Объятия

Николай сидел на краю крыши, свесив ноги над бездной ночного города. Огни внизу мерцали словно россыпь драгоценных камней, но взгляд его был прикован к другой картине. Там внизу в доме, напротив в окне горел свет, который принадлежал Фёдору. Николай с интересом обращал внимание на учащённое биение своего сердца. Он знал что это чувство запретное, опасное и обречённое. Однако никак не пытался его унять. Как можно не любить человека который темнее ночи? Достоевский с его холодным взглядом разумом и безжалостными методами был воплощением зла. Когда он говорил о своих целях Гоголь видел нечто иное. Видел страсть Одержимость и как ни странно глубокую заботу о своём ведении мира. Николай помнил их первую встречу. Он, ещё совсем юный и наивный, был поражён харизмой и силой Фёдора. Тут говорила в мире который нужно очистить, о людях, которые мешают прогрессу и в его словах было такая убеждённость, что Николай не мог не поверить. Он видел Фёдора не Демона, а Спасителя. , которая осмелился взять на себя Бремя перемен, даже если эти перемены требовали жертв. С тех пор Николай следовал за фёдором, как тень. Он выполнял все его приказы не задавая вопросов, восхищаясь его гениальностью и хладнокровием. Но чем больше Он узнавал Фёдора, тем сильнее становилось это чувство. Это было не просто восхищение они просто преданность. Это была любовь, которая росла в тишине, питаемая взглядами, случайными прикосновениями. Николай хотел видеть тот же пейзаж что и он. Яркий и вдумчивый, милый. Всё это он видел в глазах Фёдора. Это был человек темнее зла, но в его глубине Николай видел проблески чего то светлого, чего то, что могло быть добрым. Фёдор был единственным, кто понимал странного шута, кто разделял его взгляд на мир. Николай вздохнул, чувствуя как ночной воздух проникает в его лёгкие. Он меланхолично улыбался и болтал в воздухе ногами, смотря на окно, в котором горел свет, и пытался успокоить биение своего сердца. Он любил Фёдора. Но так же знал, что это чувство никогда не сможет стать взаииным, и как только Фёдор узнает о нём, незадумываясь убьёт его. Николай вздохнул ещё раз. Он разглядывал силуэт Достоевского, который сидел на кухне и пил горячий чай. В домашней одежде он выглядел мило и уязвимо, но это было иллюзией. Гоголь не мог так жить рядом с ним. Не мог рассказать о своих чувствах и не обречь себя на вечное одиночество. Он не мог обнять его и остаться в живых.