Ошейник для кобелька

Изуку Мидории никогда не нравилось, что всё в его жизни шло наперекосяк с самого рождения - началось всё с того, что этот темноволосый, зеленоглазый парнишка миловидной внешности родился беспричудным, затем не повезло оказаться в неадекватном коллективе, который жестоко его травил и не давал покоя всё детство и юность, отравив лучшие годы. Беспричудность в сочетании с привлекательной наружностью и мягким нравом была для других мальчиков вызовом и неосознанной угрозой. Даже его некогда, как тогда казалось, друг, Кацуки Бакуго, и тот ополчился против него, превратив жизнь юноши в ад. Радовало только, что, несмотря на все старания и, как это всё называют, "петушиные игры", ни одна нормальная женщина в их мире не выберет в пару такого агрессивного неадеквата как Бакуго. Как Изуку пережил младшие и средние классы - он и сам не понимал. Только в старших классах, при переходе в другую школу, он, оказавшись в более-менее адекватном коллективе, смог выдохнуть. Даже приятелей нашёл, среди которых тоже оказался беспричудный. Оказалось, таких людей гораздо больше, чем Изуку мог представить, просто ему в своё время не повезло. В один день его приятель, Юга Аояма, тоже беспричудный парень, предложил Мидории сменить прикид. Изуку не понимал, как смена стиля поможет ему изменить жизнь, но Юга был твёрдо в этом уверен и потому силой потащил приятеля в магазин, не обращая внимания на его недовольное бормотание и вялое сопротивление. Затолкав темноволосого друга в примерочную, сиятельный блондин Аояма сунул ему гору шмоток и велел надеть их тоном, не терпящим возражений. Изуку огляделся, покрутился и посмотрел на себя в зеркало. Теперь он выглядел совсем иначе. Черная косуха, облегающая чёрная футболка с глубоким вырезом, обтягивающие черные джинсы, ботинки на толстой платформе, ремни, цепи и, как самая пикантная деталь, ошейник-чокер с шипами и кольцом спереди превратили его из затравленного милашки в дерзкого неформала. - Чтобы посадили на цепь, как кобеля... - пробормотал Изуку, невольно тронув столь экстравагантный аксессуар. - Чего ты ворчишь? - нахмурился светловолосый Аояма. - Ты теперь выглядишь круто, уверенным в себе! Может, привлечёшь девушку... - Удивительно, что ты не сделал из меня жертву гламура... - Такой образ тебе не подойдёт, - авторитетно заявил Юга. - А в этом прикиде ты показываешь, что у тебя есть гордость, что с кем попало ты не свяжешься, и дашься только Той Самой, настоящей женщине - смелой и волевой, которая не боится идти против толпы! Я ведь знаю, что тебе именно такая нужна. И вообще, если хочешь перемен, сперва смени имидж, это всем известно! Сейчас мы ещё тебе глаза подведём, укладку крутую сделаем, и будешь вообще неотразим! Изуку шёл по улице, чувствуя себя непривычно в этом прикиде. Будто бабочкой, выбравшейся из кокона, и ещё не вполне освоившейся в новом облике. Погружённый в глубокие думы, он не заметил приближения незнакомки и очнулся только тогда, когда услышал щелчок. К кольцу на ошейнике пристегнули цепь. Возмущённый Изуку повернулся и столкнулся с насмешливым и нахальным взглядом незнакомой клыкастой блондинки, чьи жёлтые глаза светились лукаством и безумием. - А... - хотел было возмутиться Изуку, но договорить ему не дали. - Как я могла пройти мимо такого соблазнительного щеночка, который так и просится, чтобы его посадили на цепь? - игриво протянула беспредельщица. Не спрашивая разрешения, блондинка потащила парня к себе. Потрясённый происходящим до глубины души Изуку даже не сопротивлялся, всё, что он мог сейчас сделать - это громко шагать в ботинках на высокой платформе и возмущённо греметь цепями на одежде. Увидевший это проходивший мимо Кацуки Бакуго изошелся на говно. - Какого хрена грёбаный Деку нашёл девушку раньше меня?! - заорал он и подорвал мусорный бак, рассыпав его содержимое по улице, задев стоящих неподалёку на перекуре у закусочной полицейских дам. Крепкие женщины в форме тут же оперативно скрутили горе-подрывника и упаковали его в "карету", покатив с добычей в отделение, глумливо гогоча и предвкушая грядущее веселье. "Ну всё, хана Каччану, ему в отделении быстро пролечат бешенство простаты! - подумал Изуку. - У них в мусарне много методов! Впрочем, давно пора, его бешенство уже всех достало, удивительно, что никто до сих пор не посадила его на бутылку!" В этот момент Изуку подумал, что ему, возможно, повезло больше, ведь эта клыкастая нахалка одна, а Кацуки предстоит оказаться в окружении всех ментовок, что будут в отделении! - Куда ты меня тянешь? - опомнился Мидория, обретя дар речи. - К себе в подвал, конечно же! - лучезарно улыбнулась блондинка, вызвав у Изуку слабый писк ужаса. - Шучу. А может, и нет! В любом случае, звать на помощь бессмысленно - благодаря дарк романсам все знают, что вы, мужчины, сами хотите, чтобы вас похитили и посадили на цепь! Нахальная похитительница притащила Изуку к себе в квартиру. Вопреки ожиданиям, вполне себе приличную, со свежим ремонтом и без каких-либо знаков, что хозяйка жилья - маргиналка и садитска-психопатка. Блондинка, заметив ошарашенный взгляд Изуку, лукаво усмехнулась. - О, ты думаешь, что я слишком молода, чтобы иметь такое жильё? А как же мамочка с папочкой, которые могут купить доченьке хату, лишь бы она больше не маячила у них перед глазами? А вообще, на самом деле, я вампирша, и мне давно уже семнадцать... Шутка! Просто моя профессия весьма специфическая, наша служба и опасна и трудна... - Ты - героиня? - догадался Изуеу. - А ты думал, я обычная психопатка и сталкерша? Меня, кстати, Химико зовут! В голове Изуку боролись две стороны. Одна из них, детская, чистая, была в восторге от того, что перед ним героиня подполья, одна из тех, кем он восхищался с ранних лет, другая, взрослая, запуганная, затравленная, кричала, что эта девушка нагло, без спросу, на улице посадила его на цепь и притащила к себе домой, не спросив ни согласия, ни даже его имени! И что, как героине подполья, на её "развлечения" явно закроют глаза! Блондинка же любовалась своей добычей, откровенно пожирая взглядом. - Какой ты хорошенький! Какой... импозантный! Сегодня на тебе будет только этот ошейник! - растянула она губы в коварной улыбке, обнажая клыки и заставив Изуку испуганно вздрогнуть. - Всегда хотела себе такого комнатного милого пёсика! Что она с ним делала, это не передать! Изуку был слишком напуган, возмущен и ошарашен происходящим, чтобы сопротивляться и пытаться вырваться, когда беспредельщица освобождала его от слоёв одежды и жадно целовала, словно собираясь съесть. И, как и заявила Химико, всё это время, что длились плотские утехи, Изуку был в одном ошейнике с пристёгнутой к нему цепью! Изуку думал, что его тело его предало. Он получил удовольствие в объятиях психопатки, и неважно, что она - героиня подполья! Подумать только, его невинность забрала кровопийца-беспредельщица, вот так нагло, как в каком-нибудь третьесортном романе, которыми зачитываются глупые юноши! "Наёмница она, и всё! - мысленно рыдал он. - Маньячки недостойны зваться героинями!" Ещё паршивее ему стало, когда Химико вызвалась подвезти его до дома. И как он краснел от стыда, когда дома оказалась мать, коей Химико сразу же представилась как девушка Изуку! И как было стрёмно, когда Инко Мидория пришла в восторг, мол, "наконец мой мальчик нашёл себе защитницу, Настоящую Женщину!". И как было странно, когда Химико дала ему свой номер и, игриво подмигнув, заявила, что они ещё встретятся!

