Цена розыгрыша

Карасу, как обычно, лежал на своей кровати, просматривая соцсети, а рядом с ним привычно расположился Отоя. Светловолосый играл в какую-то стрелялку — видимо, результат кратковременного общения с Наги — и пока Эйта залипал в явно увлекательную игру, Карасу размышлял о насущном. Сегодня настало долгожданное первое апреля — международный день смеха. Вообще, Карасу не то чтобы заядлый шутник, но сейчас, в такой день, ему очень хотелось поприкалываться над новоиспечёнными друзьями, которых он обрёл за время нахождения в Синей тюрьме. В голову лезли сотни идей, и каждая лучше другой, но ресурсы позволяли лишь некоторые из них. Добавить краску в шампунь? А откуда ему достать краску? Подсыпать слабительное или снотворное? Та же проблема, что и с краской. Признаться в любви? Пф, даже такой человек, как Карасу — которого не очень заботят чувства других, — до такого не опустится. Притвориться мёртвым? Ага, кто бы ему поверил. Шутка про белую спину и развязанные шнурки? Это вообще детский сад. Притворяться, что он встречается с кем-то? А где найти такого добровольца? Тоже хороший вопро… Стоп. Добровольца? Табито медленно повернул голову в сторону мирно лежащего, ничего не подозревающего Отою, и в этот момент над его головой словно загорелась лампочка. Он отложил свой гаджет и придвинулся к другу. Какое-то время ворон просто сверлил приятеля взглядом в ожидании, когда же до Эйты наконец дойдёт, что Карасу от него что-то нужно. Но спустя пять минут фиолетоволосый понял, что, вероятно, переоценил эмпатические способности Отои. Табито слабо потрепал друга по волосам, привлекая к себе внимание. — Чё те надо? — лениво отозвался Эйта, не удостоив друга даже взглядом. — Есть идея, — Карасу повернулся лицом к Отое, опираясь щекой о согнутую в локте руку. — Ты, я, наши охриневшие приятели, идёт? — …Че? — Ну смотри: сегодня первое апреля, день дурака, ну, твой короче. — Отоя обиженно пихнул друга в плечо. — Притворимся парой, пусть старички впечатлятся. Отоя наконец перевёл взгляд на друга, взвешивая «за» и «против». А через какое-то время в глазах загорелся тот же лихорадочный огонёк, что и у Карасу. — Давай. Что конкретно будем делать? — Хах, ну слушай…

***

— Мы с Эйтой встречаемся, — сжимая в руке ладонь своего друга, тьфу, в смысле парня, на весь зал заявил Ворон. Реакцию остальных надо было видеть. Чигири замер с ложкой во рту и йогуртом в руке, Исаги застыл с приоткрытым ртом, Рео неловко улыбнулся, как и Юкимия. Несс, Кайзер, Локи, Рин и Кунигами никак не отреагировали, а Шидо с Шарлем прервали свой возбуждённый диалог и уставились на них в ожидании чего-то интересного. Остальные отреагировали… ну, тоже удивлённо. — Чё… — удивлённо вырвалось у Чигири, а в глазах плескалось подозрение. — Оу, ну здорово, — неловко пробормотал Микаге. — Любовь шикарна, — мечтательно выдохнул Арю. Кайзер, закатив глаза, потащил Несса — который вообще-то хотел посмотреть на разворот сюжета — куда подальше от этих идиотов. Его примеру последовал и Рин: Итоши, бросив на остальных презрительный взгляд, тоже удалился довольно быстро. — Встречаетесь? — переспросил Йоичи, заламывая пальцы. — Ага, уже две недели, вот решили признаться, — непринуждённо ответил Отоя. — Оу… ну, поздравляю, — Юкимия мило улыбнулся, явно ничего не подозревая. Остальные отреагировали плюс-минус так же, все кроме… — Не верю! — скрестив руки на груди и гордо задрав подбородок, возразил Чигири. — С чего это? — устало поинтересовался Отоя. — Как-то странно. Ещё вчера клеились к моей родословной, а тут — на тебе — они встречаются, да ещё и сказали только на первое апреля. Вы нас за идиотов держите? — Слова Чигири поселили сомнения и у остальных. — Ну, вообще да. И как нам доказать, что мы правда встречаемся? — с сомнением поинтересовался Карасу. — Как и обычно: поцелуйтесь, — рядом дико загоготали Шарль с Шидо. — …Ну… ладно, — пытаясь сохранить легкость в голосе, ответил Ворон. А вот Отоя, кажется, сомневался. Карасу развернулся лицом к парню и приблизился к нему. Когда расстояние между ними прилично сократилось, но при этом оставалось хоть какое-то личное пространство, Карасу остановился, давая время отстраниться. Остальные игроки в зале, кажется, затаили дыхание и с интересом наблюдали за данной сценой. И вот когда Карасу снова начал приближаться, Отоя всё-таки отскочил от него, как ошпаренный. Табито был уверен, что друг сейчас раскроет их маленькую тайну, и почувствовал укол разочарования. Но Эйта, видимо, не меньше него разделял желание поржать над друзьями, когда те узнают правду, поэтому вместо того чтобы раскрыть их с Карасу коварный замысел, он сказал следующее: — Я не могу при людях… — Видимо, для Отои быть осмеянным за чрезмерную стеснительность казалось намного лучше, чем раскрыть общий секретик. Чигири победно ухмыльнулся, Исаги, Юкимия и Рео закатили глаза с лёгкой улыбкой на губах, а Шидо с Шарлем, ожидавшие зрелища, разочарованно простонали, не дождавшись желаемой сцены. — Ну, что и требовалось доказать, — и вот когда Чигири уже собирался вернуться к йогурту, Карасу, чувствуя, как контроль над ситуацией ускользает из рук, быстро ухватил Отою за ворот формы и притянул к себе, впиваясь в податливые губы парня напротив. Хёма от такого зрелища выронил ложку, а Шидо с Шарлем улюлюкали, наконец удовлетворившись. Через секунд десять парни наконец отстранились, со слегка покрасневшими щеками. — …Теперь верю, — пробормотал Чигири. — Но лучше бы я этого не видел… Отоя с Карасу переглянулись: на лицах обоих расцвели хитрые ухмылки, и ни один из них не смущался из-за недавнего поцелуя.

