Лесник

Тёмный лес стоял непроглядной стеной, а длинная дорога, казалось, никогда не кончится. Я шёл уже несколько часов, ноги горели от усталости, а в животе урчало от голода. Холодный осенний ветер пробирал до костей, и я понимал — если не найду ночлега, то к утру превращусь в ледяную статую. ‎ ‎Впереди, среди деревьев, мелькнул слабый огонёк. Я ускорил шаг и вскоре увидел старый бревенчатый дом с покосившимся крыльцом. Надежда теплилась в груди — может, хозяин сжалится над заплутавшим странником? ‎ ‎ ‎Я постучал в дверь. Через мгновение она скрипнула, и на пороге появился седой старик с морщинистым лицом и пронзительными, словно волчьими, глазами. ‎ ‎— "Простите за беспокойство," — прохрипел я. — "Я заблудился. Не найдётся ли у вас уголка на ночь?" ‎ ‎Старик окинул меня взглядом, потом широко улыбнулся, обнажив жёлтые зубы. ‎ ‎— "Заходи, путник! Будь как дома!" — он отступил, пропуская меня внутрь. ‎ ‎Тепло печки обняло меня, а запах тушёной дичи заставил желудок сжаться от голода. ‎ ‎— "Садись за стол," — сказал лесник, хлопнув меня по плечу. — "Ужинать будем. А если хочешь, расскажу пару занятных историй — живу тут давно, всякое повидал." ‎ ‎Я поблагодарил и опустился на лавку. ‎ ‎За окном окончательно стемнело, лишь лунный свет серебрил верхушки деревьев. Лесник налил мне кружку мутного домашнего пива и принялся рассказывать о жизни в глуши. ‎ ‎— "Звери — они как люди," — говорил он, облизывая пальцы после куска мяса. — "Только честнее. Вот медведи — те уважают силу. А лисы — хитрые, но трусливые. А волки…" ‎ ‎Он замолчал, прислушиваясь к чему-то за окном. ‎ ‎— "Волки — особенные. Умные. Верные. Если их приручить, лучше друзей не найти." ‎ ‎Я насторожился. ‎ ‎— "Вы… приручили волков?" ‎ ‎Старик усмехнулся. ‎ ‎— "Не то чтобы приручил. Просто подкармливаю. Они ведь тоже хотят есть." ‎ ‎Вдруг где-то совсем близко раздался протяжный вой. Потом второй, третий… Целая стая. ‎ ‎Лесник замер, потом медленно встал. ‎ ‎— "Прости, путник, ненадолго отлучусь," — сказал он и вышел, не объясняя куда. ‎ ‎Я сидел один в тускло освещённой избе. Вой за окном становился всё громче, ближе. Казалось, звери окружили дом. ‎ ‎Через несколько минут дверь распахнулась. Лесник стоял на пороге, но теперь в его руках было ружьё. ‎ ‎— "Друзья проголодались," — произнёс он, и в его голосе появилась странная нотка. — "Пойдём, приятель, в лес. Познакомлю." ‎ ‎Лёд пробежал по спине. ‎ ‎— "Сейчас? Ночью?" ‎ ‎— "А волкам всё равно, день или ночь," — рассмеялся он. — "Ты же хотел интересных историй? Вот и услышишь… из первых уст." ‎ ‎Его глаза блеснули в полумраке. ‎ ‎Я медленно поднялся, понимая, что отказываться не стоит. ‎ ‎— "Будь как дома, путник," — повторил лесник, придерживая дверь. — "Я ни в чём не откажу." ‎ ‎Но теперь эти слова звучали как приговор. ‎ ‎За порогом ждала кромешная тьма. И в ней — горящие глаза голодных зверей... ‎ ‎ ‎Я шагнул за порог, и холодный ветер обжег лицо. Лесник шёл впереди, его силуэт сливался с тенями деревьев. Вокруг, в кромешной тьме, вспыхивали пары горящих глаз — их было слишком много. ‎ ‎— "Идём ближе," — бросил старик через плечо. — "Они стесняются чужих." ‎ ‎Сердце колотилось так, что, казалось, его слышат волки. Я замедлил шаг, оглядываясь: а если бежать? Но куда? Дорогу я не запомнил, а в лесу без проводника… ‎ ‎Внезапно старик остановился. ‎ ‎— "Вот и они." ‎ ‎Из-за деревьев вышли три огромных волка. Шерсть — как серебро при луне, клыки обнажены. Один, самый крупный, подошёл ко мне и понюхал воздух. ‎ ‎ ‎Я замер, ожидая, что вот-вот почувствую зубы на горле. Но волк… фыркнул и отошёл. ‎ ‎— "Хм," — пробормотал лесник. — "Интересно." ‎ ‎— "Что — интересно?!" — вырвалось у меня. ‎ ‎Он повернулся, и в его глазах читалось что-то вроде уважения. ‎ ‎— "Они не тронут того, кто не пахнет страхом. А ты…" — он хитро прищурился, — "Ты злишься. Это они ценят." ‎ ‎Я и правда злился — на себя, на эту ловушку, на его игры. Видимо, волки это почуяли. ‎ ‎Лесник неожиданно рассмеялся и опустил ружьё. ‎ ‎— "Ладно, путник. Вижу, ты не из робкого десятка. Может, и правда расскажешь мне что-нибудь взамен?" ‎ ‎— "Взамен на что?" — насторожился я. ‎ ‎— "На твою жизнь, конечно," — он погладил ближайшего волка по загривку. — "Мои друзья сегодня сыты. Но ночь длинная… Так что давай-ка вернёмся в дом. А ты поведаешь мне историю — правдивую. Самую страшную, что с тобой приключилась." ‎ ‎Я понял намёк: солжёшь — станешь ужином. ‎ ‎ ‎У печки, под вой ветра, я рассказал ему о том дне, когда заблудился в пещерах под горой и видел то, что не должно жить в этом мире… ‎ ‎К утру лесник отпустил меня, дав с собой краюху хлеба и странные слова: ‎ ‎— "Если встретишь в лесу волка — вспомни этот дом. Они теперь тебя знают." ‎ ‎Я ушёл, не оглядываясь. Но иногда, когда ночью слышу вой вдали, кажется, что это мои волки…