Запретная любовь

Флавий вошел в шатер Орхан-бея, отстегнул меч и опустился на одно колено. В воздухе повисло тяжелое молчание. Орхан, не отрываясь от карты, долго изучал бывшего лазутчика холодным, пронзительным взглядом. — Ты просишь руку дочери Османа, византиец? — голос Орхана был подобен удару стали. — Ты, кто вошел в наше доверие подо лживым именем? — Я пришел не как Акчура, а как воин, чья верность омыта кровью в ваших битвах, — твердо ответил Флавий, глядя бею прямо в глаза. — Моя жизнь принадлежит вашему знамени, но мое сердце — вашей сестре. Судите меня, если считаете недостойным, но я не отступлюсь. Орхан медленно поднялся, подошел к Флавию и положил руку на рукоять своего меча. Секунды тянулись как вечность. Наконец, бей едва заметно усмехнулся. — Фатма уже всё решила за нас обоих, не так ли? Она не выбрала бы слабого. Ты доказал свою преданность делом, а не словами. Орхан подал ему руку, помогая подняться. — Встань, брат. Я даю свое согласие. Но помни: если ты хоть раз заставишь её плакать так, как в ту ночь у реки, мой меч не посмотрит на наше родство. Флавий вышел из шатра, чувствуя, как с плеч свалилась гора. Фатма ждала его неподалеку, и по его сияющему, хоть и суровому лицу, она поняла всё без слов.