Значек на куртке со звездами

Выходной у Питера Паркера — понятие относительное. Он уже усвоил это за два года работы в Департаменте Гидов. Выходной — это когда тебя не вызывают до обеда. Или когда вызывают, но миссия отменяется. Или когда вызывают, приезжаешь, а начальство машет рукой: «Ошибка, капитан Паркер, можете возвращаться». Сегодняшний день начинался многообещающе. Питер спал. Не просто дремал, а спал — тем глубоким, без сновидений сном, когда тело наконец перестаёт помнить, что вчера у тебя было четыре часа поддержки на полигоне, потом два часа отчётов, потом медосмотр, который всегда выматывает больше, чем любая миссия. Он спал на животе, уткнувшись лицом в подушку, одеяло сбилось к ногам, в комнате пахло кофе из вчерашней чашки, которую он так и не убрал со стола. Всё было хорошо. А потом заорал коммуникатор. Питер подскочил как ошпаренный, ударился коленом о тумбочку, выругался сквозь зубы и вслепую нашарил устройство на прикроватном столике. Экран резанул по глазам ярким светом — «ВЫЗОВ: ДЕПАРТАМЕНТ ГИДОВ. ПРИОРИТЕТ: КРАСНЫЙ». Красный приоритет. Сон ушёл мгновенно, как будто его выдернули за шкирку. — Паркер, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Горло саднило со сна. — Капитан Паркер, — голос диспетчера был на удивление спокоен для красного кода. — Срочный вызов. Подразделение «Мстители», миссия уровня S+. Требуется гид S-ранга для эспера Старка. Питер замер. — У меня выходной, — сказал он, и сам понял, как глупо это звучит. Выходные при красном приоритете — это как зонтик при урагане. Формальность. — Знаю, сэр. Но запрос поступил непосредственно от командира подразделения. Мистер Старк настоял на вашей кандидатуре. Настоял. Питер закрыл глаза и сделал глубокий вдох. — Доктор Бэннер свободен? — Доктор Бэннер не подходит по рангу для миссии S+, сэр. И его совместимость с эспером Старком ниже требуемого порога. Конечно. Конечно, не подходит. Питер знал это и до того, как спросил. Брюс — хороший гид, спокойный, надёжный, умный. Но его ранг A+ против S+ миссии — это как взять перочинный нож на битву с драконом. Технически можно, но никто в здравом уме не будет рисковать. — Во сколько сбор? — Через сорок пять минут, сэр. Точка сбора — ангар «Старк-7» в главном комплексе Щ.И.Т.а. Питер посмотрел на часы. Сорок пять минут. Ему нужно одеться, добраться до комплекса (двадцать минут на такси, если повезёт), пройти проверку... и справиться с Тони Старком. Он сбросил вызов, уронил голову на подушку и простонал в голос. «Почему я?» — пронеслось в голове. Хотя ответ он знал. Все знали. Совместимость 75.4% — рекорд для Старка, который до Паркера считался «несовместимым с большинством гидов S-ранга». Пятнадцать гидов высшего ранга, и только четверо давали совместимость выше 45%. А Питер, этот кудрявый капитан с вечно уставшими глазами, выдал 75.4% в первую же проверку. Совет тогда устроил совещание. Тони Старк, говорят, потребовал закрепить Паркера за ним на постоянной основе. Получил отказ. И с тех пор эта грызня не прекращалась. Питер встал, нашарил тапки и побрёл в душ. Вода была холодной — он специально держал её такой по утрам, чтобы быстрее просыпаться. Сегодня холод помогал ещё и остыть. Потому что внутри уже начинало закипать раздражение. Выходной. У него был выходной. Он планировал выспаться. Может, сходить в тот маленький книжный на углу, который давно присматривал. Может, даже приготовить нормальный ужин, а не гречневую лапшу быстрого приготовления. Вместо этого — миссия S+ с Тони Старком. С человеком, с которым они в последнюю встречу... Питер мотнул головой, отгоняя воспоминания. Не сейчас. Не время. Он оделся быстро — чёрные штаны, обтягивающая футболка, короткая куртка с вышивкой S-ранга. Форма Департамента Гидов. Он ненавидел эту форму. Она была неудобной, немаркой только в теории, и почему-то всегда сидела так, будто её шили с единственной целью — подчеркнуть талию и бёдра. Питер не раз писал рапорты с просьбой изменить крой. Ему каждый раз отказывали. «Форма образца 2048 года утверждена международным стандартом», — отвечали ему. «Но вы можете подать запрос на пересмотр в следующем году». В следующем году. Питер усмехнулся. Он и в этом-то не надеялся. Такси ждало у подъезда. Питер назвал адрес, откинулся на сиденье и закрыл глаза. Двадцать минут. Двадцать минут тишины перед тем, как... Он не знал, что его ждёт. Миссия S+ — это всегда риск. Но сейчас его беспокоило не столько задание, сколько встреча со Старком. Их последний разговор закончился плохо. Очень плохо. --- Две недели назад. Кабинет Старка на базе Мстителей. Питер зашёл с отчётом, а вышел... не то чтобы с отчётом. — Ты не понимаешь, Паркер, — Тони стоял у окна, скрестив руки на груди. Он даже не обернулся, когда Питер вошёл. — Эта миссия требует максимальной совместимости. А твоя — самая высокая. — Моя совместимость — 75.4%, — напомнил Питер, стараясь говорить спокойно. — Это высокий показатель, но не критичный. Вы можете взять кого-то из гидов А-ранга с совместимостью выше 