Покажи мне любовь

После разговора со Сплендором Слендермен ощущал глубокое волнение. Впервые в жизни его по-настоящему выслушали и поняли, и это невероятное облегчение смешивалось с острой потребностью выговориться до конца. Недосказанность давила изнутри на него. Ему срочно нужно было рассказать всё брату – ведь тот был старше, мудрее и мог помочь. Не в силах ждать, Слендер дождался рассвета и снова направился к нему за советом. Он остановился у двери в его комнату, колеблясь, словно не решаясь войти. Несколько мгновений он простоял неподвижно, погруженный в свои мысли, а затем тихо постучал и осторожно приоткрыл дверь. — Можно к тебе? Мне снова нужно поговорить. Сплендормен сидел в кресле и что то читал. Он тут же повернулся в строну двери, когда услышал и почувствовал присутствие Слендера. Он слегка улыбнулся, смотря на него. - Конечно можно, Сленди. Заходи. Слендермен закрыл за собой дверь и сел на диван, который был напротив кресла. Старший подсел к нему, готовый если нужно будет обнять брата. - О чём ты хотел поговорить? Все так же о своих чувствах, да? - Да, опять об этом.. Я вчера многое тебе не договорил и мне нужен твой совет. Слендер замолчал, пытаясь подобрать слова. Сплендормен ничего не говорил, лишь поглаживал его по спине. Не давил, не навязывал свою излишнюю доброту.. Он просто молчал и слушал, что было непривычно. - Я люблю Залго... Я сам не понимаю как моя ненависть к нему превратилась в это. Но теперь не могу избавится от мыслей о нём... Сплендормен замер. Его длинные пальцы на мгновение перестали поглаживать спину брата, и в комнате повисла тяжелая тишина. Слендер сжался, ожидая чего угодно: смеха, нравоучений или ужаса. Старший не мог поверить в это. Он старался сдерживать себя, что бы не наговорить глупостей и не обидеть младшего. Все же несмотря на его жестокую натуру, Слендер любил впервые и к этому нужно отнестись с должным пониманием и серьезностью, насколько бы это не казалось странным. - Это... Довольно неожиданно, братик... - в его голосе слышалось искреннее переживание - Но я ни в коем случае не осуждаю тебя. Пойми, Залго не тот, кто умеет беречь чужую нежность, я боюсь что он воспользуется твоими же чувствами против тебя. - Я понимаю, что моя любовь к нему, вероятно, никогда не выйдет наружу и я останусь в одиночку со своими чувствами, пока они не угаснут. Однако это причиняет мне невыносимую боль. Это терзает и разрывает меня изнутри. Я не могу перестать думать о нём, и это уже становится похоже на больную зависимость. - Послушай, Сленди. Ты уже сделал большой шаг, высказавшись мне. Было бы гораздо хуже, если бы ты держал это все в себе. Правда не стоит пока так сразу и прямо говорить Залго об этом. Может... Встретишься с ним и спокойно поговоришь? Без драк, оскорблений и негатива. Просто предложишь закончить войну или что то в этом духе. Можешь попытаться сблизится с ним, пообщаться, узнать какой он на самом деле. - Ты прав. Но я не могу так. Просто не могу... Что то внутри, что гораздо глубже моих чувств к нему, не позволяет так просто перестать враждовать с ним. Все эти годы... Ради чего? Ради того, что бы я сейчас убивался по нему, как влюбленная семиклассница?! Пару слезных дорожек скатилось по щекам Слендера. Сплендормен тут же прижал его к себе, поглаживая. - Тише, тише... Ну сам посуди. Столько лет воюете, можно сказать безрезультатно, а сейчас тебе еще и плохо от этого. Тогда зачем все это? Лучше просто закончить это и жить спокойно. - Нет ты не понимаешь. Он будет считать меня слабым, раз я решил сдаться. Он будет думать обо мне плохо. А что скажут мои прокси? Они тоже будут считать меня слабым влюбленным мальчиком. Слендер не выдержал и расплакался, уткнувшись в плечо старшего. Он больше не мог говорить, из него выходили лишь всхлипы. При попытке что-то сказать язык заплетался и выходили лишь несвязанные звуки, что еще больше расстраивало его. - Чшш... Ничего не говори... Проплачься, потом скажешь. Младший плакал и не мог остановится. Сплендормен молча прижимал его к себе и поглаживал. Он понимал что Слендеру сейчас пока что не нужны советы и в целом слова. Ему просто нужно выплеснуть свои эмоции, что он делал очень редко. Через какое то время он затих. Даже всхлипы прекратились. Только лицо все еще было мокрым, а нос был заложен. Старший взял со стола салфетки, что бы тот мог вытереться и высморкаться. Тонкий немного отодвинулся от него и снова заговорил. - Я... Думаю что так и поступлю... Наверное... Я не могу больше жить с этой ненавистью к себе и к моей вражде с ним. Но мне нужно время. Мне нужно осознанно принять это. Спасибо что выслушал меня, братик, и дал проплакаться. Это очень много значит для меня. - Не за что, я всегда рад помочь тебе. Если нужно будет, я могу поговорить с Залго. - Нет нет, пока не нужно... Я думаю скоро снова приду к тебе за советом. - Обращайся. Сплендор крепко обнял младшего брата в последний раз, нежно поцеловал его в макушку, а затем, он с глубоким вздохом вышел, осторожно прикрыв за собой дверь. Ощущение было такое, будто тяжелый камень, давивший на душу, наконец-то скатился. После бурного выплеска эмоций наступила невероятная легкость и умиротворение. Теперь ему предстояло вернуться в свою комнату, чтобы погрузиться в размышления о том, как наладить отношения с Залго и закончить войну между ними. Это будет долгий путь принятия, требующий не одного дня, а возможно, и не одной недели. Ведь такое решение крайне серьезно и зависит не только от него.