Запретная любовь

Это был их первый тренировочный бой в статусе мужа и жены. Солнце золотило перекаты реки, а воздух дрожал от звона стали и тяжелого дыхания. Фатма нападала с яростью кошки, её движения стали еще увереннее, но Флавий, чувствуя за спиной законное право защищать и обладать, двигался с пугающим превосходством. — Ты стала медлительной, хатун, — проворчал он, дразняще уклоняясь от её выпада. — Видимо, семейная жизнь расслабила твою руку. Фатма вспыхнула, нанося серию быстрых ударов, но Флавий, улучив момент, сделал резкий финт. Глухой удар эфесом — и меч Фатмы отлетел в траву. Не давая ей опомниться, он подхватил её за талию и с силой прижал к широкому стволу старого дуба, блокируя её руки своими. — Сдавайся, — выдохнул он ей в самые губы, и в его глазах полыхало торжество. — Ты в ловушке, и на этот раз Орхан-бей не придет тебе на помощь. Фатма, тяжело дыша, посмотрела на него снизу вверх. Её гнев мгновенно сменился лукавством. Она обмякла в его руках и, подавшись вперед, нежно и глубоко накрыла его губы своими. Это был поцелуй, пахнущий медом и ловушкой. Флавий на мгновение потерял бдительность, его хватка ослабла, и Фатма, воспользовавшись его замешательством, резко развернула его, прижимая к дереву уже его самого. — Маневр «сладкий плен», византиец! — торжествующе рассмеялась она, победно вскинув подбородок. Но Флавий лишь хищно усмехнулся. Он принял этот вызов как приказ к атаке. Одним мощным рывком он высвободил руки, подхватил Фатму под бедра и, прежде чем она успела вскрикнуть, повалил её на мягкую прибрежную траву, нависая сверху всей своей мощью. — Ты думала, я куплюсь на это дважды? — прорычал он, и в его голосе теперь не было ворчания, только первобытная страсть. — За такую хитрость на поле боя казнят, хатун. Но я выберу для тебя иное наказание. Он впился в её губы жадным, «наказующим» поцелуем, от которого у Фатмы перехватило дыхание. В этой схватке у реки не было проигравших — только двое влюбленных, чья страсть в тот вечер была сильнее любого течения