80% и... — А-ранга? — Тони резко обернулся. В его глазах горел тот самый огонь, который Питер научился распознавать как «предвестник спора». — Ты предлагаешь мне взять на миссию S+ гида А-ранга? Ты в своём уме? — Я предлагаю не нарушать график ротации, — ответил Питер, сжимая папку с отчётом. — У меня выходной. Я уже три недели не был в кампусе, я... — Твои личные проблемы меня не касаются, — отрезал Тони. — Ты нужен на миссии. Точка. Питер почувствовал, как внутри закипает злость. — Мои личные проблемы, — повторил он, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Мои личные проблемы, мистер Старк, заключаются в том, что у меня не было нормального сна уже десять дней. Я работал на трёх миссиях подряд, потому что Департамент не может найти замену. У меня медосмотр через два дня, а я даже не... — Я сказал — точка, — голос Тони стал жёстче. Он подошёл ближе. Питер знал эту тактику — нависнуть, использовать разницу в росте, заставить чувствовать себя маленьким и уязвимым. Тони делал это часто. Особенно с теми, кто пытался спорить. — Ты мой подчинённый, Паркер, — сказал Старк, и в его голосе не было ни капли той лёгкой, дразнящей интонации, которую он обычно использовал. — Я — твой командир. И когда я говорю, что ты нужен на миссии, это не просьба. Это приказ. — Тогда оформите его письменно, — выпалил Питер. — И пусть Департамент одобрит. Тони усмехнулся. Опасная усмешка. — Ты думаешь, мне нужна бумажка? Он шагнул ещё ближе. Питер отступил — и упёрся спиной в стену. Тони оказался прямо перед ним, всего в нескольких сантиметрах, и Питер ненавидел то, как его сердце пропустило удар. — Заткнись, — тихо сказал Старк, и в этом «тихо» было что-то пугающее. — Просто заткнись и делай, что тебе говорят. — Вы не можете... — Я могу всё, — Тони взял его за запястья. Не больно, но крепко. Прижал к стене по обе стороны от головы. Питер дёрнулся — бесполезно. Разница в силе была смехотворной. — Я — командир этого подразделения. Я — SS+ эспер. Я — тот, кто принимает решения. А ты — тот, кто выполняет приказы. Успокойся. «Успокойся». Питер смотрел в эти карие глаза — близко, слишком близко — и чувствовал, как внутри всё закипает. Страх. Злость. Унижение. И ещё что-то, о чём он отказывался думать. — Отпустите, — сказал он тихо. — Когда ты успокоишься. — Я спокоен. — Ты дрожишь. Питер замер. Тони был прав — его руки мелко тряслись. Но это была не дрожь страха. Это была ярость. Такая сильная, что тело не могло её сдержать. — Отпустите, — повторил он. — Сейчас же. — Или что? Питер не знал, что на него нашло. Может быть, недели недосыпа. Может быть, унизительный медосмотр, на котором Хаммер смотрел на него чуть дольше, чем следовало. Может быть, просто — Тони. Его тон. Его приказы. Его уверенность в том, что он имеет право на всё. Он замахнулся. Пощёчина вышла звонкой. Ладонь обожгло, и Питер сам не поверил, что сделал это. Тони замер. Его голова чуть повернулась от удара, и на щеке проступило красное пятно. На секунду в комнате воцарилась тишина. А потом Питер почувствовал, как глаза защипало. Стыд. Злость. Отчаяние. Всё смешалось в комок, подступивший к горлу. — Вы... — голос сорвался. — Вы не имеете права... Он не договорил. Слёзы потекли сами собой — предательские, горячие, и Питер ненавидел себя за них. Ненавидел то, что не смог сдержаться. Ненавидел то, что Тони это видит. Ненавидел то, что Старк, кажется, даже не удивился. — Вот так, — тихо сказал Тони. И в его голосе не было насмешки. Вообще ничего. Пустота. — Теперь ты похож на того, кто понимает ситуацию. Он отпустил запястья Питера. Отошёл к двери, открыл её. — Посиди здесь. Успокойся. Когда будешь готов говорить как взрослый — позови. И вышел. А потом свет погас. Питер остался в темноте — один, с мокрым от слёз лицом и пульсирующей обидой в груди. Дверь была заперта. Он проверил. Заперта. Он просидел в темноте сорок минут. Когда Тони вернулся, Питер уже не плакал. Он сидел на полу, обхватив колени руками, и смотрел в одну точку. — Выходной у тебя будет, — сказал Старк, включая свет. — После миссии. — Конечно, — ответил Питер. Голос был сухим. Чужим. Он встал, взял папку с отчётом, которую так и не открыл, и направился к выходу. — Паркер. — Что? Тони смотрел на него странно. Не зло. Не насмешливо. Словно хотел что-то сказать, но передумал. — Ничего. Иди. Питер вышел. Дверь закрылась за ним с тихим щелчком. Он не разговаривал со Старком две недели. --- Такси остановилось у входа в комплекс. Питер расплатился, вышел и глубоко вдохнул прохладный воздух. Здание Щ.И.Т.а возвышалось перед ним — серое, массивное, с затемнёнными окнами и усиленной магической защитой по периметру. Здесь пахло озоном и металлом. Пахло работой. Он прошёл через КПП, приложил идентификатор, дождался, пока система просканирует его сетчатку. Охранник — молодой парень, эспер С-ранга — кивнул ему с уважением. — Доброе утро, капитан Паркер. — Доброе, — ответил Питер, хотя утро было отвратительным. Коридоры комплекса были пусты — ранний час давал о себе знать. Питер шёл быстрым шагом, стараясь не думать о том, что его ждёт. Ангар «Старк-7» находился в восточном крыле, и чем ближе Питер подходил, тем отчётливее слышал... Голоса. И один из них он узнал бы из тысячи. — ...