WLK

Собираясь пойти в клуб, чтобы поддержать выступающих там друзей, Чимин планировал, что вечер удастся и будет приятным, но не ожидал — насколько. Представленный ему Шуга смотрит бесконечно долгие секунды в глаза, раскрыв рот и замерев. Разноцветные блики, танцующая толпа, всё отодвигается куда-то назад, сливаясь с фоновым шумом. Чимину любопытно, что именно произвело наибольшее впечатление — внешность, наряд? Улыбаясь, он скользит взглядом по чертам лица напротив, что кажутся нежными и хрупкими, милыми, трогательными, будто перед ним ребёнок в теле взрослого, чья душа сейчас — нараспашку. Очаровательно. Искренность реакции подкупает, и Чимин сдерживается, чтобы не притянуть к себе, обнимая и воркуя: «Кто это тут такой хорошенький? Кого это так размазало?» Хочется позаботиться, помогая пережить шок. — Юнги. — Сглотнув слюну, выпадая из оцепенения, Шуга-Юнги вежливо кланяется. Чимин представляется тоже, нараспев произнося стандартные фразы и подбираясь чуточку ближе. Юнги сжимает пальцы в кулаки, судорожно вздыхая. Желание обнять его только возрастает, и будь Чимин больше в размере, а Юнги меньше, то таскал бы на руках как кота, часто и крепко чмокая в лоб. — Отлично! — Хосок хлопает Юнги по плечу. — Вот и познакомились. Хён, ты вроде курить шёл? — Не сейчас, Хоба. Чимин звонко смеётся. Фрагменты того вечера прокручиваются в памяти на повторе. Растерянность в голосе: «Ты обо мне не знаешь?» и неловко пододвинутый телефон с открытым профилем на спотифае. Бурный разговор о музыке, с перескакиванием с одних подтем на другие, перебивая, пихаясь, ухмыляясь. Юнги пил виски не морщась, в Чимина вливалось — с той же лёгкостью. Подошедший Чонгук — тонсен Юнги, как оказалось, хищно протянул: «О-о-о, дедуль, ты и так умеешь!», за что получил вялый пинок по жопе с барного стула. Тэхён потом тоже присоединился, сразу выкупая, что соулмэйт в режиме: «Этому бледненькому сейчас можно всё», активно кивая, соглашаясь с Юнги, и почти полностью игнорируя прочих. Невидимый мыльный пузырь переливался вокруг них, уплотняясь. Подпитываемый вниманием, Чимин старался отдать больше. Наваждение, наслаждение длилось до самого прощания у разных машин такси. — Мы могли бы продолжить… когда-нибудь. Когда ты захочешь. — Хорошо. Обязательно. Конечно. Найди меня в сети и напиши, хён. Тэхён утягивает за подол футболки в салон автомобиля, Юнги на это блекло тянет уголок губ вверх. Чимин бы сказал ему ещё: «Не стесняйся», и сам бы перестал и всё-таки чмокнул — в щёку, в нос, в подбородок, или… — Ебать тебя затянуло на чужую орбиту, бро. Приём! Город мелькает за окном. И так на него похуй. Хотя, нет, Чимин благодарен Сеулу за то, что повстречал здесь Юнги. За нескучные часы вместе, перегревшийся мозг и расползающееся по груди тепло. Первое впечатлением самое верное? Либо наоборот, обманчиво? Слушая музыку Шуги и раскрывая на полный экран клипы, Чимин с досадой прикусывает язык. Сценический образ — это не Юнги, но этот проект, его творчество — демонстрирует достаточно сильный характер. Энергии от него — через край, уже под третий трек Чимин танцует, томно покачивая бёдрами, и ему бы хотелось, чтобы Юнги это увидел. «Смотри, что ты со мной делаешь» — пишет он на кураже и в запале, снимая хоум-видео на кухне. Шорты, футболка, босиком, с недоеденным кимпабом и недопитой кружкой чая на столе. Вообще-то ожидалось, что это Юнги напишет первым, но Чимин нашёл профиль сразу и гипнотизировал имя достаточное количество минут, чтобы привыкнуть и щёлкнуть, добавляя в список контактов. И вместо: «Приветики» — присылает себя без косметики и прихорашиваний. «Я люблю тебя» — прилетает, когда Чимин пытается отдышаться, и тут же сообщение удаляется из чата. «Ты… вау» Эмодзи с пальцем вверх.