До дна

Варя влетела в «Кислород» как ураган. Рыжие волосы растрепались по дороге, щёки горели от ветра, настроение было - чёрт возьми, наконец-то. Она соскучилась. По этому полумраку. По этим басам, которые чувствуются животом. По его молчаливой стойке, за которой можно спрятаться от всего мира. Она села на свой стул - тот самый, у края - и только тогда поняла. За стойкой стоял Игорь. Один. - О, рыжая! - он расплылся в улыбке. - А мы уж думали, ты насовсем пропала. - Рано обрадовались, - Варя усмехнулась, но внутри уже кольнуло. - Крафтовое светлое. Игорь полез в холодильник. Варя повела глазами по залу. Служебная дверь закрыта. Семёна нет. - А где твой молчаливый напарник? - спросила она, принимая стакан. - Семён? У него сегодня смена с одиннадцати. Варя глянула на часы. Десять. - Целый час, блин. - Ну, - Игорь пожал плечами, - я тоже ничего. Могу поболтать. - Ты слишком много болтаешь, - отрезала Варя, но без злости. Она отпила пиво. Холодное. Горькое. То что надо. Игорь тем временем не унимался. - Слушай, а ты вчера чего не пришла? Семён тут весь вечер на дверь смотрел. Я его таким не видел. Он вообще как статуя обычно, а тут - каждые пять минут голову поворачивает. Варя сделала вид, что ей плевать. - У меня день был адский. Клиенты, эскизы, начальник достал. Не до клубов. - Ага, - Игорь усмехнулся. - А сегодня - до клубов? - Сегодня - да. Она пила пиво. Смотрела на служебную дверь. Ждала. Время тянулось как жвачка. Игорь разливал напитки, трепался с гостями, иногда кидал на неё любопытные взгляды. Варя заказала второе. Потом третье. В одиннадцать дверь не открылась. Варя напряглась. Посмотрела на часы. Одиннадцать пять. Одиннадцать десять. - Он вообще сегодня выйдет? - спросила она, и голос прозвучал резче, чем хотелось. Игорь нахмурился. - Странно. Семён никогда не опаздывает. - Никогда? - Никогда. Он как часы. Если сказал в одиннадцать - значит, в одиннадцать. Они переглянулись. Игорь пожал плечами. - Может, поменял смену с кем-то и забыл предупредить. Варя кивнула. И осталась сидеть. Потому что уходить не хотелось. Потому что если она уйдёт сейчас, а он появится через десять минут - она себя возненавидит. Потому что чёрт возьми, она не для того красилась сегодня, не для того свитер этот дурацкий надела, который сползает с плеча, чтобы просто развернуться и уйти. Она ждала. Одиннадцать двадцать. Одиннадцать тридцать. - Ладно, - сказала она, вставая. - Надоело. Она бросила на стойку деньги - больше, чем нужно было за три пива. - Передай своему статуе, что я завтра приду. Если он вообще жив. - Он жив, - серьёзно сказал Игорь. - Просто сегодня... - Да похер, - перебила Варя. - Передай. Она развернулась и вылетела на улицу, не попрощавшись. На улице ветер ударил в лицо. Варя остановилась посреди тротуара, закрыла глаза, выдохнула. - Идиотка, - сказала она вслух. На неё обернулся какой-то мужик с собакой. Варя показала ему средний палец. Мужик отвернулся. Она шла домой и чувствовала, как внутри закипает злость. На него. На себя. На Игоря, который сказал «он на дверь смотрел» и она повелась как последняя дура. - Да пошёл ты, Семён, - сказала она в пустоту. - Со своей статуей и своим молчанием. Но она знала, что завтра придёт снова. Потому что не умела отступать. --- Семён пришёл в клуб в двенадцать. Он не опаздывал - просто поменялся сменой с Колей, потому что матери нужно было в поликлинику. Он не предупредил Игоря. Не привык. Когда он появился из служебного входа, Игорь уже застёгивал куртку. - Сём, блин, ты мог предупредить? - сказал Игорь без злости. - Я тут один пахал. - Поменял смену, - коротко ответил Семён, завязывая фартук. Игорь хмыкнул. Потом ухмыльнулся. - Твоя рыжая приходила. Семён замер. - Приходила? - В десять. Сидела до половины двенадцатого. Три пива выпила. Всё на дверь смотрела. Потом сказала передать, что завтра придёт. Семён молчал. Он чувствовал, как внутри поднимается что-то горячее, неуклюжее, непрошеное. - Что ты ей сказал? - спросил он. - Сказал, что завтра будешь. Игорь хлопнул его по плечу и ушёл. Семён остался за стойкой. Смотрел на пустой стул у края. Тот, на котором она сидела. Тот, на котором она ждала его два с половиной часа. «Она пришла, - подумал он. - А меня не было». Он чувствовал себя мудаком. Не потому что поменял смену. А потому что не подумал о ней. Потому что привык, что его никто не ждёт. Потому что отвык, что кому-то нужен. Он достал телефон, посмотрел на экран. Хотел написать ей. Но у него не было её номера. Он не знал даже, как её фамилия. Он знал только, что она пьёт крафтовое светлое, делает татуировки, и что у неё рыжие волосы, которые падают на лицо, когда она смеётся. Он убрал телефон. Взял тряпку, начал протирать стойку. Но мысли не уходили. «Завтра, - сказал он себе. - Завтра я буду здесь. И она придёт». Он не улыбнулся. Но внутри, в том месте, где он годами всё хоронил, что-то зашевелилось. Впервые за долгое время он ждал завтрашнего дня с надеждой. А Варя в это время сидела на подоконнике в своей студии, курила в открытое окно и смотрела на ночной город. - Завтра, - сказала она дыму. - Завтра ты у меня попляшешь. Она не знала, кто именно попляшет - она или он. Но ей было всё равно.