мне насрать, Роджерс! — голос Тони Старка гремел по коридору, отражаясь от стен. — Мне нужен Паркер, и я получу Паркера, даже если для этого придётся лично отправиться в его чёртов кампус и вытащить его за шкирку! — Тони, — голос Стива Роджерса звучал устало и терпеливо, как у человека, который уже сто раз проходил этот разговор. — Ты не можешь просто так вызывать гида с выходного. Есть процедура. — Процедура? — Тони рассмеялся — резко, неприятно. — Стив, ты хочешь поговорить о процедуре? Хорошо. Давай. Процедура говорит, что для миссии S+ требуется гид S-ранга с совместимостью не ниже 70%. Бэннер — А+, не подходит. Остальные гиды S-ранга либо заняты, либо имеют совместимость со мной на уровне «спасибо, не надо». Паркер — единственный вариант. Процедура, мать её, выполнена. — Но у него выходной. — У него всегда выходной, когда он мне нужен! Питер остановился у поворота. Он мог бы войти сейчас. Мог бы показать, что уже здесь, и тем самым прервать этот цирк. Но что-то удерживало его. Может быть, желание понять, что на самом деле происходит. Может быть, просто привычка наблюдать, прежде чем действовать. — Ты же знаешь, как это выглядит, — продолжал Стив. — Ты постоянно требуешь именно Паркера. Люди начинают задавать вопросы. — Пусть задают. — Департамент Гидов... — Хаммер? — в голосе Тони прозвучало презрение. — Этот улыбчивый червь? Он мне не указ. Если он хочет отказать — пусть попробует. Я лично позвоню в Совет и... — Ты не можешь решать всё звонками в Совет. — Могу. И буду. Пока они не поймут, что Паркер должен быть закреплён за мной на постоянной основе. Питер вздрогнул. «Закреплён». Он знал, что Старк хочет этого. Не скрывал. На каждом совещании, при каждой возможности Тони поднимал вопрос о постоянном прикреплении. И каждый раз получал отказ. Гиды — стратегический ресурс. Их нельзя просто так «закреплять» за одним эспером. Это нарушает принцип ротации. Это создаёт дисбаланс. Это, в конце концов, первый шаг к маркировке — тому самому ритуалу, который считается актом агрессии и «приватизацией стратегического актива». Но Старка это не останавливало. — Тони, — голос Стива стал тише, почти доверительным. — Ты не можешь просто взять и... — Могу. И возьму. — Пауза. — Где этот чёртов гид? Питер понял, что дальше слушать бессмысленно. Он шагнул из-за угла. — Здесь, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Капитан Паркер, гид S-ранга, к вашим услугам. Тони Старк стоял в центре ангара, скрестив руки на груди. На нём была стандартная полевая форма — чёрные обтягивающие штаны с множеством карманов, чёрная футболка, куртка с красно-золотой вышивкой SS+ ранга. На груди — звёзды командира. И деревянные значки. Питер заметил их сразу. Мороженое. Солнышко. Огонёк с милой мордашкой. Огонёк — его подарок. Прошлогодний день рождения, который совпал с ужасной миссией. Питер тогда пришёл поздравить, сунул в руки коробочку и быстро ушёл, не дожидаясь реакции. А Тони... Тони носил этот значок. Носил всегда. Питер ненавидел то, как сильно ему это нравилось. — Паркер, — Тони посмотрел на него сверху вниз (разница в росте — пятнадцать сантиметров, Питер знал это число наизусть и ненавидел его). — Ты опоздал. — Я прибыл за десять минут до сбора, — возразил Питер. — Согласно регламенту, это... — Не умничай, — отрезал Тони. — Ты опоздал. Я ждал. Питер сжал зубы. «Спокойно. Не ведись. Он провоцирует». — Приношу извинения, — сказал он ровным голосом. — Я не был уведомлён о миссии заранее. — Теперь уведомлён. Повисла тишина. Стив стоял чуть поодаль, наблюдая за ними с выражением человека, который знает, что сейчас начнётся что-то нехорошее. Рядом с ним — Баки Барнс, молчаливый и сосредоточенный, с ледяными искрами в глазах. Остальные члены команды ещё не подошли. — Итак, — сказал Тони, поворачиваясь к голографической карте, которая висела в воздухе. — Миссия уровня S+. Объект — террористическая ячейка в Восточной Европе, которая, по нашим данным, заполучила артефакт класса «Катастрофа». Наша задача — проникнуть на объект, нейтрализовать всех эсперов противника и изъять артефакт. Поддержка — воздушная и наземная. План операции — на карте. Он начал объяснять. Быстро, чётко, профессионально. Питер слушал, кивал, запоминал. Это была та часть Тони Старка, которую он уважал. Стратег. Командир. Гений, который видит поле боя на десять ходов вперёд. Но потом объяснение закончилось. — Вопросы? — спросил Тони. — У меня, — сказал Питер. — Какова совместимость с остальными членами команды? Мне нужно знать, на кого я смогу переключаться в случае... — Ты не будешь переключаться, — перебил Тони. Питер моргнул. — Простите? — Ты — мой гид на этой миссии. Только мой. Я не собираюсь делить тебя с кем-то ещё. — Но если возникнет необходимость... — Не возникнет. — Мистер Старк, — Питер почувствовал, как внутри закипает раздражение, — согласно протоколу взаимодействия, гид обязан оказывать поддержку любому эсперу команды, чей... — Протокол, — Тони усмехнулся. — Ты и твой протокол. Слушай сюда, Паркер. Ты здесь не для того, чтобы поддерживать «любого эспера». Ты здесь для того, чтобы поддерживать меня. Потому что если я выйду из строя — вся миссия пойдёт к чёрту. А я, как ты, возможно, помнишь, SS+ эспер, и без гида высокого ранга моя мана-стабильность... — Я помню, — перебил Питер, и сам удивился своей смелости. — Я помню всё. Включая то, что моя совместимость с вами — 75.4%, а с капитаном Роджерсом, например, 84%. Если возникнет ситуация, когда вы не сможете принимать магию... — Я всегда могу принимать магию. — ...