Зима близко

      Кожа покрылась мурашками от леденящего холода. Ветер пробирался сквозь густой мех и царапал кожу. Заледеневшие цепи обжигали грудь холодом. Вой не утихал, лишь набирал обороты. В ушах стоял гул. Кто-то рядом крикнул в пустоту, и воздух сотрясся от скрипа досок и звона цепей: открывались ворота. В лицо дунуло острым снегом. Оскар, гладивший гриву уставшего от долгого изнурительного пути коня, выдохнул. Стена пугала сего своими размерами. Оскар чувствовал мощь, которая от нее исходит, и это ощущение пугало его. Юноша последовал за сопровождающим его мужчиной в открывшийся в ледяной стене проход. Вступая в тьму, он отпускал все воспоминания и свое прошлое.

***

      Нового мейстера встретили «скептично». Если точнее, всем было плевать. За ужином лорд-командующий без энтузиазма представил юношу дозорным, но те были слишком заняты поглощением свинины и делёжкой вина. Пожилой предшественник Оскара в свои последние годы был настолько слаб, что о его существовании почти все забыли. Потому многие не видели причины выбирать кого-то для учебы в Цитадели, для них эта роль была скучной и бесполезной. И, несмотря на разрешение покинуть стену, добровольцем никто не вызвался. Тогда Цитадель направила сюда одного из своих выпускников.       Оскар молча принялся за трапезу. После нескольких месяцев пути он был рад тому, что теперь не придется спать на соломе, питаться жаренными на костре подгоревшими зайцами и спасаться от ливня под кроной деревьев. За десять лет обучения он привык находиться на одном месте, почти не видеть солнечного света и питаться постной едой. У него никогда не было близких и теплых отношений с кем-то во время учебы, поэтому он не чувствовал себя одиноко. А здесь было чем развлечься.       Один из плюсов жизни мейстера — личная комната. Небольшое окно с толстыми стеклами, кровать с меховым покрывалом, а самое главное — камин. Здесь были полки с книгами предыдущего владельца, на изучение которых Оскар потратил первое время нахождения на стене.       Цитадель давала своим «детям» знания о многих вещах. О тех, которые знал обычный крестьянин, и о тех, которыми ведал лишь десница короля. Мейстер должен был быть человеком, который разбирается во всем, что было изучено задолго до его рождения, и предугадывать будущее на сто шагов вперед. Эта непосильная для обычного человека ноша навсегда ложилась тяжким грузом на плечи юных мальчиков. Нести на себе бремя всезнания было великой честью и в то же время было проклятьем, навсегда отрезавшим тебя от бренного мира. Никто не знал, никто не мог понять. Знание ложилось тяжелым металлом цепей, которые мейстеры не имели права снять даже во сне. Каждое звено несло свой смысл: серебряные дарованы целителям, железные — искусным воинам, созданные из черного железа — связь с воронами. И только одно, то ради которого Оскару пришлось пересилить себя, свою сущность и веру, восстать против своего учителя, против Цитадели — звено из валирийской стали. Его давали лишь одному из сотен. Оскар не знал, должен ли он презирать себя, должен ли считать себя инакомыслящим. Никто не дал бы ему ответа. Ведь никто не знал. И не узнает. Ведь Оскар умеет молчать.

***

      Жар. Удушье от недостатка кислорода. Прилипающая к коже ткань рубахи, влажная от пота. Все это для Оскара значило лишь физическое, которое почти перестало иметь для него значение после нескольких месяцев упорной работы. Кузница на стене была огромной роскошью, которая к великому счастью Оскара, еще имела презентабельный вид. Оружие на стену поставлялось исправно, но редко. Его выдавали под строгим надзором, учитывая заслуги и лебезение перед лордом-командующим, что Оскар категорически презирал. Чтобы продолжать тренировки, юноше нужно было достать хотя бы небольшой клинок.       За очередным ужином, Оскар невзначай поинтересовался у какого-то молодого парнишки, есть ли на стене печь, на что тот без раздумий стал выкладывать все тайны дозорных. Оказалось, что кузница все же имеется, а металл, поставляемый на стену, продается еще до того, как доберется до пункта назначения. «Не удивительно, что командующий может так часто баловаться вином» — проскользнуло в голове Оскара. Он был не удивлен такому распределению ресурсов, пока малой не выдал, что до стены доходит лишь двадцатая часть. «Это мужики говорят, они с командующим на широкой ноге. У него семья есть за стеной, нам это, конечно, запрещено, но кто узнает? Вот он им все денюшки и отправляет, ну и своим дружкам отваливает, чтоб рот меньше разевали».       Все секреты командующего разом были выданы мальчиком, который, наверное, еще даже не понимал, какой информацией он обладает. Что ж, не его вина, что тупоголовые солдаты не умели держать язык за зубами. Мальчик был неплохим информатором, потому Оскар решил заручиться его поддержкой на будущее — дал ему свою порцию мяса и время от времени поддерживал с ним контакт.       Со слов мальчика, которого, как выяснилось немногим позже, звали Кими, кузница пустовала, точнее негласно стала складским помещением для сломанных мечей, и остального бесполезного барахла. Оскар решил воспользоваться возможностью и обратился к лорду-командующему напрямую. Тот, не сильно вслушиваясь в просьбу мейстера и попивая вино из бокала, дал свое разрешение на использование помещения. Что ж, как использовать козырь в рукаве Оскар придумает позже.       Спустя несколько недель, приведя помещение в порядок, найдя подсобку с углем, Оскар приступил к делу. Обломки старых мечей были не из валирийской тали, конечно, но хорошее оружие из них выковать было возможно.       Кузница находилась далеко от жилых помещений, в глубине стены, глухой шум от молота, бьющего по раскаленному металлу, почти не доходил до ушей остальных дозорных. Оскар не хотел привлекать к себе излишнее внимание.       Стена состояла изо льда, потому за водой юноше ходить не приходилось. Оскар усмехнулся, подумав о том, как бы на это отреагировал лорд-командующий, узнав об этом. Стена, защищенная льдом и древними заклинаниями используется таким способом. Но достать воду в таких условиях можно было только так.       Опустив готовый клинок, накаленный добела в ледяную жидкость, Оскар довольно выдохнул. Меч получился идеальный. Пар, поднявшийся от перепада температур, красиво оседал на остывшем лезвии, которое едва вмещалось в огромную бочку. Оскар всегда мечтал когда-нибудь выковать себе двуручный меч, представлял, каким он будет, когда время придет. Рукоятка была покрыта узорами и древними рунами, которыми от скуки увлекался Оскар в Цитадели, а на клинке красовалось созвездие Ледяного дракона. «Его голубой глаз указывает на север, а хвост — на юг» — так говорили про самую яркую его звезду. Оскару нравилось, что небо могло давать такие знаки, которые помогли бы даже самому несведущему в астрономии человеку.       Многие называли людей за стеной «одичалыми», нагло забывая о том, что именно они заметили эти светящиеся точки в небе и нашли между ними связь. Легенды, которыми этот народ обложил небесные светила, были чарующими и притягательными. Будто люди знали куда больше, чем кто-то по эту сторону стены. Что-то, что даже Цитадель не могла предугадать. Ведь никто не мог объяснить откуда взялась фраза «зима близко»…