Догонялся с Инспектором

Винс сидел в своём доме, окружённый тишиной ночи и погружённый в собственные мысли. Работа информатором приносила ему больше острых ощущений, чем денег, но, возможно, именно в этом заключалось её истинное очарование. Всё, что хранило пространство его жилища, могло оказаться последней каплей, способной спровоцировать масштабную междоусобицу среди крупнейших преступных семей города. Информация — оружие, способное разрушить жизни одних и возвысить других. Сам же Винс предпочитал держаться вдали от войн, сохранял строгий нейтралитет, предоставляя ценные сведения исключительно тем, кто заплатит соответствующую цену. Вечером, только выйдя из душа и напевая мотив любимой песни, едва расслышав звонок телефона, Винс получил сообщение. Оно приходило с незнакомого номера и гласило коротко и ясно: «Сегодня, 22:00, приезжайте сюда». — Тц, серьёзно? Что за идиот назначает встречу за два часа? — пробормотал он раздраженно. Всего два часа на сборы и дорогу, не считая тех сорока минут, которые неизбежно уйдут на преодоление расстояния. Время неумолимо бежало вперёд, угрожающе сокращая промежуток, оставшийся до назначенного срока. — Ладно уж, пойду посмотрю, что хотят на этот раз... Поднявшись, он потянулся и зевая всё-же подходит к шкафу. Выбор пал на привычный стиль. Боди чёрного цвета, чёрные брюки и поверх белая ветровка. Прибыл Кавински по указанному адресу неожиданно точно вовремя и, оглядевшись вокруг, заметил лишь одного человека — высокого мужчину в черном плаще. Никого другого поблизости не оказалось, однако Кавински решил подойти к незнакомцу. Но едва он успел подумать о том, чтобы задать вопрос, как тот заговорил первым. — Добрый вечер, Кавински. Рад, что вы все-таки согласились прийти сюда в столь позднее время, — произнес мужчина, повернувшись лицом к Кавински и внимательно изучая его своим строгим взглядом. Кавински слегка нахмурился, но сложив руки на груди, всё-же ответил. — Да уж… Конечно, я привык работать ночью, но сегодня предпочел бы отдохнуть. Незнакомец лишь сдержанно улыбнулся и, скрестив руки за спиной, представился: — Меня зовут инспектор Войд. Я возглавляю полицейский участок в центральной части города. Эти слова заставили Кавински насторожиться. Сделав осторожный шаг назад, он приготовился бежать, однако Войд спокойно продолжал: — Вам не стоит беспокоиться. Если вы согласитесь сотрудничать с нами, мы сможем смягчить ваше положение и даже избежать тюремного заключения. Это в ваших собственных интересах. Кавински презрительно фыркнул, сохраняя бдительность: — Хм, какая там выгода-то? Могу ведь просто скрыться. Войд пристально посмотрел на Кавински, его взгляд был ледяным и твердым: — Увы, в случае вашего отказа нам придется применить силу. От этого взгляда, по спине Кавински пробежал неприятный холодок. Становилось ясно, что сотрудничество с полицией таит в себе огромный риск. Осторожно отступая, он попытался незаметно удалиться, но Войд понял его намерение и резко двинулся вперед. Осознавая неизбежность преследования, Кавински мгновенно развернулся и бросился бегством в сторону ближайшего переулка. Войд, наблюдавший за происходящим, лишь устало вздохнул и немедленно ринулся вдогонку... Вскоре Кавински скрылся за огромным мусорным баком. Вроде бы Войда он не наблюдал, поэтому он присел, что-бы перевести дух. Давно он конечно не играл в подобные догонялочки. Но услышав шаги он притаил дыхание и не шевелился. Вскоре, через минуту Войд прошёл вперёд и Винс смотрел на его спину. Заметив около себя доску он тихонько её поднял и поднявшись осторожно на ноги резкии рывком налетел на Войда с силой ударяя того по голове, но...