то мне придётся переключиться на другого эспера, чтобы... — Паркер, — Тони шагнул к нему. — Я сказал — не возникнет. Он стоял слишком близко. Питер чувствовал его запах — дорогой одеколон, озон магии и что-то ещё, неуловимое, что заставляло сердце биться чаще. Он сделал шаг назад. — Хорошо, — сказал он. — Зафиксируем это в отчёте. — Обязательно, — Тони улыбнулся. Та самая улыбка — хищная, насмешливая, от которой хотелось или ударить его, или... Питер отвернулся. — Когда вылет? — Через час. Подготовься. Он кивнул и направился к выходу из ангара — в комнату для гидов, где можно было собраться с мыслями, проверить оборудование, просто побыть одному. Но Тони окликнул его: — Паркер. Питер остановился. — Вы что-то хотели? — Ты не спросил, почему именно ты. — Я знаю, почему, — ответил Питер, не оборачиваясь. — Совместимость. И вы хотели меня. — А если я скажу, что это не единственная причина? Питер замер. Он медленно повернулся. Тони смотрел на него — не насмешливо, не игриво. Серьёзно. — Какая ещё причина? — спросил Питер. — Ты — лучший, — сказал Тони просто. — Из всех гидов, с кем я работал. Не только по совместимости. По чутью. По реакции. По тому, как ты чувствуешь поле боя. Я не хочу рисковать с кем-то другим. Питер не знал, что ответить. Это была... похвала? От Тони Старка? Прямая, без подколов, без сарказма? — Спасибо, — сказал он наконец. — Я ценю это. — Не убегай, — Тони кивнул на стул у стены. — Присядь. До вылета ещё есть время. И нам нужно обсудить кое-что. — Что именно? — Отчёт. Питер нахмурился. — Отчёт? — После миссии. Мы будем писать его вместе. Ты и я. — Тони говорил так, будто это было само собой разумеющееся. — Эспер и гид неразрывны с начала миссии и до сдачи всех документов. Ты же знаешь правила. — Я знаю, — Питер медленно сел на стул. — Но обычно отчёты пишут раздельно. — Обычно — да. Но в этот раз я хочу, чтобы мы писали вместе. Это повысит точность показаний и... — Вы просто не хотите заполнять свои разделы, — перебил Питер. Тони усмехнулся. — А ты проницателен. — Это не проницательность. Это опыт. — Тем лучше. Они замолчали. Стив и Баки переговаривались в стороне, не вмешиваясь. Остальные члены команды постепенно подтягивались — Наташа Романофф с Еленой, ещё несколько эсперов и гидов. Питер сидел на стуле, стараясь не смотреть на Тони, и чувствовал, как напряжение потихоньку отпускает. Может быть, этот разговор не будет таким ужасным, как он думал. Может быть, Тони сегодня в нормальном настроении. Может быть... — Паркер, — голос Тони вырвал его из мыслей. — Да? — Ты поел? Питер моргнул. — Что? — Поел. Ты. Сегодня. Завтракал? — Тони нахмурился. — Ты выглядишь как доходяга. Когда ты в последний раз нормально питался? — Я... — Питер замялся. Он действительно не завтракал. Кофе. Выпил кофе. Но Тони не нужно было это знать. — Я в порядке. — Ты бледный. — Я всегда бледный. — Нет. Ты бледнее обычного. Питер не знал, как реагировать. С одной стороны — забота? От Старка? С другой — придирка. Вечное желание Тони указывать на недостатки. — Может быть, вы сосредоточитесь на миссии, — сказал Питер сухо. — А не на моём цвете лица? — Я всегда сосредоточен на миссии. Но мёртвый гид — бесполезный гид. — Я не умру от пропущенного завтрака. — От голода — нет. От истощения — да. Питер хотел ответить что-то язвительное, но Тони уже отвернулся к карте. И всё же через пять минут перед Питером оказался поднос с сэндвичем, яблоком и стаканом апельсинового сока. — Ешь, — сказал Тони, не глядя на него. Питер посмотрел на еду. Потом на Старка. Потом снова на еду. Он не был голоден. Но почему-то взял сэндвич и откусил. --- Они не разговаривали две недели. А до этого — разговаривали. Спорили. Ругались. Мирились. И иногда... Иногда случалось то, о чём Питер старался не думать. Первая ночь. Это было после той миссии. Той, где он не смог. Где человек умер у него на руках, а он ничего не мог сделать, потому что его магия — это поддержка, а не исцеление. Он плакал. Прямо на поле боя, как ребёнок. Стыдно. Позорно. А потом Тони подошёл. Не сказал ничего. Просто обнял. — Ты сделал всё, что мог, — сказал он тихо. — Недостаточно. — Всегда будет недостаточно. Ты должен с этим жить. Питер не знал, почему разревелся ещё сильнее. Может быть, потому что Тони сказал правду. Может быть, потому что он был