***

На следующий день парни снова стали просто друзьями. Как обычно сидели в одной комнате, вместе гуляли по коридорам — в общем, всё как всегда. Но в столовой они наконец поняли, что розыгрыш не останется без последствий и, возможно, всё будет не так радужно, как они себе это представляли. Два друга как обычно уселись за один стол, обсуждая своих сокомандников, и неожиданно к ним подсели Кунигами с Чигири. И если бывший Герой просто сверлил пару равнодушным взглядом, то Хёма хитро ухмылялся — кажется, не до конца поверив в их маленькую ложь. — Ну как ваши отношения? — бодрым голосом спросил он. — Ну, нормально, — лениво ковыряясь палочками в тарелке, ответил Карасу. — Мм, ясно, ясно. Затем Чигири неожиданно для Карасу с Отоей прижался к плечу Кунигами и с важным видом приоткрыл рот. Прежде чем хоть кто-то успел спросить, что случилось, Ренске сосредоточенно вложил рис в рот своего парня. Хёма с довольным видом пережёвывал предложенную еду. Видимо, они не в первый раз так делают. Ворон с ниндзя решили не задавать лишних вопросов, от греха подальше, и вернулись к своей еде. Чигири, закатив глаза, незаметно для остальных пнул Ворона под столом, а когда тот поднял на него взгляд, Чигири торопливо указал на Отою. Карасу всё равно не понял, что от него требуется. Тогда Хёма взял свои палочки и погрузил очередную порцию риса в рот. Табито снова не понял, чего от него хотят. Тогда Чигири, решив, что он безнадёжен, откинул деревянные приборы на стол. — Боже мой, покорми ты его уже! Все пары так делают! Отоя поперхнулся рисом и залился кашлем. Табито заботливо похлопал товарища по спине, хотя и сам заметно нервничал. Поцеловаться — это одно, а кормить друг друга — совсем другое. — Сопливые пары так делают, а мы не сопливая пара… — попытался отмазаться Ворон. — Ага, а я не девушка, но вам же это не мешало, — парировал красноволосый. Чигири явно давал им возможность сознаться во лжи, но Карасу был слишком упёртым — ну или жёстким, — чтобы так быстро сдаваться. Поэтому, зачерпнув немного риса, он недолго думая поднёс его к лицу Эйты. Тот какое-то время переводил взгляд то на Карасу, то на рис, то на Чигири, и всё-таки приоткрыл рот, позволяя себя накормить. Почему-то это действие заставило сердце Ворона забиться чуть быстрее. Наверное, страх быть раскрытым. Точно, конечно, страх. — …Ладно, мы пойдём тогда, — уже без прежней уверенности пробурчал Чигири, хватая Кунигами за рукав, заставляя подняться и пойти за ним следом. Герой, грустно глядя на свою порцию, поплёлся следом за Хёмой. — Бля… А зачем мы сейчас прикидываемся? — пробормотал Карасу. И правда, первое апреля прошло, можно и раскрыть все карты. — Не знаю… Но если на то пошло, то хорошая шутка требует времени. Ещё немного поиграем, чтобы они поверили, а сами потом признаемся, — продолжая ковырять свою порцию, предложил Отоя. И Карасу согласился. Почему-то перспектива кормить друга ещё на протяжении как минимум недели показалась ему привлекательной.

