Утешение

В помещении, где нет ни окон, ни света, флаконы и фолианты были расставлены с перфекционизмом и педантичностью. Ингредиенты отбрасывали странные и уродливые тени. Тёмный силуэт сгорбился над котлом, откуда исходили неприятные пары, заставляя глаза слезиться. Тишину нарушали только тиканье часов и бульканье зелья. Метнув взгляд на часы, Снейп раздражённо заметил, что скоро придет время обеда в Большом зале. И, конечно, будет неподобающе декану Слизерина не явиться туда. Закончив и перелив идеально приготовленную бирюзово-фиолетовую жидкость в ёмкость, он направился из подземелий в свой личный ад. Снова придётся видеть и терпеть сотни лиц идиотов, которые ничего не смыслят в настоящей магии, а особенно в зельеварении. Опять слушать их противные голоса и беззаботный смех. ​В Большом зале сегодня было особенно шумно. Пятница. Ученики возбужденно и радостно обсуждали, как проведут выходные и как пойдут в Хогсмид. Прогулки, сливочное пиво, свидания. У них только это и на уме. Наивные и глупые дети. ​Заняв свое место и наложив себе пищу, он не обратил внимания на сов с газетами, что наполнили зал. Одна из них кинула «Ежедневный пророк» прямо в его тарелку, отчего тот поморщился. Глупые птицы. Потянувшись к бумаге и собираясь выкинуть этот кусок макулатуры, его рука застыла, а внимание зацепил громкий заголовок на половину страницы: «Смерть Нарциссы Малфой». ​Снейп медленно перевёл свой взгляд на одного ученика Слизерина, что сидел за столом. Драко сжимал газету дрожащими пальцами так, что вот-вот порвал бы её, а лицо его стало неестественно белым, как мел. Малфой застыл с ужасом в глазах, перечитывая газету раз за разом. ​Лицо Снейпа окаменело, но он не встал. Достоинство он терять не станет, но в голове мысли бежали водопадом. Нарцисса Малфой? Умерла? Та женщина, слово которой могло изменить все? ​Шок, который он ни на секунду не показал, сменился ледяным принятием, когда он начал читать. Остановка сердца. Внезапная смерть. Вот как жизнь может легко оборваться. Кажется, в зале еще никогда не было так тихо. Словно стены покрылись инеем. Напряжение можно было почувствовать физически. ​Все уставились на Драко. Он спокойно встал и с прямой спиной медленно вышел из зала, хотя его плечи подрагивали. Когда двери закрылись за его спиной, тишина взорвалась. Обсуждения, разговоры и грязные сплетни. «Вы видели его лицо?», «Бедный Малфой...», «Но он это заслужил!» — слышались обрывки разговоров и фраз. В Хогвартсе по-другому не бывает. ​Когда обед закончился и все быстро разошлись, Снейп снова побрёл к своему кабинету. Внутри него вспыхнуло странное ощущение. Он уважал Нарциссу. Она была самодостаточной женщиной. Сложно поверить в то, что она скончалась ни с того ни с сего. ​В его голове наконец вспыхнул образ Люциуса. Самовлюблённого и напыщенного павлина, сын которого был полной копией его самого. Длинные блондинистые волосы, высокомерный взгляд голубых глаз, аристократичная идеальная внешность. Однако вспыхнули и другие воспоминания. Школьные годы. Единственный слизеринец, что радушно поприветствовал его во время распределения Шляпой. Один из немногих, кто не издевался и общался с ним. Снейп мысленно скривился и отругал себя за эти мысли. ​Но зайти к нему надо было. Только из чувства любопытства.