И это считается нормой?

      ГЛАВА 2. Теория относительности и практическая магия

      Зал для проверки дара в Академии Астерии напоминал операционную — стерильная белизна, гул магических приборов и трое мастеров за длинным столом, на котором высились стопки моих анкет. Я поздоровалась, стараясь сохранять невозмутимое лицо, хотя новые крылья за спиной всё еще немного нервно трепетали.       — Адептка Нерис, — кивнул старший мастер Элариан, старый друг моего деда Амброзия. Он едва заметно подмигнул мне, но тут же принял официально-скучающий вид. — Поздравляем со вторым пробуждением. Редкий случай, но для вашего рода вполне ожидаемый.       Сидевший с краю ассистент, судя по значку — из молодых преподавателей, резко вскинул голову и судорожно начал листать моё дело.       — Второе? — пробормотал он, водя пальцем по строчкам. — Но по документам это первая трансформация. До этого момента мана адептки находилась в пассивном состоянии, уровень базового бытового фона...       Элариан и второй мастер, Валериус, обменялись тяжелыми взглядами.       — В документах иногда пишут только то, что положено знать архиву, — сухо отрезал Валериус. — Продолжайте проверку.       Младший мастер прикусил язык, но я видела, как он то и дело бросает на меня подозрительные взгляды. Для него я была человеком, который вечно не дотягивал до нормативов и вдруг внезапно пробудился. Для старших же я оставалась частью Альянса, чью истинную природу — поглощение и стабилизацию — не стоило афишировать в общих базах.       — Продемонстрируйте базовый облик, — скомандовал Элариан. — Начнем с интуитивного щита.       Я прикрыла глаза. Вместо того чтобы вызывать пафосную вспышку, я просто позволила мане вытечь наружу, как воде из кувшина. Вокруг меня соткался щит — плотный, текучий, мерцающий серебром, словно защитное одеяние. Следом шла атака по мишени. Короткий пас рукой, и в манекен полетел сгусток энергии. При соприкосновении он не взорвался, а мгновенно обволок цель. Это была моя фишка — субстанция, похожая на блестящую густую жидкость, которая через секунду застыла, превращая мишень в ледяную статую.       — Заморозка через поглощение тепла, — удовлетворенно кивнул Валериус. — Эффективно. Энергозатраты минимальны.       Меня ожидаемо определили на продвинутую базу. Первые два года предстояла очередная фаза прокачки каналов, междисциплинарные курсы с колдунами и ведьмами, чтобы понимать чужую вязь, и обязательная магфилософия.       Получив нужные транскрипции и формуляр, я пошла знакомиться с местом обучения. Больше половины предметов предполагали, что мы будем досконально изучать свой дар, погружаясь в тяжелые талмуды и новые заклинания.       Моя группа была стандартной, со смешанными магиками разных типов. Пока я шла по главному коридору, из приборов громкой связи раздался голос, уведомляющий о сборе новичков в главном зале с большой аркой. Некоторые студенты тихо шептались и хихикали, а кто-то заранее утыкался в свои гаджеты. Я же высматривала Ливию и остальных ребят со школы. Рольф быстро нашелся, он меланхолично сидел на каменном выступе, а вот Лив обнаружилась в глубокой тени за колонной.       — Хей, Ливия. Ты чего заныкалась? От кого прячемся?       — Да тише ты, контору не пали! — зашипела она, дернув меня за рукав. — Тут Маврен шляется. Сволочь, что ему не сидится дома, у них же учеба только через неделю начинается!       — Ты думаешь, этот святоша тебя не сопроводит? — усмехнулась я. — Он же паладин с синдромом джентльмена, как он бросит свою леди в ее первый день?       — Да сдалось ему это всё! Я ему один разок помогла с практикой, а он приклеился как колючка. А после того случая на полигоне вообще решил, что несет за меня ответственность. Я уже не могу-у-у...       Пока Лив, изливала мне душу, директор наконец решил привлечь внимание студентов.       — Уважаемые адепты, поздравляю с пробуждением и определением дара! С завтрашнего дня будут проходить ознакомительные пары. Позже начнется подбор старших мастеров по вашему профилю. А до этого советую вам пройтись по академии и посмотреть, где что находится. Уведомляю, что преподаватели и мастера сегодня весь день находятся в своих кабинетах. Вы можете подойти к ним и познакомиться. И не забудьте получить их подписи в вашем формуляре!       