единственным, кто не пытался его утешить ложью. Они вернулись на базу. Тони привёл его в свою комнату. Сказал: «Отдохни». Питер рухнул на кровать и провалился в сон. А когда проснулся посреди ночи от кошмара, Тони сидел рядом. — Всё нормально, — сказал он. — Ты в безопасности. Питер не знал, что на него нашло. Может быть, остаточный стресс. Может быть, благодарность. Может быть, то, что он так долго держал в себе. Он поцеловал Тони. И Тони ответил. В ту ночь было мягко. Тони был нежен — насколько он вообще мог быть нежным. Он не торопился, не требовал, не командовал. Он просто... был рядом. Питер помнил, как дрожал. Как смущался. Как Тони шептал: «Тише, малыш. Я никуда не денусь». А наутро — пустота. — Это ничего не значит, — сказал Тони, застёгивая рубашку. — Ты просто нуждался в поддержке. Я дал её. Всё. Питер кивнул. Он не плакал. Не устроил сцену. Просто встал, оделся и ушёл. А потом разревелся в душевой, включив воду погромче, чтобы никто не слышал. Потому что для Тони это было «ничего». А для Питера — всё. --- — Паркер. Голос Тони вырвал его из воспоминаний. Питер моргнул, возвращаясь в реальность. Сэндвич был съеден наполовину. Яблоко — надкушено. Сок выпит. — Вы что-то спросили? — Я спросил, готова ли твоя мана-система к нагрузке, — Тони смотрел на него странно. Пристально. Словно пытался заглянуть под кожу. — Ты выглядишь... рассеянным. — Я в порядке. — Это ты уже говорил. — Потому что это правда. Тони хмыкнул, но продолжать не стал. В ангар вошли Наташа с Еленой. Рыжеволосая эсперша была невозмутима, как всегда, но Питер заметил, как её взгляд скользнул по нему — оценивающе, профессионально. — Паркер, — кивнула она. — Романофф. — Ты на этой миссии? — Похоже на то. — Удачи. Она сказала это без сарказма. Почти искренне. Питер кивнул. — Всем построиться! — голос Стива прозвучал чётко, командирски. — Через пять минут вылет. Проверьте снаряжение. Гид Паркер — вы с эспером Старком в первой группе. Ваша задача — обеспечить мана-стабильность на время проникновения. — Понял, — Питер встал, отряхнул крошки с куртки. Тони подошёл к нему. Близко. Слишком близко. — Держись рядом, — сказал он тихо, чтобы слышали только они. — И слушай мои команды. Без самодеятельности. — Я всегда слушаю команды. — В прошлый раз ты не слушал. — В прошлый раз вы приказывали мне то, что противоречило протоколу. — Протокол создан для дураков, Паркер. А ты не дурак. Ты просто... — Тони на секунду замялся, подбирая слово. — ...упрямый. — Спасибо за комплимент. — Это не комплимент. — Я знаю. Они смотрели друг на друга. Питер чувствовал, как между ними пробегает электричество — то самое, которое всегда было. Притяжение. Отталкивание. Желание доказать, кто прав. — Вы готовы, мистер Старк? — спросил Питер, переходя на официальный тон. — Всегда готов, — ответил Тони, и в его глазах мелькнула знакомая насмешка. Питер отвернулся первым. Он направился к выходу, чувствуя на себе взгляд Старка. Жёсткий. Оценивающий. И немного... другой. Но он не хотел думать о том, что это значит. Сейчас была миссия. Остальное — потом. --- Корабль поднялся в воздух через десять минут. Питер сидел в отсеке для гидов — маленьком, тесном, с тусклым освещением и вибрацией, которая чувствовалась даже сквозь амортизацию. Напротив него — Елена, спокойная, сосредоточенная, проверяющая своё оборудование. — Ты в порядке? — спросила она, не поднимая глаз. — Да. — Паркер. — Что? — Я знаю тебя два года. Я вижу, когда ты не в порядке. Питер замолчал. Елена была одной из немногих, кто понимал. Не потому, что они были близкими друзьями — нет. Просто она тоже была гид. И знала, каково это — быть нужным, но не важным. Быть инструментом, который берут, когда он нужен, и возвращают, когда работа сделана. — Он снова меня вызвал, — сказал Питер тихо. — С выходного. — Я знаю. — Он хочет, чтобы я был только с ним. На всей миссии. — Это логично. — Логично? — Высокая совместимость. Высокий ранг. Миссия S+. — Елена пожала плечами. — Если бы ты был эспером, никто бы не удивился. — Но я не эспер. Я гид. — Именно. Питер провёл рукой по лицу. — Я устал, Елена. Я правда устал. От этих вызовов. От того, что меня дёргают каждый раз, когда кому-то что-то нужно. От того, что... — Что Старк не оставляет тебя в покое? — закончила она. — Я не это хотел сказать. — Но ты это имел в виду. Питер не ответил. Елена вздохнула. — Послушай, Паркер. Ты — S-ранг. Ты — капитан. Ты — лучший гид в этом подразделении. Тони Старк — SS+ эспер. Он может быть кем угодно — циником, эгоистом, засранцем — но он не дурак. Он знает, чего стоит твоя поддержка. Поэтому он тебя и вызывает. — Я знаю. — Тогда в чём проблема? Питер поднял на неё глаза. В его взгляде было что-то, что заставило Елену замолчать. — Проблема в том, — сказал он медленно, — что я не уверен, видит ли он во мне гида. Или что-то другое. Тишина. — Паркер... — начала Елена. — Забудь, — перебил он, вставая. — Мне нужно к Старку. Скоро начинаем. Он вышел из отсека, оставив Елену одну. Она смотрела ему вслед и думала о том, что