Последний из нас

Два года счастливой семейной жизни пролетели как одно большое, тёплое дыхание. Иори и Кацу уже полностью привыкли быть мужьями. Их маленькая квартира превратилась в настоящий уютный дом: на стенах висели фотографии — старые, ещё школьные, где они вчетвером улыбались под вишнёвыми деревьями, и новые, где только они вдвоём. На подоконниках стояли зелёные растения, которые Кацу тщательно поливал каждое утро, а на кухне всегда пахло свежесваренным кофе и чем-то вкусным, что Иори пытался приготовить по рецептам из интернета. Каждый день был наполнен маленькими радостями. Утром они просыпались в обнимку, лениво целовались, пока не зазвонит будильник. Иори любил зарываться лицом в шею Кацу и бормотать сонным голосом: «Ещё пять минут… ты такой тёплый». Кацу только тихо смеялся и гладил его по красным волосам, которые теперь были собраны в небольшой хвостик на затылке. Они работали, но всегда находили время друг для друга. По выходным гуляли по парку, держась за руки, иногда целовались прямо посреди аллеи, не стесняясь прохожих. Вечерами готовили вместе: Иори резал овощи и постоянно отвлекался, чтобы обнять Кацу сзади, а Кацу терпеливо поправлял его и целовал в висок. Именно в один из таких спокойных осенних вечеров они решили, что хотят кого-то ещё в свою семью. В приюте их сразу встретил маленький белый щенок с рыжими пятнами на ушах и мордочке. Когда Иори взял его на руки, малыш радостно завилял хвостиком и лизнул его в нос. — Смотри, какой он… — прошептал Иори, глаза блестели. — Будто маленький ангел. Кацу подошёл ближе и осторожно погладил щенка по мягкой шерсти. Его серые глаза потеплели. — Ангел… Да. Пусть будет Ангел. С того дня их жизнь стала ещё ярче и шумнее. Ангел быстро освоился. Он носился по квартире, как маленький ураган, грыз тапки Иори (тот только смеялся), спал, свернувшись клубочком между ними на кровати, и встречал их с работы так радостно, будто они возвращались с войны. Однажды холодным зимним вечером они вернулись домой позже обычного. На улице шёл тихий снег. В квартире было тепло и уютно. Ангел радостно запрыгал вокруг их ног, виляя хвостом. После ужина Иори выключил основной свет, оставив только мягкую лампу в спальне. Он подошёл к Кацу сзади, обнял его за талию и поцеловал в шею. — Сегодня я хочу тебя… очень медленно, — прошептал он хрипловато. Кацу повернулся в его объятиях, серые глаза потемнели от желания и нежности. — Тогда не торопись… Они раздевали друг друга неторопливо, наслаждаясь каждым сантиметром открывающейся кожи. Иори целовал ключицы Кацу, спускался ниже, проводя языком по груди, чувствуя, как тот тихо вздрагивает. Кацу запустил пальцы в красные волосы мужа, тихо постанывая, когда Иори опустился ещё ниже. Они легли на кровать. Иори накрыл Кацу своим телом, целуя его глубоко и страстно. Их руки скользили по телам — знакомым, родным, но каждый раз вызывающим новые волны тепла. Когда Иори вошёл в него медленно, осторожно, Кацу выгнулся и тихо застонал его имя. — Иори… любимый… Они двигались в едином ритме — нежно, глубоко, с любовью, которая накопилась за все эти годы. Иори шептал на ухо Кацу слова, которые никогда никому не говорил: как сильно он его любит, как благодарен судьбе за каждый день рядом, как боится когда-нибудь потерять это тепло. Кацу отвечал поцелуями и тихими стонами, обнимая мужа так крепко, словно хотел слиться с ним воедино. Когда волна удовольствия накрыла их почти одновременно, они замерли, тяжело дыша и глядя друг другу в глаза. Иори поцеловал Кацу в губы — долго, трепетно, с благодарностью. Потом они лежали обнявшись. Ангел тихо запрыгнул на кровать и свернулся между ними, согревая своим маленьким тёплым тельцем. Иори погладил щенка по голове и тихо засмеялся. — Смотри… у нас теперь целая семья. Кацу улыбнулся своей самой нежной улыбкой и поцеловал Иори в плечо. — Да. Наша маленькая, но очень счастливая семья. С Ангелом… и с памятью о тех, кого мы любим. Иори прижался ближе, чувствуя тепло тела мужа и тихое сопение щенка. В этот момент сердце было переполнено тихим, глубоким счастьем. — Я так тебя люблю… — прошептал он. — И я тебя, — ответил Кацу, целуя его в макушку. — Навсегда. За окном тихо падал снег, а в маленькой тёплой квартире спали трое — два любящих мужа и их маленький Ангел, который будто принёс в их жизнь ещё немного света