Мы двинулись к выходу, прихватив по дороге Рольфа. Он завис у стены, с профессиональным интересом изучая особые камни в архитектуре академии. Обойти кабинеты оказалось тем еще квестом, но именно этот день заложил основу нашей команды. На кафедре зельеварения мы впервые нормально сработались, а позже к нашей компашке прибился иллюзионист Тарн и боевик-целительница Мира.       Первые два года пролетели в странном ритме. Академия Астерии — это вам не Алфея с её розовыми коридорами. Это место, где на уроках по магическим связям ты можешь сидеть между суровым друидом, пахнущим сосновой корой, и ведьмой-второкурсницей, которая мрачно ворчит, что её проклятия сегодня плохо ложатся.       Мои кузины, Виола и Селена, вечно мелькали в коридорах. Виола, ставшая феей на два года позже, пыталась в шутку давать мне советы, как правильно порхать крыльями, пока я не продемонстрировала ей жесткий захват из физподготовки Акании. После этого она предпочитала шутить только на безопасном расстоянии.       Тяжелее всего было адаптировать мой дар под общие заклинания. Когда вся группа кастовала огненный шар или плазму, у меня получался в лучшем случае пар или искра. Моя магия сопротивлялась агрессивному созиданию. Зато в алхимии и целительстве мне не было равных — я чувствовала структуру жидкости и энергетический пласт как свои пять пальцев.       — Кастия, ты снова стабилизировала раствор до состояния алмаза, — ворчала моя подруга Лив, когда мы сидели в лаборатории. Лив была нашим техником в группе. — Нам нужно было простое зелье от кашля, а не вечный эликсир.       До третьего курса я официально не считалась целителем. Но секрет моего успеха на профильных предметах был прост — я откровенно читерила. Базовую первую помощь мне еще в детстве вбила в голову тетя Мейран, наш семейный диагност. Мой дар Водных звезд позволял мне влиять на жидкости и частицы на микроуровне. Вместо того чтобы тратить резерв на сложные лечебные чары, я заставляла воду в клетках пациента ускорять регенерацию, попутно замораживая чужеродную энергию проклятия. Для наблюдателей это выглядело как чудо контроля, но для меня это была просто физика и домашние уроки тети.       В Астерии медицина строго регламентирована. Уровни доступа к целительству прописаны законом. Первый уровень — это бытовой. Третий и выше — уровень мастеров-хирургов. И только на третьем курсе, выбрав официальное направление «Магическая нейтрализация и энергетическая стабилизация», я получила заветный Второй уровень доступа. Это давало мне право самовольно оказывать профессиональную помощь, сращивать переломы и очищать кровь от ядов.       Светлые белые маги вообще редко работают с проклятиями, потому что для их создания нужна высокая степень ненависти, а для снятия — идеальный контроль. Нам рассказывали жуткую историю о фее, которая доверилась не тому человеку и сошла с ума от предательства. Она прокляла целый класс фей и собственный род. Чтобы снять то проклятие, мастерам пришлось полностью менять полярность самого источника порчи. Я хотела уметь предотвращать такие катастрофы без лишних разрушений.       Конец третьего курса выдался адским. После сдачи практического экзамена по удержанию нестабильных конструктов я чувствовала себя выжатым лимоном. Наша компашка сидела во внутреннем дворике Академии. Рольф меланхолично ковырял землю кинжалом, а я пыталась силой мысли заставить стаканчик с кофе пододвинуться ко мне поближе. Идиллию нарушила Лив, которая буквально вывалилась из окна деканата с криком:       — Сдали! Все прошли! И угадайте, куда нас распределили на следующий год в рамках межпространственного обмена?!       — Только не в мир кислотных болот, умоляю, — простонал Рольф.       — Магикс! — Лив сияла так, будто выиграла в лотерею. — Самая престижная школа фей — Алфея! И Башня Облаков для меня! Говорят, там лучшие лаборатории во всем измерении.       Ребята оживились. Большинство из нашей группы знали о Магиксе только по рекламным буклетам — престиж, древние библиотеки, красивая архитектура. Я же тяжело вздохнула. Мой отец вел дела с некоторыми торговцами из того измерения, и новости оттуда приходили специфические.       — Ага, престиж, — пробормотала я, наконец дотянувшись до кофе. — А еще я слышала, что у них там раз в месяц стабильно взрывают какое-нибудь крыло замка, а местные злодеи любят толкать речи на полчаса перед атакой. — Ой, да ладно тебе ворчать, Нерис! — Лив махнула рукой. — Это же просто слухи. Что там может пойти не так?       Иллиан, сидевший поодаль с томиком по ядам, лишь тихо и предвкушающе хмыкнул.       