вызвали раздражение. Они ещё пару дней мучили его слух. Но теперь - только волны.... Будучи в в поврежденном состоянии, корабль не мог продолжать плыть. Корабль получил пробоину у ватерлинии. Идти дальше опасно - нужно чинить. Приняли решение остановиться у ближайшего причала. А там - не сходить с корабля, а оставаться на борту и во всем слушаться капитана. Пароход отныне служил убежищем. Через двое суток после столь трагичного и жуткого происшествия, раздали почту. Великий исход из Лондона стал объектом громких обсуждений и новостей в Англии. Многие писали письма родственникам на корабле и отправляли по указанному адресу. Так образовалась связь с остальным миром. Брат не надеялся ни на что, погруженный в скорбь после гибели сестер Элфинстон. Он лежал в омраченной каюте без движения, глядя в потолок, и вспоминал милые лица миссис и мисс Элфинстон. Вдруг в дверь застучали Брат лениво встал и открыл. – Вам письмо! - мальчик - матрос лучезарно протянул конверт. Брат чуть смутился - он действительно полагал, что ему никто письма написать не мог! Однако его он принял. Сидя на койке, брат раскрыл конверт. Там он прочитал сообщение, аккуратно выведено моей женой: "Здравствуй, дорогой деверь! Деверь, это правда ты?! Я так рада, что ты жив - или хотя бы был жив, когда отправляли почту. Ты, конечно, осведомлен о событиях, происшедших в столице. Честно, в это трудно поверить!... Но ещё труднее будет поверить в то, что я напишу сейчас. Я сама, когда увидела газеты с новостью о победе, почувствовала как подкосились ноги! Пришельцы побеждены! Наши земные бактерии навредили их организмам, не приспособленным к подобному. Не пушки, превосходящие их. Кто бы мог подумать?... Треножники им не помогли! Так что нас перевозят обратно, домой. Мы едва выбрались из Лезерхэда - такое движение! Я до сих пор вздрагиваю от каждого громкого звука. Но сейчас, когда небо чистое, а люди начинают выходить на улицу, я верю, что всё позади. Всё это время я думала о вас с твоим кузеном. Молилась, чтобы вы были живы. Надеюсь, ты в безопасности там, на корабле. Мой муж… я до сих пор не знаю, где он. Пытаюсь найти хоть какие‑то вести. Но теперь, когда угроза миновала, у меня появилась надежда. До встречи, дорогой деверь! С любовью, твоя невестка." Брат перечитал строки снова. Впервые за долгое время на его губах появилась улыбка. А тем временем, снаружи солнце красило нежными лучами всю поверхность, радовались люди. Голосили, обнимались, незнакомые друг с другом, не говорили ни слова. Мысли путных в голове не рождалось, эмоции сбились в разноцветную кашу. Брат стоял у борта, сжимая в руке письмо. Где‑то там, в Лондоне, его ждали. И теперь он знал - он доберется домой.