***

Химико стояла у окна своей квартиры и, облокотившись о подоконник, с задумчивым видом курила, глядя на высотки напротив. В лучах заходящего солнца, бросающего отчаянно-красный, как пролитая кровь, свет на стёкла домов, ей невольно вспоминалась вся её жизнь, полная боли и крови. Обладательницам причуды вампирского сектора приходится нелегко в жизни, а ей не повезло тем, что угораздило родиться у людей, ненавидевших друг друга, а заодно и своего ребёнка. "Им ничего не стоило пойти мне навстречу и банально покупать мне кровь, которая мне жизненно необходима! - выдыхая дым, думала Химико, заправляя за ухо взлохмаченные золотистые волосы. - Но нет, зачем идти навстречу собственному ребёнку? Лучше же бесконечно сраться друг с другом, а заодно обвинять меня в неправильности, видите ли, у них в роду таких не было! Пф, а кто ещё могла родиться у жестоких людей, готовых загрызть друг друга и пиздиться до крови?" Так как родители игнорировали потребности организма дочери, ей приходилось пить кровь у самой себя. Естественно, это не могло остаться без последствий, и в один день у девушки произошёл срыв. Тогда одноклассница жестоко посмеялась над Химико, одновременно умудрившись порезаться, и это снесло остатки самообладания у Тоги. Химико сама по себе была очень сильная, в гневе становилась ещё сильнее, а многолетний "кровавый голод" окончательно сорвал башню и снёс все барьеры в сознании. Она пришла в себя, только увидев перед собой труп. Решив, что "сгорел сарай - гори и хата", что нечего добру пропадать, Химико выпила кровь у бездыханного тела, чувствуя себя так, словно голодающая впервые за долгое время добралась до еды, а потом сбежала, приняв облик убитой - так проявилась особенность её причуды. Так Тога выяснила, что может принимать облик тех, чью кровь она вкусила. Химико долгое время пряталась, попивая кровь то там, то сям у маргиналок и "ночных мотыльков", но в конечном итоге её поймали спецслужбы. Ей сделали предложение, от которого Химико не смогла отказаться. Ей хотелось жить свободно и быть собой, и работа подпольной героиней, как это называлось, позволяло ей это осуществить. Не в полной мере, но всяко лучше, чем торчать в дурке или в колонии для малолеток. А заодно возможность свалить из ненавистной семьи. Как Химико потом ржала, когда узнала, что родители прирезали друг друга! "Вот вам и люди с социально приемлемыми причудами! Вот вам "не психи-кровопийцы"! Действительно, как я могла родиться у таких людей?" Химико прошла через тренировки на тайной базе, в которые входили как физические нагрузки, так и актёрское мастерство, к которому девушка всегда была неравнодушна, освоила навыки перевоплощения, после чего стала полноценно работать на правительство и выполнять разные интересные и опасные задания, в которых очень помогала её причуда метаморфозы. "Да я через такое прошла, что Джейн Бонд нервно курит в сторонке!" - криво усмехнувшись, подумала Химико, вспомнив все свои миссии. Докурив, девушка кинула последний взгляд на вид из окна, потом открыла ящик стола, вытащила один из флаконов с кровью и повертела его перед глазами. "После всего, что я сделала для государства, я могу развлечься с красивеньким кобельком, на такое старая курица должна закрыть глаза, у неё самой есть личный петушок для утех! - подумала она, глядя на кровь во флаконе. - Тем более, кобелёк и не сопротивлялся! Хороший пёсик, надо брать, будет мне кашеварить! А ещё надо что-то делать с бандой спекулянток, которые, если судить по всему, уже почти переросли в полноценную ОПГ! Разобраться или объединиться, чтобы устроить переворот и скинуть старую курицу? Склоняюсь ко второму. Надоело прикрывать задницу президентки и подчищать за ней дерьмо, которого в последнее время стало слишком много! Я заслуживаю высшей награды за всё говно, что мне пришлось пожрать по жизни!"