Он не вырубился и лишь обернувшись тут же всхватил блондина за запястье. — Думаешь, сможешь долго скрываться от меня? Голос прозвучал низко, с металлическим скрежетом, словно гравий под тяжёлым сапогом. В нём не было ни тени сомнения, только холодная, расчётливая угроза. Винс вздрогнул, его неловкая улыбка застыла на губах, больше похожая на гримасу боли. Он перевёл взгляд на массивную деревянную балку, о которую только что с чудовищной силой ударился его преследователь. По старому дереву, словно паутина, разбегались глубокие трещины. Чёрт возьми, что же это за человек такой? — промелькнуло в голове у блондина. Казалось, удар должен был явно вырубить обычного человека, да что уж там, да до сотрясение было не далеко!, но на Войде не осталось даже царапины...Может быть от сил был ушиб, но блондин не заметил ни капли боли в его глазах, лишь усталость и раздражённость.. Взгляд Винса метнулся вверх, к нависшей над ним тёмной фигуре. В полумраке тёмного переулка, Войд казался ещё выше и шире в плечах, его силуэт был очерчен тусклым светом единственного фонаря где-то позади. В глазах не было ничего человеческого — лишь ледяная пустота, что вызвало мурашки по коже. Хотя блондин никогда не был из трусливых.. — Ха... может, договоримся? — пробормотал блондин, стараясь придать голосу хоть каплю уверенности, но слова прозвучали как-то..жалко? Это было странным чувством для блондина. Хотя и он находил в этом нечто весёлое.. — Сомневаюсь, — хрипло отрезал Войд. — Раз наш диалог вы попытались закончить столь наглым побегом. Он не повышал тона, но каждое слово падало тяжело, как приговор. Войд дал понять: игры кончились. Он предупреждал ведь... И теперь терпение лопнуло. Не говоря больше ни слова, Войд шагнул вперёд. Движение было быстрым и отточенным. Он попросту сцепил их руки наручниками — холодный металл больно впился в запястье Винса, отрезая последнюю призрачную надежду на свободу. Теперь у Кавински больше не будет соблазна попытаться убежать. Ладно бы его ему просто сковали обе руки..Но ведь нет. Брюнет явно продумал этому и сам заковал своё запястье. Резко дёрнув рукой он пошёл дальше быстрым шагом от чего блондин чуть не споткнулся даже — Хэй, ну можно хоть поосторожнее! — прошипел блондин, морщась от боли в вывернутых суставах, но просьба повисла в воздухе. Ответом ему была лишь звенящая тишина и холодный, непроницаемый взгляд. Вскоре они снова вышли к дороге. Войд молча подтолкнул пленника к машине. Он усадил блондина на заднее сиденье и, не церемонясь, затянул пластиковые стяжки на запястьях так туго, что Кавински зашипел сквозь зубы. Сам же брюнет занял место за рулём, салон наполнился тихим гулом ожившего двигателя. — Даю последний шанс на нормальный разговор. Только ты и я, — голос Войда прозвучал холодно и ровно, словно он обсуждал погоду. Он не смотрел на дорогу, его взгляд был прикован к зеркалу заднего вида, где отражался недовольный взгляд алых глаз, которые были скрыты под цаетными оранжевыми линзами. — Ладно-ладно... Что уж вам там от меня надо? Я... подумаю, — процедил Кавински. Блондин откинулся на спинку сиденья, всем своим видом демонстрируя покорность, но внутри у него всё кипело. Он незаметно напряг мышцы, пробуя путы на прочность. Ну уж нет, до отделения он не поедет. Это даже не обсуждается. И рассказывать он ничего не собирается. В этом мире одно лишнее слово не тому человеку может стоить жизни. А умирать сегодня в его планы не входило. Да даже если не сегодня, то снова придёться жить в тревоге и оборачиваться каждую минуту.. Прикрыв глаза, делая вид, что смирился с судьбой, но мозг уже лихорадочно искал выход из западни. Пальцы продолжали механически ощупывать наручники, не оставляя попыток освободить руки. — Мне нужна от тебя информация о криминальных группировках. Всех до единой. О тех, кто действует грязно и не по закону. Кавински усмехнулся на его слова. Так наивно и глупо с одной стороны, что Винс просто не смог удержаться от подобной шутки... — Ох, неужели полиция так жалка и слаба, что не может своими силами отыскать преступников? — с