Антидот.

Город содрогался от явных разборок мафии. Глава самого сильного синдиката был в ярости и успокоить его не мог никто. Сильнейший аромат миндаля вводил в транс и даже альфы молча подчинялись ему. Ещё в детстве, когда начал проявляться его феромон родители забеспокоились и только дед Юнги вынес вердикт: — Нужен антидот, никто не справится с ним. Естественно альфу никто не послушал, а дед был прав. Чем старше становился Юнги, тем сильней проявлялся его аромат и уже в восемнадцать отец отдал ему власть, ведь подчиняться собственному сыну ему не хотелось, а другого варианта у альфы не было после одного случая. Родители посовещавшись решили отправить пятнадцати летнего альфу в клинику, которую хвалили знакомые и пусть врачи постараются уменьшить силу феромона сына. Уже через несколько дней главврач попросил приехать и забрать альфу, так как тот умудрился переспать практически со всеми омегами из персонала, даже мелькнул один альфа и это с общего согласия. В Юнги начал бушевать альфа и его сущность подавляла не только молодых, но и уже взрослых. Родители разведя руками забрали его домой. Дед Юнги по отцу решил сам позаботиться о внуке, и родители с радостью согласились. Мин Джихан был старой закалки и под его влиянием клан Минов расцвёл. Джихан посмотрев на приехавшего внука тихо произнёс: — Не сможешь подчинить себе собственного альфу тебя быстро уберут так, что возьми себя в руки и начни учиться. Юнги любил деда и даже не за ту власть которую тот имел до сих пор, а за способность в любой ситуации вести себя похуистически. У самого Джина аура была не менее сильной ведь жгучий перец способен довести человека до асфиксии и каким-то образом дед научился себя сдерживать, нашёл истинного и даже родил сына альфу и двух дочерей омег. С дедом Юнги прожил три года и всё же научился себя сдерживать. Первый скандал в семье случился, когда Юнги привёл домой альфу и сказал, что будет с ним встречаться, потому, что тот его устраивает. Отец рвал и метал, но сильный феромон сына выпущенный от злости заставил с ним согласиться. Именно в этот момент Мин Сиджин решил отдать власть сыну, в этом его убедил Джихан. — Пусть начнёт сам руководить, поверь ему будет не до альф в его постели и всё наладится. На том и сошлись. Сейчас Мин Юнги двадцать восемь, за десять лет он стал человеком которого боялись и в то же время восхищались, предателей не прощал, врагов устранял, слабым помогал. Был единственный человек, который ненавидел альфу всей своей сущностью и у Юнги не оставалось другого выхода, как устранить его полностью. 8 лет назад. Кай прирос к нему всеми частями тела в прямом смысле. Юнги поняв, что альфа вполне сносно может терпеть его даже в гон, сделал своим постоянным партнёром, но вот сам Кай стремился к большему… власть. Альфа бредил стать не просто любовником для Юнги, но и занять место супруга. Данную привилегию альфе могла дать метка, да от альфы, но и на это он был согласен. Спустя два года встреч на территории Кая он решил, что ему пора бы уже перебраться в роскошный пентхаус Юнги и собрав вещи он поехал к дому где собственно и проживал Юнги. Охрана охренев от заявления, что теперь он будет жить в квартире Мина сразу же оповестила второго о том, что приехал Кай и потребовал впустить его в квартиру. Юнги на тот момент общался с людьми итальянского синдиката и разговор был на повышенных тонах, итальянцы ещё не знали всей мощи молодого двадцатилетнего главы корейской мафии. Пытались подмять альфу под себя, но Юнги не терпел приказов и в тот момент, когда охрана сообщила о выходке альфы он со злости выпустил свой феромон. Окружение Юнги уже давно поняли, что без определённых масок с фильтрацией им не обойтись тут же натянули маски, а вот у итальянцев начало перекрывать дыхание и самый старший подняв руки над головой сдался. — Господин Мино. Мы всё поняли, сотрудничество будет на ваших условиях. — И передайте своему боссу, что я не терплю предателей, а месть моя будет очень жестокой. Охрана быстро последовала за фигурой удаляющегося босса и Юнги не отойдя от разборок направился домой, где его ждал Кай. Что делать с тем, кто хотел его подчинить себе Юнги уже знал, но поиграть в кошки-мышки не отказал себе в удовольствии. — Что ты тут делаешь? — Зарычал Мин на альфу, когда подъехал к дому и вышел из машины. — Юнги, я думаю мы могли бы поговорить наедине? — Улыбнулся Кай. Юнги осматривал его и не мог понять, неужели за два года тот не понял, что командовать собой он никому не позволит? Хмыкнув альфа указал на припаркованный джип и произнёс: — Ну, что ж давай поговорим наедине, едем к тебе. — Но Юнги, почему не у тебя дома? Ты никогда не приглашал меня в гости, может настал момент, когда ты наконец это сделаешь? — Надул губки Кай. — А, ты никогда не задумывался почему? В моей квартире место только моему мужу, если конечно найдётся такая смелая