Паркер слишком молод для той тяжести, которую на него взвалили. И что Тони Старк — тот самый человек, который либо спасёт его, либо сломает окончательно. Но это уже не её война. --- Коридоры корабля были узкими, освещёнными аварийными лампами. Питер шёл быстро, стараясь не думать о том, что сказал Елене. «Видит ли он во мне гида. Или что-то другое». Он знал ответ. Знал с той самой первой ночи, когда Тони был нежен, а наутро сказал: «Это ничего не значит». Для Старка это действительно было «ничего». Очередная ночь. Очередное тело. Очередной разряд. Для Питера это было... он не знал, что это было. Больно. Стыдно. И в то же время — сладко. Так сладко, что хотелось повторить. Даже зная, что потом будет пустота. Он ненавидел себя за это. Ненавидел то, как его тело отзывалось на прикосновения Тони. Как сердце билось чаще, когда Старк смотрел на него. Как в горле пересыхало, когда он слышал этот голос — низкий, с хрипотцой, с вечной ноткой насмешки. Он ненавидел Тони за то, что тот не воспринимал это всерьёз. Что для него Питер был очередной игрушкой. Удобной. Доступной. Но больше всего он ненавидел себя за то, что всё равно шёл. Когда звали. Когда приказывали. Когда Тони просто смотрел на него определённым взглядом, и он понимал — «давай, иди сюда, малыш». И шёл. Как сейчас. Он вошёл в кабину пилотов, где Тони сидел в кресле, разглядывая голографическую карту. — Паркер, — сказал он, не оборачиваясь. — Ты вовремя. — Вы сказали «держаться рядом». — Я сказал много чего. Питер встал у стены, скрестив руки на груди. — Каков план? — План простой. Мы заходим с тыла. Ты обеспечиваешь мою стабильность. Я уничтожаю всё, что движется. Забираем артефакт и уходим. — А если противник использует подавление магии? — Тогда ты делаешь то, для чего тебя учили. — А если вы перегрузитесь? — Не перегружусь. — А если? Тони повернулся. В его глазах горел тот самый огонь — опасный, нетерпеливый, граничащий с агрессией. — Паркер, — сказал он медленно. — Ты сомневаешься в моих силах? — Я сомневаюсь в вашей способности адекватно оценивать риски. Тони усмехнулся. — Острый язык — твоё оружие, да? — Просто констатирую факты. — Факты таковы, что я провёл больше миссий S+, чем ты — выходных. Так что будь добр — делай, что тебе говорят, и не лезь со своей аналитикой туда, где она не нужна. Питер сжал зубы. — Как скажете, мистер Старк. — Вот так-то лучше. Тони отвернулся к карте. А Питер стоял у стены и считал до десяти. Раз. Два. Три. Он справится. Он всегда справлялся. С миссией. Со Старком. С чувствами, которые не должен был испытывать. Он справится. Он должен. --- Второй раз. Это случилось на корпоративе. Благотворительный вечер в честь открытия нового центра подготовки гидов. Питер был в парадной форме — такой же неудобной, как полевая, но более открытой. Рубашка с коротким рукавом, тонкий галстук, брюки, которые сидели слишком хорошо. Тони был пьян. Не просто «выпил бокал» — пьян в стельку, с мутным взглядом и шаткой походкой. — Паркер, — он подошёл слишком близко. — Ты сегодня... ты сегодня красиво выглядишь. — Спасибо, мистер Старк. — Тони. — Что? — Зови меня Тони. Мы же... мы же уже взрослые люди. Питер хотел уйти. Правда хотел. Но Тони взял его за локоть — крепко, почти больно — и прижал к стене. — Ты такой... — он провёл пальцами по щеке Питера. — Такой милый. — Мистер Старк, вы пьяны. — А ты — застенчивый. Мне это нравится. И поцеловал. Питер замер. Вокруг были люди — десятки людей, коллег, начальников, подчинённых. Кто-то смотрел. Кто-то отводил взгляд. Кто-то улыбался. Тони целовал его настойчиво, грубо, не обращая внимания на попытки отстраниться. — Перестаньте, — прошептал Питер. — Пожалуйста. — Не хочешь? — Тони отстранился, и в его глазах было что-то тёмное. — А помнишь ту ночь? Ты хотел тогда. — Это было другое. — Другое? — Тони рассмеялся. — Нет, Паркер. Всё то же самое. Ты хочешь. Я хочу. Какие проблемы? Он снова поцеловал. И снова. И снова. Питер чувствовал, как руки Тони блуждают по его телу — грубо, настойчиво, собственнически. Как пальцы расстёгивают пуговицы на рубашке. Как горячее дыхание обжигает шею. Он должен был оттолкнуть. Должен был сказать «нет». Должен был... Но тело не слушалось. Стыд. Унижение. Желание. Всё смешалось в один комок, и Питер просто закрыл глаза и позволил. Потом кто-то подошёл — кажется, Стив — и оттащил Тони. — Ты что творишь? — голос Роджерса был ледяным. — Расслабься, — пробормотал Тони. — Он же хочет. — Он не хочет. Ты его домогаешься. — Я? Домогаюсь? — Тони рассмеялся. — Он мой гид. Я имею право. — Ты не имеешь права ни на что, что он тебе не дал. Питер не слышал продолжения. Он ушёл. Просто развернулся и ушёл, застёгивая на ходу рубашку, стараясь не смотреть ни на кого. В туалете он стоял у раковины и смотрел на своё отражение. Растрёпанный. Раскрасневшийся. С припухшими от поцелуев губами. «Ты жалок», — сказал он себе. — «Ты жалок, Паркер. Он тебя почти изнасиловал, а ты... ты просто стоял и позволял. Потому что тебе нравится. Потому что ты хочешь. Потому