Люблю... но не тебя!

Чистосердечное признание Сон Джуна: — На самом деле, я и Мин Кён — один и тот же человек. Советую присесть. А лучше лечь. А ещё лучше — взять попкорн, потому что дальше будет хуже. То есть интереснее. Можете считать это розыгрышем, галлюцинацией или коллективным помешательством на крыше небоскрёба, но если всё-таки хотите правду — слушайте внимательно. Смысл в этом цирке есть. Да-да, я бы тоже сначала сомневался. Не знаю, поймёте ли вы, но я сделал всё это ради Ён Бина. …И, если совсем честно, то ради себя 🙂 В тот день, когда Ён Бин уехал в Японию с отцом, я остался с гениальным набором достижений: — не признался, — не попрощался, — сбежал посреди разговора, как последний герой трагикомедии. Осознание пришло позже. Как всегда — с опозданием и чувством «ну ты и идиот». Я не успел оглянуться, как упустил его. Буквально. В состоянии отчаяния (и лёгкой формы эмоциональной деградации) я познакомился с девушкой по имени Шы Ён. Да, той самой. В те времена я выглядел… скажем так, как человек, которому нельзя необходимы ножницы: длинные лохматые волосы, почти закрывающие глаза, и выражение лица «я потерял смысл жизни, и пока не нашёл новый». Наша первая встреча произошла у входа в национальную почтовую службу. Я стоял с письмом для Ён Бина и героически… не мог его отправить. Уже минут двадцать. Судьба решила: «Ну ладно, вмешаюсь». Оказалось, что её отец — генеральный директор этой самой почты. Совпадение? Конечно. Очень смешное совпадение. До этого мои письма Ён Бину вроде как доходили. А ответы — нет. Я, как наивный человек с остатками надежды, решил проверить: проблема в нём… или в системе доставки. Угадайте что? Как только я сблизился с Шы Ён и познакомился с её отцом — письма начали летать туда-обратно, как будто их лично разносил ветер романтики и административного ресурса. Доверие ко мне росло. Скорость доставки — тоже. Моя двойная жизнь — тем более. Но в один прекрасный (на самом деле ужасный) день я снял маскировку. Шы Ён увидела моё лицо. Пришлось назвать настоящее имя. Тот самый момент, когда ты понимаешь: «Ну всё. Началось». И… на удивление, мы подружились. А потом как-то так вышло, что меня стало двое. Если помните, Шы Ён говорила, что никак не могла познакомить меня с Мин Кёном. Поздравляю. Теперь вы знаете почему. Я тоже до сих пор в лёгком шоке. Честно говоря, я поражён, как продержался в этом цирке так долго. Сразу уточню: ничего странного между нами не было! Я её даже не трогал! Ну… почти. Нет, это не правда! За руки даже не держал! Честно. Но возможно случайно... без паники! В какой-то момент всё дошло до свадьбы. ...А нет! Нет-нет, вы неправильно поняли! Я тоже был против этого сценария! Это её отец настаивал: мол, вы уже так долго вместе, пора бы и… кхм... ну... А я в этот момент только-только начал получать удовольствие от переписки с Ён Бином! Это было так романтиш-шно~ Письма от далёкого возлюбленного… (Да, звучит как дешёвая драма. Мне тоже нравится!) Можете считать меня мудаком. Я не спорю. Играл с чувствами глупой девушки? — Да. Жалею? — …Нет. Теперь к самому «интересному» моменту. Ён Бин сказал: «Ты нечистый, смеешь мне изменять!» Следовательно, простой, логичный вопрос: с чего вдруг измена, если я даже не признался тогда? Объясняю: В одном из писем я хотел написать, что «хочу с ним встретиться». Но благодаря не большой опечатке, или моим нецензурным мыслям и даже, возможно, непослушным пальчикам — получилось «встречаться». Я заметил это позже. Потому что, конечно же, я фотографирую каждое письмо и перечитываю перед сном. Нет, это не странно. Это… романтика. (Ладно, я странный.) Я не думал, что он воспримет это так серьёзно. Тем более — ответит взаимностью. И уж точно не рассчитывал, что моё кривое признание на крыше случится только потому, что мне срочно нужно было избавиться от Шы Ён. Я устроил это шоу, чтобы оттолкнуть её… как мне казалось — безболезненно. Если вы в это поверили — значит, она поверила ещё сильнее. В любом случае, всё пошло… гораздо интереснее. Кстати, вы заметили, как резко изменился мой характер? Это не ошибка рассказчика. Мне просто в какой-то момент надоела вся эта сцена. Потому что передо мной стоял Ён Бин. После всех этих лет ожидании. Дорогой и любимый мой — живой. (Отвратительно, ...но я в восторге!) И я подумал: «А зачем мне вообще тратить время на всё остальное?» Да, звучит ужасно. Да, я ужасный человек. Нет, мне снова не жаль 🙂 К тому же, если что — Ён Бин всегда знал меня именно таким. Саркастичным и отстранённым. С вечной улыбкой, под которой прячется лёгкое моральное разложение. Я любил издеваться словами. Не скрывал этого. И не собирался. И, по какой-то причине, он всё равно... ответил взаимностью. Вот так удача. Не зря в тот день птичка насрала мне на пиджак. Это был знак. Кстати, сначала я и над Ён Бином так же издевался. Но он оказался умнее большинства. Поэтому я и влюбился в него. Он либо игнорировал мои выпады, либо превращал их… в заботу. Поразительно. Он многогранный. Оптимистичный. Целеустремлённый. И почему-то ещё терпит меня. Редкий экземпляр. Он может быть одновременно безразличным и оптимистичным. И именно этим цепляет всех. Если вы не до конца уловили его характер — вот, теперь знаете. И всё бы было идеально… Но есть один вопрос, который до сих пор не даёт мне покоя. … ЗАЧЕМ. ОН. ПРИЛЕТЕЛ. НА ВОЗДУШНОМ ШАРЕ??? Конец.