омега. — Подожди ты о чём? А, как же я? — Растерянно смотря на любовника спросил Кай. — Ты? Ты меня полностью устраивал в постели, но на омегу ты не тянешь и соответственно не можешь быть тем, кто подарит мне наследника… или ты сменил сущность? — Грозно смотря на альфу спросил Юнги. — Получается я для тебя просто подстилка? Ты охренел Мин Юнги? Зря конечно он произнёс эти слова, но они уже сказаны. Сжав от злости челюсти, Юнги подошёл к бывшему (в этом он не сомневался) любовнику и схватив его за горло выпустил удушающий феромон прошипев прямо в лицо: — За то время, что я трахал тебя, и ты скулил как элитная шлюха ты, так и не понял с кем связался? Разочарую, я никому не подчиняюсь и никогда не буду подчиняться. Гук… — Позвал одного из своих людей Юнги. — Отправьте его к Хосоку и пусть найдёт ему применение. Оттолкнув Кая он решительным шагом направился в квартиру слушая ругань сопротивляющегося в руках друга Кая, последняя фраза которую услышал Юнги была: «Ты ещё пожалеешь об этом разговоре». Юнги конечно надеялся на эту «пустую» угрозу, но как выяснилось спустя восемь лет зря. Он надеялся, что владелец торгов людьми продаст Кая в какой-нибудь развлекательный бордель, но Кая купил достаточно влиятельный человек из Китая, который тоже кстати любил мальчиков альф с приятной внешностью. А, Кай был красивым мальчиком и именно поэтому Юнги выбрал его. Настоящее время. То, что это была ловушка Юнги понял слишком поздно, он ехал на юбилей папы, где собралась вся семья и в какой-то момент разговаривающие тихо Чонгук и Намджун затеяли разговор об омегах и чем они их соблазняют. Чонгук говорил, что все омеги ведутся на красивые украшения, а Намджун, что и цветов для омеги достаточно пока не узнают друг друга. Сам Намджун именно так и женился на Сокджине, омега не вёлся на дорогие рестораны и украшения, а вот от цветов никогда не отказывался. Он говорил, что покупать его не стоит, нужно просто ухаживать. Намджун тогда полностью ушёл в омегу и ухаживал и даже то, что он состоит в мафии омегу не отпугнуло, он просто сказал: — Значит просто буду залечивать твои раны, но если тебя убьют я тебя и на том свете достану, так, что прежде чем сдохнуть подумай об этом. И ведь лечил, и раны зашивал и не только Намджуну. Ким Сокджин был хирургом в центральной клинике Сеула и эту больницу Юнги взял под своё крыло, все знали, что больница под присмотром мафии и соваться в неё не стоит. Вот именно услышав про цветы Юнги и вспомнил, что не купил папе цветы. Он попросил Намджуна остановиться около первого попавшегося цветочного магазинчика, что собственно друг и сделал. Охрана уехала чуть вперёд не обратив на остановку босса внимание и замешкалась-то на несколько минут, но уже произошло непоправимое. Кай с парой головорезов напал на Юнги в тот момент, когда Юнги склонился понюхать очередной букет, представленный омегой консультантом. Ворвавшись в магазинчик охрана Мина успела заметить бледного омегу, скорчившегося в уголке и воткнутый в области сердца нож у Юнги. — Кто? — Зарычал на испуганного омежку Намджун и тот указал в сторону подсобки. С нападавшими расправились быстро, а вот Кая связав забрали с собой. Юнги был без сознания и Намджун подхватив его на руки быстро вышел из магазинчика, Чонгук подробно рассказал омеге, что с ним будет если тот раскроет рот и выбежал следом. Уже по дороге Намджун созвонился с Сокджином и рассказал о случившемся, без лишних слов тот приказал не вынимать нож и везти к нему. Операция прошла успешно, нож изъяли, кровотечение остановили, но оставили в больнице. Вот именно по этой причине Юнги и злился, когда пришёл в сознание. — Джин, я еду домой. — Рычал Юнги на спокойно стоящего омегу. — Нет. — Ты совсем что ли страх потерял? Я не посмотрю на то, что ты муж моего друга и разнесу тут всё в клочья. — Только попробуй и тебя свяжут как буйного пациента. Если тебе не дорога жизнь подумай о родителях, твой папа в обморок упал, когда им сообщили о нападении. Нож чуть не вошёл в сердце Юнги, ещё немного, и ты бы сейчас червей в могиле кормил. И прекрати истерить, на меня не действуют твои угрозы. И начни в конце концов есть, у нас прекрасные повара и готовят сносно. — Я не буду ничего есть, мне плевать на твои запреты. — Значит не хочешь по-хорошему? Ладно. Джуни, неси ремни. — Я не понял, и ты с ним заодно? — Зло смотря на друга спросил Юнги. — Юн, так будет лучше. — Да пошли вы. — Сдался Юнги и отвернул голову к окну. — Не нужно меня связывать идите вон. Каким бы грозным он не был, но омегу друга уважал за его преданность. Так и потекли дни, Юнги злился на свою беспомощность и боли, что причиняла рана, ему казалось, что он стал слабым. Есть он категорически отказывался и заставить его не смог даже папа, который приехал с отцом в этот же вечер. Чем бы всё это закончилось не знал никто, если бы не один случай… милый такой, спокойный случай.