что ты влюблён в этого мудака и ничего не можешь с этим сделать». Он просидел в туалете час. А на следующий день Тони извинился. — Я был пьян, — сказал он. — Не помню половины. Прости, если перегнул. — Ничего страшного, — ответил Питер. И они оба сделали вид, что ничего не случилось. --- — Внимание, — голос пилота разнёсся по кораблю. — До точки выброса — пять минут. Приготовиться к десантированию. Питер открыл глаза. Он не заметил, когда закрыл их. Воспоминания нахлынули так внезапно, что он выпал из реальности. — Паркер, — Тони стоял рядом, протягивая ему шлем. — Держи. — Спасибо. — Ты побледнел ещё сильнее. — Всё нормально. — Ты врёшь. Питер надел шлем и проверил герметизацию. — Может быть, — сказал он. — Но это не отменяет миссии. Тони смотрел на него несколько секунд. — Иногда ты пугаешь меня, Паркер, — сказал он тихо. — Это хорошо или плохо? — Не знаю. Ещё не решил. Десантный люк открылся. В лицо ударил ветер — холодный, резкий, с запахом озона и магии. Внизу, в нескольких сотнях метров, раскинулся объект — серые здания, огни охраны, магические барьеры, пульсирующие тусклым светом. — Пошли, — сказал Тони. И они прыгнули. Ветер завывал в ушах. Питер чувствовал, как мана Тони — горячая, мощная, почти невыносимая — окутывает его, ища контакта, ища поддержки. Он раскрылся навстречу. Совместимость 75.4% ударила по сознанию, как волна — не идеально, но достаточно. Он чувствовал каждую клетку тела Тони, каждый импульс магии, каждую эмоцию. Азарт. Злость. Нетерпение. И что-то ещё. Глубоко. Спрятанное. Что-то, что Питер не успел разобрать, потому что они приземлились, и начался бой. Вспышки огня. Ледяные шипы. Крики. Мана-взрывы, от которых закладывало уши. Питер двигался синхронно с Тони, как тень, как вторая пара глаз, как система поддержки — вовремя подпитывая, вовремя гася резонанс, вовремя отводя опасность. Они работали идеально. И Питер ненавидел то, как это было правильно. Как будто они созданы друг для друга. --- Первый раз он напился на корпоративе. Первый раз он подошёл к Тони и сказал: «Возьми меня». Первый раз он сам сделал этот выбор — глупый, постыдный, который потом ненавидел и хотел забыть. Тони взял. Конечно, взял. А потом напоминал об этом. Каждый раз, когда Питер пытался держать дистанцию. Каждый раз, когда отказывал в миссии. Каждый раз, когда говорил «нет». — Помнишь, как умолял? — усмехался Тони. — Как смотрел на меня щенячьими глазами и говорил «пожалуйста»? Питер помнил. И ненавидел себя за это. --- — Паркер! — голос Тони вырвал его из транса. — Отвлёкся! — Извините. — Не извиняйся. Работай. Они прорывались внутрь здания. Противников становилось больше. Тони использовал свою силу на полную мощность, и Питер чувствовал, как мана-система эспера работает на пределе. — Вы перегружаетесь, — сказал он, подходя ближе. — Сбавьте темп. — Не могу. Их слишком много. — Тогда дайте мне переключиться на... — Нет. — Мистер Старк... — Я сказал — нет. Питер стиснул зубы. — Вы ведёте себя как ребёнок. Тони резко обернулся. В его глазах горело пламя — настоящее, магическое, опасное. — Что ты сказал? — Вы ведёте себя как ребёнок, — повторил Питер, не отводя взгляда. — Вы перегружаетесь, отказываетесь от помощи, рискуете провалить миссию — и всё потому, что не хотите делить меня с другими. Это эгоизм. Чистой воды. Тони шагнул к нему. Питер не отступил. — Ты забываешься, Паркер, — голос Тони был тихим и опасным. — Нет. Я просто говорю правду. Если вы не сбавите темп, через десять минут у вас будет мана-взрыв. И тогда ни я, ни кто-либо другой не сможет вам помочь. Вы это понимаете? — Я это контролирую. — Вы не контролируете. Я чувствую вашу ману. Она нестабильна. Тони сжал кулаки. — Ты — гид, а не аналитик. Твоя задача — поддерживать, а не указывать. — Моя задача — не дать вам умереть. И сейчас я выполняю её наилучшим образом. Они смотрели друг на друга. Вокруг кипел бой, но для них, казалось, время остановилось. — Хорошо, — сказал наконец Тони. — Что ты предлагаешь? — Переключитесь на точечные удары. Не распыляйтесь. Я буду рядом — вплотную. Это повысит эффективность на 15-20%. — То есть ты хочешь быть ещё ближе? — Да. Тони усмехнулся. — Знаешь, Паркер, это звучит почти как приглашение. — Это звучит как тактическое решение, — ответил Питер сухо. — Не ищите подтекст там, где его нет. — А если я его найду? — Тогда вы потратите время впустую. Тони хмыкнул, но возражать не стал. Они двинулись дальше — вместе, плечом к плечу, мана к мане. И Питер снова почувствовал это — то странное, глубокое, спрятанное внутри Тони. Что-то тёплое. Что-то... похожее на нежность. Но он не хотел в это верить. Потому что верить — значит снова обжечься. А он устал обжигаться. --- Артефакт нашли в подвале. Маленький, пульсирующий красным светом шар, заключённый в магическую клетку. Охрана была слабой — несколько эсперов C-ранга, которых Тони нейтрализовал за минуту. — Забираем и уходим, — сказал он, протягивая руку к артефакту. — Стойте, — Питер схватил его за запястье. — Здесь ловушка. Чувствуете? Тони