Почистить нечисть нечистую

      Лололошка снова работает неблагородной фрейлин. Сказать точнее — берет полубога на руки, чтобы не выслушивать еще одну тираду о том, насколько не мила ему эта жизнь. Сказать честно, мироходец не считал легкое амбре застоявшейся воды и ила такой уж большой трагедией, но Люциус уверенно убеждал его в обратном. Пришлось считаться с мнением сына адского огня.       И даже среди достаточно холодных каменных стен ванная сейчас была достаточно теплая. Еще бы, Лололошка столько с водой провозился, чтобы набрать полную ванну, так еще и обогреть. И теперь усаживал полубога в воду будто дитя малое, нависая над ним сверху, еще и аккуратно придерживая, чтобы под мыльной пеной удобно устроились, не подскользнувшись.       — Вода пахнет? — на удивление даже замечает нотку несвойственного камню запаха Люциус. Лололошка это мыло специально подбирал из своих запасов. Он им в свое время сам терся, смывая запах гнилой и жженой плоти.       — Да. На цитрусах настаивал. Уж зелень он перебьет точно, — кивнул мироходец, стряхивая воду с рук. И облокотился о борт ванной, тихо выдыхая, думая, с чего бы начать. — Сразу будем голову мыть? Или тебе хочется полежать немного?       Люциус вздохнул так тяжело, что тяжело было не понять, насколько тяжело полубогу справляться с жизненными трудностями и насколько недалек от понимания всей этой тяжести глупый мироходец.       — Сейчас, — выдохнул полубог, черпая руками воду и умывая лицо. Лололошка же кивнул, отходя немного в сторону. Там подобие черпака, найденное в стенах замка, мыло, которое мироходец подобрал, укладывая ближе для удобства и пара бочек с горячей и холодной чистой водой.       — Развернись немного. Если тут пол водой зальем, то плесень появится, — Лололошка без лишней мысли присаживается на бортик ванной. А в руках черпак, в который сразу набрал горячей воды, хоть и поставили немного в сторону, чтобы не задеть и дать немного остыть.       — Как вы, смертные, только справляетесь с этими маленькими ванными, — закатил глаза Люциус. Но поддался, сгибая ноги и смещаясь. Тут же руки мироходца слегка потянули корректируя.       — Облокотись на руки. Нормальная ванна. В проточной реке ты мыться не захотел, — ответил Лололошка, слегка потянув за белые волосы, чтобы откинуть голову. Правда, все равно пришлось остерегаться рогов. Захотелось ведь полубогу встряхнуть головой от чувства своей неудовлетворенности. Но, мести рады, ему вылили на голову воды. Но вот уже пошипеть ему дали в волю.       Лололошка тщательно промыл волосы полубога, пропуская локоны сквозь пальцы. И только после дал сесть удобнее, теперь уже потянувшись к мылу.       — Аккуратнее там. Ты не простого человека касаешься, — продолжил ворчать Люциус, прикрывая глаза.       — Конечно, — протянул Лололошка, выливая в руку мыльного раствора. — Это будет почти массаж.       — Ты хоть раз видел, что такое «массаж», — фыркнул полубог, через плечо бросая взгляд на мироходца.       — Было дело, так что можешь успокоиться, — вздохнул Лололошка, взбивая пену. И снова наклонился над полубогом, примеряясь к фронту работы. После бесстрашно запускает руки в волосы, аккуратно подхватывая пряди и забираясь пальцами под них.       В руки почти сразу же ткнулись, почти ложась в ладони. Мироходец только вздохнул, пытаясь промыть белоснежные волосы даже так. В прочем, для начала хотя бы уже самостоятельно не напороться на эти рога.       — Не сильно пахнет? — невзначай спросил Лололошка, пробираясь все выше и стараясь не собрать колтунов. А потом пришлось еще раз добавить мыло, втирая его поглубже.       — Нет, — Люциус слегка повел плечами, видно, устраиваясь поудобнее. Вода тихо зазвенела, прежде чем снова успокоиться.       А Лололошка сказал бы, что прямо уж разит. Видно, еще и настояться успело, пока в сундуке лежало. Этот цитрус будет преследовать его еще несколько дней к ряду, напоминая об этом адском отроке.       — Закрой глаза, — пальцы скользнули выше, к линии роста волос, зачесывая их все назад.       Люциус снова всем видом показал недовольство. Конечно, им командует какой-то смертный, куда уж полубогу пасть ниже. Но глаза закрыл.       — Эй, аккуратнее там, — и все же, Лололошка слегка дернул за пряди, запутавшиеся между пальцами.       — Извини, я не специально. Не дергайся, пожалуйста, я ведь не клок волос тебе выдрал.       Лололошка снова аккуратно закинул голову Люциуса, чтобы вода на лицо не текла. И с особой аккуратностью пройтись возле ушей. И все больше приходит веры, что надо бы полубогу волосы подкоротить. Можно налысо.       — Если бы ты попытался, ты бы горел, — фыркнул полубог. И снова его наградили вылитой на голову водой. Лололошка начал смывать мыло, щедро заливая волосы водой.       — Отдай голову, тебе же потом мыльной воды нахлебаться, — заворчал Лололошка, пытаясь удержать полубога от глупостей, которые тот все отчаянно пытался совершить. Складывалось такое ощущение, что он специально, чтобы после с душераздирающим упорством жаловаться на жизнь всю тому же мироходцу.       Люциус явно был уж более чем недоволен, но говорил это так неразборчиво, что Лололошка так и не разобрал его слов. А чего он не слышал, того не было, так что без угрызений совести продолжил.       И повторить еще раз, намыливая снова и смывая, вычищая последнюю грязь, тщательно собирая пену, все же пару раз напоровшись на рога. Ну тут уже самого Лололошки вина, так что недовольные комментарии в свою сторону Лололошка принимал без претензий. Ну и снова смыть, снова пытаясь заставить держать голову пониже.       — Можешь сесть как удобно, — наконец отошел от ванны Лололошка, стряхивая воду с рук. Люциус снова выдохнул на показ, но развернулся, вытягивая ноги и чуть не выливая ушат воды за борта.       Лололошка деликатно промолчал, найдя себе другое занятие. Точнее, мироходец взял мочалку, старательно ее сначала смачивая и намыливая. Снова коснулся бледной кожи, намыливая губкой.       — Вода не остыла?       — Нет, нормально, — Люциус тянет слова, перекатывая на языке.       Лололошка снова наклоняется над ним, облокачиваясь о бортик ванной. И тянется рукой к телу, проходясь по плечам мыльным войлоком. Слегка надавливает, проходясь от шеи вниз. И определенно мироходец слышит, с каким удовольствием полубог вздыхает, от чего жутко завидует его огненному величеству. Лололошке-то никто спинку не трет, а ведь он даже не ворчал бы.       Поправив спавшие на кисти рукава, Лололошка опускает руку под воду, тоже несколько раз проводя по лопаткам, хребту, где-то еще, куда дотягивается.       — Ты дальше сам справишься? — мироходец вовремя уворачивается от рога, который на этот раз чуть не проткнул ему глаз.       — Можешь быть свободный, смертный, — позволительно отмахивается Люциус, даже не обращая взгляд своей многоуважаемой персоны.       — Я пойду тебе вещи на смену найду. Твои замочу и прокипячу, — вздыхает Лололошка, отдавая мочалку в руки полубогу, сам наконец выпрямляясь.       — Не копайся долго, — Люциус вальяжно начинает оттирать руки, в свою очередь совсем никуда не спеша. Мироходец только тихо фыркает про себя, на последок добавляя в ванну горячей воды, чтобы адский сын не замерз, прежде чем наконец оставить его одного.