***

Ближе к ночи все игроки расходились по комнатам, дабы приготовиться ко сну. Карасу с Отоей задержались, чтобы наговориться перед отбоем, и когда оба парня уже пожелали друг другу спокойной ночи и собирались разойтись, к ним подлетел Чигири, а за ним привычно плёлся Кунигами. — Привет ещё раз. Вы где спать будете? — энергично спросил Хёма. — Где-где? Ясен хрен, что у себя в комнатах, — саркастично ответил Карасу, чувствуя, как веки наливаются свинцом от недостатка сна. — Ну, в корпусе Испании или Франции? Пары всегда спят вместе, — объяснил Чигири с таким видом, будто Карасу спросил что-то очевидное. Сил на то, чтобы спорить с рыжиком, не было — уж больно это энергозатратно. — …У меня тогда, — устало пробормотал Табито и, не желая больше находиться в обществе красноволосого, схватил светловолосого друга за руку и потащил в сторону корпуса Франции. Чигири довольно крикнул им вслед: — Эй, руки в замок сцепите! Пары так делают, для большего контакта!

***

В комнате Франции их ждала следующая картина. Рин спал в обнимку с Исаги — эти двое не первый раз так делают, так что Карасу привык, а Эйта, кажется, удивился, но не стал задавать вопросов. Шидо развалился звездой на своей кровати, Шарль спал на животе, тихо посапывая, подложив одну руку под подушку и согнув в коленях левую ногу. — Лучше бы шли ко мне, — пробормотал Отоя. — Нет уж, спасибо, слушать храп прямой чёлки мне не хочется. В кровати они оба старались спать на противоположных краях, не прикасаясь друг к другу никакой частью тела. И когда они уже почти заснули, сквозь сон пробился насмешливый голос: — Вообще-то люди в отношениях спят в обнимку. Шидо лежал, глядя в потолок, и, видимо, решил перенять эстафету у Чигири. — Сдохни, — беззлобно прошипел Карасу, но сил на споры не было. Поэтому он подполз к уже мирно спящему Отое и, немного помедлив, прижался к его спине, обнимая за плечи. Возможно, закинуть одну руку на талию было бы достаточно, чтобы не вызывать вопросов, но если уж играть, то по крупному. Ну и ещё Табито было тепло и спокойно, так что можно потерпеть — ради лучшего эффекта. В думах Ворон и сам не заметил, как погрузился в глубокий, безмятежный и, на удивление, спокойный сон.