замер. Он прислушался к своим ощущениям — и кивнул. — Мана-резонанс. Нестабильный. Если я коснусь артефакта, он может... — Взорваться, — закончил Питер. — Нужно стабилизировать поле. — Ты можешь? — Попробую. Питер подошёл к клетке. Он никогда не делал ничего подобного — стабилизация артефактов требовала не только высокой совместимости, но и тонкого контроля маны. У гидов не было активной магии, но они могли влиять на мана-поля — гасить резонанс, выравнивать колебания. — Держите меня, — сказал Питер, протягивая руку Тони. — Если я перегружусь — вытаскивайте. — А если ты не перегрузишься? — Тогда мы оба уйдём отсюда героями. Тони взял его за руку. И Питер начал работать. Он чувствовал магию артефакта — тёмную, пульсирующую, агрессивную. Она сопротивлялась, пыталась вырваться, разорвать стабилизирующее поле. — Ещё немного, — прошептал Питер, чувствуя, как мана утекает сквозь пальцы. — Ещё... — Паркер, — голос Тони был напряжённым. — Ты бледнеешь. — Знаю. — Прекращай. — Не могу. Если я остановлюсь сейчас... — Прекращай, я сказал! Тони дёрнул его за руку, оттаскивая от клетки. В тот же момент артефакт вспыхнул — ослепительно, больно — и погас. Тишина. Питер стоял, тяжело дыша, чувствуя, как перед глазами плывут круги. — Ты идиот, — сказал Тони. — Полный идиот. — Артефакт стабилизирован, — ответил Питер слабым голосом. — Можете забирать. — Ты мог умереть. — Но не умер. Тони сжал его руку так сильно, что Питер поморщился. — Больно. — А мне плевать. Больно будет потом, когда я тебя убью за самодеятельность. — Вы меня убьёте? — Питер слабо улыбнулся. — Это не очень логично — убивать гида, который только что спас артефакт. — Заткнись, Паркер. Тони отпустил его руку, шагнул к клетке и осторожно взял артефакт. Тот не взорвался. Поле было стабильно. — Сработало, — сказал Тони тихо. — Чёрт возьми, сработало. — Я же говорил. — Не умничай. Они выбрались из подвала, прошли через развалины здания, вышли на свежий воздух. Подлетел корабль. Стив махнул рукой — забирайтесь. Питер шагнул к трапу — и пошатнулся. Тони подхватил его за талию. — Ты в порядке? — Устал немного. — Немного? — Ладно, сильно. — Идиот, — повторил Тони, но голос его звучал как-то... иначе. Он помог Питеру забраться на борт, усадил на скамью, сам сел рядом. — Отдыхай, — сказал он. — До базы лететь полчаса. — Мне нужно помочь с отчётом... — Отчёт подождёт. — Но вы сказали... — Я сказал, что мы будем писать его вместе. Я не сказал, что будем писать его сейчас. Питер хотел возразить, но сил не было. Он закрыл глаза и почувствовал, как корабль поднимается в воздух. И как Тони — осторожно, почти невесомо — поправляет на нём куртку, укрывая от сквозняка. «Не думай об этом», — сказал себе Питер. — «Не думай. Это ничего не значит». Но сердце всё равно билось быстрее. --- Третья ночь. После той миссии. После того, как он расплакался. После того, как Тони обнял его и сказал: «Ты сделал всё, что мог». Они не планировали это. Просто... случилось. Тони был нежен. Медленен. Внимателен. — Ты дрожишь, — сказал он, проводя пальцами по спине Питера. — Я всегда дрожу. — Боишься? — Нет. — Чего тогда? — Тебя. Тони замер. — Меня? — Боюсь, что... — Питер замолчал, не зная, как сказать. — Что? — Боюсь, что это ничего не значит. Для тебя. Тони не ответил. Он просто поцеловал Питера — мягко, почти ласково — и продолжил. А утром сказал: — Это ничего не значит. И Питер кивнул, делая вид, что не слышит, как трещит его сердце. --- — Паркер. Голос Тони вырвал его из дрёмы. — М? — Мы прилетели. Питер открыл глаза. Корабль стоял в ангаре. Люди выходили. Кто-то улыбался. Кто-то хмурился. Миссия была выполнена. — Отчёт, — напомнил Тони, помогая Питеру подняться. — Завтра. В девять утра. Мой кабинет. — Я помню. — И... Тони замолчал, словно подбирая слова. — Что? — спросил Питер. — Ты хорошо поработал сегодня. Спасибо. Питер моргнул. Спасибо. От Тони Старка. — Не за что, — ответил он. — Это моя работа. — Знаю. Но всё равно. Они вышли из корабля. Питер чувствовал себя выжатым как лимон — физически и эмоционально. Ему нужен был душ. Еда. Сон. Но больше всего — тишина. Чтобы побыть одному. Чтобы перестать думать о Тони. Чтобы забыть, как тот поправлял на нём куртку. Как сжимал руку. Как смотрел. «Забудь», — сказал себе Питер. — «Это ничего не значит». Но сердце не слушалось. И оно билось в такт шагам Тони Старка, который шёл впереди, широкий, сильный, недосягаемый. «Забудь». Не получалось. Никогда не получалось. --- Он любил Тони Старка. Любил так сильно, что это было похоже на болезнь. И знал, что это никогда не закончится хорошо. Потому что для Тони он был — игрушкой. Инструментом. Очередным телом в длинной череде. А для Питера — всем. Но он продолжал идти. Каждый раз, когда звали. Каждый раз, когда приказывали. Каждый раз, когда Тони смотрел на него определённым взглядом. Потому что надежда умирала последней. Даже когда она была глупой. Даже когда она была безнадёжной. Даже когда она разбивала сердце в очередной раз. Он любил. И ничего не мог с этим сделать.