явным издевательством ответил Винс, в его голосе звенела сталь. — Будешь дразниться и пытаться играть в глупые игры... Тебе же будет хуже. Войд неосознанно сжал руль так, что побелели костяшки пальцев, словно пытаясь раздавить руль под тяжестью собственных мыслей. Он резко распахнул дверь машины, впуская в салон холодный ночной воздух, и, порывшись в кармане, достал пачку дорогих, на ощупь гладких сигарет и массивную зажигалку. Щёлкнув крышкой, он поднёс пламя к кончику сигареты, и та вспыхнула, озарив его лицо на мгновение тусклым оранжевым светом. Глубоко затянувшись, Войд медленно выпустил густую струю дыма наружу, где она тут же растворилась в темноте, унося с собой частичку его напряжения. Да, вредно. Но Войд попросту иначе не умел. Кавински, не сводя глаз с напряжённой спины Войда, всё же решил нарушить гнетущую тишину, которая, казалось, звенела в ушах громче любого крика. Он заговорил — быстро, чуть развязно, словно пытаясь спрятать за потоком слов свою попытку освободить руки. — Ну... в целом, я, пожалуй, мог бы поделиться определённой частью информации, — протянул он, растягивая слова и наблюдая за реакцией собеседника через зеркало заднего вида. — Но это, как ты понимаешь, товар не из дешёвых. Я требую достойную оплату. Работать за спасибо я не собираюсь. Тем более, если вдруг вскроется, что я слил кому-то столь деликатные и секретные сведения... — он нервно хохотнул, и этот звук повис в воздухе, смешиваясь с запахом табачного дыма. Он болтал без умолку, тараторил, не делая ни единой паузы. Именно благодаря этому неумолчному монологу тихий, едва различимый щелчок позади него остался практически незамеченным. Винс замер на полуслове. В груди похолодело. Руки были свободны. Верёвка ослабла и соскользнула вниз, оставив на запястьях лишь красные полосы. Но эта мимолётная победа принесла не облегчение, а ледяной ужас. Куда бежать теперь? Дверь с его стороны заблокирована. Впереди — широкая спина Войда, который пусть и не смотрел сейчас за блондином, но и явно готовый догнать его вновь.. Осматривая салон уже более внимательно, он замечает, что ключ зажигания уже торчит в замке — достаточно лишь повернуть его, чтобы двигатель ожил, наполнив пространство утробным рыком. — Но... я всё же не хочу ничем делиться, — хмыкнул он, и в этом смешке прозвучала не насмешка, а стальная решимость. В следующий миг он действует с молниеносной быстротой: резким, мощным рывком выталкивает Войда из салона. Тот, не ожидавший такого напора, теряет равновесие и кубарем вылетает на асфальт. Кавински, не теряя ни секунды, с силой захлопывает тяжёлую дверь. Рывком пересаживаеться на его место. Его руки тут же ложатся на руль, пальцы сжимают холодный пластик. Он резко поворачивает ключ, и мотор отзывается глухим рёвом. В ту же секунду нога вдавливает педаль газа в пол. Лишь в последнии секунды он корчит перед Войдом рожецу и показывает мужчине средний палец, тем самым выражая своё превосходство над ним. Войд, опомнившись, бросается к машине и с бессильной яростью бьёт кулаком по тонированному стеклу, оставляя на нём мутный отпечаток. Он пытается дёрнуть ручку двери, но механизм уже заблокирован. В этот раз Кавински всё-таки сумел вырваться, угоняя полицейскую машину прямо из-под носа.. Лишь спустя минут 10 блондин позволил себе облегчённо выдохнуть. Он чуть сбавил скорость, чувствуя, как бешено колотится сердце. Нужно было залечь на дно. Он свернул на просёлочную дорогу, ведущую к одной из его конспиративных квартир за городом. По крайней мере, отсюда следовало убраться как можно дальше. Войд же остался стоять посреди пустынной трассы. Он хмуро смотрел вслед удаляющимся красным огням стоп-сигналов, которые вскоре растворились в чернильной темноте ночи. — Сучёныш! — прорычал он грубо, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. — Ты ещё пожалеешь об этом поступке.