***

Утро наступило внезапно. Первое, что ощутил Табито, придя в себя, — это тепло и горячее тело, прижимающееся к нему. Ого. Отоя спал, обнимая его и уткнувшись в твёрдую грудь фиолетоволосого. Их положение было настолько интимным, что Карасу даже растерялся. А затем понял, что ему это нравится. Уж слишком чарующим было ощущение расслабленности и отсутствие привычной тревожности в этих объятиях, и он был бы не против просыпаться в таком положении каждый день. Но как бы сильно Карасу ни хотелось остаться в этом положении как можно дольше, им явно нужно было вставать, поскольку в комнате не осталось никого, включая Шарля, обычно предпочитавшего собираться впопыхах и пропускать завтрак, чтобы поспать подольше, и Шидо, как Хатико верно ожидавшего пробуждения друга, ну и пока брат Рина, Итоши Саэ его вроде как парень ответит на сообщение с пожеланием доброго утра и кучи сердечек. В столовой к ним, к счастью, никто не подсел, но Карасу всё равно зачем-то покормил друга. В свободное время они и до начала фальшивых отношений почти всегда были вместе. Ночью Чигири тоже не лез с упрёками, но они почему-то продолжали спать в обнимку. И вся следующая неделя прошла в таком духе. Единственный момент, когда они расставались, были тренировки. За это время Карасу и сам не заметил, как начал забывать, что эти отношения вообще-то фальшивые. Он мог, проходя мимо, чмокнуть Отою в щёку или в губы, Эйта не возмущался, реагировал вполне спокойно, будто так и должно быть. Ещё когда они залипали в телефонах, Карасу мог улечься на колени к Отое и едва не мурлыкать от удовольствия, когда тот начинал медленно перебирать тёмные пряди. Помимо этого, Карасу заметил, что начинал раздражаться, если Эйта слишком много времени проводил с кем-то кроме него — с Юкимией, к примеру, или Бачирой. Каждый раз, когда он видел их вместе, хотелось схватить Отою за шиворот, усадить рядом с собой — а ещё лучше сгрести в объятиях — и шипеть на каждого, кто посмеет приблизиться. Ну и вишенкой на торте стало то, что сердце ворона в присутствии друга начинало биться в новом, бешеном ритме. Недолго думая, он решил посоветоваться с тем, кто ещё ни разу его не подводил. Вбив в строку поиска Google «как понять, что ты влюбился», Карасу нашёл массу фактов. Основными из них были: учащённое сердцебиение? Есть. Ревность? Есть. Желание обнять, поцеловать или что-то большее? Есть. Постоянные мысли о нём/ней? Есть. Желание проводить всё свободное время вместе? Есть. Потливость ладоней? К счастью, нет. Блять… Он влюбился в своего фальшивого парня, лучшего друга и надёжного приятеля. Какой позор. Что Эйта о нём подумает? Слабак, который не смог держаться особняком и так размяк от пары дней притворства и фальшивой ласки. А была ли она фальшивой? Ворон не знал. Отоя всегда расслаблен, и не поймёшь, о чём он думает, сколько ни старайся. Осознание влюблённости давалось Карасу легко, а вот продумывать момент признания в любви своему парню — звучит, конечно, странно — было тем ещё адом. Карасу обожал контроль и когда всё шло чётко по его плану, и признание в любви так же должно пройти идеально. Хоть Табито и был уверен в своей красоте и харизме, страх того, что его отвергнут, сидел, притаившись где-то на подкорке сознания, дожидаясь своего звёздного часа. И вот он подобрал идеальный момент: когда в комнате никого нет, Отоя в его кровати, как обычно расслаблен. Прекрасно. Рухнув рядом с другом, Табито привычно развалился на чужих — но уже таких родных — коленях. Отоя машинально запустил ладонь в фиолетовые пряди, мягко поглаживая. — Тоя, разговор есть, — сонно протянул Табито, хотя честно говоря сейчас ему хотелось просто провалиться в сон, чувствуя эти бережные прикосновения. — Мм? В голове у Карасу пронеслись кучи сценариев, текст с признанием, который он составил и уже заучил до тошноты. И вот он уже открыл рот, но вместо душещипательной речи у него вырвалось совершенно короткое и какое-то неискренне звучащее: — Ты мне нравишься. Может, будем встречаться не только в шутку? Чёрт. Какой же позор. Отоя его наверняка возненавидит. Карасу от этого станет жутко стыдно, он не сможет играть, проиграет, бросит футбол, устроится на работу, на которой узнают о его неспособности говорить то, что нужно, его выгонят с работы, он никуда не устроится, начнёт пить, затем свяжется с плохой компанией, подсядет на котики, а уже после… — Табито! Ты меня слышишь? Я тебя уже четвёртый раз зову, — наконец послышался голос Эйты. — А? — Карасу, ну ты гений. — Ты мне тоже нравишься. И вообще, я уже говорил тебе об этом, мы же встречаемся, не в шутку, уже пару дней. Карасу в очередной раз замер. Когда? Он бы ни за что не забыл… — Помнишь, когда Шарль с Шидо нашли алкоголь? Ты напился в стельку и весь вечер ко мне лип, изливая душу и бормоча что-то про то, как я тебе нравлюсь. Спросил, буду ли я с тобой встречаться. Ну, я и согласился, — вкратце пересказал Эйта. Карасу напрягся, пытаясь вспомнить хоть что-то похожее. Да-да, что-то такое было. Шидо с Шарлем откопали в какой-то богом забытой комнате ящик с вином, который, видимо, припрятал кто-то из старших. Затем они устроили пьянку, и Карасу, пытаясь отвлечься от любовных переживаний, влил в себя больше, чем планировалось. А дальше он не помнит, зато чётко помнил, как весь следующий день мучился от похмелья. Ну да… в нетрезвом состоянии он мог забыть. — А ты не мог раньше сказать? — стыдливо простонал Табито. — Так ты не спрашивал, — спокойно ответил Отоя. — Кто бы мог подумать, что безобидная шутка обернётся этим…