Лето перед отъездом превратилось в странный марафон. Первую половину дня дед Магнар гонял меня по полигону так, словно я готовилась не к диплому, а к вторжению демонов. Зато во второй половине дня я сбегала на кухню. Там, среди запахов ванили, карамели и свежей выпечки, я отдыхала душой.       Я только-только вытащила из духовки свой первый идеальный многослойный торт, когда на кухню вплыли Виола и Селена.       — Ой, Кастия, ты снова в муке? — сладко протянула Виола. — А мы вот собираемся на шопинг. Тебе ведь в Магикс скоро лететь. Неужели так и поедешь... в этом?       Селена ехидно хихикнула. Я медленно вытерла руки полотенцем, глядя на их довольные лица. А затем перевела взгляд в окно, где по двору как раз шел дедушка Магнар, недовольный тем, что никто не хочет с ним спарринговаться. И в моей голове созрел гениальный план.       Я вышла на крыльцо, таща за собой упирающихся кузин.       — Дедушка! — громко позвала я. Магнар тут же обернулся. — Я тут подумала... твои тренировки так много мне дали! А вот Виола и Селена совсем расслабились. Посмотри, сколько у них нерастраченной энергии! Юность пропадает зря. Роду нужны сильные маги, а не любительницы бутиков. Думаю, им пора пройти твой базовый курс на выносливость.       Глаза Магнара хищно блеснули. Он выпрямился, словно боевой конь, услышавший звук трубы.       — А ведь ты права, внучка! — громыхнул он, надвигаясь на побледневших сестер. — Ну-ка, девочки, марш на полигон! Пятьдесят кругов для разогрева!       — Но у нас шопинг... — пискнула Виола.       — Шопинг будет в лазарете, если не ускоритесь! — рявкнул дед. Я с удовлетворением наблюдала, как мои разодетые кузины покорно поплелись на беговую дорожку. Вот что значит грамотное перенаправление энергии.       Вечер перед отъездом выдался суетливым. Моя комната напоминала склад тактического снаряжения, перемешанный с филиалом пекарни. Я методично укладывала вещи, сверяясь со списком, который составила ещё неделю назад.       — Так, стабилизаторы маны — есть. Сменные фильтры для дыхательной маски на случай выброса озона — три упаковки. Кулинарный термометр... — я на мгновение замерла. — А, ладно, в Магиксе наверняка всё на глаз делают, возьму два.       В дверь постучали. Это был дед Амброзий.       — Собираешься, Касия? — он мягко улыбнулся. — Магикс — это место, где логика считается признаком дурного тона. Там всё держится на «авось» и ярких вспышках. Держи, это тебе в дорогу.       Я открыла коробку. Там лежали мои любимые заварные кольца в вакуумном контейнере.       — Слушай меня, внучка. В Алфее тебя будут учить пафосу. Будут говорить, что фея – это сияние и жертвенность. Но помни: голодный маг – это плохой маг. А человек, который не может отличить качественный крем от магической иллюзии — это вообще не маг, а недоразумение. Если станет совсем тошно от их «дружбомагии», просто иди на кухню. Мука и сахар везде работают одинаково. И не вздумай там геройствовать бесплатно. У тебя цель – диплом и практика.       Я обняла его. Дед знал, о чем говорит: паладин на пенсии — это самый прагматичный человек во вселенной.       Накануне отъезда мы устроили традиционное семейное чаепитие. За столом собралась в основном женская половина семьи – бабушки, тетя Мейран и мама. Мать, как всегда, вернулась из экспедиции в последний момент – загорелая, с царапиной на щеке и горящими глазами.       — Ну, дочка, Магикс — это тебе не наши тихие миры, — мама с улыбкой пододвинула ко мне тяжелую бархатную коробочку. — Там бывает всякое. Поэтому держи. Левый – из антимагической стали, пробивает любой щит. Правый – со встроенным накопителем маны. Помни, Кастия, заклинание может дать осечку, а вот хороший хук справа – никогда.       Тут в гостиную зашел отец, левитируя перед собой небольшой чемоданчик.       — Артиша права, лишним не будет, — хмыкнул Орион, ставя чемоданчик передо мной. — А от меня – техническое обеспечение. Здесь модернизированный браслет-щит, скрытые маячки слежения и пара артефактов-поглотителей. Если эти их хваленые злодеи решат устроить взрыв, артефакты впитают ударную волну. Главное, не забывай вовремя менять им кристаллы.       Сказав это, он заставил пройти проверку трижды.       — Это твоя страховка от чужой тупости, — ворчал Орион, настраивая браслет-поглотитель. — В Магиксе они верят, что магия — это «чувства». Знаешь, что бывает, когда у них случается истерика?       — Бада-бум? — предположила я.       — Именно. Направленный взрыв неконтролируемой маны. Этот браслет настроен на поглощение ударной волны именно такого типа. Если рядом с тобой кто-то решит эпично пострадать и взорваться от избытка чувств, просто активируй второй контур. Кристалл почернеет — выкидывай и вставляй новый. У тебя в сумке запасной ящик накопителей. Не экономь на безопасности. И маячок не забудь. Он пробьет любую завесу, если портал схлопнется или местный злодей решит поиграть в захват мира. Просто нажми на грань.       Я попробовала застегнуть маячок на воротнике куртки. Крошечная клипса никак не поддавалась.       — Какая неудобная.       — Зато я буду знать, в какую черную дыру тебя, возможно, занесет, — отрезал он. — Там, куда ты едешь, барьеры в школах держатся на «добром слове» директрисы. Если портал схлопнется или местный решит поиграть в захват мира, этот маячок пробьет любую завесу.       Я вздохнула, понимая, что в глазах астерийских магов Магикс выглядит как детская площадка посреди минного поля. И, судя по всему, они были правы.       Глядя на свою семью, на маму с кастетами, папу с гаджетами и деда с пирожками, — я поняла, что к Магиксу я, пожалуй, готова. По крайней мере, выжить там шансы у меня были неплохие.       На следующий день я стояла у главного портального терминала Астерии. Нас было около двадцати человек — официальная делегация по программе межпространственного обмена. Гул стоял невероятный. Куратор бегал между нами, раздавая допуски и координаты точек прибытия.       Наша сплоченная компания временно распадалась. Лив, вместе с четырьмя другими ведьмами, закидывала на плечо сумку с артефактами. Ее распределили в Башню Облаков.       — Увидимся на выходных в Магиксе, — хмыкнула она, поправляя воротник. — Не дай местным феям заразить тебя синдромом розовой пыльцы, Нерис. Если что – пиши, прилечу и прокляну кого-нибудь для профилактики.       Угрюмый Рольф и еще двое боевиков отправлялись в Красный Фонтан и куда-то в специализированные гео-зоны. Один парень-друид отбывал на Линфею, а кто-то из старшекурсников получил распределение в Школу темных магов.       Но главным украшением нашей Алфейской группы был Иллиан, студент четвертого курса. С виду нежный, хрупкий эльф с золотистыми кудрями, сущий одуванчик. А по факту — циничный темный эльф и гениальный зельевар, который добился личного ученичества у самого профессора Палладиума. Я искренне сочувствовала профессору.       Со мной в саму Алфею отправлялись еще несколько фей из Астерии, включая двух моих хороших подруг с курса. Мы держались компактной группой, морально готовясь к чужому уставу.       — Портал в Магикс активирован! Группа Алфеи, на выход! — скомандовал куратор.       Когда портал выплюнул нас на площадь перед Алфеей, первым, что я почувствовала, была тошнота. Не от перехода — наши порталы работают идеально. От воздуха. Он был непривычно сладким и липким от избытка неконтролируемой магии. Магический фон здесь не просто шумел, он вопил на миллион голосов. Энергия буквально искрила в пространстве, беспорядочная и грязная. Это было похоже на то, как если бы ты всю жизнь слушал классику в тишине, а потом тебя засунули в центр ревущего стадиона, где каждый дует в свою дудку.       Иллиан брезгливо поморщился, поправляя воротник мантии.       — Ты это чувствуешь? — прошептал он, щурясь на ярко-розовые шпили замка. — Коэффициент магического рассеивания здесь просто запредельный. Они вообще слышали о заземлении накопителей?       — Посмотри на архитектуру, — я указала на изящные арки ворот. — Никаких защитных рун.       — Розовый забор, Кастия, — эльф указал на ограду. — У них защита периметра держится на розовой краске. Если кто-то ударит по этой школе чем-то тяжелее бытового сглаза, всё сложится как карточный домик.       — Приветствуйте делегацию! — донесся до нас восторженный голос какой-то феи в блестках.       Я покрепче сжала ручку чемодана. Не успели мы сделать и шага к главным воротам, как из ближайшей арки наперерез нам вылетела растрепанная темнокожая девушка. Она бежала вперед, гонясь за крошечной пикси. Изможденная девушка, задыхаясь и прижимая к себе нечто розовое, размахивая руками и создавая такой хаос, что мой внутренний контролер безопасности просто выдал ошибку.       Старший эльф-одуванчик тихо хмыкнул, аккуратно отступая на шаг от эпицентра хаоса, и брезгливо отряхнул подол мантии. Я достала свою папку с документами, смахнула с нее пыль, поднятую этой дикой пробежкой, и тяжело вздохнула. Мы переглянулись.       — И это... считается у них нормой?