***

На следующий день Изуку ругался на Аояму Югу и его модный приговор. - Ко мне подкралась девушка и посадила меня на цепь, - жаловался Мидория, - а потом увела к себе домой и там... - Так на то и был расчёт, что тебе не нравится? - прервал его Аояма, хмуро посмотрев на друга. Изуку от таких слов аж задохнулся и круглыми глазами уставился на приятеля. - Но она сама ко мне подкралась, будто воровка к драгоценности, и нагло пристегнула цепь, словно я - вещь! - возмутился Мидория. - Без моего согласия! Посреди улицы! - Ну вот видишь, какую женщину привлёк - волевую, смелую, которая знает, чего хочет, и действует решительно, невзирая ни на что! - Но... - Вот видишь, как важен для юноши внешний вид! - деловито продолжил Аояма. - А ходил бы ты как лох, так бы и мотался в юнственниках! - Она меня оприходовала... - вымолвил Изуку, обхватив себя за плечи. - А потом взяла и отвезла домой! Юга фыркнул. - Ну какое "оприходовала", если ты не сопротивлялся, и сам послушно пошёл за ней в её логово? А что отвезла домой - значит, у неё серьёзные намерения! - Этого я и боюсь, - признался Изуку, выпучив глаза. - Она пугающая! Она, оказывается, не просто какая-нибудь психопатка, она - наёмница! Не могу назвать её подпольной героиней, пусть она и работает на правительство... - Наёмница - значит, обеспеченная, ни в чём не будешь нуждаться! - парировал Юга. - Но... - возразил было Изуку, но был жёстко перебит приятелем. - И вообще, мог бы и поблагодарить, без моей помощи ты бы не привлек такую даму! Изуку обречённо вздохнул и повесил голову. Неужели ему по жизни суждено быть жертвой всяких поехавших? Хотя лучше уж она, чем Кацуки... С Химико он хотя бы удовольствие получил, пусть и по принуждению... Да и девушка она весёлая и игривая, с такой явно скучно не будет! И вообще, если подумать, не такая уж она и извращенка, она не вытворяла с ним ничего из того ужаса, что делают садистки с героями дарк романсов. Всё было вполне себе традиционно, она попрыгала на его "нефритовом жезле", и даже не угрожала этот самый "жезл" отгрызть, хотя могла, с её-то внушительными зубами! "Какой-то грёбаный Стокгольмский синдром..." - обречённо подумал Изуку, осознавая, что для него всё только начинается, ведь эта подпольница-беспредельщица явно дала понять, что просто так от него не отступит и обязательно "посадит милого кобелька на цепь"... Сам Кацуки завидовал Изуку, злясь на него из-за того, что тот первым привлёк женщину, и желая оказаться на его месте хотя бы потому, что его маньячка всего одна, а ментовок много, и все они вознамерились его как минимум облапать, а как максимум - воплотить с ним сцены из новомодного дарк романса "Наручники любви", если он не хочет оказаться исключённым из академии героинь. Что ж, зависть - плохое чувство, и Кацуки в этом убедился на личном опыте, в итоге привлеча внимание дам, и куда большего количества, чем привлек Изуку, и совсем не так, как он хотел...