***

— Что?! — на лице Чигири выразилось явное удивление. — В каком смысле вы не встречались?! Отоя неоднозначно пожал плечами, а Карасу неловко потёр шею. Вот же сейчас ему прилетит. Угораздило же их признаться в своей лжи, как бы это не вошло в привычку. — Ну, сначала это должен был быть пранк… Но что-то пошло не по плану, и события развернулись, кхм, не совсем так, как мы ожидали… Остальные были удивлены не меньше. Юкимия смотрел на друзей с немым вопросом. — То есть вы целовались, обнимались, кормили друг друга, спали вместе только ради розыгрыша? Вот это вы ответственно подошли к задаче. Я поражён вашей организованностью. — Ну… Вообще-то не очень ответственно. Как бы это сказать… Мы теперь встречаемся по-настоящему. Чигири выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание от таких поворотов сюжета. — Раз сегодня день откровений, то мы с Рином тоже встречаемся! — воскликнул Исаги. На него и Рина, читающего какое-то непопулярное издание, тут же устремились скептические взгляды. — Исаги, это и так понятно. Вы спите в обнимку, сомневаюсь, что это крепкая мужская дружба, — промямлил Рео, скрещивая руки на груди и косясь в сторону абсолютно спокойного и в то же время хмурого Рина. — Хотя Итоши в отношениях, это необычно. Рин, моргни два раза, если тебя держат в заложниках. Итоши раздражённо закатил глаза, стараясь читать и не обращать внимания на придурков. — Ну вот, опять Исаги перетягивает одеяло на себя, — шутливо закатил глаза Табито, за что получил от своего нового-старого парня в бок и обиженно потёр ушибленное место. — Ничего я не перетягиваю! Просто решил признаться, раз такой момент выпал… — попытался оправдаться Йоичи, но кто его слушал? — Фуу, Сасаги пытается быть центром внимания, фуу! — задирались Шидо с Шарлем. — Всё лишь бы быть гг, Сасаги, это низко! — Да хватит уже! — простонал Йоичи, чуть ли не вырывая волосы на себе. — Захлопнись, таракан, — подоспел Рин, одаривая Рюсея ненавидящим взглядом, а Шарлю повезло получить только недовольный. — Фуу, сразу прибежал защищать своего Сасаги, — Шарль скорчил такую рожицу, будто его вот-вот вырвет. Рин швырнул в него подушку, отчего Шевалье с громким вскриком свалился на пол, а Шидо, как самый лучший друг, сперва посмеялся, а уж потом протянул руку, помогая подняться. — Давай свалим под шумок? Как раз они остынут, — шёпотом предложил Карасу, схватив парня за руку и тут же сцепляя пальцы в замок. — Я уж думал, не предложишь, — благодарно выдохнул Эйта. И пока Рин и Исаги спорили с Шидо и Шарлем на потеху всем остальным, новоиспечённые возлюбленные переместились в коридор. Карасу лениво потягивался, отчего форма задралась, оголяя тонкую полоску рельефного пресса. Отоя подтолкнул его, чтобы не выделывался. — Ну вот и всё, осталось только перетерпеть их издевательства, — оптимистично заметил Табито. — Мм, звучит не очень здорово. Табито ухмыльнулся, подошёл к своему парню — да, он теперь может с гордостью называть Эйту своим парнем — обнял за плечи, прижавшись к чужой шее, и покрыл её лёгкими, невесомыми поцелуями. Отоя невольно вздрогнул и лениво попытался отодрать наглеца. — Прекрати, мало ли кто может увидеть. — Мм, стесняешься? Очень возбуждающе, — лукаво улыбнулся Карасу. — Говоришь как Шидо, озабоченный. — Уголки губ ниндзя дрогнули в едва заметной улыбке. Карасу этого не видел, но чувствовал каким-то шестым чувством. — Но ты меня за это и любишь, верно? — Карасу наконец оторвал голову от чужой шеи и слегка отстранился, вглядываясь в невероятно симпатичную мордашку. Отоя несколько минут молчал, глядя на него, словно взвешивая что-то, а затем наклонился и коротко поцеловал Ворона в щёку. — Верно. Иронично, что их фальшивые отношения, построенные на лжи, оказались самыми искренними, что у них были. Видимо, цена за розыгрыш общих друзей устроила обоих.